В самое сердце

Откровенно о сокровенном,

Словно нет пути назад,

Я хочу тебе сейчас

Что-то важное сказать.

О чём я думаю всегда, закрыв глаза,

Я не хочу с тобой давить на тормоза.*

      Погода в мае две тысячи восемнадцатого года выдалась на редкость пакостной. Зима никак не хотела отступать, уступая права весне. Очень долго не таял снег, постоянно дул промозглый ветер, дождь периодически сменялся мокрым снегом.       Конечно же, такая погода не способствовала хорошему настроению. А если ещё и взять предстоящее ЕГЭ и Последний звонок, который состоится уже завтра, то и подавно радоваться нечему.       Именно последнее событие очень хотелось отодвинуть на попозже одиннадцатикласснице Лене. Она не хотела этого праздника. Казалось бы, радоваться надо. «Прощай школа, здравствуй взрослая жизнь, институт, студенчество…» Через полмесяца ей исполнится восемнадцать. Совсем взрослая уже. Любой другой на её месте был бы счастлив, но не она.       А всё из-за того, что прощание со школой для неё знаменовало расставание с одним человеком. С тем, ради объятий которого, она посещала школу последний год. С учителем ОБЖ — Николаем Николаевичем.

***

      Несмотря на поздний час, сон не шёл. Девушка ворочалась, пытаясь принять удобное положение. В голову лезли всякие тревожные мысли: «А вдруг мы потом перестанем общаться совсем? А вдруг я его больше никогда-никогда не увижу?» Наплывали воспоминания. Они заставляли улыбнуться, а где-то даже заплакать.       Ей одиннадцать, и она перешла в пятый класс. Появилось множество новых предметов и учителей. Среди них: молодой учитель истории, обществознания и ОБЖ — Николай Николаевич. У пятого «б» его поставили вести историю Древнего мира. Материал педагог рассказывал довольно интересно и даже с юмором, да только был весьма строг. Стоило классу расшуметься — мог так стукнуть кулаком по столу, что стёкла в кабинете дрожали. Лена была примерной ученицей, поэтому к ней его гнев относиться не мог. Хотя однажды она всё же испытала на себе неприятное ощущение позора от его слов. На одной из самостоятельных, которые Николай Николаевич устраивал каждый урок, припрятала шпаргалку. Плохо запоминала даты, вот и решила подстраховаться. Воспользоваться не успела, зоркий учитель заметил её мимолётный взгляд под парту и отобрал бумажку, пригрозив снизить оценку на два балла и рассказать обо всём классной руководительнице и маме на предстоящем родительском собрании. Для примерной отличницы это было ударом. Придя домой, даже успела поплакать и возненавидеть педагога. Но зря, поскольку в конце дня Николай Николаевич даже думать об этом инциденте забыл, он не собирался ни сдавать ученицу, ни, тем более, снижать ей оценку…       Год промчался незаметно. Наступил шестой класс. Придя первого сентября в школу и получив расписание уроков и список учителей, которые будут их вести, Лена не обнаружила там имени Николая Николаевича. Напротив предмета «история» стояло имя другого учителя — женщины. Сама не понимая почему, двенадцатилетняя ученица почувствовала какую-то растерянность. А потом смирилась. И жила прежней жизнью до одного события… В один из февральских дней, после урока английского языка, у половины класса царил небывалый ажиотаж. Ученики что-то бурно обсуждали, хихикали, потом снова обсуждали и снова смеялись. Лена, будучи в другой подгруппе, не могла понять, чем вызвано такое бурное веселье. Отозвав в сторонку подружку, спросила, в чём дело. «А ты до сих пор что ли не поняла? НН с англичанкой роман завёл. Звонок уже прозвенел, а ЛВ нет. Ну мы в коридор вышли, решили поискать её. А они там стоят и мастер-класс по французским поцелуям демонстрируют. Любовнички», — хихикнув, произнесла Милена. На Лену же эта новость никакого впечатления не произвела. В свои двенадцать она ещё ни разу не влюблялась, а тем более не целовалась, поэтому просто не знала, как это. Да и сейчас была слишком занята учёбой и подготовкой к предстоящему поступлению в лицей. Она старалась изо всех сил, ещё не зная, что, в итоге, не поступит и останется в своей школе, чему будет безумно рада в старших классах…       В следующем учебном году на манеже оставались всё те же. Самой интересной темой для седьмого «б» по-прежнему оставались отношения теперь уже женатых Николая Николаевича и Людмилы Васильевны. Ещё в начале сентября поползли слухи о том, что через пару месяцев в их семье случится пополнение. Класс гудел, как улей, разбавляя новость всё большими подробностями. «У неё месяц четвёртый! Пятый! Шестой!» — наперебой кричали одни. «Будет мальчик! Девочка! Двойня!» — орали другие. Лена в общих обсуждениях по-прежнему не участвовала. Правда теперь не стеснялась обсудить всё услышанное с Миленой и от души посмеяться, когда они вместе шли домой после уроков…       А вот и восьмой класс. И теперь Николай Николаевич снова учит, теперь уже восьмой «б», правда на этот раз не истории, а ОБЖ. После того, как у учителя появилась маленькая дочка, тема его отношений с женой стала не так актуальна. Одноклассники повзрослели, поумнели, многие уже обзавелись второй половинкой. Лена, как и раньше, была одна. Влюблённость в сериального актёра и в бывшего друга, которого она много лет не видела, а пару месяцев назад нашла в соцсетях и с которым начала переписываться, вообразив себе что-то про неземные чувства, можно было даже не считать. Несерьёзно всё это. Хотя любви хотелось…       И спустя пару месяцев после начала учебного года, Лена, к своему ужасу, осознала, что она влюбилась. В Николая Николаевича… Постоянно ему улыбалась, глазки строила, громче всех хихикала над его шутками. Потом стала зубрить его предмет, чтобы радовать обжшника знаниями и получать исключительно пятёрки. А ещё начала наряжаться по пятницам — именно в этот день был урок с ним. То серьги новые наденет, то волосы распустит, то кофту с небольшим вырезом напялит, в рамках делового стиля одежды, конечно, но всё равно заметно отличалась от остальных… Однажды, вместо проведения урока, Николай Николаевич решил сыграть восьмому «б» на гитаре. В этот момент Лена слушала его, затаив дыхание и не смея шелохнуться… Он сыграл три песни — две весёлых и одну лиричную. На последней девушка погрузилась в мечты и на какое-то время выпала из реальности. Почему появилось желание пойти с Николаем Николаевичем в поход, в лес. Вдвоём. Ночь, костёр и его пальцы, ласково перебирающие гитарные струны. М-м-м, романтика.       Но уже в следующем году первого сентября Лене хотелось плакать от отчаяния и рвать на себе волосы. Почему-то программа, по которой они учились, не предусматривала изучение девятиклассниками такого предмета, как ОБЖ. Но ещё больший удар судьбы ждал девушку через пару месяцев. Внезапно поползли слухи, что учитель собирается уйти в МВД и даже уже написал заявление на увольнение из школы, только у директора ещё не подписал. Ленка тогда весь школьный день находилась на грани слёз. Дома прорвало. После довольно продолжительной истерики девушка схватила бумагу и написала большое подробное письмо учителю. Но в последний момент испугалась, передумав отдавать ему, оставила дома в ящике стола. И правильно сделала, ибо никуда учитель не ушёл. «Да куда ж я от вас денусь, Микки Маусы вы мои», — сказал он, когда ученики попытались выяснить, действительно ли он собирается уходить из школы.       В десятом классе ОБЖ вернулось в расписание, и Лена была вне себя от счастья. Как и два года назад, она наряжалась в тот день, когда был урок с Николаем Николаевичем, только на этот раз это был четверг. Блистать знаниями не особо получалось, так как учитель перестал проводить самостоятельные работы, да и к доске толком не вызывал. Лишь однажды он вызвал Лену, чтобы та продемонстрировала оказание первой помощи на манекене. От неожиданности ученица даже растерялась. На что учитель мгновенно отреагировал: «Да выходи уже. Не бойся, я помогу тебе. Не переживай, я тебя не съем.» Тогда же, в десятом классе, случился и первый тесный контакт девушки с учителем. Нет, это не то, о чём вы подумали. В данном случае речь идёт об объятиях. Первый раз Николай Николаевич обнял Лену в день новогодней дискотеки, а было это для фотографии. А второй раз в апреле, когда она поздравляла его с днём рождения. Именно обнимашки с учителем стали идеей фикс для девушки. Она видела, как другие ученицы, приходя на переменах к Николаю Николаевичу, регулярно обнимают его. Мысленно завидовала, ревновала, но сама не осмеливалась…       Всё решилось в последнем, одиннадцатом классе. Не последнюю роль сыграл и приснившийся за неделю до первого сентября сон. Но больше мысль о том, что год действительно последний, если не сейчас, то потом больше никогда. Шестого сентября прозвучало первое робкое: «Николай Николаевич, можно вас обнять?» После этого обнимашки с учителем стали регулярной приятной традицией…       Воспоминания, как вихрь, пронеслись в голове девушки. Ещё немного поворочавшись на диване, она решительно села, потом, спустив на пол босые ноги, включила настольную лампу и села за стол. Взяв первую попавшуюся тетрадь, выдрала оттуда листок. Вышло немного кривовато. Мысли, по началу лившиеся потоком, начали формироваться в более-менее связные слова. Десяти минут хватило, чтобы вышел текст следующего содержания:

Дорогой Николай Николаевич!

      Хочу сказать Вам большое «Спасибо» за хорошее настроение и улыбку после каждой нашей встречи; за воспоминания, которые навсегда останутся со мной и будут согревать мою душу холодными зимними вечерами; за то, что я могла хоть на время забыть про учёбу и экзамены, когда находилась рядом с Вами; за ваши тёплые объятия и нежные руки…

Спасибо Вам большое.

      Я знаю, что это неправильно, и я не должна это делать. Наверное, вы меня не поймёте… Но… я хочу сказать, что уже несколько лет Вы занимаете особое место в моём сердце. Вы мне нравитесь, проще говоря. Но не просто как учитель, а как мужчина.

      Я вас люблю…

      P.S. Очень надеюсь на понимание. Я полностью осознаю, что совершила, потому что писала это, находясь в здравом уме и трезвой памяти. Если вы захотите со мной поговорить, только скажите мне об этом.

Лена П.

      Полюбовавшись на исписанный крупными, немного прыгающими буквами рваный листок, взяла чистый лист формата А4 и чёрную ручку, аккуратно переписала текст, стараясь, чтобы буквы не скакали туда-сюда. Ещё раз окинула написанное взглядом, проверяя, не допустила ли ошибок или опечаток из-за волнения. Подув на листок, сложила его в несколько раз и упаковала в самодельный бумажный конвертик, залепив маленькой наклеечкой со звёздочкой. Конверт сразу кинула в сумочку, дабы не забыть его в утренней суматохе и сборах.       Потушив свет, Лена со вздохом легла в кровать. Для сна оставалось шесть часов…

***

      Утро всегда наступает резко и внезапно, поэтому, когда прозвенел будильник, первой мыслью было: «Ещё бы минуточку полежать, а лучше все десять.» Но потом, вспомнив, какой сегодня день, девушка мгновенно вскочила. Почему-то, как назло, всё шло наперекосяк. Сначала убежало молоко, предназначавшееся для каши. Падала тушь. Не хотел греться утюжок для волос. Как сквозь землю провалились бантики для причёски, но потом нашлись. Пуговицы на блузке были слишком мелкие, поэтому дрожащие руки никак не могли их застегнуть. Юбка казалась слишком мятой, а туфли слишком узкими.       Не придавало спокойствия и мамино: «Не волнуйся ты так. Возьми себя в руки». Да как тут быть спокойной?! Даже появилось желание выкурить сигарету, хоть и не курила никогда. Лена несколько раз выматерилась про себя, почувствовала, как полегчало. Надела плащик, повесила на плечо сумку, и напоследок оглядев себя в зеркало в коридоре, направилась в школу.       Погода на удивление наладилась. Наконец-то было солнечно, тепло и сухо, чирикали птицы. Вот только хорошему настроению это всё равно не способствовало.       По дороге волнение только усиливалось. В голову полезли дурацкие мысли: «А вдруг он сегодня не придёт? А вдруг его не будет на празднике.»       Тряхнув головой, девушка решительно отогнала от себя тревогу. И дабы перестать представлять всякое «а если», вставила наушники в уши, врубила погромче любимую музыку. С этим и дошла.       Придя в школу, Лена первым делом побежала к кабинету любимого учителя. И здесь её ожидал облом. Учителя не было, дверь его кабинета была заперта. Ученица даже немного расстроилась. Поднявшись в свой класс, оставила там вещи, а затем снова спустилась вниз. Но Николай Николаевич всё не появлялся. Спустя пятнадцать минут ожидания, пришлось снова подняться наверх, дабы надеть бордовую ленточку с надписью «Выпускник 2018». А после этого снова ноги понесли на первый этаж. На этот раз повезло. Дверь была открыта. Учитель стоял у стола в нарядном тёмно-синем брючном костюме, из-за воротника пиджака выглядывала светло-голубая рубашка. За первой партой сидела девятиклассница, которой он что-то говорил.       Лене было ужасно страшно. Какое-то время она стояла рядом с дверью, слушая беседу Николая Николаевича с девочкой, пока не встретилась с ним взглядом. — Здравствуйте. Можно войти? — нерешительно пробормотала одиннадцатиклассница, топчась на пороге. — Привет-привет. Нужно, — ответил мужчина и сделал приглашающий жест. Девятиклассница тут же вышла, словно поняв, что она тут лишняя. Оглядев выпускницу, Николай Николаевич не смог удержаться от комплимента. — Какая ты красивая. — Спасибо, — смущённо ответила Лена. Последовала небольшая пауза. — Ну иди, иди сюда, — ласково произнёс учитель и крепко обнял девушку, прижимая к себе на пару секунд. Лена таяла в его руках, как мороженое в летний день. Ещё чуть-чуть, и она позабудет, зачем сюда пришла. — Николай Николаевич, — сказала она, отрываясь от учителя. — Я тут вот… — порывшись в сумочке, достала бумажный конвертик с письмом. — В общем, прочитайте, когда один будете. — Хорошо. Положу у сердца, — ответил мужчина, осторожно кладя конверт в левый карман пиджака. — Ты только сильно не плачь там. Хорошо? — Я не буду. Тушь растечётся, жалко будет. — Ну и хорошо. Давай, удачи, — с этой фразой Николай Николаевич ещё раз обнял Лену. Она, улучив момент, оставила аккуратный поцелуй на его щеке, ближе к уголку губ, а потом, рассмеявшись, вытерла пальчиком отпечаток от помады.       Скоро надо было подниматься в актовый зал, поэтому пришлось уйти в класс.

***

      Во время праздника Лена и Николай Николаевич постоянно встречались взглядами. Лицо учителя выражало абсолютное спокойствие, он был доволен и улыбался. По лицу ученицы, наоборот, можно было заметить обеспокоенность и взволнованность. «Видимо, не читал. Что ж, так даже лучше…»       Но, несмотря на то что Николай Николаевич внешне казался равнодушным, внутри его распирало самое настоящее любопытство. Он думал: «Что же в том конверте? Что же она мне такое передала? Так, спокойно, Колян, раз не тикает, значит, не бомба. Дождись окончания, тогда всё узнаешь…»       Несмотря на то, что праздник длился около двух с половиной часов, Лене казалось, что всё пролетело, как один миг. Трогательное поздравление и большое сердце с фотографиями класса для учительницы от их 11 «б». Смешная сценка на тему экзаменов от 11 «в». Сценка и песня от 11 «а». Поздравления от родителей каждого класса. Песни, танцы, стихи и самые искренние слова для учителей-предметников и классных руководителей. Вальс. Трогательные поздравление от первоклассников. Напутственная речь директора. И вот, маленькая первоклассница, сидя на плече одного из парней из 11 «б», подаёт последний звонок. Праздник завершён.       Выйдя из актового зала, Лена тут же начинает искать глазами Николая Николаевича. Но сделать это в толпе народа просто нереально. Поэтому вместе со всеми она отправляется в свой класс. Родители накрыли небольшой стол с бутербродами, тарталетками и сладостями. Так сказать, небольшой фуршет. Почувствовав явный голод, ведь позавтракала она сегодня плохо — еда в горло попросту не лезла, девушка решила перекусить. Заодно и дать Николаю Николаевичу возможность прочитать письмо и обдумать то, что он там увидит.       А в это время учитель как раз занимался тем, что пытался улучить момент, чтобы рядом никого не было. И наконец узнать, что же преподнесла ему выпускница в бумажном конверте.       Но остаться одному в собственном кабинете было настолько же реально, насколько не стоять в пробке в час пик. Поэтому мужчина направился в учительский туалет. Там он наконец выдохнул, избавившись от внимания вездесущих учеников. Достал конверт, аккуратно начал убирать наклеечку, стараясь не рвать. Приклеено было почти что намертво, поэтому пришлось повозиться. Осторожно извлек из конверта листок, расправляя его. Пытался прочитать быстро, но строчки скакали перед глазами. Шёпотом начал читать медленно. В начале улыбался, вспоминая встречи с Леной в течение всего учебного года. Но после слов «Я знаю, что это неправильно» улыбка как-то начала сползать с лица.             Конечно, он давно догадывался, что девушка испытывает к нему чувства не просто, как к учителю. Да и она ему, откровенно говоря, была тоже симпатична. По-всякому он думал о ней, но даже собственные мысли старался пресекать. Во-первых, разница в возрасте — целых пятнадцать лет. Во-вторых, семейные обязательства Николая Николаевича. Да, последние пару месяцев он постоянно ссорился с женой, они могли кричать друг на друга до хрипоты. Возможно, если не б не одно обстоятельство, они б, может, и развелись. Этим обстоятельством была четырёхлетняя дочка, которую, словно бы по иронии судьбы, тоже звали Леночкой, как прелестную русоволосую выпускницу…       Учитель находился в абсолютной растерянности. Дочитав до конца, он мысленно пытался подобрать слова. Он думал, как поговорить с Леной помягче, не обидеть её, но дать понять, что ничего ей дать не сможет, кроме дружеских отношений. Он думал, как бы ей намекнуть, чтобы искала кого-то помоложе. Но, вместе с тем, от одной мысли, что его девочку будет касаться кто-то другой, передёрнуло. Так и не собрав мысли в кучу, учитель бережно сложил листок в конверт, снова помещая в карман и попутно думая, куда потом переложить, чтобы жена не обнаружила…

***

      После последнего звонка и фуршета для одиннадцатиклассников устроили дискотеку. Лена сначала не очень хотела на неё идти. Но потом вспомнила про Николая Николаевича и решила, что поговорить будет как раз кстати. Никто не будет каждые пять минут прибегать к нему и отвлекать.       Девушка стояла неподалеку от кабинета учителя, периодически поглядывая, не ушли ли оттуда ученики. Но все были на месте. От нетерпения она слегка притоптывала ногой.       Тут к ней сзади подбежали одноклассницы — Кристина и Настя. — Лена, а ты чего здесь стоишь, на дискотеку не идёшь? — Да я не хочу, — пробормотала она. — Ты что? Пошли! Последний звонок бывает один раз в жизни. И дискач в честь него тоже. Пошли, пошли! — весело прощебетали одноклассницы и потащили немного сопротивляющуюся Лену за собой.       Танцевать девушка не особо любила, ей казалось, что двигается она весьма и весьма неуклюже. Поэтому она встала сзади, подпирая спиной стену. Спустя пару быстрых мелодий, включили медляки. Парни одну за другой приглашали девушек. И только Лена оставалась около стены. В целом, танцевать ни с одноклассниками, ни с кем-то из параллели ей не хотелось.       «Вот если бы только ОН сюда зашёл и пригласил меня. С ним я бы непременно пошла.» — мечтала про себя Лена.       Но, к сожалению, чудо не произошло. Спустя несколько быстрых танцев и ещё нескольких медленных, Лене хотелось плакать от несправедливости этого мира. Она смотрела на парочки, которые кружились в танце, а некоторые ещё целовались, чувствуя при этом поглощающую огромной волной зависть.       Не желая заплакать прямо там, девушка выбежала из зала и понеслась по ступенькам вниз, на первый этаж, стараясь поскорей найти укромный уголок. Если реветь, то лучше там, где никто не увидит.       И, словно бы по иронии судьбы, напротив входной двери она увидела ходящего туда-сюда Николая Николаевича. На сегодняшней дискотеке он, как оказалось, был дежурным. Вдруг мужчина заметил знакомую русую голову с двумя белыми бантиками, один из которых слегка съехал. — О, солнце. А я тебя искал. Куда летишь, как на метле? — в своей манере пошутил он. — Николай Николаевич. Я… Я… — попыталась что-то сказать девушка, но горло сдавило, и раздались лишь всхлипы. — Ну, ну, малыш. Ты чего? — ласково произнёс учитель, обнимая выпускницу за плечи и отводя в сторону. — Ну хорошая моя. Не плачь пожалуйста, — он успокаивающим жестом погладил плечи ученицы. — Посмотри, что у меня есть, — одним движением достал из кармана пиджака шоколадную конфету в блестящей обёртке и протянул Лене.       Не переставая всхлипывать, девушка взяла конфету, тут же развернула её и начала есть. Учитель попал в точку, даже не подозревая о том, что его взрослая выпускница может быть такой сладкоежкой. — Спасибо. Вкусная, — с полным ртом проговорила Лена. — Ну вот, а я теперь как размазня выгляжу: макияж-то потёк. — И всё равно самая красивая, — утвердительно произнёс мужчина. — Ой, у тебя губа в шоколаде, — внезапно прошептал он. — Где? — Вот тут, — ответил Николай Николаевич, касаясь кончиком пальца верхней губы ученицы и стирая оттуда маленькой пятнышко.       От этого невинного прикосновения по коже Лены побежали мурашки. Кажется, у учителя тоже. В голове внезапно перемкнуло. Стало плевать на мораль. Происходящее вокруг стало абсолютно неважным. — Николай Николаевич, не на… — произнесла она, видя, как учитель начинает тянуться губами к её губам.       В этот момент откуда-то слева раздался какой-то шум… Ещё не зная, что там, мужчина и девушка резко отпрянули друг от друга. — Николай Николаевич, вы тут вообще дежурите или чем занимаетесь? — без предисловий проворчала директор, которая тащила за руки двух парней. — Вот, полюбуйтесь, вот эти оболтусы водку в туалете распивали. — Так им можно, дембеля ведь уже, — попытался перевести всё в юмор мужчина. — А вам бы всё шутить. Дембелями будут, когда экзамены сдадут и аттестат получат, а пока они ещё считаются учениками школы. И если не хотите проблем, разберитесь с ними как-нибудь. Желательно тихо, — просверлив мужчину и учеников взглядом, женщина удалилась.       Лена ещё в начале этой сценки побрела в сторону класса. Ей очень не хотелось попасть под горячую руку директрисы, а тем более, быть уличённой в чём-то.       Поднявшись наверх, девушка забрала свои вещи, после чего заглянула в уборную, дабы убрать влажными салфетками потёкшую тушь, затем осторожно проскользнула мимо кабинета Николая Николаевича, где он читал парням лекцию о том, как надо «беспалевно пить», и вышла из школы…       Поговорить, к сожалению, не получилось. Она даже не выяснила, прочёл ли он её письмо.       Радовало только одно: что она не струсила, как обычно, а всё сделала, как хотела. А уж читал он или не читал, дело десятое. А если даже и читал…       «Мне кажется, у него останется ко мне такое же отношение, как и раньше, он просто сделает вид, что ничего не было. Я думаю, он воспримет всё адекватно. Тем более, я написала, что всё осознавала, когда писала эту записку. И мы оба понимаем, что я не могу особо ни на что надеяться от него.»       С этими мыслями Лена брела в сторону дома. Она даже не могла себе представить, что её история с Николаем Николаевичем ещё не закончена, и их ожидают и счастливые встречи, и интересные повороты судьбы. Сейчас надо было сосредоточиться на главном: на экзаменах и поступлении. Ну а что потом? А это уже жизнь покажет.