Базовая математика

— Камеры слежения, металлоискатели, полиция и немецкие овчарки, — Слава потушил сигарету о прут железного забора. — Меня одного напрягает, что выпускной экзамен в школе похож на колонию строгого режима, нет? Мирон тихо усмехнулся и встал со скамейки, лениво разминая затекшие руки. За его спиной возвышалось одинокое школьное здание, а за ним — солнце. Июнь, но то светит по-осеннему холодно, словно на последнем издыхании. — Не переживай, — мужчина подошел ближе. — Это же просто математика, ты хорош в ней. — Мирош, ты опять все перепутал, — Слава обхватил чужую талию обеими руками и притянул к себе. — Я хорош в информатике, алкоголизме, сексе, но никак не в математике. Младший медленно потерся кончиком носа о гладкую щеку. В этом было что-то интимное, что-то только между ними. И стоять так можно очень долго, очень долго прижимать это забавное лупоглазое существо к своей груди, долго вдыхать его запах вперемешку с сигаретным дымом. Да, Федоров был старше лет на десять, но какая, к черту, разница? Этот ворчливый, заумный еврей всегда был и будет его «очаровательным малышом». — Блять, — мужчина нервно выдохнул где-то в районе плеча и попытался отстраниться. — А если нас заметят вместе? — Экзамен еще не начался, поэтому пусть идут нахуй. — Но я же организатор… — У нас еще уйма времени. — А ты участник экзамена… — Целая вечность впереди. — Тебя могут отстранить от сдачи, а меня уволить. — Да заткнись ты уже, — Слава обхватил острый подбородок двумя пальцами и на мгновение прикоснулся к чужим губам. — Все под контролем, окей? Мирон ничего не сказал, просто устроил свою голову на удобном плече и глаза прикрыл. Так даже время замедлялось, брало и текло в обратном направлении. Двое едва заметно покачивались на холодном ветру, обнимая друг друга и согревая. Звук машин перемешивается с детским смехом, а из трубы старой девятиэтажки струится серебристый дымок. Хорошо. — И все же мне нужно идти, — Федоров нехотя отстранился и стал медленно поправлять рубашку. — У нас еще будет своя проверка и подготовка, поэтому нельзя опаздывать. — Ладно, только напиши мне после экзамена. — Это я должен так говорить. — А говорю я. — Хорошо, — мужчина выдавил из себя не самую уверенную улыбку. — Все будет хорошо. *** — Сейчас бы завалить базовую математику, а потом пойти писать профильную, — Светло нервно крутился на школьном крыльце. — Какой же я долбоежик, надо было в техникум идти. Небольшая компания подростков, собравшаяся перед входом, дружно засмеялась. Все поглядывали на взволнованного паренька, но тот двигался, как заведенный. Стоит остановить, пока не успел навернутся. Слава подошел ближе и одернул его за плечо, это возымело свой эффект, но Ваня все равно споткнулся о свою ногу. — Успокойся уже. — Да как тут…- Светло растерянно взмахнул руками. — Я сейчас могу спокойно только в лес идти с претензией к медведю: «Ты думаешь ты пугаешь кого-то? А ты ЕГЭ видел, милок?». Школьники переглянулись и снова захохотали, но Светло был серьезен. Серьезен, как никогда. На часах уже почти девять стукнуло, скоро начнут запускать в ППЭ. Чувство неизбежности висит тяжелым камнем прямо под сердцем, аж стоять тяжело. Чистые нервы, голый адреналин, одиннадцатый класс. — Нормально все будет, — Карелин похлопал себя по карману брюк. — Мы же все берем телефоны, да? Ребята дружно закивали головами, и Фаллен тоже неуверенно хмыкнул. Да, сдача экзаменов, она такая. Металлоискатели работают настолько хорошо, что можно незаметно пройти через них в костюме рыцаря. И это никого не смутит, просто скажите, что пряжка внутри на штанах железная. — Наличие телефона никак не помогает дышать, — Ваня показательно обхватил свое горло руками и закатил глаза. — Мне кажется, что я войду в свою аудиторию и увижу там вместо парт гильотины: гильотина В1; перейдите с этой гильотины на правую; никто не имеет права покидать свои гильотины во время экзамена; у всех гильотины удобные…? — Заткнись и скажи спасибо, что пока они нам еще в жопу фонариком не светят. — А какая теперь разница? — хмыкнул один из собравшихся парней. — Этот экзамен рассчитан на то, что его все завалят, дабы госбюджет мимо широких карманов депутатов не прошел. Поэтому просто прибейте уже Светло стулом кто-нибудь, чтоб не мучался. Но вот момент истины настал. Двери школы открывались так же торжественно медленно, как врата Ада. А из-за них показалась дьявольская физиономия завуча. Начался запуск в ППЭ. *** — Как же хорошо, что мы в одной аудитории, — Ваня в наглую повис на чужой шее. — Боже, как хорошо. — Тебе хорошо, а мне тяжело, — Карелин попытался отцепиться, но это не так просто, как кажется. — Ну хватит, не расслабляйся раньше времени, экзамен еще даже не начался. Светло перевел унылый взгляд на восьмую аудиторию, и чувствовал он себя в этот момент, как щенок, которого хотят утопить в ведре. Дышать хочется, но кто тебя спрашивал? — Пусть хоть вопросы в этом самом экзамене соответствуют уровню образования в стране, — тяжелый вздох. — Предлагаю так: Как называется экзамен который вы сейчас сдаёте? 1) ЭКГ; 2) СНГ; 3) ЕГЭ; 4) просто Г. Ставлю на то, что половина не так ответит. — Сконцентрируйся на чем-то хорошем, а не на Г… — Блять, Славче, если ты сейчас можешь думать о том, как вставишь Мирону Яновичу после экзамена, то я думаю только том, как мне вставят на экзамене. — Да кто тебе вставит-то? — Карелин надменно закатил глаза. — Министерство образования. Оно жестко трахает меня с семи лет, а это запрещено законом! Я против педофилии. Парень гордо встал посреди коридора и посмотрел куда-то в окно. Вокруг него крутились подростки, и это выглядело очень картинно. ЕГЭ 2018 — детский крестовый поход, версия 2.0. — Забей уже, никто никого трахать не будет. — Это звучало бы куда правдоподобней, если бы я не знал, что у тебя в галерее куча фоток задницы нашего препода по русскому. — Ты рылся в моей галерее?! — И это все еще более прилично, чем спать с мужиками всякими и втихаря фоткать их пятые точки, — Светло развел руками. — Он почти лысый, писклявый и этот его шнобель… — Иди ты нахуй, — Карелин закатил глаза. — Люблю его шнобель. — Ну и вкусы у вас, молодой человек. Боюсь представить, на что вы будете способны пойти ради зачета в универе? Там-то преподы старые. — На занятия, ради зачета я буду готов пойти именно на них. Парни еще долго что-то друг другу доказывали, а время летело за этим делом быстро. И глазом моргнуть не успели, как на всю школу раздался звонок, погрузивший четырехэтажное здание в полную тишину. Дверь восьмой аудитории раскрылась с противным скрипом. Из нее вначале вышел старичок лет шестидесяти, он держал какие-то бумаги в руках и был одет в забавный белый костюм. Но куда интересней был персонаж появившийся следом. Голубые глаза, с характерной им ноткой безумия, сразу же уставились на Карелина. Они взволнованно сверкнули и прищурились. — Давайте, голубки, трахните друг друга взглядом, — из-за спины раздавался посмеивающийся голос Светло. — Здравствуйте, Мирон Янович! Мужчина как-то неуверенно кивнул и остановился у входа в кабинет. Мимо потекли ребята, которым предстояло сдать свой первый экзамен именно в этой аудитории. Все шло своим чередом, но Слава не выпускал еврея из своего поля зрения, контролируя каждый его шаг, каждый взмах пушистых ресниц. В груди теплилась странная гордость за этого человека, за его ум, за чувство юмора, за красивую длинную шею. За все и сразу. У восторга такого уровня не может быть причин, ибо в этом забавном лупоглазом существе все было хорошо и гармонично. Инструктаж пролетел незаметно, и вот экзамен начался. По счастливому стечению обстоятельств ничего особо сложного в тесте не было. Два года здорового сна в физмате не прошли даром, так сказать. Карелин быстро прорешивал все задания, то и дело поглядывая на мужчину. Хоть убейте, но он сейчас был особенно хорош в этой строгой белой рубашке и облегающих его шикарные ноги черных джинсах. На такое не смотрят, такое просто берут и трахают. Между ног уже назревало нечто большее, расползаясь сладкой истомой по всему телу. Да, блять, возбудиться можно и во время экзамена, просто от одного взгляда на объект вожделения. И Слава бы долго игнорировал лежащий перед ним тест, предпочтя ему рефлексии по своему мужчине, но стоны Светло, что раздовались из-за спины с оттенком ужасной обиды на тяжелую судьбу хорошо приводили в тонус. Следующее задание. Какие из приведённых ниже утвер­жде­ний рав­но­силь­ны утвер­жде­нию «Если Вы ― слон, значит, Вы ни­че­го не забываете»? (1) Если Вы ни­че­го не забываете, значит, Вы ― слон. (2) Если Вы ― не слон, значит, Вы все забываете. (3) Если Вы ― не слон, значит, Вы что-то забываете. (4) Если Вы что-то забываете, значит, Вы ― не слон. Пиздец. Честное слово, если не это знак небес, который кричит о том, что пора бы уже заняться более важными вещами, то мир сходит с ума. А Карелин не из тех, кто долго ломается. — Извините, — парень вскинул руку. — А можно выйти? — Конечно, — пожилой мужчина посмотрел на часы и стал что-то записывать в бланк. — Мирон Янович, проводите молодого человека, а я пока проверю все ли бумаги на месте. — Ладно. Слава вскочил со своего места и пулей вылетел из кабинета, энтузиазм бил лихим ключом. Чего не скажешь о старшем. — Ты опять что-то задумал, да? Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь… — Нет, Миро, ты у нас крайне редко ошибаешься, — Карелин схватил мужчину за руку и потянул в сторону туалета. *** — Что ты творишь? — Федоров шептал куда-то в грудь парня, обеими руками цепляясь за его плечи. — Слава! Дверь туалета громко хлопнула, а потом раздался щелчок шпингалета. — Прояви эрудицию, Мирош. Карелин, путаясь в собственных пальцах, расстегнул ремень на брюках. Он немного их приспустил, но отрываться от губ старшего так не хотелось. — Время отсутствия в аудитории же записывают, — мужчина судорожно вздохнул, когда Слава потерся стояком о его бедро. — Нельзя так… — Солнце, не будь моралистом, ладно? Я сделаю все очень быстро. Младший снова скользнул губами по щеке, а руки удобно разместил на упругих ягодицах. Да, они словно были созданы для этого. — Ты же не хочешь, чтобы я весь экзамен со стояком сидел, да? — Будто это моя проблема… — Мой стояк — всегда твоя проблема. Слава глухо усмехнулся и последний раз чмокнул Мирона в губы. Он опустил старшего на колени буквально одним движением руки, но для того это было настоящим нравственным падением. Мало того, что он целый год одинокими пятничными вечерами дрочил на профиль этого ребенка, потом позволил ему себя облапать, закрывшись в кабинете на большой перемене, а после всего втянулся в странные отношения с ним. Так теперь еще мужчина был совершенно не против отсосать ему прямо посреди экзамена. Лучше и представить нельзя. Слава вынул член из штанов и прошелся по нему рукой, очень медленно оглаживая каждый сантиметр. А Мирон уже, кажется, не отдавал себе отчет о происходящем и завороженно наблюдал за покачивающимся перед его носом половым органом. Физиология дала сбой ровно в тот момент, когда головка члена проехалась по щеке, размазывая свою смазку. Все мужское в Федорове в этот момент ломалось и рассеивалось, принимая на свое место животное желание быть трахнутым здесь и сейчас. Старший почти мурчал, когда Слава постукивал по его лицу своим хуем. Это длилось не так долго, поэтому Карелин прошелся влажной головкой по чужим губам, а потом медленно их раздвинул. Рот непроизвольно раскрылся так широко, как только можно, натренированный именно на Карелина. Да, Мирон частенько ему сосал, и он прекрасно знал, что парень любит глубокий минет. Поэтому резкий толчок на всю длину не стал неожиданностью. Федоров спокойно подставлялся под чужие движения, чувствуя, как что-то твердое врезается в заднюю стенку его горла с завидной регулярностью. Это вызывало сильные рвотные позывы, но отстраняться было нельзя. От резких и глубоких движений изо рта потекли слюни, они скопились на кончике подбородка и капали прямо на джинсы старшего. Слава смотрел на это с каким-то извращенным удовольствием, толкаясь сильнее и вслушиваясь в хлюпающие звуки. Да, он определенно любит, когда Мирон давится его членом. Покрасневшее лицо и испуганные глаза, с застывшими в них слезами — заводит чертовски сильно. Младший на секунду вышел из горячего рта, просто, чтобы посмотреть на то, как от его члена до опухших губ Миро тянутся тонкие блестящие струйки. А потом еще раз похлопал органом по щеке и вошел обратно с двойной силой. Федоров закатил глаза и едва слышно простонал. Мужчина в этот момент выглядел слишком растраханным, чтобы не довести это дело до конца. Слава запустил пальцы в короткие волосы и сжал их, дабы ускориться. Он уже просто брал чужой рот, не задумываясь о последствиях и чужих чувствах. Когда оргазм был близок, Мирон попытался отстраниться, чтобы по традиции додрочить Карелину и дать кончить на свое лицо, но парень лишь сильнее прижался к мужчине. — Ты же не хочешь испачкаться в сперме, да? — он шептал почти задыхаясь. — Тогда придется все проглотить, малыш. Слава толкнулся особенно глубоко и замер, изливая горячую белую жидкость прямо в сокращающееся горло. Сложно описать все те эмоции, но челюсть у Федорова сводило сильно. Когда младший вышел из него, то из краешка рта побежала тонкая струйка. Карелин, не долго думая, слизнул ее. — А теперь нам нужно побыстрее вернуться в аудиторию. *** Светло 13:23 Боюсь даже спросить что вы там делали целых 8 минут???? Миро 13:44 Я чувствую себя конечным извращенцем… Мама 13:52 Ну как прошел экзамен?