Кеккей Генкай - Черный Свет

      — Давно ждёшь? — вместо приветствия спросил я у Саске, что с отрешённым видом стояла у ворот клана Учиха. Оперевшись спиной о стену, она сложила руки на груди, благодаря чему я смог увидеть окровавленные бинты на её правой кисти.       — Нет, — только и ответила она, и жестом руки поманила меня за собой.       Похоже, Саске сегодня не в настроении. И её можно понять, одно дело, когда ты замечаешь какую-то странность, и совсем другое, когда узнав правду, в погоне за силой соглашаешься на непонятную авантюру с туманными перспективами. Саске с детства росла в клане, и наверняка в её голову твердо вбили важность сохранения в секрете тайн их крови. И сегодня, она по собственной воле нарушит это правило.       Следуя за Саске, я с интересом разглядывал местное убранство. Не знаю, как с этим обстоят дела в других кланах, но вид здешних домов меня приятно удивил. В отличие от большинства домов гражданских или безклановых шиноби, представляющих собой бетонные коробки, на вроде моего общежития, домики Учих построены преимущественно из тёмного дерева, и сильно отличались от них по стилю.       Там где в остальной Конохе крыша дома представляет собой просто плоскую поверхность, засыпанную щебнем для удобства передвижения шиноби, здесь в приоритете высокие катаные крыши с изогнутыми углами и покрытые глиняной черепицей, что в сочетании со стенами домов из темного дерева и небольшими садами в двориках, создаёт приятную глазу картинку. Будто и не в Конохе вовсе.       Вот только, всю идиллию портят следы произошедшей здесь бойни. Не смотря на сумерки заходящего солнца, то тут, то там, мой взгляд то и дело натыкается на пятна копоти на стенах, многочисленные отверстия от, скорее всего, сюрикенов и кунаев, и даже засохшие пятна крови на крыльце одного из домов.       — Ты тут совсем одна живёшь? — решился я нарушить затянувшееся молчание. — Дома тут вроде хорошие, неужели никто не захотел прикупить себе парочку?       Саске не сбавляя шаг окинула меня взглядом через плечо, после чего пожав плечами ответила:       — Несколько домов арендовали купцы, но используют они их как складские помещения. Репутация у моего клана была так себе, так что, гражданские не особо горят желанием жить тут.       Учитывая суеверность простолюдинов, кажется мне, что дело тут вовсе не в репутации.       — И ты сама разбиралась со всеми бумагами и бюрократией? — задал я не менее интересующий меня вопрос.       — У моего отца было много хороших друзей, в том числе среди юристов и бухгалтеров, — тихо ответила Саске. — Некоторые из них, в знак уважения к моему отцу, пообещали помогать мне с бумажной волокитой, пока я не буду готова сама с этим разбираться. Мы пришли.       Выйдя из-за спины Саске, я окинул взглядом большой двухэтажный дом. По стилю он не сильно отличался от всех остальных, но, от чего-то при взгляде на него, в голове возникла лишь одна мысль — монументальность. Явно дом строился не для обывателя.       Обернувшись на путь по которому мы пришли, я так же отметил схожесть планировки с таковой в центре Конохи: те же главные ворота, центральная улица с ларьками и магазинами, и в конце резиденция Хокаге, роль которой исполняет резиденция главы клана.       — На полигон не похоже.       — Полигон никуда от нас не денется, — снова не оценила мою попытку пошутить Саске. — Сперва, как договаривались, расскажешь, что там у тебя за секреты особой важности, потом, всё остальное.       Не найдя, что ответить, я лишь пожал плечами и поднялся вслед за Саске на крыльцо. Недолго провозившись с ключом, она открыла дверь, и жестом руки пригласила в дом.       — Простите за вторжение! — произнёс я традиционную фразу, чем заработал недоуменный взгляд от Саске.       — Обувь для гостей в нижнем шкафчике, кухня там, — рукой указала она. — Я спущусь через минуту.       Пока Саске убежала заниматься своими делами на второй этаж, я, надев тапки для гостей, направился в сторону кухни, попутно осматриваясь. Первый раз дома у девочки, как никак.       Внутренний вид дома полностью соответствовал наружному: на стенах висели картины, на которых были изображены выдающиеся личности Страны Огня и Конохи в частности, вместо обычных деревянных дверей тут были бумажные раздвижные, а на тумбочках и полках стояли статуэтки котов. Даже потолочные лампы сделаны в виде бумажных фанариков.       Открыв из интереса первую попавшуюся на пути дверь, я увидел просторную гостиную, в центре которой находился традиционный низкий столик для чаепитий, и вокруг него, четыре плоских подушки для сидения. Уютное место для встреч в неформальной обстановке.       Слабый огонёк в дальней части гостиной привлек моё внимание. Присмотревшись, я увидел небольшую полку, висящую на противоположной от входа стене, на которой находились пара палочек благовония, что и отбрасывали выделяющийся в темноте свет своим тлением, и небольшая рамка с фотографией между ними.       В голове мелькнула мысль, что я знаю, кто может быть изображён на этой фотографии, и дабы удостовериться, я вошёл в гостиную, и стараясь издавать как можно меньше шума, проследовал к дальней её части.       Взяв рамку в руки, я увидел фотографию, на которой была запечатлена супружеская пара.       Одного я узнал сразу — Фугаку Учиха. Я уже видел его на церемонии поступления в академию, когда он сопровождал Саске. Правда, на фото он выглядит лет на восемь-десять моложе.       Второй же, как нетрудно догадаться, была мать Саске — Микото, о которой мне рассказывал Хирузен.       Невольно я сравнил женщину на фотографии с Саске: та же светлая кожа, волосы у Саске хоть и не такие длинные, но зато присутствует челка как у матери, свисающая с обоих сторон её лба и неровно обрамляющая щеки. Так же от матери ей достался разрез глаз, правда… взгляд и «гусиную попу» на затылке, Саске, похоже, переняла у отца.       У Микото же, в свою очередь, даже через фотографию, взгляд кажется невероятно мягким, и… каким-то уютным, что-ли?       Если Саске будет хотя бы в половину такой же красивой, как и её мать, то, лет через десять, у неё от парней отбоя не будет.       Аккуратно положив фотографию на место, я так же тихо покинул гостиную, и закрыв за собой дверь, пошел на кухню.       Кухня к моему удивлению, была абсолютно обычной. Я ожидал увидеть что-нибудь в традиционном стиле, вроде низкого столика для еды, бамбуковых перегородок, отделяющих секции для приготовления и приёма пищи, или бумажных обоев, с рисунками расцветшей сакуры.       Но, от моей кухни, эта отличалась разве что размером самого помещения, и качеством мебели и посуды.       Усевшись за стол, я принялся ждать Саске. Спустя минуту со стороны лестницы послышались шаги, и объект ожидания показалась в дверном проёме. За время отсутствия Саске успела сменить бинты на порезанной руке и переодеться из школьной одежды в домашнюю, состоящую из тёмно-серых шорт и светло-серой футболки с высоким воротником.       В левой руке она держала прозрачную ёмкость, заполненную, судя по еле заметному запаху, кровью, и закрытую сверху пластиковой крышкой. Размером с обычный стакан, ёмкость как раз вмещала в себя примерно четверть литра крови.       Подойдя к Саске, я протянул ей руку, в которую через мгновение, она положила ёмкость. Даже через стекло кровь приятно грела руку, что явно намекало на то, что кровь Саске набрала аккурат перед моим приходом.       — Доволен? — спросила Саске, скрестив руки на груди. — Что теперь?       — Сейчас увидишь, — открыв крышку, я поднес ёмкость ко рту. — Твоё здоровье! — и на глазах ошалевшей от такого поворота событий Саске, залпом осушил сосуд.       Густая, теплая кровь потекла по пищеводу, и Сила, впервые за долгое время получив что-то кроме рамена, словно сорвавшись с цепи принялась впитывать и анализировать новые данные, даже не дав крови толком достигнуть желудка.       — Т-ты что, псих?! — заикаясь спросила Саске. — Выплюнь сейчас же!       — Ага, — отрешённо ответил я, сам тем временем с интересом анализируя поступающую информацию. — Полы потом сама мыть будешь?       Саске вновь замолчала, давая мне в спокойной обстановке проследить за процессом встраивания новых цепочек ДНК в свой собственный геном.       С любопытством я наблюдал за невидимыми стороннему наблюдателю изменениями, проходящими по всему моему организму.       В большинстве своем, они не несли какой-либо пользы, а чаще даже ухудшали уже имеющиеся показатели. Такие мутации я тут же отменял, возвращая все как было.       Особый интерес я уделил мозгу. В нём, к моему удивлению, мутации проходили особенно активно. Удивительно для меня это потому, что поглощение даже трёх шиноби не привело у меня к каким-либо мутациям связанным с мозгом, а тут хватило всего одного стакана крови.       Несмотря на моё интуитивное понимание процессов происходящих в организме, принцип работы мозга до сих пор оставался для меня загадкой. Слишком уж он сложно устроен.       И от того, я абсолютно не представлял, к какому результату должны привезти мутации, и как это должно помочь мне заполучить Шаринган.       Дело бы облегчило полное поглощение Саске с ассимиляцией её воспоминаний, но, боюсь за это Хирузен меня по голове не погладит — уж слишком этот вариант радикален.       Однако, увиденное уже наталкивает меня на интересные размышления: ведь действительно — при слове Шаринган, многие в первую очередь вспоминают глаза, при этом забывая о главном органе человека — мозге.       А ведь по логике, мало обладать глазами, способными видеть чакру, предсказывать будущее, пусть даже это лишь слухи, и копировать техники, нужен ведь ещё и мозг, способный быстро принять и проанализировать поступающую из органов чувств информацию.       Если это действительно так, то получается, что кеккей генкай Учих — это их мозг, а глаза лишь техника?       По итогу размышлений я понял лишь то, что ничего не понял.       Когда процесс встраивания подошёл к концу, я наконец открыл глаза и оглядел обстановку вокруг.       Какой-либо разницы с тем, как я воспринимал мир до выпитой крови, и после, я не обнаружил. Зрение, слух и обоняние работали всё так же чётко и ясно. Воображаемого тумблера для активации Шарингана тоже не появилось.       Решив не ходить вокруг да около, я оглянулся в поисках Саске, чтобы уточнить у неё несколько вопрос, до ответов на которые я не смог дойти сам, но той у двери уже не было.       — О, очнулся наконец? — донёсся её голос из-за спины.       Хм. Похоже, я настолько ушел в себя, что совсем потерял из виду Саске, которая за время моего «отсутствия» успела заварить чай, и в данный момент сидела за столом ожидая меня.       Молча сев напротив нее, я подтянул к себе заранее наполненную для меня кружку с чаем и сделал глоток.       — Не хочешь объяснить, что это сейчас было? — спросила она.       Хоть Саске и постаралась задать вопрос как можно нейтрально, было видно, что отказа она не потерпит. Впрочем, свою часть сделки она выполнила, а мои вопросы могут и потерпеть.       — Помниться, ты хотела знать, что я скрываю? — Саске согласно кивнула. — Смотри.       Мысленным посылом я запустил изменение тела по полученному от Саске шаблону. Ещё до прихода сюда я сменил обычную одежду на созданную из моей плоти куртку и штаны оранжевого цвета, так что, кроме внешности, я скопировал и её одежду.       Смена облика прошла настолько быстро, что Саске лишь недоуменно приподняла бровь, по всей видимости, списав увиденное на технику Хенге.       — Ну, и? Что я из этого должна понять? — раздражённо поинтересовалась она.       — Ладно, — полностью идентичным голосу Саске голосом протянул я. — Покажу более наглядно, — встав из-за стола, я проследовал в свободную от мебели часть кухни. — В этот раз смотри внимательно!       Глубоко вздохнув, я начал нарочито медленно, чтобы Саске смогла увидеть весь процесс в мельчайших деталях, перестраивать тело в бронированную форму.       Параллельно тому, как моё тело стало набирать в размере, постепенно покрываясь костяной бронёй, а мой угол обзора смещался все выше и выше, лицо Саске приобретало всё более бледный оттенок. Широко раскрытыми в удивлении глазами, она непрерывно бегала по моему телу, словно пытаясь ухватить взглядом всего меня разом. На мгновение мне даже показалось, что я смог краем уловить накрывшую её с головой бурю чувств, в которых угадывались неверие, шок и страх.       Или не показалось?       Отбросив лишние мысли, я сосредоточился на шатком эмоциональном состоянии Саске, и том, как мне сделать так, чтобы простая демонстрация моих возможностей не переросла в истерику последней.       Не то чтобы простым увеличением размера можно было удивить шиноби, те же Акимичи, на сколько я знаю, могут увеличиваться до размеров немаленькой горы, но я не Акимичи, и в бронированной форме на человека я похож уж очень отдалённо. АНБУ с которыми я дрался не дадут соврать.       А потому, стараясь не делать резких движений, я приподнял раскрытые ладони на уровень лица, показывая что угрозы от меня ждать не стоит, и медленно присел на одно колено, хотя даже так я был намного выше Саске. При смещении центра тяжести, пол подо мной протестующе затрещал, норовя вот-вот проломиться, но все же, с горем пополам удержал мою тушу.       — Теперь, надеюсь, достаточно наглядно? — увеличение размера и покрывающая лицо костяная пластина сделали мой голос низким и приглушённым, что со стороны, думаю, звучит угрожающе, но Саске, похоже, даже не обратила на это внимание.       Бледная словно мел, она резко встала из-за стола и отпрыгнула в противоположный от меня угол кухни. Осознанно или нет, она активировала Шаринган и встала в боевую стойку, словно готовясь отражать удар.       — Ты спрашивала, почему я всё это время скрывал свой истинный уровень сил, а техника которая должна была убить меня, не нанесла мне никакого вреда? — я широко расправил руки, давая Саске лучше разглядеть себя. — Вот он — ответ!       Удостоверившись что сбегать Саске не собирается, я решил что показанного достаточно, и вновь принял свой истинный облик. Судя по мимике и мелкой моторике тела, она уже начала отходить от увиденного и вот-вот должна окончательно успокоиться, и чтобы ускорить этот процесс, я медленно подошёл к крану и набрал воды в один из чистых стаканов.       — Вот, выпей.       Саске несколько секунд настороженно переводила взгляд с меня на стакан и обратно, но в конце концов все же приняла предложение и сделала несколько глотков.       — Что это б-было? — неуверенно поинтересовалась она. — Какой-то кеккей генкай?       — Ну~у, да наверное. — с сомнением протянул я. Всё же, я не родился с этой силой, а получил её от неизвестной хреновины, свалившейся с неба. Хотя… Хоть всем и известно, что кеккей генкай, — типа тех же Шарингана и Бьякугана, — передаются из поколения в поколение, никто почему-то не задаётся вопросом, откуда они появились у самых первых владельцев этих доудзюцу. Возможно ли, что когда-то очень давно, ещё одна хреновина так же свалилось с неба, и какой-нибудь человек, первым добравшийся до неё, получил первый в истории кеккей генкай, а уже от него, с каждым новым поколением стали появляться новые? Теория как минимум интересная, и если она верна — то мою силу тоже с уверенностью можно причислить к кеккей генкай.       — Вот значит как, — шёпотом отозвалась она. Пройдя мимо меня, она вновь уселась на стул, и посмотрела на меня уже более пристальным взглядом. — Отец бывало рассказывал мне о улучшенных геномах, встречающихся как в Конохе, так и в других скрытых деревнях, чтобы в случае чего я была готова постоять за себя, но он никогда не упоминал о чём-то, что хотя бы близко было бы похоже на показанное тобой! — взяв паузу, Саске отпила уже остывшего чая и спросила:       — Получается, твоя сила заключается в том, что ты можешь превращаться в эту огромную… штуку? И всё?       — То, что ты видела — лишь одно из проявлений моей силы, — не без самодовольства ответил я. — Полный рассказ займёт слишком много времени, но если коротко: я жру людей.       В комнате вновь воцарилось молчание. Саске вперила в меня недоуменный взгляд, который со временем перешёл в сердитый. Похоже она приняла сказанное мной за шутку, а всем в академии известно, что шуток она не любит.       — Ты издеваешься надо мной? — ровным тоном спросила она.       — С чего бы мне?       Взяв один из стульев, я положил его аккурат напротив Саске, и усевшись продолжил:       — Понимаю, что это звучит странно и даже мерзко, но именно так и работает моя сила. Жру людей я конечно не в привычном понимании, да и не только людей, — взяв небольшую паузу, я припомнил слова сказанные мне Ясуо. — Один человек сравнил работу моей силы с процессом поедания своих жертв пауками. Знаешь как едят пауки? — Саске отрицательно покачала головой. — Поймав в свои сети жертву, они оплетают её паутиной, затачивая её таким образом в кокон. После, в кокон с жертвой впрыскивается желудочный сок, который начинает разлагать жертву в «питательный бульон», и, спустя какое-то время, пауку остаётся только выпить полученный супчик. И ты разумеется спросишь ≪Наруто, зачем ты мне всё это рассказываешь? ≫, а я отвечу — моя сила работает точно так же, но, намного эффективнее и без костыля в виде желудочного сока.       Подняв правую руку перед лицом, я мысленным приказом трансформировал её выше локтя в «букет щупалец». И так дёрганная от моей речи, Учиха резко вскочила со стула, но я был быстрее. Не успела Саске и моргнуть глазом, как щупальца быстро настигли её, крепко оплетая её тело от плеч и до талии. Шокированная происходящим, Саске попыталась вырваться из хватки, но добилась лишь того, что потеряла равновесие и вновь плюхнулась на стул.       — В отличие от пауков, мне не нужно фиксировать жертву и ждать — достаточно лишь дотронуться. Моя сила сама вскроет тело несчастного как ржавую консервную банку, и с большим энтузиазмом разберёт его на составляющие. Кроме того, поглотив человека я получу не только порцию питательной биомассы, но ещё и всю его память. Только представь, с каждым побежденным противником я получу не просто эфемерный опыт, но всю память побежденного! Все его знания, рефлексы, техники… а может даже кеккей генкай!       Брыкавшаяся во время моего монолога Саске на последних словах внезапно замерла и уставилась на меня широко раскрытыми глазами. Пользуясь случаем, я разомкнул хватку и вернул руку в нормальный вид.       — Получишь… кеккей генкай? — взволнованно произнесла Саске, даже не обратив внимание на то, что я освободил её. — Значит, для этого ты потребовал от меня кровь?       — Да. Но я ещё не поглощал владельцев улучшенного генома, и не уверен в том, что это сработает.       — Сработает или нет — мы о таком не договаривались!       Откинувшись на спинку стула, я поднял взгляд с рассерженной Учихи на потолок и медленно выдохнул. Я конечно понимал, что Саске будет не в восторге от услышанного, но, похоже своими действиями я слегка перегнул палку и завел разговор в совсем не то русло.       Взяв со стола стакан с уже остывшим чаем, я залпом осушил его. Саске молчала, и со стороны могло показаться, что она спокойна, но напряжённые плечи и сжатые до побелевших костяшек кулаки выдавали её эмоции с головой.       Встав со стула я медленно обошёл её со спины и положил руки на её плечи.       — Я понимаю причину твоего негодования и признаю, что поступил с тобой как минимум не красиво, но ты похоже не совсем осознаешь, что получила взамен.       — Может тогда просветишь глупую меня: что я получила? — произнесла она, бросив на меня сердитый взгляд через плечо.       — Источник информации, например? — я вышел из-за спины Саске и встал с ней лицом к лицу. — Вспомни, что я говорил о получаемых от поверженных врагов знаниях? Я уже владею несколькими методиками тренировок контроля чакры и техниками, которым не учат в академии. А со временем буду знать ещё больше! И разумеется я не вижу ничего плохого в том, чтобы делиться этими знаниями с товарищем. Это ведь лучше, чем просто спарринг партнёр о котором ты просила?       Лицо Саске из рассерженного приняло заинтересованный вид, а я дал себе мысленный подзатыльник за то, что не додумался начать сразу с этих слов.       — Звучит и в правду заманчиво, — тихо произнесла Учиха. — Но какой тебе в этом резон? Если сказанные тобой в академии слова о том, что Хокаге-сама в курсе о твоих силах — правда, и ты с ним в хороших отношениях, то откажись ты дальше мне помогать, я бы не смогла ничего с этим сделать.       — Это действительно так, но что если я скажу, что буквально месяц назад я узнал, что мы не такие уж и чужие друг другу люди? — весело спросил я, чем ввел последнюю в недоумение. — Хокаге-сама поделился со мной информацией о том, что после смерти моих родителей, некая Микото Учиха взяла надо мной опеку. Правда, через год ей пришлось отдать меня в приют.       — Не может быть! — потрясённо произнесла Саске. — Но... но если они уже приютили тебя, зачем было через год отдавать в приют?       — Видимо, была причина. Но это уже не важно, — пожав плечами произнес я. — Главное, что мы друг другу вроде как выходим молочными братом и сестрой! Понимаю что для тебя это может звучать глупо, но для меня, как для круглого сироты от рождения, это многое значит. Теперь понятно, какой мне в этом резон?       Саске не ответила. Оно и понятно: я сам не ожидал, что всё обернется душеизлиянием. Тем более моим!       — Не подумай что я навязываюсь к тебе, — произнес я, прерывая затянувшееся молчание. — Или хочу что-то с тебя поиметь сверх того, что уже получил. Только скажи, и я сейчас же покину твой дом, и без всяких обид буду помогать по мере надобности в будущем. Просто, — я отвёл взгляд в сторону, пытаясь правильно подобрать слова. — Просто мне нужен друг. Понимаешь?       — Тебе? Друг? — удивлённо спросила Учиха. — У тебя ведь полно друзей. Те же Шикамару и Чоуджи.       — Это не совсем та дружба которую я имею ввиду, — пояснил я. — Да, они неплохие ребята, и мы действительно хорошо ладим, но они клановые. Как бы я им не доверял, я не смогу полностью открыться им.       — А я, значит, уже не клановая? — скептически посмотрев на меня спросила она.       — Лет тридцать назад существовал клан Узумаки, и моя мать была из этого клана. Так что, чисто технически, я на столько же клановый, на сколько и ты. Но речь сейчас не об этом. Чоуджи и Шикамару будущие главы своих кланов, у них свой круг общения, свои обязанности и цели, и я не могу быть уверен, что в будущем они не воспользуются моим доверием мне же во вред. Хокаге-сама тоже не вечен, и я не могу без конца надеяться на его поддержку. Так что, мне нужен товарищ, друг, кто-то, кому я мог бы доверять без оглядки на титулы… — я замолчал когда Саске подняла ладонь останавливая меня.       — Я поняла что ты имеешь ввиду, но такими друзьями не становятся по простому договору.       — Знаю, но с чего-то ведь надо начинать, — весело произнес я, после чего протянул ей руку с вытянутым мизинцем. — Ну так что, команда?       Саске задумчиво посмотрела мне в глаза и медленно перевела взгляд на протянутую руку. Лицо её стало безэмоциональным, а зрачки то сужались, то снова расширялись, свидетельствуя о том, что Саске крепко задумалась о принятии решения. Это меня порадовало: пусть уж лучше она заранее обдумает все за и против, чем наобум согласится, а потом пожалеет об этом.       Учиха «отмерла» примерно через пол минуты: медленно подняв руку, она сцепила свой мизинец с моим.       — Я постараюсь оправдать твоё доверие, но жду от тебя того же. — ровным голосом произнесла Учиха.       — Меньшего я от тебя и не ожидал, — сказав это, я уселся на стул и откинулся на спинку. — Теперь ты от меня не отделаешься! С моей силой и твоим Шаринганом, мы с тобой горы свернём! Считай, что Итачи уже стоит на коленях у твоих ног…       — Нет! — резко прервала меня она. — Итачи мой, понял? Я лично покараю его за содеянное!       — Разумеется! — поднял я руки в успакаивающем жесте. — Сдался мне твой Итачи.       — И раз уж ты упомянул Шаринган. Рассказывай, что ты там провернул с моей кровью?       — Ах, да! Про это, — я потупил взгляд от сложившей руки на груди Саске. — Я встроил полученный из твоей крови геном в свой, и вроде как, получил Шаринган.       — Так вроде как, или получил? — настойчиво уточнила она.       — Получил!       — И ты можешь его активировать?       — Нет, — Саске склонила голову в бок и вопросительно изогнула бровь, молча требуя от меня продолжения. — Встраивание прошло успешно, и я уверен, что доудзюцу у меня есть, но я не знаю как его активировать.       — Даже если бы и знал, тебе бы всё равно необходимо было его сперва пробудить. — ровно произнесла Учиха.       Внешне, я лишь непонимающе склонил голову набок, но мысленно, я метался по пластам памяти, лихорадочно собирая все обрывки, так или иначе связанные с Шаринганом. Информации этой было не много, и состояла она в основном из сплетен, и уж тем более среди этих сплетен ничего не говорилось о пробуждении доудзюцу Учих. Раньше я как-то не придавал этому особого значения, считая, что процесс пробуждения доудзюцу у Учих, схож с таковым у Хьюг.       — Хината рассказывала, что для пробуждения их доудзюцу нужно в достаточной мере укрепить тело и СЦЧ, после чего, остаётся лишь пустить в глаза большой объем чакры. У вас разве не так?       — Эх, если бы, — тихо, и даже как-то грустно произнесла Саске. — Да, крепкое тело и СЦЧ важны, но для пробуждения этого не достаточно.       — Как же тогда ты пробудила свои глаза? — задал я интересующий меня вопрос.       — Эмоции, — коротко ответила она. — В ночь когда Итачи вырезал клан, я и пробудила свои глаза. Той ночью я задержалась в академии, и по возвращении на территорию клана, первым на что я наткнулась было мёртвое тело одного из соклановцев, лежавшее в луже крови прямо посреди дороги. Я была в ужасе осознав, что я только что увидела, и в панике побежала домой. И чем дальше я бежала, тем больше мертвых людей попадалось мне на пути. Мужчины, женщины, старики, дети, — с каждым словом её глаза всё больше стекленели, а голос становился всё печальней и печальней. — Разрубленные, заколотые, сожжённые. Думаю, до дома я добежала чисто на рефлексах, потому что, к тому моменту я попросту не могла и двух мыслей связать от ужаса и отчаяния. Наверное, в тот момент я и пробудила Шаринган.       Слушая её историю я не мог не пожалеть Саске — пережить такое и врагу не пожелаешь, но также я пожалел и о том, что вообще затронул эту тему.       За сегодняшний день я видел на её лице разную гамму эмоций: веселье, страх, гнев, безразличие. Но такой как сейчас, я не видел её даже когда она впервые после резни посетила академию.       Я бы понял, если бы она разрыдалась. Я бы принял, если бы она впала в ярость. Я бы удивился, если бы она расхохоталась и заверила меня, что всё позади и она с этим справиться. Но всего этого не было. Ничего не было!       Её руки всё так же были скрещены на груди. Плечи, хоть и опустились немного, не были напряжены, как если бы она злилась, и не дрожали, как бывает когда кто-то готов расплакаться. Лицо её, если не перегнало манекен в безэмоциональности, то как минимум сравнялось с ним. И самое жуткое — её глаза, в данный момент из-под чёлки смотрящие в пол немигающим взглядом. Абсолютно сухие и безжизненные. Словно не живая и не мёртвая. При взгляде на неё, в голове волей не волей всплывает одно единственное слово — пустышка.       — Ты знал, что в активированном состоянии, Шаринган дарует своему владельцу почти что фотографическую память? — внезапно спросила объект моих раздумий.       — Ну, нет. Слышал, что Шаринган может копировать техники, но про память не знал. — в любой другой день я бы обрадовался новой информации, но сейчас мне было не до этого, ибо я уже понимал к чему она клонит.       — Теперь знаешь. И по иронии судьбы, первым, что я увидела после пробуждения Шарингана, были мёртвые тела моих родителей…       — Так, всё! Хватит!       Резко поднявшись с места, я за шаг преодолел дистанцию между нами и схватив её за воротник поднял на ноги. Даже максимально сдерживая свои силы я мог с лёгкостью оторвать её от пола, но мне не пришлось прилагать ни малейших усилий — Саске попросту не сопротивлялась, а лишь смотрела отсутствующим взглядом куда-то сквозь меня.       В академии она никогда не затрагивала тему гибели своего клана, и всегда злилась если кто-то, не важно, учитель или одноклассник, проявлял к ней жалость. Она всегда старалась казаться сильной, и, я совру если скажу, что у неё это не получалось. И только сейчас до меня дошло, что то, что она не показывала публике свои чувства, отнюдь не означает, что у неё их нет. Пережитый ею ужас был слишком велик, чтобы его можно было просто забыть, а замкнутость и «клановая гордость» не позволяли Учихе выговориться кому-нибудь, излить душу, чтобы облегчить ношу.       Не позволяли до сегодняшнего дня… И последствия её подавления эмоций, я могу наблюдать перед собой — её «плотину» просто напросто прорвало.       Схватив её за плечи, я встряхнул её, пытаясь привезти в чувство:       — Я тебя не узнаю, Саске-чан! Соберись! — её взгляд немного сфокусировался, и я не останавливаясь на достигнутом продолжил. — То, что случилось с твоей семьёй ужасно, но не дай памяти о прошлом сломить тебя изнутри. Ты ведь сильная! И ты отомстишь Итачи, а потом… потом, — я на мгновение задумался над дальнейшими словами. Всё-таки, воодушевляющие речи не мой конёк. — А потом ты возрадишь свой клан. Да! Найдешь парня… нет! Соберёшь гарем парней. Так быстрее…       Мою пламенную речь прервал удар под дых. Сила удара была такова, что меня оторвало от земли и отбросило на пол метра назад.       Выпрямившись, я с удивлением взглянул на Саске, что стояла с полусогнутой вперёд и вверх рукой с зажатым кулаком, и прожигала меня взглядом. Безразличие на её лице сменила гневная гримаса, а веко на её левом глазу безостановочно дёргалось.       — Думай что говоришь, дурак! — чуть ли не выплюнула она в мою сторону.       — Вот такой настрой мне больше по душе, даттебайо! — весело всплеснув руками произнес я. — А то, понимаешь, развела тут сырость. А если серьезно, я не шутил когда говорил о ужасе пережитого тобой, — резкая смена темы и тона выбили Саске из колеи, отчего, она тут же растеряла запал и непонимающе уставилась на меня. — Думаю, у каждого шиноби в Конохе найдется история о друге или знакомом, кто сломался и от меньшего, просто потому, что в нужный момент не поделился съедающими изнутри чувствами с близкими. Поэтому, если тебя что-то гложет, не бойся делиться со мной этим. Мы ведь теперь одна команда, а сокомандники должны помогать друг другу во всём!       — Команда, да? — тихо, почти что шёпотом произнесла она, потупив взгляд в пол. Постояв так несколько секунд, она подтянула к себе стул стоявший у неё за спиной и медленно уселась на него. — Да, наверное ты прав. И… спасибо.       — Что? — удивлённо спросил я, и даже проверил сознание на предмет постороннего вмешательства.       — Говорю, чтобы пробудить Шаринган, нужно испытать сильные эмоции, часто отрицательные и связанные с потерей дорогого для тебя человека.       — Ах да, Шаринган, — подыграл её попытке съехать с темы я, мысленно умиляясь её нежеланию проявлять свои чувства, и радуясь, что они у неё всё же есть. — Это не очень хорошо.       — Я бы даже сказала очень не хорошо, — с грустной ухмылкой поправила она меня. — Многие Учиха поплатились за приобретенные силы рассудком.       — Да я не об этом, — вставил я, и поймав на себе недоуменный взгляд Саске, пояснил. — Понимаешь, моя сила даёт мне полный контроль над процессами происходящимм в моём теле. А эмоции ведь не берутся из ниоткуда, они рождаются как ответ на внешние раздражители.       — И, так как ты полностью контролируешь процессы организма, а значит и эмоции, ты не можешь получить их «естественным» путем, соответственно и Шаринган пробудить будет проблематично. — коротко кивнув закончила за меня мысль Учиха.       — Схватываешь на лету, — искренне похвалил её я, сам в это время размышляя над возможностью искусственно спровоцировать пробуждение Шарингана. Жаль, что из Учих остались только Саске и её брат. Останься их в живых хотя бы на пару человек больше, это сильно облегчило бы мне задачу. — Думаю, с Бьякуганом в этом плане было бы попроще.       — Ты ещё и Бьякуган хочешь получить? — удивлённо спросила Саске.       — А ты, будь у тебя такая возможность, не хотела бы?       — Ну, не знаю, — неуверенно протянула она. — В прошлом были случаи, когда Учиха и Хьюга вступали в брак, но, дети из таких семей не владели ни Бьякуганом, ни Шаринганом. Что если наши доудзюцу несовместимы, и в итоге ты лишишься и того, и другого?       — Думаю, в худшем случае, я смогу использовать только один вид доудзюцу за раз. Как бы то ни было, не узнаю, пока не попробую.       Саске замолчала, и я бросил взгляд на окно, через которое в далеке виднелись качающиеся на сильном ветру кроны деревьев. Солнце уже давно село, но тяжёлые тучи, тянущиеся от горизонта до горизонта во все стороны, не позволяли увидеть ни единой звёзды, и даже местоположение луны можно было определить лишь по чуть более светлому участку неба.       — Похоже, поход на полигон придется отложить, — произнес я, не отводя взгляд от картины за окном. — Мало того, что время позднее, так ещё и резко похолодало. Того и гляди, снег пойдет.       — И что теперь? — поинтересовалась Учиха проследив за мои взглядом. — Будем ждать до весны?       — А зачем ждать? Тренировать ведь можно не только тело. Что у тебя по контролю чакры?       — Думаю, контроль у меня выше среднего среди одногодок, — после недолгих раздумий ответила она. — Отец показал мне приём с листиком, где нужно сперва научиться чакрой удерживать его на лбу, а затем перемещать по телу, но я быстро освоила его, а информации о том, что делать дальше не нашла.       — Тогда, тебе повезло, потому что я знаю, что делать дальше.       Провожаемый любопытным взглядом Саске, я подошёл к стене, у которой недавно показывал свою бронированную форму. Сняв тапочку с правой ноги, я медленно прислонил ступню к стене. Через секунду, те же действия я проделал и с левой ногой, но вместо того чтобы упасть, я остался стоять параллельно полу и сделал несколько шагов вперёд, то есть, в сторону потолка.       — Та-дам! — дурашливо произнёс я, задрав голову к верху, чтобы лучше видеть Саске. — То что ты делала с листиком помогло тебе лучше ощутить чакру, это же, научит направлять чакру в нужную часть тела и грамотно дозировать ее количество.       Оттолкнувшись от стены, я сделал кувырок в воздухе и приземлился на ноги прямо за спиной Саске.       — Направить в ступню нужный объем чакры и прицепиться, — задумчиво произнесла Саске. — Звучит просто.       — Звучит — да, но есть свои нюансы. Важную роль играет концентрация. Нарушишь концентрацию — техника не сработает. Направишь в ступни слишком мало чакры — банально не зацепишься. Слишком много — дерево у тебя под ногами лопнет и ты полетишь вниз.       Саске слушала с нескрываемым интересом, временами кивая моим словам, а я с удивлением отметил, что делиться своими знаниями, мне нравиться почти так же, как получать их самому.       — В среднем, на изучение техники уходит от двух недель, до нескольких месяцев, но, я не рекомендую тебе торопиться с этим. Пока есть время, лучше довести навык до такого уровня, при котором ты интуитивно будешь и направлять, и дозировать чакру.       — Разумно, — кивнула в ответ на мои слова Саске.       — Также, не советую заниматься этим дома, если только не хочешь тратиться на ремонт стен. Когда сможешь уверенно ходить по вертикальным поверхностям, перейдешь к следующему этапу тренировки контроля — ходьбе по водной глади. Ну, вроде всё, — я коротко выдохнул и оглядел кухню в которой мы находились. — Наверное, мне уже и домой пора… если только ты не против того, чтобы я остался с ночёвкой.       — Выход сам знаешь где. — ни секунды не раздумывая ответила та.       — Уу~у, Саске-чан, ты такая злюка! — наигранно обиженным голосом произнес я, тем не менее, направившись к выходу.       Пока мы шли по коридору Саске не проронила ни слова, явно витая в своих мыслях. Надевая сандали, я краем глаза посматривал на неё, мысленно удивляясь разнице того, что я видел утром в академии, и что я вижу сейчас. Не было больше той отстранённости, надменности и задиристости, коими она славилась даже за пределами нашего класса.       В домашней одежде, с растрёпанными волосами, без всяких клановых заморочек и попыток кому-то что-то доказать, она казалась мне сейчас невероятно уютной и милой… прям как её мама на фотографии.       Наконец, разобравшись с обувью, я распахнул дверь и вышел на крыльцо.       — Увидимся завтра в академии, — бросил я через плечо подходя к ступенькам. — Пока.       — Наруто-кун.       — Хм? — встав вполоборота, я взглянул на окликнувшую меня Саске.       — О том, что сегодня услышал от меня — никому ни слова, понял? — тихо, но настойчиво произнесла она.       — Разумеется, Саске-чан, — искренне заверил я её. — Я — могила.       Постояв ещё несколько секунд, Саске кивнула мне, и бросив на последок такое же тихое ≪Пока≫, закрыла дверь.       Спустившись по лестнице, я осмотрел темную даже для моего зрения улицу, и в очередной раз напомнив себе, что приведений не существует, отправился домой.