Глава клана

      Немая сцена.       Как? Нет, КАК? Я просто не верю. Это тот самый Гарри Поттер? Герой магической Британии, мальчик-который-выжил?       Что он делает у маглов, да ещё и таких? Если память мне не изменяет, а она не изменяет мне никогда, у парнишки куча родственников. Те же Малфои и Лонгботтомы, и если первых отметаем из-за подозрений в пособничестве ТКНН, то Леди Августа Лонгботтом никогда не будет против. Будучи лично знаком с сей почтенной дамой, уверен на сто процентов — у её внука похожая судьба — это смирило бы жалостливую женщину с необходимостью управлять ещё одним родом. Да и более дальние родственники тоже были бы рады растить и присматривать за знаменитостью и его родом на правах регента. А тут мы имеем магловоспитываемого героя, живущего у магоненавистников в отвратительных условиях и с законсервированными делами рода. Блеск.       Я не особо интересовался той историей. В то время, будучи в Америке по делам клана, да и соглашение, подписанное с на тот момент Томом Риддлом, по которому мы не выполняли заказы на определённый круг лиц, а они не пытались мешать нашей работе и угрожать нашим семьям, действовало. Всё-таки даже став безумцем, уже Волдеморт не утратил чувство самосохранения и осознания того, что исполнить его самый большой страх для любого из нашего клана, как нечего делать.       Надо просмотреть дела тех лет. Чую, всё не так просто…        — Сэр? Я сказал что-то не так? — из раздумий меня вырвал обеспокоенный голос Гарри.       Я более осмысленно посмотрел на ребёнка. Он нервно переступал с ноги на ногу и боязливо косился в сторону родственников.       — Нет, всё хорошо, — я постарался улыбнуться как можно более естественно; дети в таком возрасте могут как быстро привыкнуть к человеку, так и разочароваться в нём из-за какой-либо фразы с непонравившейся или показавшейся опасной интонацией.       — Разреши мне помочь тебе, — я вытянул руку вперёд ладонь вверх, боясь спугнуть.       Гарри с опаской, но подошёл. Я мгновенно послал в него диагностирующее заклинание. Получив отчет, выругался (про себя естественно). Сломанная в трёх местах левая рука, пережатые, но уже восстанавливающиеся голосовые связки, синяки по всему телу, вывих лодыжки и плеча правой руки, и это только сегодня! А ведь есть и более ранние повреждения, последствия которых я сейчас наблюдаю, неправильно сросшиеся рёбра и ключицы, задержка в росте из-за постоянного недоедания, испорченный желудок и… и… гррр, всего не перечислишь, плюс ко всему прочему почти полная слепота, которую никак не помогают побороть очки велосипеды с не единожды склеенной скотчем дужкой.       — Гарри, сейчас я вылечу твои раны…        — Но у меня ничего не болит, — меня прервал насторожившийся детский голос.       В принципе понятно, что он мне доверяет, да и боль после такого выброса адреналина приходит не сразу. Я потёр переносицу. Привычка, перенятая у Рей, она всегда так делает, когда нужно… не важно. Никогда не имел дел с детьми, нужно быстро что-то делать, иначе вернувшаяся боль может отозваться нежелательными последствиями. Так, ладно. Вдох… Выдох…       — Гарри, — я начал спокойным тоном, стараясь не переходить на голос, с которым обращаются к душевнобольным, — я знаю, ты сейчас мало чувствуешь… после случившегося это нормально, но скоро эмоции и боль вернутся. Я думаю, ты умный парень и сможешь осознать последствия… — продолжать не стал, боясь вызвать негативные эмоции неприятными воспоминаниями.       Мальчик нахмурил брови и неуверенно кивнул. Хвала богам, он всё же решил не рисковать. Я быстро, чтобы ребёнок не передумал, начал залечивать основные повреждения. Присев на корточки, чтобы примерно сравняться ростом и не нагнетать и так неспокойную ситуацию, послал в ребёнка сначала обезболивающее, а потом эпискей и ферула для того, чтобы он не навредил себе ещё больше. Когда на руке Гарри из ниоткуда появились бинты и гипсовая шина, он вздрогнул и хотел было дёрнуть рукой, однако я успел придержать его и, подождав когда заклинание полностью выполнит свою работу, объяснил:       — Так надо, не пугайся, у тебя рука сломана, это поможет быстрее её залечить и не создать новых повреждений…       Парнишка кивнул и уже более спокойно, хотя и подрагивая, скорее больше от нервов, чем от страха, всё-таки уровень адреналина спал, и приходило осознание произошедшего, смотрел за моими манипуляциями. Эх, права была Рэй, нужно больше практиковаться в лечебных чарах. Со всеми своими знаниями я только и мог, что вправить вывихи и наложить шину. Впрочем, это естественно. Я никогда не волновался по поводу синяков и ушибов, они сами заживали, и я только время от времени направлял свою магию на восстановление особо неприятных повреждений, да и зелья никто не отменял… Точно… зелья!!! Я чуть не стукнул себе по лбу для ускорения работы мозга и полез по карманам «рабочей» мантии, в которой всегда была парочка особо используемых зелий. Достав рябиновый отвар и умиротворяющий бальзам, я посмотрел на Поттера и увидел открытый от удивления рот. Я с улыбкой и некоторой усмешкой сказал, протянув ему флакончики:       — На вот, выпей. И не удивляйся так, это всего лишь небольшие чары расширения пространства.       — Всего лишь! А я так смогу?! — мальчишка был в восторге и уже не скрывал этого. И даже противный вкус зелий не притупил это не замутненное ничем другим чувство.       Я только шире улыбнулся и, покровительственно похлопав его по здоровому плечу, ответил:       — Сможешь, сможешь. Только нужно учиться и не отлынивать от занятий в школе…       End of POV Гидеон Лейт       Не успел договорить, как его перебил детский вскрик, Гидеон поднял голову и увидел направленный за спину взгляд Гарри, в котором смешались и восторг отчего-то необычного, и страх от того, что неизвестное существо было полупрозрачным и отдавало синевой. Патронус, стоящий в метре от мужчины, был похож на койота*, только шерсть больше похожа на чешую, и ноги, как и всё тело, были тоньше и длиннее**. Лейт обернулся и, увидев животное, сглотнул. Выдохнул и быстро закрыл уши Гарри. Патронус от Рэй, а он был именно от неё, был ярким и красноречиво скалился, что говорило о совсем не благодушном настроении тени. Эти мысли были подтверждены словами на грани рыка, вырвавшимися изо рта койота:       — ГИДЕОН ФАБИАН ЛЕЙТ!!! Тащи сюда свою сиятельную задницу и разбирай тот конфликт, что ты устроил с Авроратом, сам!!! У тебя две минуты, иначе…       Дальше пошло красочное описание где, куда и каким образом правая рука будет вставлять остатки мозгов своему начальнику. Мужчина порадовался тому, что успел закрыть уши ребёнку, а то его детская или не совсем детская, но всё же не устоявшаяся до конца психика, не выдержала бы выверты извращённой фантазии тени.       Патронус растворился, донеся сообщение. Гидеон отпустил мальчишку и в задумчивости отошёл. Гарри, обернувшись, пристально посмотрел на мага и, подозрительно сощурившись, спросил:        — Что это было? — его голос эхом отдавался в тишине безлунной ночи.       — Это был патронус, — с обречённостью в голосе ответил маг, понимая какие разборки, предстоят с Авроратом в общем, и Грюмом, который является главой Аврората, в частности. И, представляя, какой разгром ему устроит Рей при встрече.        — А откуда он здесь и зачем пришёл? — невинные по своей сути вопросы вгоняли мага в тоску. Он, никогда не имевший дел с детьми и работающий с профессионалами, не привык к вечным, но казалось бы элементарным вопросам.       — Это моя… знакомая прислала мне информацию. И мне нужно идти.       — А… а что будет со мной… — потупившись, неуверенно спросил Гарри.       Этот вопрос занимал мысли Лейта с момента получения патронуса, и сколько бы ни думал, решение не находилось. Похоже, придётся оставить ребёнка здесь и приставить к нему кого-нибудь из теней. Или рискнуть и взять Гарри с собой, ведь если его заметят, начнётся шумиха, узнает Дамблдор. «Этот старик никогда не вызывал у меня доверия», — пронеслось в мыслях у главы «Убийц». Лучше не рисковать и оставить его в доме.       — Сейчас тебе нужно остаться здесь ненадолго, я уйду по делам, а к тебе придёт мой знакомый, ты побудешь с ним, пока я не вернусь, а потом мы вместе придумаем, что будем делать дальше.       Мужчина достал бодрящее, уже представляя насколько примерно придётся уйти, и опустошил флакончик. Погладил мальчика по голове и встал отряхиваясь. Он уже собирался трансгрессировать, как был остановлен вопросом, заданным испуганным и немного грустным голосом:       — А можно… с вами? Я боюсь здесь оставаться. Тут…       Гарри замолк. И Гидеон «вспомнил», что не так давно произошло в доме, и снова огляделся. Да-а-а, оставлять здесь ребёнка, у которого случился магический выброс, — не лучшая идея. Может всё же рискнуть? По идее группа зачистки должна была уже прибыть и убрать как минимум кровь, а скрыть тихого ребенка на время разборок не составит труда, на крайний случай с кем-нибудь отправит в особняк. Решено.       — Ладно, возьми мою руку и ни в коем случае не отпускай. Сейчас я аппарирую… перемещусь. Не пугайся неприятным ощущениям, это нормально, со временем можно привыкнуть.       Гарри подошёл ближе и крепко, будто и правда боясь отпустить, вцепился в руку. Маг усмехнулся такой непосредственности и, взмахнув палочкой, аппарировал…