Глаза цвета васильков

Сегодня был один из тех дней, когда делать совсем ничего не хотелось. Да и не получалось. Все просто валилось из рук, а причиной этому снова была Василиса. Эта рыжеволосая девочка, которая насторожила своим появлением всех. Послав все дела к чертям, парень предался лени и упал в кровать с кучей подушек, продолжая тихо бубнить что-то о несносной фейре. С тех пор, как в привычные серые будни влезли эти красивые глаза цвета васильков, все будто изменилось. Мир зациклился только на них, не позволяя ему заниматься своими делами. Что-то громко щелкнуло внутри, когда в его жизнь ворвалась эта девочка, а сердце начинало громко пульсировать от одной только мысли о ней. Так было и сейчас. От страха за эту фейру на душе скребли треуглы. Беспокойство не давало спокойно жить, продолжая давить. Продолжая добивать. А что эта фейра… Она была несносной, вечно лезущей не в свое дело. Но, черт возьми, она была такой маленькой, такой ничего не понимающей. И эти голубые глаза… Фэш не мог позволить, чтобы с ней что-то случилось. Никогда. Он не мог допустить, чтобы свет потух в ее глазах. Просто не мог. Она стала для него открытием. Чем-то новым, неизведанным и таким прекрасным… Фэш все еще оставался тем заносчивым юношей, но где-то глубоко внутри у него пьянящим ароматом разливалось до сих пор неизведанное чувство, именуемое любовью, которое заставляло его в очередной раз пожертвовать собою. Ради нее. Но не только это непривычное чувство, от которого внутри вдруг расцветали не ромашки, а васильки, заставляло его жертвовать всем ради Василисы. Было что-то еще… Надежда? Надежда, что на этот раз он не просто так собрался умирать. А с важной целью. И в этот раз горечь отпускала, не сдавливала горло. Было легко и щекотно, но совсем не от радости, а от своего решения. На этот раз оно было верным на все сто процентов. Он пережил так много за свою короткую жизнь, повидал столько грязи вокруг, столько лжи, и сейчас он всего лишь хотел защитить Василису. Не позволить увидеть ей всех этих ужасов. Василиса вдруг стала его миром. Темнотой, которая затягивала в бездну и не отпускала. Человеком с несносным характером, которого Фэш полюбил. И если бы Фэш не боялся признаться в этом хотя бы себе… Он так и не написал в той записке: «Я люблю. Я просто тебя люблю. Безумно, дико, нежно, тихо». Так и оставил простую подсказку. Не добавил ничего от себя. Он по локти погряз в этом дерьме, и выхода отсюда уже не было, но он постарался спасти ее. *** Фэш удивлял Василису. Он был угрюмым и каким-то напряженным. Особенно в последнее время. Василиса украдкой глядела на него при каждой встрече и все с большим удивлением замечала, какой же он невыносимый. Все время пытается задеть и будто ненавидит ее. Но в тоже время она не раз ловила на себе какой-то непонятный для нее взгляд. «С какой нежностью он на тебя смотрит», — как-то толкнула ее Захарра и тихо захихикала, а эти слова почему-то так глубоко засели в памяти Василисы, не давая спокойно жить. Эти слова казались чепухой, но почему-то Василиса хотела в них верить. Почему-то Василиса ощущала благодарность, слепую и совсем непонятную. Она была благодарна ему за то, что он спасал ее не в первый раз. Да, каждый раз он говорил, что делал это не по собственной воле, но все же делал. И почему-то это для Василисы было самым важным. Василисе нравилось часодейство. Она впервые в жизни ощущала, что нашла свое место. Понимала, что это ее, но в тоже время это было так опасно. И как же хорошо, когда рядом друзья. Когда рядом есть Фэш. Если бы только она знала, на какие жертвы он пошел, чтобы спасти ее жизнь в этот раз. Чтобы оставить записку на подоконнике.