От счастья до отчаяния один шаг

Они вокруг, они везде, в каждом уголке и в каждой тени. Я чувствую, как они наблюдают за мной. Их взгляд все время на мне, я боюсь. Это случается каждый день, после того дня. С того самого момента, после которого я не мог уснуть. Меня никто не поддерживает, окружающие лишь усугубляют всё. Мне...мне страшно. Я чувствую, как мое сердце начинает трескаться, как осколки пытаются вырваться наружу, чтобы никогда больше не чувствовать ничего. Мне так больно. Я боюсь почувствовать пустоту. Зачем же он так поступил со мной? Он разбил меня. Что происходит? Я чувствую, как задыхаюсь. Это петля? Здесь мой конец? Прошу, не надо, не надо... Ты был так добр ко мне, зачем же поступаешь так со мной? Здесь так темно и сыро. Спасите... Чонгук, прошу, не делай этого. - Я верил тебе. Это кровь. Плачь. Крики. Тишина. Я всё ещё умоляю меня спасти от бесконечного кошмара. Всё зря. Голоса проносились в голове словно фантомы в фильмах. Они были чертовски навязчивы, пугали каждый раз до чёртиков и дрожи по всему телу. Словно воспоминания, связанные с чем-то ужасным. Только вот эти "воспоминания" воспроизводило его воображение, которое решило, что будет хорошей идеей усугубить итак не лучше состояние. Сегодня вы извилисто смеётесь, глядя друг другу в глаза, а завтра он даже мельком не взглянет на тебя. Сегодня утром вы мирно посапываете на мягкой кровати, а завтра он уже трахает очередного парня, что попался ему на глаза. Сегодня он самый близкий человек, а завтра никто. И слишком много слова «сегодня», хотя это и было далеко не в этот день. Просто мысли навязчиво прилипали к сознанию, как мухи к дерьму, до жути противно. Их также сложно убрать. Пока Тэхён ждал Юнги, он уже в двадцатый раз успел перелистать его фотографии с родителями и Чонгуком. Правда очень хотелось верить, что всё плохое — это всего-лишь иллюзии его воображения. Но самообман Киму был не присущ. Откровенно говоря, Ким Тэхён устал. Знаете то чувство под грудью, когда ты хочешь буквально самоуничтожиться, лишь бы не чувствовать никакой душевной боли, что сильно давит на сердце и заставляет солёные полосы слёз течь по твоему лицу? А Тэхён знает, почти каждую ночью его мучает именно это чувство, и лучше бы он испытал физическую боль, лишь бы не чувствовать эту. И, в тот раз, когда Ким совершил попытку самоубийства, так оно и было, он хотел заглушить всю боль, что настигла его с помощью лезвия, может даже заодно обрести душевный покой, но, к сожалению, не вышло. Это до сих пор больно. Больно понимать, что если бы не ты, самые родные люди могли бы быть рядом, если бы не твоя эгоистичность, всего того дерьма, что случилось, могло не произойти. И закапываясь в этих мыслях, Тэхёну хотелось упасть на колени и громко кричать, рвать волосы на голове от ненависти к себе, что поглощала с каждой минутой всё больше. На утро же приходилось притворяться, что ты в порядке. Это было ещё больнее. Юноша даже подозревал, что Чимин пару раз слышал его плачь.

***

Ким сидел на деревянной скамейке. Он находился на месте встречи уже около 20 минут, т.к пришёл пораньше и в томных ожиданиях старшего, приправленных самокопанием, и захватил с собой наушники, надевая их и включая мелодию из своего аудио плейлиста, заставляя мозг хоть как-то расслабиться и отвлечься от всех негативных мыслей. Топая ногой в такт музыке, юноша приоткрыл полузакрытые веки, завидев на горизонте знакомую фигуру в пальто и слегка улыбнувшись, помахал Юнги, привлекая к себе внимание и ожидая, пока старший подойдёт ближе. Мин оглядел Кима буквально с головы до ног и, потупив взгляд на скамейку, будто вышел из транса, садясь рядом и кладя ногу на ногу, сложил руки на коленях в замок, задумавшись. Не зная чем прервать неловкое молчание, Тэхён вспомнил, для чего вообще изначально устроил эту встречу и, сев в более уверенную позу, повернулся к старшему лицом, тыкая того локтем, заставив обратить внимание на себя и смаргивая надоедливую ресницу. — Я думаю, мы, в принципе, можем перейти сразу к делу. Юнги повернулся и сменил позу на идентичную позе младшего, внимательно глядя на него. — В общем-то, исходя из слов Чимина, его парнем является некий Чон Хосок, не спрашивай, кто это, потому что я сам до конца пока не понял, но он обещал нас скоро познакомить. Мин свёл брови к переносице, прикусив нижнюю губу, приоткрыл их, хотел что-то сказать и снова закрыл, делая это пару раз и переведя дыхание вздохнул. — Так, ладно, что тогда насчёт Чонгука? Старший озадаченно глянул на Донсэна, который сегодня выглядел получше, чем это было в последние дни, но всё же словно потерявшего на долю секунды уверенность в своих словах, а потом снова вернувшись к исходному. — Он сказал, что они лишь друзья и знакомы едва ли месяц. Честно говоря, такое утверждение меня напрягло, исходя из того, что я видел их держащихся за руки, но спрашивать у самого Чонгука я бы не стал... Младший горько усмехнулся тому, как жалко произнёс последнюю фразу, связанную с Чоном и поморщился, устало прикрыв на пару секунд веки. Юнги снова озадаченно жевал губу. — Я не думаю, что тебе стоит вообще как-либо контактировать с этим отбитыми Чонгуком. Тем более, с учётом того, сколько он тебе боли причинил. Закивав в знак согласия, Тэхён заглянул прямо в глаза Мину, на долю секунды пересекаясь взглядами и моментально отвёл его, на лице старшего появилась интригующая загадочность. — Как думаешь, стоило бы тебе узнать у Чимина побольше о Чонгуке, ну, я имею в виду, о том, как он вообще ведёт себя с ним. — посмотрев на Кима, старший молча ждал ответа. — Я не знаю, сколько информации он может дать, но, в принципе, вполне возможно... Они пару минут сидели в молчании, каждый думал о своём, старший сложил руки в замок на груди и периодически поглядывал на Кима. Последний в свою очередь словно погрузился в глубокий транс, смотря в одну точку и пялясь туда, не моргая. Обратив на это внимание, Юнги около 10 секунд щёлкал пальцами возле его лица, пока он наконец не пришёл в себя и резко заморгал, пристав со своего места и учащенно дыша. Мин аккуратно усадил его обратно и слегка тряхнув за плечи, плюхнулся практически вплотную к Тэхёну, облокотившись на спинку, вздохнул. — Ты в порядке? Старший обеспокоенно глядел на Донсэна, вглядываясь в лицо и пытаясь понять по эмоциям хоть что-то. — Ох, чёрт... В уголках глаз младшего мелькнули кристаллики слёз, он старательно пытался сморгнуть их, продрав глаза тыльной стороны руки мельком улыбнулся, взгляд был словно в тумане. — Да, в полном. Меня просто душит боль.

***

С того происшествия в парке прошло около недели, эта тема больше никем из парней не поднималась, и, честно говоря, им не особо хотелось это обсуждать. Юнги решил, что не стоит говорить об этом, пока этого не захочет сам Тэхён. Тот, в свою очередь, большую часть времени проводил дома, находясь во сне или выходя из комнаты восполнить банальные потребности, иногда выходя на связь, чтобы Мин не сильно беспокоился. Честно говоря, Тэхён чувствовал себя обузой для семьи Пак. У него было ощущение, что он заставляет их лишний раз тратить время на него, хотя им, скорее всего, вряд ли по-настоящему нужен сирота, который остался без родителей в 17 лет. Но Чимин бы вряд ли бросил друга, даже если бы родители отказались усыновить того. Он напоминал Киму ангела, человека, прилетевшего с небес, он был самым светлым из всех, кого Тэ знал. Но парень не рассказал своему другу даже половины того, что с ним происходило на самом деле. Он не описывал целую картину событий даже Юнги, это всё было больно держать в себе. Появлялись ли у Тэхёна мысли сделать повторную попытку самоубийства? Да, такая мысль была, но она не долго задерживалась в голове, т.к от неё Киму лишь хотелось врезать себе, особенно вспоминая то, какие последствия это принесло в прошлый раз. Сейчас его мысли были сосредоточены исключительно на том, что делать дальше и как вообще продвигать свою жизнь. Как бы прискорбно это не было, с потерей близких рано или поздно придётся смириться. Единственное, что не давало покоя, это одна из последних встреч с Чонгуком. Зачем он зажал его в переулке тогда? Зачем устроил эту показуху? Ради чего он общается с Чимином, если прекрасно знает, что они являются друзьями детства? Эти вопросы отдавались эхом в голове, но на них не нашлось нужных ответов. Когда Ким собирался встать с кровати и сосредоточиться на ежедневной рутине, у него зазвонил телефон. Тот взял его с прикроватной тумбочки и озадачился, увидев неизвестный номер. Тэхён тыкнул на значок ответа. — Ало? Кто это? — Тэхён, это я, Чонгук. Нам нужно встретиться в ближайшее время, не спрашивай зачем, пожалуйста. — Что- Не успел старший ответить, как послышались гудки. Тот крепко сжал телефон в руках и закусив нижнюю губу, кинул первый попавшийся объект в стену, заставив обеспокоенного Чимина немедленно заглянуть в комнату и, встретив его разъяренным взглядом, встал с места. — Пожалуйста, отвали, всё нормально. Вытолкнув Пака за дверь, Ким опёрся об неё спиной и скатившись вниз, отчаянно закричал. Какого чёрта Чон Чонгук снова врывается в его жизнь?