Скажите привет Луне Лавгуд

      На следующих уроках я выкладывалась как ебучая собака. На трансфигурации я заработала пять баллов, первой из класса трансфигурировав из спички иголку. Получилось вполне неплохо, да и задержались чары надолго, много силы вбабахала. На травологии — ещё три. Да что там зарабатывать? Будь чуть менее брезгливым да подкладывай под всякие цветочки-ягодки драконий навоз. Учителя (все, кроме Снейпа) считают меня очень трудолюбивой и чем-то похожей на Гермиону Грейнджер, это мне прямо сказали. Но слухи, разносившиеся про неё по Хогвартсу (ещё и про то, что она мутит сразу с двумя — с Поттером и Уизли), меня не радовали. Очень талантливая, но в каждой бочке затычка. Далеко не пойдёт. Тем более, водится с самыми отпетыми хулиганами, что особому спокойствию не содействует. Я бы не стала.       Староста Эмма помогла мне перенести вещи. В ходе переезда заметила, что моя лучшая мантия (та, которую я шила сама. Очень красивая) изрезана в клочья. В ответ тем двум сучкам лишь мерзкая улыбочка и желания хорошо провести вечер. Уже наверху я с помощью репаро (моё любимое, сумка, заклинание) её починила. Но ткань заметно испортилась. Блять, мантия уже не парадная. Спасибо, сучки. Зато узнала, что если чарами ремонтировать вещи, качество ткани ухудшается. Или это потому, что в мантии не было целых кусков, и они брались практически из воздуха?       Комната, в которую я попала была заметно обжита. На тумбочках фотографии, на окне, которое выходило в озеро, цветы. На кровати сидела знакомая мне Алисия и ещё две девочки. Одна, высокая, с длинными, почти по пояс, рыжими косами и карими глазами. Вторая, бледная, как поганка, с просвечивающимися сквозь кожу синими венами и мышиного цвета волосами.       Они оказались нормальными. Тереза, рыженькая полукровка с отцом магглорожденным, и Силена, с обедневшего чистокровного рода в первом-втором поколении.       Они считали меня защитником, кем-то вроде Супермена. Ещё бы, в первый же день начистить морды двум противнейшим девочкам факультета, способным составить конкуренцию Паркинсон и Гринграсс (ну да, одна из них тоже Гринграсс). Нет, зачем им конкурировать, они знакомы с детства, родственники и отлично спелись. Гадюшник Слизерина сформировался. Как-то без меня. Я же главная гадюка, правда?       Но я могла (да и не хотела) показать свое истинное лицо. Быть быдлом-наркоманкой в обществе таких приятных девочек казалось… Неправильным. Тем более за эти месяцы я заметно изменилась. В этом теле никаких зависимостей у меня не было, не было ограничений, во всем, что со мной происходит, виновата лишь я сама. И это надо исправлять. — Ну что, давайте делать уроки! — улыбнулась им я. — Давайте во всех классах держаться поближе. Так нас тяжелее будет задеть. Будем факультетом в факультете.       Всё согласились. Со мной были хоть какие-то шансы более или менее жить. Существовать, точнее. На Слизерине.       Спустившись в гостиную (в спальне просто негде заниматься, разве что на кроватях), где уже занимались несколько студентов, мы заняли отдельный стол, рядом с камином. Огонь ярко полыхал, отдавая нас тепло и прогоняя сырость, которая неизменно сопровождала наш дом.       В это время со стороны лестниц в спальни спустились трое: Малфой (я его уже видела), с начисто прилизанными каким-то гелем белесыми волосами, и два шкафоподобных амбала, следующие за ним, как дрессированные собачки. Чем-то они похожи. Как братья близнецы. Одинаковы в своей тупости и силе. Неровня никому со Слизерина. — Эй, вы! Свалите, вы что не знаете, что это наше место? — Писклявым голосом затянул Малфой. Фу, как пенопластом по стеклу, заткнись уже. — Вообще-то на нем ничего не написано. Тебе не кажется, что выгонять четырёх беззащитных первокурсниц — подло. — Ответила я, улыбаясь. Остальные просто боялись и начали потихоньку складываться. Вот трусихи. — Ну, они не такие уж и беззащитные, — сказал он, намекая на ситуацию с моими прошлыми соседками (кажется, Элайза и Астория). — тем более, я наслышан о вашем союзе. Такой себе факультет в факультете. Для тупых грязнокровок. — Лучше быть первыми среди калек, чем последними среди нормальных, правда, Малфой? Кому, как не тебе это знать, правда? — Я намекала на его шефство над Крэббом и Гойлом, главным тупица факультета. — Думаю, ты такая же, — Парировал он. Резко он достал с кармана палочку и направляя её прямо мне в лицо, крикнул — Петрификус тоталус! — вот ебучая самка ебучей собаки… Блять. Мерлиновы подштанники, как здесь говорят.       Увернуться я не успела, луч заклинания сразил меня наповал, попав куда-то в подбородок. Синяк точно останется. Хорошо, если губа не разбита. Но крови я пока не чувствовала. Тело словно окаменело и я больше не могла двигаться лишь злобно зыркать. Малфой и его соратники засмеялись, подтянулись Элайза с Асторией. Мои даже не думали заступаться, оперативно собирая свои и мои вещи в сумки. Блядь, кому я доверилась. Не зря же они на Слизерине. Не змеи, но на обычных крыс тянут. Теперь я сама. Снова. — Вот теперь пообщаемся по настоящему, полоумная Лавгуд. — Воскликнула девочка с разными глазами, разминая кисти рук, кажется, Астория. Она уже достала и направила на меня палочку, вспоминая самые сильные из доступных ей проклятий. Сука. — Не думаю, мисс Гринграсс. Напомню, использование заклинаний в гостиной и коридорах запрещено. В противном случае я должен буду снять с факультета баллы. — Мы больше не будем, профессор. — Полным раскаяния голосом защебетал Малфой. Вот пидар. Жополиз. — Я верю вам, Драко. Расколдуйте мисс Лавгуд и не трогайте её. Все-таки, её кровь такая же чистая, как и ваша. — Элайза произнесла контрзаклинание, и я снова смогла двигаться. Разминая затекшие ноги и руки, я сказала: — Спасибо, профессор Снейп. Если бы не вы, после их практики атакующих и проклятий я бы не вылезала из больничного крыла месяц. — Добавив как можно больше яда в голос сказала я. — Наказания, конечно же, не последует. Да и баллы вы снимать не будете. Они же сказали, что больше не будут. Я тоже бы так могла, ещё и поплакала бы для убедительности. Но я не они, и я готова отвечать за свои поступки. — Смотрела я прямо в глаза младшему Малфою, отчего тот нахмурился и заметно покраснел. По крайней мере щеки и уши покрылись пятнами.       Развернувшись на каблуках, я быстрым шагом направилась в спальню, попутно забирая свою сумку, которую девочки оставили в кресле. — Ну что, предательницы? Значит, их защищай, а как я попала в беду, то сразу бежать? Вас было столько же, я уверена, что хоть по несколько полезных в той ситуации заклинаний вы знали. Могли бы помочь! — Высокомерно глянула на них, особенно задержав взгляд на ничуть не смутившийся Алисии. — Спасибо! — Пойми же, мы полукровки. Ну, кроме Силены. В случае чего Малфоя выгородят. А мы проведём неделю в больничном крыле в лучшем случае! Ты пока ничего не сделала, нам нет резона подставляться! — Начала Алисия. — Мы по трое выступали против целых групп по двадцать человек. И не боялись. Нас колотили, как боксёрские груши, но мы были вместе! Сплоченны! Понимаешь? Если бы не Снейп, то я, я бы провела в больничном крыле минимум неделю, а то и две! Вы могли привлечь внимание, позвать старосту в конце концов! Но вам было все равно. И вы считаете, что я возьму вас под покровительство? Каждый. Сам. За себя.       Взяв книги и плотно задвинув полог, я принялась писать эссе по чарам, хотя этого предмета по расписанию. завтра не было. Нужно остыть. Сердце до сих пор бешено колотится, а магическое ядро (я выяснила, что место, где вырабатывается магия, действительно существует) разливало энергию по всему организму. Я понимала, что если бы не Снейп, одним Петрификусом я бы не отделалась. Минимум пара-тройка проклятий. От каждого. Может, и побольше. И не помогут мне все чары, которые я знала. От банальной подлости не спасёт ничего, запомните. Только вот почему я так и не осознала данной действительности. Идиоткой была, просто.