i'm not gay but coffee is coffee

— Да, я иду. Меня точно пустят в палату? Хорошо. Что? Кофе? Будешь должен. Кит закинул телефон в карман худи и чертыхнулся сквозь плотно сжатые зубы. Широ совершенно точно издевался над ним — он лежал в больнице всего пару дней, а брюнету уже хотелось застрелиться от постоянных просьб. Он чувствовал себя мальчиком на побегушках, но отказать другу не мог — у Такаши была сложная операция на руку, Когане не хотел подводить его сейчас. Он дорожил их дружбой, поэтому и терпел чужие заморочки. Зонт, которым Кит пытался укрыться от косых влажных капель, совсем не спасал. Волосы вымокли, прилипали к шее, а ботинки противно хлюпали по мокрой дороге. Небо хмурилось с раннего утра, серые облака клубились и смешивались, закрывая тусклое солнце, еле пробивающееся сквозь мелкие щели. Когане завалился в кофейню недалеко от дома, прекрасно помня о просьбе друга. Дёргая за ручку, брюнет ожидал увидеть скопление людей, прячущихся от разбушевавшейся вовсю погоды, но, к удивлению, зал почти пустовал. Парочка засыпающих студентов занимала круглые столики, разложив на них пухлые тетради с конспектами и расставив компактные ноутбуки, а очередь исчислялась парой человек. Кит устроился позади, нетерпеливо постукивая носком ботинка о пол. Время на часах перевалило за восемь, и парень надеялся, что успеет забежать к Широ до десяти, пока разрешены часы приёмного покоя. — Ваш заказ? Ослепительная улыбка напротив вернула его в реальность. — Один кофе, — сказал Кит, а затем, подумав, добавил. — Сладкий настолько, чтобы сводило зубы, пожалуйста. Если бариста и удивился, то ничего не сказал. Пожав плечами, он стал готовить кофе. Когане, залипая в ленту твиттера, украдкой кидал на него заинтересованные взгляды и, в конце концов, пришёл к выводу, что бариста хорош собой. Шатен с выразительными синими глазами, подтянутой фигурой и приподнятыми в полуулыбке уголками губ. Горячий. В его вкусе, к тому же. Брюнет отмахнулся от назойливых мыслей и уткнулся в экран телефона. Не хватало ещё словить краш на первого встречного. Пускай он и успел придумать, как они сыграют свадьбу и назовут десять котов, за время ожидания. — Невыносимо сладкий кофе для вас. Слаще только мой член, детка. Рекомендую попробовать! Кит был готов взять свои слова назад. Этот парень не горячий. Этот парень полный засранец. Когане едва удержал рвущуюся наружу жажду насилия. Он всегда славился своей вспыльчивостью, но, на контрасте с нелёгким характером, у него также имелась львиная доля терпения, поэтому он в спешке оплатил заказ и выбежал на свежий воздух, сжимая в руках стаканчик с обжигающим напитком. Настолько обжигающим, что до юноши с опозданием дошло, как пальцы пульсируют от невыносимой температуры. Ладонь окрасилась в красный цвет, как и пылающее от стыда и злости лицо.

***

После окончания школы Кит раздражался редко. Поступление в университет сделало его сдержанным и молчаливым. Однако, когда он залетел в палату, пнув дверь ногою, от спокойствия не осталось и следа. Молодая медсестра подорвалась с места, чтобы вывести его из помещения, но парень зло сверкнул глазами, и та, приглушённо пискнув, выскользнула за дверь. — Теперь понятно, почему у тебя нет девушки, — хрипло рассмеялся друг, приветственно помахав здоровой рукой Когане. Брюнет грохнулся на стоящий рядом стул, растирая лицо холодными после прогулки под дождём ладонями. Вылетев из кофейни, он совсем забыл про зонт, который оставил у стойки. Возвращаться было выше его достоинства, и Киту пришлось пожертвовать своим относительным комфортом, лишь бы не встречаться с довольной лыбой бариста. Капли стекали по слипшимся прядям и разбивались, падая на кафельный пол. Собравшись с мыслями, Кит подал голос, не выдерживая молчания. (Обычно он молчит до последнего, не изменяя принципам, диктующим, что загадочные люди должны следовать образу.) — …ты понимаешь? Он ненормальный! — закончив эмоциональный рассказ, Когане недовольно уставился на друга в синей больничной пижаме. Кит впервые за последние годы казался настолько взвинченным, но сочетание возмущённой интонации и красных кончиков ушей друга весьма позабавило Такаши, отчего он тихо засмеялся. — Чего ржёшь? Тут нет ничего смешного, Широ. — Может, ты понравился ему? — сквозь непрекращающийся хохот выдавил больной. — Боже, заткнись. Тебе не идёт изображать детектива, — брюнет закатил глаза и всучил ему успевший остыть кофе. Широ, ничего не подозревая, отхлебнул из стаканчика. — Редкостное дерьмо, — сморщившись, друг вынес вердикт, но пить холодную и сладкую жижу продолжил. — Если твой бариста сделал это, то он действительно ненормальный. Слушай, а у него руки точно не из задницы растут? Ну, вдруг ты не заметил. — Когда он стал моим? — юноша поперхнулся воздухом, испытывая смесь из неловкости и унижения. — Это единственное, что ты услышал? С тех пор, как ты вошёл в эту палату, Кит. Последний раз я слышал энтузиазм в твоём голосе в восьмом классе. — Не преувеличивай. — возмутился Когане, складывая руки на груди. — Ещё в десятом. — Устраивай стендапы милым медсёстрам, я больше не намерен терпеть тебя, — время приёма как раз подходило к концу, так что Кит с грохотом поднялся со стула и выбежал прочь из палаты. По пути ему встретилась всё та же молодая медсестричка, вмиг побледневшая от нежелательной встречи.

***

space daddy: зайдёшь в понедельник? у меня кончился апельсиновый сок :) Samurai: Катись к чёрту, Широгане. Samurai: Окей, я зайду. Что-нибудь ещё? Памперсы? space daddy: какой саркастичный. захвати с собой кофе. только хороший. я почти умер в прошлый раз. Samurai: Жаль, что не умер. space daddy: спасибо за заботу :)

***

— Ваш кофе, — вновь восхитительная улыбка, такая, что Кит на мгновение теряет связь с миром вокруг. Но этот парень всё ещё говнюк. Расслабляться не стоит. — И что, на этот раз без тупых шуток? — брюнет слишком резко выдёргивает стакан из длинных пальцев работника. Решение вернуться в кофейню после недавнего инцидента не выглядело плохим, но оно пробило дно, установив рекорд по самым неудачным идеям Кита. — Надеюсь, этот кофе будет таким же восхитительным, как и ты в постели со мной, — понизив голос до заигрывающего шёпота, произнёс парень. Кит уже намеревался открыть рот, чтобы смело послать бариста куда подальше, но тот ловко заткнул его румяным пончиком с сахарной пудрой. Боевой настрой Когане испарился, когда по подбородку потекли слюни, а утереть их не представлялось возможности. Одна рука была занята стаканчиком, а в другой парень держал тяжёлый пакет с продуктами из супермаркета. Брюнет приготовился провалиться сквозь землю. Бариста взял бумажную салфетку и аккуратно стёр влажную дорожку с подбородка под протестующее мычание. — У нас конфетно-букетный период, не мешай мне ухаживать за тобой, — издевательски пропел он, вкладывая использованную салфетку в кармашек куртки Кита. Ещё и улыбался так приторно, что Когане захотелось кинуть колечко из жареного теста прямо в его светящееся лицо. Вместо этого он вытянул руку с картонным стаканом и выплеснул содержимое на форменный фартук. Горькие капли потекли по спецодежде и белоснежной рубашке. — Упс, случайно получилось. Теперь вы должны мне кофе за счёт заведения. Кит не ожидал, что его просьба воспримется серьёзно. Он хотел вывести бариста на эмоции, а не получить второй кофе бесплатно, но никакого удовольствия от маленькой мести не получил, поняв, как отвратительно он поступил в порыве раздражения. Поникшее лицо шатена, который молча принялся делать кофе и не проронил ни слова за всё оставшееся время, не выходило у него из головы целый день. Лучше бы он накричал на него, выгнал, заставил оплатить ущерб, но только не смотрел таким разочарованным взглядом. Тот парень же не обиделся? Ведь нет? Спустя сутки успешного самобичевания, Кит ворвался в кофейню с твёрдым намерением извиниться за свою вспыльчивость. Но того самого бариста там не оказалось. И на следующий день тоже. И через неделю. Он заболел? Уволился? Кит не мог перестать думать о нём, считая, что сам виноват в длительном отсутствии парня. Брюнет наведывался туда просто так, каждый вечер находя новые поводы прийти и занять столик у окна. В один из таких дней ему всё же повезло. — Ты мне так и не позвонил. А я скучал! — рядом раздался досадный вздох. Перед ним опустился его бариста в форменном фартуке. Значит, не уволился. — У меня нет твоего номера, тупица, — Когане прикусил язык, припоминая, что хотел извиниться, а не грубить в первые же секунды их встречи. — Я точно оставлял его на стаканчиках с твоим кофе, — он выглядел потерянным. Брюнет поморщился, вспоминая последний визит. — Это не мой кофе. Я покупаю его для друга, так что не разглядывал надписи на стаканчиках. И прости меня за тот раз, я просто разозлился. Хотел извиниться, но ты исчез. — Я ездил в гости к семье, — буднично, как будто его не было всего пять минут, ответил он. — То есть, ты ни разу не пил мой кофе? Я делал его самым лучшим для тебя, малыш! — шатен был оскорблён до глубины души. Когане поморщился. — Не люблю кофе, — ответил брюнет. — Лучше чай. Зелёный. — Ты просто не пробовал мой кофе! — Да-да, такой же классный, как и наш будущий секс, — вырвалось у Кита непроизвольно. Он осознал, что сказал спустя пару секунд, а затем вспыхнул под пристальным взглядом замершего парня. — В точку, детка. Кстати, как тебя зовут? — Детка. — Так и знал! Я Лэнс, приятно познакомиться, Детка. — Как мне узнать, хорош ли твой кофе, если ты прохлаждаешься тут вместо работы? — Окей-окей, солнце, не ворчи. Когда Лэнс был занят делом, его лицо становилось серьёзным и сосредоточенным, а руки двигались быстро-быстро. Наверное, он обожал работу в кофейне, и она подходила ему до неприличия сильно. Как будто парень был рождён, чтобы дарить людям улыбки и потрясающий кофе. — Пробуй, — Лэнс поставил дымящийся напиток перед ним и уселся рядом. Кит недоверчиво сделал первый глоток, но, распробовав, пришёл к выводу, что Лэнс не врал о навыках. — Вкусно. Кажется, Лэнс изобразил гитарное соло. Кит не уверен в этом. Кажется, Кит погряз в этом болоте. И это единственное, в чём он уверен.

***

— И ты дал ему? — Широ приподнял бровь в удивлении. — Кому он дал, объясните, — Мэтт, их общий друг, совершенно не улавливал нить разговора. Он уезжал на океан с семьёй и пропустил все культовые события, начиная от операции Широ и заканчивая странностями в личной жизни Кита. — Пока не дал никому, — притворно задумался больной. — Но скоро, думаю, даст. Мэтт приложил максимум усилий, чтобы втянуться в тему. — Как это вышло? Он пытал тебя? — Такаши продолжал театр одного актёра. — В здравом уме тебе бы не пришла мысль оставить свои контакты. — Это получилось случайно, — раздражённо ответил Когане и отвернулся от парней, не желая демонстрировать им свою кислую мину. — А в следующий раз «случайно» ты упадёшь на его член, — ехидно вставил Мэтт, поправив очки. Они с Широ отбили «пять» и продолжили переговариваться об отвлечённых вещах, не замечая, как настроение их эмо-друга падало всё ниже. — Я пойду, — тихо оповестил брюнет, направляясь к выходу из палаты. — Стой, я с тобой. Нужно забрать сестру, — Мэтт подхватил сумку и вылетел вслед за Когане, бросив Такаши скомканные извинения и пожелания поправляться. В коридоре больницы он нагнал Кита и попытался завести непринуждённый разговор. — Тебе же не нужно забирать сестру? Сегодня выходной, — уточнил Кит. — Ты меня раскусил, — друг виновато улыбнулся. — Мне хочется посмотреть на того, кто смог обаять нашего с Широ ребёнка. — Я не в вашей гейской семье, — Когане закатил глаза и ускорил шаг, не дожидаясь друга. — И мы не пойдём в кофейню. — Это бро-семья, ты ничего не смыслишь в высоких отношениях, котёнок, — Мэтт щёлкнул его по носу, и Кит сморщился. Почему все странные парни считают своим долгом обращаться к нему ласкательными прозвищами? В итоге они, конечно, пришли в эту кофейню. Мэтту стоило огромных усилий уговорить упирающегося друга. Кит бы соврал, если бы сказал, что не хотел увидеть Лэнса снова. В синих глазах бариста читался немой вопрос. — Ваш заказ? — он натянул на лицо одну из самых милейших и образцовых улыбок и продолжал держать её всё то время, что в кофейне стояла неловкая пауза. — Ты тот самый ненормальный? — Мэтт не стал медлить и спросил в лоб, вызывая у бариста мягкий смех. Кит мысленно простонал, но быстро опомнился, уличив, что Лэнс самым наглым образом обманывает его друга. — Так вот как обо мне отзываются, — снова смех. — Мне просто понравился твой друг, и я хотел узнать его имя, — картинно поник Лэнс. — Кит, почему ты не сказал ему своё имя? Я знал, что у тебя проблемы с коммуникацией, но не настолько, чтобы клеветать на обычного парня, — друг был серьёзен и отчитывал Когане, словно тот — его братишка. — Так его зовут Кит? Брюнет застонал от досады. Неумение Мэтта сдерживать словесный понос озадачивало. Тем временем Лэнс вполне освоился и нашёл общий язык с Мэттом: они обсуждали «Звёздные войны» с гиковским запалом и выглядели счастливыми. Кит разбирался на неуверенный ноль во франшизе, так что молча сидел рядом и разглядывал меню, вздыхая ежесекундно. — Ладно, мне пора. Мы ещё встретимся, красивый бариста! — друг глянул на свои часы, и, отсалютовав на прощание, убежал, оставив Кита абсолютно одного. — Это ему ты носишь кофе? — вопрос Лэнса вывел Кита из транса. — Он неплохой, но я определённо горячее. В мыслях Когане согласился, но лишь цыкнул и поспешил ответить: —Я ношу кофе другому другу, он сейчас лежит в больнице. — Ты хотел бы трахнуться на больничной койке? — на лице бариста промелькнула искра заинтересованности. — Что? В смысле, нет. Ни за что! — Когане подавился воздухом и закашлялся. — Это же общественное место. — То есть, теоретически, не в общественном месте ты был бы не против трахнуться со мной? — Теоретически — да, — еле выдавил брюнет из-за смущения и, увидев, как Лэнс готовится изложить очередную мысль, продолжил: — Подсобка не входит в список мест, где мы можем трахнуться. Парень резко выдохнул, так и не сказав то, что хотел. Вместо этого он спросил: — Мы можем обсудить это сейчас? — Оу, нет, — Кит посмотрел на запястье, где не было ничего хоть немного похожего на часы. — Я опаздываю, давай позже. В следующий раз забегу никогда! И он спешно покинул кофейню, в которой почему-то стало слишком жарко.

***

Кит не врал. Он не собирался ходить в ту кофейню. Да и Широ выписывали из больницы. На первый день, когда Когане не появился в кофейне, ничего не произошло. На второй день стало скучно. На третий день ему захотелось услышать любую тупую шутку. На четвёртый день он пытался убедить себя, что ни капельки не влюблён. На пятый день ему пришла смс. sharpshooter22: привет незнакомец не хочешь стать знакомцем? Номер был узнаваем. Кит выучил его наизусть после того, как они обменялись контактами, но написать никак не решался. Samurai: Я кину тебя в чёрный список, придурок. Где ты нашёл мой номер? sharpshooter22: понял прости. ты сам мне его дал! Samurai: Вспомнил. Не пиши сюда больше. sharpshooter22: хэй! это нечестно китти. не отказывай мне когда я почти затащил тебя в постель!!! Samurai: Мы оба знаем, что это не так. sharpshooter22: у меня твой зонтик Samurai: Оставь себе на память. sharpshooter22: Не хочешь прогуляться вечером? Кит стиснул телефон, напряжённо выискивая подвох. Samurai: Допустим. sharpshooter22: тогда встретимся в семь около кофейни? я и зонт твой захвачу

***

Лэнс курил, стоя у крыльца кофейни и покорно ожидая опаздывающего парня. Начинало холодать: то ли от наступления неприветливой осени, то ли от приближающегося вечера, поэтому он втянул голову в плечи, чтобы перехватить больше тепла от флисового пальто. Кит появился спустя десять минут, растрёпанный и грозный на себя за терзания, которым он всецело отдался, забыв про назначенную встречу. Точнее, он не забыл о встрече, но благополучно проигнорировал неумолимый ход времени, отчего и поплатился. — Не хочешь прекратить? Ненавижу запах сигарет, — Когане сморщился, но, заглянув бариста в глаза, смягчился. Тёмное море вскипело и разлилось лазурными искрами-смешинками. — Останови меня, — спокойно ответил Лэнс, но брюнет ощутил вызов в этих простых словах. Кит потянулся вверх и невесомо прижался своими губами к губам Лэнса, а затем играючи перехватил сигарету из длинных и смуглых пальцев. Сквозь поцелуй почувствовалась тень усмешки. Сигарета раскрошилась в пыль под носком чёрных высоких конверсов. — Надеюсь, наш второй поцелуй будет в более интимной обстановке? — Тебе придётся постараться, чтобы он вообще случился.