Бакугоу и Урарака. Начало любви

— Ма-ам! — раздался крик из другой комнаты. — Что милая? — спросила женщина, раскладывая по шкафам только что помытую посуду. Урарака вбежала на кухню вся запыханная. — Ты не видела мою тетрадь по Английскому? Где же она., — девушка бегло осмотрела кухню, оглядывая все места где, по её мнению могла лежать пропажа. Но не найдя искомый предмет, пулей вылетела с кухни, так и не дав матери и слова вставить. — А, нашла. Спасибо! — раздалось уже из гостиной, — Сколько время? — Урарака запихивала только что обнаруженную тетрадку в рюкзак и одновременно пыталась дожевать несостоявшийся завтрак. Женщина зашла в гостиную, наблюдая с порога за суетой. Она никогда не понимала, как дочь может быть такой растяпой, постоянно что-то теряет. Иной раз даже доходило до абсурдного. — Милая, если ты не поторопишься опоздаешь. — Мягко сказала она, слегка улыбаясь своей дочери, и кивнула на стол, намекая чтоб та ненароком телефон не оставила. — Чё-ёрт — протянула Урарака и понеслась к прихожей. Пулей выскочив из дома, она быстрыми шагами направилась в сторону школы. Благо, ей повезло — до школы, если постараться, можно добраться минут за двадцать, а то и быстрее. В голове крутились мысли лишь о том, чтобы успеть. Ругань сенсея слушать не хотелось совсем, а то потом проблем не наберёшься. А Урараке они совсем не нужны. В конце концов что о ней подумают? Она и так обзавелась не самым лучшим первым впечатлением. Никто, наверно, не забудет, как она выворачивала всё содержимое своего желудка на вступительных экзаменах, когда переборщила с использованием причуды. Хотя, что там, её не сильно заботило, что о ней думают другие. Её скорее заботило мнение одного единственного человека. Её одноклассника- Мидории. Со стороны Мидория хоть и мог показаться слабаком, но Урарака прекрасно знала, что это далеко не так. Он прочно засел в её голове ещё со вступительных. Кто бы ещё мог так самоотверженно броситься на помощь, когда все думали лишь о своих задницах? Верно. Никто. Большинство поступивших в их академию не больше чем показушники. Как хвастаться перед классом своими причудами так они первые, а как до дела доходит, так голову в песок. Трусы. Урарака понимала, что она тоже далеко не сильная, но она хотя бы это знала. Именно поэтому Мидория и привлёк её внимание. Вначале привлёк, потом заинтересовал, дальше уже понравился, а там, как всем известно, уже и до банального «влюбилась» не далеко. Как Урарака дошла до школы, она и сама не заметила. Примерно за три минуты до звонка зашла в класс и уселась на своё ненавистное место. Да. Именно ненавистное. Но зато, с него можно изредка наблюдать за Мидорией. Недавно Урарака начала ловить себя на том, что она, откровенно говоря, залипает на него. На его аккуратные длинные пальцы, на его пухлые щёчки, на его темные взъерошенные волосы. «Наверно они на ощупь очень мягкие…», — подумала Урарака и тут же зависла. О чём она думает? Сейчас урок идёт вообще-то, тестирование, от которого зависит четвертная оценка. Она опустила голову на тестовик и поняла, что заполнила только графу с именем и классом. — Ну и что же ты творишь?! — прошипела Урарака, обращаясь сама к себе. До звонка оставалось минут десять. За эти десять минут девушка пообещала себе, что приложит все силы, чтобы набрать хотя бы минимум баллов. Она уж точно не хотела опускаться ниже, чем Бакугоу. Бакугоу это вообще отдельная тема. Он и так от неё со своими издёвками не отлипает, а если она опуститься ниже чем он, то можно смело распрощаться со спокойными буднями. С этими мыслями и ручкой в руке Урарака отчаянно пыталась хоть что-то отметить, но выходило плохо. Прозвенел этот злосчастный звонок и Урарака поплелась с убитым видом сдавать так и до конца не заполненный тестовик. Мать её точно убьёт. И в принципе всё было бы не так уж и плохо, если бы не одно «но». Когда она обернулась, то взглядом наткнулась на уже очень хорошо знакомую улыбку, которая, скорее, больше походила на оскал. — Как тебе тестик? — с издёвкой произнёс обладатель этого звериного оскала. Урарака прекрасно знала, что отвечать ему себе же дороже. Поэтому предпочитала его игнорировать. Она отвела взгляд и попыталась пройти к своему месту. Но Бакугоу был бы не Бакугоу, если бы её так просто пропустил. — Видел я, как ты тесты пишешь — сказал он, наклонившись ровно к её уху, чтобы больше никто не слышал. Тело прошибло мелкой дрожью. Урарака конечно знала, что слишком долго смотрит на Мидорию, иногда даже целый урок на него залипает. И она понимала, что рано или поздно её кто-нибудь, да, спалит, но не чтоб так быстро и только не Бакугоу. Для неё это было наихудшим вариантом развития событий. Это ведь Бакугоу, мало ли что ему взбредёт в голову. Он непредсказуем. Урарака начала быстро прокручивать в голове всевозможные оправдания и отговорки, но она понимала, что ни в одну из них этот психопат не поверит. Казалось бы, невинная информация про то, что она «немного» сохнет по его однокласснику. Что с ней вообще может сделать школьник? Но только не Бакугоу, он это отдельный случай. Ходячее бедствие. Только Урарака собиралась открыть рот, как на горизонте замоячили изумрудные глаза и мягкая улыбка. Такую ни с кем не перепутаешь. — Хэй! Урарака! — послышалось из-за спины Бакугоу. Мидория направлялся прямиком в их сторону. На что тот лишь довольно хмыкнул. — Потом ещё поговорим, — сказал он и с довольной лыбой двинул к выходу из класса. — О чём говорили? — спросил Мидория, провожая взглядом Бакугоу, у которого было явно слишком хорошее настроение для того, кто только что писал контрольное тестирование, — Чего это он такой счастливый? — Кто его знает. Это же Бакугоу. Как тест? — попыталась перевести тему девушка. — Думаю, проходной балл точно наберу, — заулыбался Мидория — Слушай… Урарака., — парень замялся, от чего-то краснея, как рак, — Не хочешь домой вместе пойти? Нам надо о кое-чём поговорить. Мидория, ожидая ответа, смотрел куда угодно, но только не на Урараку. Девушка, в свою очередь, была слегка шокирована таким предложением. Хотя, какой тут слегка, её как-будто сковородкой по голове огрели. Мозг отказывался переваривать информацию. Она столько времени ждала подобного приглашения, что сейчас не верила в реальность происходящего. Но сейчас у неё есть проблемы поважнее, в лице одного самовлюблённого придурка. — Так что ты скажешь? — спросил Мидория, переминаясь с ноги на ногу. — Да. Конечно, — ответила Урарака, одарив Мидорию счастливой улыбкой. Остаток дня, для Урараки, был словно сон. Она никогда в жизни не была так счастлива. А потом… Мидория попросил дождаться пока все покинут класс. И вот, они стоят посреди класса совершенно одни. Урарака видит, как Мидория волнуется, и как она не старается, не может понять причину такому сильному волнению и тут… — Урарака, кажется, я влюбился. Она учится в нашем классе. Её зовут Тсую Асуи и… Она замечательная, — смущённо протараторил шёпотом парень, но этого хватило, чтобы Урарака всё прекрасно услышала, — Я понимаю, что скорее всего я тебя ошарашил таким признанием, но мне больше не с кем посоветоваться., — продолжал Мидория, и с каждым словом лицо Урараки становилось всё бледнее. Она стояла в замешательстве, а Мидория ей что-то рассказывал про Асуи, про то какая она прекрасная и вроде бы, историю как он влюбился. Урарака не может точно сказать на каком предложении, она перестала его слушать и погрузилась в свои мысли. На что она вообще надеялась? Чего она ожидала? За прошедшие уроки, после предложения Мидории пойти вместе домой, она действительно много нафантазировала. Как они, держась за руки, идут домой. Как по пути домой они покупают мороженое. Ванильное мороженое. Урарака прекрасно знала, что это его любимое, хоть, они и были знакомы совсем ничего. Потом они бы дошли до дома Урараки и возможно бы поцеловались? На такое Урарака, конечно, не рассчитывала всерьёз, ей было бы достаточно лишь простого «До встречи». Но тут, на неё падает суровая реальность. И в этой реальности парень, от которого она без ума, любит её, без пяти минут, лучшую подругу. Из своих мыслей её выдёргивает голос Мидории. — Ты слушаешь? — он озадаченно смотрел на Урараку, пытаясь понять что не так. — Извини, да, слушаю, — ответила та, пытаясь никак не выдать своего подавленного состояния, но выходило плохо. — Ты какая-то бледная. Не заболела? На улице ведь уже холодает. Может, стоит домой пойти? — парень взволнованно смотрел на подругу. — Да. Что-то я неважно себя чувствую. — сказала девушка и, схватив сумку, пошла в сторону двери. Так и не попрощавшись, вышла из школы и направилась в сторону дома. Урарака не плачет. Не сразу, по крайней мере, и она немного гордится этим. И всё же, когда она возвращается домой, она плачет, она плачет так, что грудь сводит от каждого сделанного вдоха. Доходит до того, что просыпается мать и сходит с ума от беспокойства. Её-то, Урарака хочет вмешивать, во всё это, в самую последнюю очередь. Поэтому, она пытается сказать, как можно естественнее, что всё в порядке и чтоб, мама ложилась спать. Мать не верит, но просьбу дочери выполняет и идёт обратно в кровать. Урарака всегда думала о «разбитом сердце», как о какой-то сопливой, бабской ерунде. Сердце не может разбиться, это невозможно. Но чёрт, оно болит так сильно, что может быть, это возможно. Такое чувство, что оно и правда разбилось. Такое чувство, что оно раскололось на маленькие кусочки. Дни как-будто перемешались. Это очень печально. Урарака, уже как третий день, не ходит в школу. Она учится жить заново, без мыслей о Мидории. Хорошо, что хоть родители не пристают с расспросами. Она всегда знала, что они у неё замечательные. Они, просто, позвонили в школу, сказав, что Урарака заболела. И это было лучшее, чем они могли помочь ей на данный момент. Хуже всего то, что Урарака не может заставить себя не думать о Мидории. Она видит его в каждых мелочах. Кажется, она любит его ещё сильнее, если такое вообще возможно. Постепенно, она прекращает плакать в подушку, прекращает принимать душ, который длится по два часа, и снова начинает есть нормальную еду. Постепенно, она начинает думать, что, возможно, её разбитое сердце исцеляется, или что, по крайней мере, ей удалось наложить несколько швов на рану. Но это не означает, что боль стала меньше. Урарака решила закопаться в учебниках. Ведь, она сидит дома, пока остальные учатся. Ей надо их догонять. И это помогает, по крайней мере, здорово отвлекает. Но иногда бывает трудно сосредоточиться, мысли продолжают возвращаться к тем коротким моментам, полных счастья и его улыбок, где он выглядел таким невероятно счастливым. И это причиняет ужасную боль. Как ни старайся его забыть, мысли опять возвращают обратно. Но Урарака пересиливает себя, заставляя вернуться к учебникам. Да и отношения с родителями портились, за последние дни проведённые дома. Надо было с этим что-то делать, пока она в конец всё не испортила. — Эй, страдалица, — дверь открылась и раздался голос матери, — прекращай создавать себе головную боль и выпей немного какао. Сделай перерыв. — Нет, я… — Сделай перерыв, Урарака, — уже с нажимом повторила женщина, проходя в комнату, ставя кружку рядом с дочерью. Урарака смотрит на мать, обиженно надув губы. — Не командуй мной, когда мне грустно. — Ну, тебе всегда грустно, так что… — Вот спасибо, поддержала — Урарака всё же отрывается от книг и пересаживается к матери на диван. Всё же присутствие рядом родных помогает. И за это, Урарака чертовски им благодарна.

***

/Тем временем в школе/ Бакугоу не идиот, каким его считают многие. Он уже давно начал замечать, как Урарака глаз с Мидории не сводит. Также, он видел и чувства Мидории к Асуи. Он изначально знал, что это ничем хорошим не кончится. По-любому, кому-то будет больно и скорее всего это будет Урарака. Бакугоу, за последнее время, проникся какой-то симпатией к этой девчонке, он не хотел, чтобы ей сделали больно, но от этого не отвертишься так просто. Урарака не появлялась в академии уже около недели. Мидория, в свою очередь, стал очень дёрганым, было видно, что он волновался за подругу. А Бакугоу всё это видел, ему оставалось, всего лишь, сложить один плюс один, а это и дошкольник может. Он примерно догадывался, что произошло тогда, после школы, когда они остались одни в классе. Он видел побледневшую Урараку, медленно идущую домой, но тогда подойти не решился. Боялся, что сделает только хуже, а теперь и вовсе жалеет об этом. У Бакугоу иногда были порывы набить Мидории морду. Просто, затащить его куда-нибудь, в подворотню, и избить до полусмерти, но крошечные остатки сознания, ему всё же, не позволяли учудить подобного. Он понимал, что это едва ли что-то изменит, только прибавит косых взглядов со стороны одноклассников, если его вообще из академии не выпрут. Да и Урарака от подобного не в восторге будет. Бакугоу старался не испортить окончательно её мнение о себе. — Бакугоу! — строгий голос Аизавы сенсея вырвал его из размышлений, — Я смотрю тебе очень интересно, раз ты смеешь на моём уроке пялиться в окно! Занеси-ка лучше, по пути домой, распечатки с урока Урараке. — Сенсе-ей, — протянул Киришима, обращая всеобщее внимание на себя, — пусть лучше мирно в окно пялится, вам же не нужны ошмётки учеников на стенах? — Захлопнись, зубы не волосы, обратно не вырастут, — прошипел сквозь зубы Бакугоу, сдерживаясь чтобы ненароком не вмазать этому придурку. Киришима конечно парень хороший, но иногда чертовски бесил. Бакугоу схватил сумку, поднялся из-за парты и направился в сторону двери, забирая распечатки. Перед самой дверью развернулся, одарил всех презрительным взглядом и хлопнул дверью, что та, почти треснула. — Мои молитвы были услышаны, я всё ещё жив, — послышался громкий ор Киришимы из класса. А следом и голос Токоями: — Учись держать язык за зубами, придурок! Сказать что Бакугоу психовал — ничего не сказать. Он, конечно, старался, по возможности, держать себя в руках, но в подобных ситуациях это получалось крайне плохо. А вообще, получилось некрасиво. Наверно не стоило так реагировать на шутку Киришимы, да и сенсею урок сорвал… Стоп. С каких это пор его такое волнует? — Ба-ку-угоу! — раздался из-за спины громкий женский голос, — А ну стоять! Парень обернулся, чтобы посмотреть, кто его посмел потревожить в такой момент. — Момо? Чего надо? Сенсей прислал вправлять мне мозги? Если так, то спасибо, сам прекрасно справляюсь, — спокойно, с лёгким сарказмом в голосе, произнёс Бакуго, осматривая запыханую девушку. — Что прости? Я тут тебе, вообще-то, одолжение делаю! Думаешь, Урарака тебе дверь откроет? Конечно, может и откроет, но только уж, точно, не по своей воле! Будь благодарен, балбес! — протараторила Яойорозу и, чуть переведя дыхание, продолжила:  — Просто, давай, ты примешь мою помощь и мы обойдёмся без выяснения отношений? Урок, как никак, ещё не закончился, а я очень не хочу, как думаю, ещё и примерно пол школы, слушать твой ор. Мне тоже не особо льстит твоя компания, — сказала девушка, стараясь замять возникшую проблему. И только теперь до Бакугоу дошло, его же, блин, послали к Урараке, отдать распечатки вчерашней темы урока. Эксплуататоры хреновы. Но, продолжать спорить с Яойорозу Бакугоу смысла не видел, поэтому он коротко кивнул в сторону двери и сказал: — Ладно. Пойдём. Яойорозу была сбита с толку таким спокойным ответом. Она, как минимум, ожидала разборок. Не было даже привычной агрессии со стороны Бакугоу. Сейчас он даже казался весьма адекватным парнем, таким же как и все. До дома Урараки они шли в полной тишине. Добрались минут за двадцать. Урарака жила в достаточно дорогом районе. Дом выглядел совершенно не так, как представлял себе Бакугоу. Это был совершенно обычный маленький двухэтажный домик пастельных цветов. На такой дом и смотреть приятно, создаётся некое ощущение уюта. Бакугоу подумал, что такой идеально подходит под характер Урараки. Но сейчас не время любоваться приятным домиком, нужно отдать распечатки. Яойорозу поднялась по лестнице и тихонько постучала. Дверь, к слову, была очень красиво разрисована цветами, на какой-то момент Момо даже залюбовалась. Но через пару секунд, дверь заскрипела и открылась. На пороге стояла девушка с опухшим от слёз лицом, с совершенно разбитым видом и синяками под глазами от постоянных недосыпов. В ней Яойорузу не сразу узнала Урараку. — Очако… Господи… Что с твоим лицом? Что случилось? — Момо принялась расспрашивать бледную, на вид, девушку, но стоило Яойорозу прикоснуться к ней, как она поняла, что та вся горит, — Очако, да у тебя же температура! Девушка быстро завела её в дом, не давая произнести и слова. Очако еле передвигала ноги. Казалось, все её силы уходят лишь на то, чтобы просто не упасть. — Бакугоу! Помоги же мне! Она еле стоит! — скомандовала Момо. Кацуки был растерян. Он знал, что Урараке будет больно и ожидал чего-то подобного, но никак не в таких масштабах. Он быстро взял себя в руки и подхватил, уже совсем ослабевшую девушку, уложив её в гостиной на первом этаже. Очако лёжа на диване, совершенно не двигаясь, была похожа на фарфоровую куколку. Парень даже невольно залюбовался. Её лицо было таким аккуратным, что парень не удержался и провёл рукой по щеке, после чего услышал слабое: — Руки убрал! — как можно чётче произнесла Очако, но температура брала своё, и та снова провалилась в сон. Спустя какое-то время в комнату вошла Яойорозу с подносом и попросила Бакугоу выйти. А Бакугоу ничего не оставалось, кроме как покинуть помещение. Парень зашёл на кухню и увидел в углу диван, после чего, не раздумывая бухнулся на него и сразу же уснул.

***

/Спустя какое-то время в комнате Урараки/ Когда Очако проснулась, ей стало заметно легче. Она прекрасно всё помнила и была благодарна Момо за такую заботу. Очако и сама не понимала как могла себя довести до подобного. В коридоре послышались шаги и в дверь постучали… — Бакугоу, если это ты, то клянусь., — от Кацуки можно ожидать чего угодно, поэтому Очако даже не удивилась, если бы стучал сейчас именно он. Дверь скрипнула и медленно открылась, и Яойорозу, просунув голову, осторожно заглянула в комнату. — Извини, Момо-чан. — Очако, ты хочешь поговорить? — Девушка отрицательно покачала головой. — Если ты, всё же, хочешь поговорить… — Меня ничего не беспокоит, — настойчиво произнесла Урарака. — Очако, остановись. Всё хорошо, хотя, это и не так, — На эти слова Урарака наиграно закатила глаза. — Я не хочу выпроваживать тебя из моей комнаты, но всё же, можешь оставить меня? — И эти ужасные слова предназначены, тому, кто о тебе так беспокоится? — наиграно надув щёчки, произнесла Момо. — Прости. — Я просто шучу. Если вдруг передумаешь, я в гостиной. Хорошо? — Очако кивнула и сильнее укуталась в своё толстое одеяло. На этом, Момо щёлкнула выключателем света и вышла, закрыв за собой дверь. Проснувшись посреди ночи, Кацуки понял, что он уснул, так и не предупредив родителей. Хотя, они всё равно опять по командировкам разъезжают, так что ничего страшного. Бакугоу рухнул обратно на кровать и пролежал так ещё полчаса, так и не сумев заснуть. Ему стало скучно. Он, выскользнул с кухни, стараясь не разбудить Момо, которая спала в соседней комнате. Парень решил осмотреть дом, просто так, из интереса. В одних носках он пробирался по коридору, когда услышал звуки плача, раздавшиеся из дальней комнаты. Он остановился и прижал своё ухо к двери. Тихие всхлипывания и кашель эхом отзывались в ночной тишине. Кацуки слегка постучал пальцем по двери. — Урарака? Всхлипывания резко прекратились. — Я могу войти? — обеспокоенно спросил парень. Он подождал, но ответа не было, вместо этого всхлипывания начались снова. — Я вхожу, хорошо? Сосчитав про себя до трёх, Бакугоу тихо повернул ручку и открыл дверь. Он дотянулся до выключателя света в полной темноте и услышал приглушённое «нет», которое прошептали из угла комнаты, «не делай этого». Бакугоу опустил руку, медленно передвигаясь в другой конец комнаты. Только через несколько секунд его глаза начали привыкать к лунному свету, немного рассеивающему темноту. Урарака сидела перед ним с опухшими щеками и блестящими от слёз глазами. — Урарака., — тихо пробормотал Бакугоу, но достаточно громко для того, чтобы его услышали с близкого расстояния, когда он присел на кровать девушки. — Ничего не говори, — сказала Урарака тихим голосом. Бакугоу расположился в изголовье кровати Урараки и положил голову девушки к себе на колени, поглаживая её растрепанные волосы. — Бакугоу? — Чего тебе, мелкая? — Ты можешь обнять меня? Бакугоу осторожно поднял голову Урараки и опустился чуть ниже, притягивая девушку к себе на грудь. Он позволил ей тихо лежать, пропитывая своими слезами мятую футболку Кацуки. Когда дыхание Урараки выравнивалось, Бакугоу решил заговорить снова. — Хочешь поговорить об этом? — Нет, — слишком поспешно ответила Урарака. — Хорошо, я подожду, — Бакугоу поглаживал Урараку по спине, пытаясь успокоить. — Я буду ждать всю ночь, если это потребуется, даже если я нужен тебе просто так, как сейчас, — добавил он, прижимая Урараку ближе к себе. Подождав несколько минут, он попытался снова. — Эй, мелкая? — Да-а? — Пожалуйста, не грусти. — Бакугоу, не надо меня жалеть. — Мелкая… — Я не могу больше, — задыхалась она в промежутках между рыданиями. — Шшш., — успокаивал её Бакугоу, когда он приподнялся и заключил Урараку в нежные объятия, совершенно не свойственные ему, — Я так веду себя с тобой не без причины. — Что ты имеешь в виду? — Я пытался понравиться тебе, мелкая, но что-то пошло не так. Я не хотел вести себя с тобой, как мудак, прости. Если бы я сразу догадался, что именно хотел тогда сказать тебе Мидория, я бы любым способом постарался предотвратить это. Прости. Этот идиот не понимал, что причиняет тебе этим боль. — Ты просто говоришь это, потому что я плачу, а ты слишком добрый, чтобы задевать мои чувства. — Я? Добрый? — Бакугоу заговорил громче, подняв указательный палец вверх, — Даже если и так, тогда я слишком добр, чтобы обманывать тебя, мелкая. — В любом случае, Бакугоу, — сказала Урарака, откровенно раздражённая проявлением привязанности, которое она получила, совершенно не ожидая этого. Она была довольно смущена сейчас. «Придурок, » — подумала Урарака, но, тем не менее, сильнее прижалась к Бакугоу. — Позволь мне доказать тебе это, — предложил парень. — Как? — Для начала, ты должна отпустить меня, и позволить мне посмотреть на тебя. Урарака продолжала крепко держать его. — Верь мне, — Бакугоу успокаивающе провёл рукой по волосам. Девушка ослабила хватку и откинула голову назад, опустив руки на колени, избегая смотреть парню в глаза. — Ты веришь мне? — спросил Бакугоу, поместив руку под подбородок Урараки, чтобы приподнять её лицо вверх и встретиться с ней глазами. Урарака застенчиво кивнула, покусывая свою нижнюю губу. Кацуки стал медленно придвигать девушку ближе и ближе, дюйм за дюймом, пока они не соприкоснулись носами. — Ты веришь мне, да? — прошептал Кацуки, почти прямо в губы. Его дыхание ускорилось, потому что он откровенно мечтал о таком моменте, когда он, наконец, будет так близко к Урараке, как сейчас. Урарака осторожно кивнула. — Закрой глаза. Девушка повиновалась и медленно закрыла глаза, сморгнув последние капельки слёз прежде чем опустить веки. Бакугоу целовал её медленно, со всей нежностью, на которую был способен. Он дал Урараке достаточно времени, на то, чтобы отстраниться, если она была не уверена, что действительно хотела этого, хотя, парень знал, что они оба хотели. Когда Урарака отстранилась, чтобы вздохнуть, Бакугоу смотрел ей прямо в глаза. Не зная на чём остановить свой взгляд, Урарака сосредоточилась на выступающих венках, на руках Бакугоу. — Ты в порядке? — обеспокоено спросил Кацуки. — Да, — протянула шёпотом Урарака, прежде чем легла обратно в кровать, закутавшись по голову в тёплом одеяле.

***

/Утро/ Ооо, это чёртово утро Урарака не забудет никогда. Голова болела не хуже, чем после хорошей попойки, а лицо ужасно опухло. Под глазами красовались тёмные пятна. Так отвратительно ей ещё не было. Она вылезла из-под одеяла, тихонько оглядев комнату. Она была абсолютно одна. Урарака поднялась, прокручивая в голове всё, что случилось ночью, и пошла открывать форточку, потому что в комнате стояла ужасная духота. Спустившись на кухню, она обнаружила стоящую на столе тарелку с завтраком и небольшую записку рядом. Яойорозу позаботилась. В записке было куча приятных пожеланий, в том числе и типичное, «выздоравливай скорее». Всё-таки иногда приятно осознавать, что о тебе заботятся. Момо иногда заботливую мамашу напоминает. Кстати, о родителях, когда они там должны вернуться из командировки? Три дня? Два? Какое сегодня, вообще, число? Урарака подумала, что сейчас не время об этом беспокоиться и нырнула обратно под мягкое одеялко, сразу же провалившись в сон.

***

/Тем временем в школе/ Бакугоу влюбляется. Бакугоу понимает, что проводить время с Ураракой так хорошо, что это почти заставляет его чувствовать себя вселенски счастливым. Урарака говорит так, как будто вся теплота мира содержится в её голосе. Урарака двигается так, как будто её тело невесомо и переносится дуновением ветра. Урарака улыбается, и её глаза завораживают, розовый цвет окрашивает её щёки, и Бакугоу замечает, как что-то щемит в груди. Урарака кусает свою нижнюю губу, когда что-то волнует её или она слишком сосредоточена. Урарака посмеивается и хихикает тихо, когда она с Мидорией. А с друзьями она совершенно другая, она смеётся громко и невозмутимо, как будто её совсем не беспокоит, то, что её может услышать целый мир. Урарака надувает губы, когда она читает или когда она особенно сосредоточена чём-то. И боже, всё это, чертовски мило. Но вот, чувства Урараки к Мидорие так просто не исчезнут. Бакугоу это понимал. Спустя ещё два дня Урарака начала ходить в школу. На вид было всё как обычно. Только, она стала заметно больше времени проводить с Момо и шарахалась от Мидории, как ненормальная. Это было трудно не заметить. Судя по лицу Яойорозу, она не в курсе чувств Урараки и это даже немного обрадовало Бакугоу, он почувствовал себя чуточку особенным. Долгие взгляды и залипания на Мидорию целыми уроками прекратились. И вроде бы, всё в порядке, но в голове Урараки полная каша. Если Бакугоу уже окончательно определился с чувствами к ней, то Урарака не имела ни малейшего понятия, что ей делать. Урарака ловит на себе заинтересованный взгляд Яойорозу и понимает, что та, возможно, начинает догадываться. И когда та, будет уверена наверняка, вопросов будет море и их не избежать. Но что ей отвечать, если Урарака сама не понимает что чувствует. Момо кусает нижнюю губу. — Ты влюблена в него? — Урарака внезапно окружена белым шумом. Я не влюблена в него. Это — то, что она хочет сказать. Поскольку, нет, не влюблена. Но это всё же, ложь. Правда заключается в том, что Урарака не думает, что она влюблена. Есть… что-то. Это наверняка. Но любовь ли это? Было бы опрометчиво, назвать это любовью, Урарака думает, что независимо от того, что это за чувства, которые она испытывает к Бакугоу, нельзя с уверенностью сказать об этом, когда дело касается этого, психа. Он просто был рядом, в тяжёлый, для неё, момент. Он просто утешил, поддержал. А девушки, как известно, всегда влюбляются в своего спасителя. Так что, невозможно не чувствовать к нему что-то, правильно? Но любовь ли это? — Это имеет значение? — вот, что она говорит, наконец. — А не должно? — спрашивает Яойорозу, — Он полночи провёл в твоей комнате, так разве не важно знать, любишь ли ты его или нет? — Ты слышала? — Надо было потрудиться, чтобы не услышать ваши голоса сверху. — Боже… — Да и… Ты в последнее время стала слишком много говорить о нём, — с хитрой полуулыбкой произнесла Момо. — И что? Это ничего ещё не значит, — хмыкнула Урарака. — Да, но когда ты говоришь о нём, что он делает, ты., — Яойорозу щурит глаза, — Я не знаю. Как-то на днях, ты рассказывала мне, как Бакугоу в столовке случайно облили молоком, а потом тот, чуть, полздания не разнёс. Урарака не может не улыбнуться от воспоминания, и, внезапно, Яойорозу начинает щёлкать пальцами и громко хлопать. — Вот оно! — кричит Момо, пугая ни в чём не повинную девушку, идущую по коридору. — О чём ты говоришь? — Улыбка! — отвечает Яойорозу, — У тебя всегда такая улыбка, когда ты говоришь о нём! — Заткнись, — зайдя в класс, Урарака берёт первую попавшуюся книгу и делает вид, что читает, — и давай вернёмся к подготовке к экзаменам. — Эта книга перевёрнута. — Я поколочу тебя, Момо.

***

\ Дорога домой\ Урарака шла спокойным шагом домой, но была очень задумчива. В ее голове все крутились мысли, о признании Бакугоу и о том, что Мидория влюблен в Асуи. Из-за того, что она замечталась, девушка и не заметила, что на улице стемнело, и улица по которой она шла была подозрительно пуста. — Эй, ребят! Гляньте какая девочка! — Произнес какой-то парень с переулка, по которому она должна была идти домой. — Ути-пути, а нам сегодня везет! — Произнес еще один, при этом присвистнул, только тогда Урарака поняла, что там целая компания из шести человек. Она начала заметно нервничать так-как… Они все встали и начали идти к ней. В ее голове пролетало много мыслей, но ни одна не была надежной. Она не смогла бы убежать от них, ее одолел страх и она не могла сдвинутся с места. — Так, Урарака, возьми себя в руки, — тихо прошептала она чтобы ее не услышали, тем самым пытаясь успокоить себя. Она уже собиралась убежать, как один из парней очень быстро оказался сзади. Теперь она не сможет так просто уйти. — Эй, малыш, — произнес тот, кто обошел ее сзади, — Давай повеселимся? — произнес он с похабной улыбочкой. — Со своей рукой веселиться будешь, — прозвучал рычащий голос, но такой знакомый. К голове того парня приложилась рука и его просто снесло взрывом. Тот, кто это сделал, спокойно опустил руку, в то время пока другая была в кармане брюк. Его глаза отливали алым, в них читался гнев. — Она моя! Еще раз вас здесь увижу, головы нахрен снесу! — прорычал парень. Те ребята, что хотели подойти к Урараке сглотнули от страха, развернулись и убежали. Урарака не верила в это, он уже второй раз ей помогает, он второй раз оказывается там, где нужна ей помощь. — Бакугоу… — Мелкая, ты почему ушла без меня? — Интонация его голоса была спокойная, но вот глаза его выдавали, в них читалось ярость и облегчение. Он медленно, как хищник начал к ней приблежатся. Урарака не знала, что делать, она отступала назад, пока не уперлась в стену, она бегала глазами, смотрела куда можно убежать, но все было четно. Бакугоу не теряя времени, быстро преодолел расстояние и поставил руки с обеих сторон, тем самым перекрывая ей путь. Она встретилась с его глазами, в них больше не было ярости и гнева, в них было спокойствие и уверенность. Он начал медленно приближаться к ее лицу. — Урарака, я очень испугался за тебя., — остановившись в сантиметре от ее губ, сказал парень, — Не делай так больше, — уже прошептал, и начал медленно водить губами по ее щеке. — Я-Я… Я больше не буду так, — запинаясь от смущения произнесла она. Но Урарака не будет отрицать то, что ей было приятно. Ей было приятно и даже очень. Она и сама не заметила, как потянулась за поцелуем. Бакугоу, правильно истолковав ее намек, потянулся на встречу. Нежно прикоснувшись к ее губам, он прижал ее к себе, тем самым отлепил ее от стены. Она, то сильнее прижималась к нему, то расслаблялась и таяла в объятьях. Урарака расслабившись, запустила две свои руки в его волосы. Они были мягкими и приятными на ощупь, хотя со стороны и казались колючими. Бакугоу прекратил поцелуй, и внимательно посмотрел ей в глаза. — Урарака., — прошептал он охрипшим от возбуждения и волнения голосом. — Мммм? — промычала она в ответ, пытаясь совладать с дыханием. — Я не железный, прошу, хватит тереться об меня., — сказал он и положил свою голову ей на плечо. — И-и-извини, — Урарака стала краснее помидора, казалось вот-вот и из нее пойдет дым.

***

\Сдача экзаменов\ И вот наступил долгожданный день, когда все ребятишки сдают экзамены. Оооо, сколько пролитых слез и пота, сколько стараний… «Ммммм, так приятно смотреть на этих недотеп когда они стараются, » — в мыслях думал учитель Аюзава, идя с приподнятым настроением раздавать тесты. Урарака очень нервничала, она знала, что плохую оценку не получит, но было волнение. Она хотела, чтобы и она, и Бакугоу написали хотя бы на ХОРОШО, ведь они занимались вместе около месяца. Ох, помнит она, когда Момо увидела их вместе идущих за ручку, вот шуму-то было. Мало кто верил в происходящие, Мидория так вообще выпал из реальности, а на следующий день пришел радостный и поздравил их от всего сердца. Вот шуму они наделали, но через неделю на удивление все успокоились, и они смогли спокойно вздохнуть. И вот сейчас она сидит в классе, ждет своей оценки и надеется на лучшее. Учитель спокойно раздал всем листочки и многие смогли вздохнуть с облегчением, но не надо забывать, что впереди еще экзамен на проверку причуд (он проходил один раз в месяц). Урарака посмотрев на листик вздохнула с облегчением, перевела взгляд на Бакугоу, и увидев, что он улыбнулся ей в ответ, потом медленно повернул к ней свой листок и она ответила на улыбку. И наконец, расслабилась на месте.

***

\ Сдача контроля над причудами\ — Урарака-а, — сладко протянула Момо, — А Бакугоу с тебя взгляд не сводит. Стоя на улице возле тренировочного поля, сказала Момо, они всем классом ждали своей очереди на сдачу экзамена. Естественно первые места занял Бакугоу и Тодороки, ну кто бы сомневался. — Урарака, а помнишь, ты мне проспорила одно желание? — Хитро протянула черноволосая. — Да-а, — неуверенно подтвердила девушка. — Так вот, мое желание состоит в том., — с наигранным задумчивым видом произнесла она, — Ты должна его поцеловать! — торжественно воскликнула девушка. — КОГО?! — в состояние полу-шока произнесла Урарака. — Бакугоу конечно, и обязательно в губы, — расплылась в хитрой улыбочки Момо. Урараке не оставалось больше ничего, поэтому она собрала всю свою волю и пошла в сторону парней. Дойдя до компании, Урарака сразу заприметила Бакугоу. — Бакугоу, можно с тобой поговорить? — стараясь не смотреть ему в глаза, произнесла девушка. Бакугоу просто кивнул и пошел за девушкой. Отойдя от компании, Урарака развернулась и решительно посмотрела ему в глаза. Вздохнув побольше воздуха в легкие, как бы для уверенности, она быстро подошла к Бакугоу, взяла его за футболку, потянула на себя, и сама встала на носочки. Прижалась к его губам, парень растерялся от такого действия, и не сразу сообразил, что происходит. Придя в себя, Бакугоу хотел ответить на поцелуй и прижать девушку к себе, но вот не задача. Урарака быстро отстранилась от него, так еще и толкнула его тем самым отправив в полет, и, кстати говоря очень далеко. Красная от смущения Урарака поплелась к Момо, та ей аплодировала стоя, а парни, что стояли рядом, так вообще ей начали свистеть и хлопать. И кричать что-то типа «Вааа! Молодец, Урарака!» И вот как-то незаметно пришла очередь Урараки, сдавая нормативы, она очень нервничала и вот под самый конец подвернула ногу и упала. Сенсей отправил ее в медпункт, и сказал, что она прошла, но в следующий раз должна быть осторожнее. И, конечно же, на помощь пришел Бакугоу, а именно: молча взял ее на руки и понес в медпункт. И как он так быстро вернулся? Принеся ее в медпункт, он посадил ее на рядом стоящею кровать, и ушел за пластичным бинтом. Придя, он сел перед ней на корточки и взял ее ногу. — Ба-а-акугоу, я и сама могу снять., — замявшись в конце, произнесла Урарака, заикаясь и краснея. Бакугоу притворился, словно не слышит, взял ее ногу, снял туфлю, провел рукой от щиколотки до бедра, где заканчивается чулок. Легкими касаниями, пальцами подхватил край чулка и медленно начал его снимать, легонько задевая кожу Урараки. Девушка засмущалась и не могла найти места от смущения, его действия её смущали, но ей было до безумия приятно. Она еле дышала, то и дела задерживая дыхание от ощущений. Она чувствовала, как тело на это реагирует, кожа покрылась мурашками, а внизу живота будто начали летать бабочки. Бакугоу увидев ее реакцию, и лишь усмехнулся, смутив ее окончательно этим действием. Он наклонился ниже и начал проделывать дорожку поцелуев от пальцев ног до внутренней стороны бедра. Урарака инстинктивно сдвинула колени, но парень лишь улыбнулся этому. Он одной рукой раздвинул ее колени и медленно начал вести вверх. — Х-х-хватит! — её голос немного охрип от волнения. — На поле ты была смелее, — поднявшись к ее уху, произнес он, потом также быстро вернулся к ее щиколотке и начал ее затягивать бинтом, только лицо было уже серьезное и задумчивое. Урараку удивила эта быстрая смена настроения, но закончив с делом, парень собирался встать, и девушка протянула свою руку и коснулась его щеки. Бакугоу замер, девушка мягко улыбнулась и наклонившись нежно поцеловала его в губы. Бакугоу смотрел на это как завороженный, Урарака отстранилась и провела рукой по его волосам. — Спасибо, Бакугоу, — прошептала она ему на ушко. Парень покраснел и теперь сам не знал куда смотреть. Урарака лишь улыбнулась маленькой победе. — Пошли, уже пора домой, — с улыбкой произнесла девушка. Бакугоу быстро пришел в себя, и по этому помог девушки одеть туфлю, а чулок она убрала в карман своего пиджака. Они вместе под ручку сходили в класс, взяли портфели и отправились домой. Проводив Урараку до самой двери, парень уже хотел развернуться, но девушка взяла его за руку и предложила хотя бы попить чай. Посмотрев на него с хитрым и немного лукавым взглядом, и куда же делась та стесняшка? Что-что, а вот чай они, скорее всего вряд ли будут пить…