Руки, которые, кажется, вот-вот готовы взорвать всё что попадет, легонько обнимают Тодороки, как будто боясь ранить. Но в этих объятьях чувствуется та безмолвная привязанность, что не отпускает. На момент объятия становятся крепче. Томный вздох. И взгляд, в котором больше нет агрессии, лишь что-то мягкое, приятное и чистое. как свет солнца. Нежное касание губ и тихий шепот. — Я люблю тебя
***
Луна Ночью всегда мир кажется лучше. Вокруг тишина, окутана тьмой и спокойствием. Лишь свет луны нависает над царствующим умиротворением. Каждый раз можно восхищаться её таинственным холодом, который отчасти влечет к себе. Она недостижима. За ней можно только наблюдать ночами напролет, мечтая о том, чтобы прикоснуться. Но иногда для того, чтобы её увидеть не нужна ночь. Луна может жить на Земле, жить там где ее не ищут, жить в людях. Для Бакуго Тодороки был именно такой луной. Внешность Шото не могла не привлекать внимание. Красные волосы смотрелись вызывающе, насыщенный цвет цеплял взгляд, в то время как контрастные белые волосы завораживающие сияли, особенно в волшебном лунном свете. Они выглядели ровными и гладкими, кончики локон едва ли закрывали глаза, мягко ложась на лицо. Шрам от ожога ярко выделялся среди светлой кожи, напоминая пятна на луне, которые можно увидеть на ней, если хорошо присмотреться. Возникало желание коснуться этой обожженной кожи, чтобы как будто прочувствовать человека, коснуться обнаженного кусочка души. Так само как и волосы симметрично разными были и глаза. Правый глаз был тёмно-серым, почти пепельным и подчеркивал насыщенный белый цвет волос. Левый глаз, обрамлённый алыми прядями волос, был наполнен голубым или скорее даже бирюзовым цветом, он выглядел как настоящий драгоценный камень. Тем не менее в эти глаза непременно хотелось всматриваться, постепенно утопая в их глубине, не смотря на то, что взгляд почти всегда оставался холодным и беспристрастным. А как же хочется увидеть тепло в этих глазах, кажется оно смогло бы согреть весь мир. Брать Шото за руки всегда было забавно. Одна его ладонь ещё больше нагревала ладонь Катсуки и казалось они начинали плавиться. Другая же мягким холодом покалывала и кровь как будто сразу остывала. Небольшая разница в росте была неплохим поводом положить голову на плечо Тодороки, стать к нему немного ближе. «Черт… больше ведь все равно нечего терять»Бакуго обнимает Тодороки с несвойственной ему осторожностью, понимая что нашел что-то действительно дорогое, то что не хочется ранить, лишь оберегать. Растопило ли это тепло холод между ними? Не хватает лишь одного касания для воссоединения душ, что вполне исправимо. Прозвучали тихие слова сказаны на рваном выдохе. Бакуго робко целует Тодороки, как будто его все ещё сковывают сомнения. Но они исчезают как только он получает поцелуй и пару слов в ответ. — Я тоже тебя люблю, Катсуки