Другая принцесса Лея

=============== ИМПЕРИЯ =============== ЧАСТЬ ШЕСТАЯ Мой оригинальный сюжет/легенды

      Открывая глаза, я не ожидала увидеть вокруг себя королевское великолепие. Точнее, я была уверена, что продолжаю видеть яркий сон, но на всякий случай ущипнула себя. Ощущения были реальными.       Откинув с себя край одеяла, привстала на локте и медленно обвела взглядом комнату. На прикроватном столике ни записки, ничего, чтобы могло указать мне на то, что Хан куда-то отлучился, и я почиваю где-то в хоромах его друга. Но самое главное — здесь было всё вполне земным, ни намёка на минимализм и всё то, что окружало меня ранее на базе Хот. Эта комната была торжественной, в тёмно-красных и золотых тонах. Убранство на порядок выше моих покоев на Аррокаре. Хотелось тот час же одеться и выйти наружу, чтобы понять, где я и заодно убедиться, что я не на космическом корабле. Окна впускали солнечный свет, разливающийся яркими пятнами на полу.       Хан мне рассказывал, как он в молодости бывал на космической яхте, которая внутри была роскошнее, чем императорский дворец на Корусанте. Неужели это она?       Я села, оглядываясь в поиске одежды, пока не заметила вещи на низком пуфе у подножия кровати. При ближайшем рассмотрении это было что-то вроде длинной накидки с пояском и мягкие туфли. Значит, по теории вероятности, надев этот домашний наряд, в нём я могла покинуть комнату и выйти наружу. Что я и проделала, не медля ни минуты.       Большая створка двери, с золоченой ручкой поддалась, едва я потянула её на себя. Я осторожно выглянула наружу. Было пусто. Ни возле двери, ни дальше я не увидела охраны, как это было принято на Аррокаре.       Покидая комнату, я выбрала направление движения в правую часть коридора. Не спеша, заплетая длинную косу на ходу, я шла вдоль портретов в резных рамках, висящих на стенах по обе стороны коридора, разглядывая лица. На меня смотрели лики юных королев с невероятными прическами и странным макияжем: выбеленные лица с ритуальными, видимо, отметками на щеках и нижней губе, пока взор не наткнулся на приятный облик. Хотя лица этой девушки я никогда не видела, во мне что-то отозвалось: её карие глаза заглянули мне в душу. Она единственная не была в гриме, чем и выбивалась из общей плеяды царских особ. Я стояла напротив её портрета минут пять. Образ девушки меня умиротворял.       — Это сенатор Падме Амидала Наберри, — услышала я мужской голос со стороны. — В прошлом она так же занимала пост королевы Набу.       Ко мне подошел смуглолицый мужчина с солдатской выправкой, в тёмно-зелёной форме военного кроя, вежливым кивком головы приветствуя меня.       — Генерал Куарш Панака, — официально представился он, — Глава Королевской Службы Безопасности. — И чуть помедлив, окинув меня внимательным взглядом, добавил: — Как ваше самочувствие, принцесса Лея?       Мужчине на вид было лет за пятьдесят. Виски посеребрила седина. Он был выше меня на полторы головы, статен. На бедре носил оружие.       — Чувствую себя хорошо. А, простите, где я?       — Вы в столице Набу. В королевском дворце Тида, — ответил он, приглашая меня прогуляться в направлении моей комнаты, дверца которой была по-прежнему отворена. — Я покажу и расскажу всё о доме монархов, но сейчас вас ждут.       — Кто ждёт? — нахмурилась я.       Мы оказались у дверей. Мужчина шагнул к ним, толкая створки от себя, распахивая их в комнату.       — Ваш лечащий врач ожидает вас.       — Зачем?       Панака пропустил меня вперёд. Я встала, как вкопанная в дверном проёме. Лечащий врач был в имперской форме, с характерной нашивкой на рукаве. Хоть форма его была не черной, а светло-серой, это не отменяло того, кем он являлся. Я сделала шаг назад и наткнулась спиной на мужчину, стоящего позади меня. Он мягко положил ладони на мои плечи.       — Принцесса Лея.       На меня обрушились водопадом воспоминания, короткие вспышки в памяти, обрывки увиденных ранее образов, которые я принимала за сон. В них были имперские штурмовики и Вейдер. Кого там не было — это Хана. Что-то случилось с ним. Плохое.       — Принцесса Лея, не усугубляйте своё состояние. Вам нельзя волноваться.       Панака сделал попытку сдвинуть меня с места. Я словно вросла подошвами в пол. Тогда к нам подошел врач. Примерно одних лет с главой безопасности. Высокий рост давал ему преимущество. Светлый пшеничный цвет волос был пересыпан седыми прядями. Светло-голубые радужки глаз, смотрели на меня тепло. Выражение на его лице было самым добродушным.       Я в плену… я в плену…, — Забилась моя мысль, как птица, попавшая в силки.       Спустя какое-то мгновение я вдруг осознала, что не слышу привычного шума вокруг, не слышу мыслей этих двоих людей.       Экранировано…       Мысленно я уже бежала по коридору, но на деле Панака вел меня к кровати, сажал на неё и шел к выходу, прикрывая их за собой обе дверные створки, оставляя меня наедине с имперцем.       Я вскинула испуганный взгляд на мужчину, когда тот приблизился.       — Я в плену?       — Нет. Вы дома, принцесса Лея, — он улыбнулся, водя сканером передо мной, глядя на экран.       — Мой дом был… взорван!       Я скинула туфли и резко отсела, залезая с ногами на кровать, подальше от врача. Не полезет же он за мной следом в сапогах на постель? Мужчина только вздохнул и покачал головой.       — Вероятно, нет, раз вы здесь, — парировал он мой ответ, глядя на меня как на капризного ребенка.       — Где Вейдер? — решила я спросить в лоб.       — Владыка Вейдер отбыл по делам.       — Каким делам? — резче спросила я.       — Этого он мне не сказал. — Тон офицера был прежним, спокойным. — Принцесса Лея. Вы перенесли тяжелую форму вирусной инфекции, которую подхватили с планеты Хот, предположительно через местную пищу: ракообразных. Я глава медицинской службы, лично веду вашу карту с момента поступления в моё распоряжение. Ваше здоровье для меня превыше всего. Меня не волнует то, как вы относитесь к Империи, подрывая устои и нанося многомиллионный ущерб государству и его гражданам. То, что вы решили стать бунтаркой, сражаясь на стороне повстанцев, сейчас не играет роли. Главное ваше здоровье. Я ясно изъясняюсь?       Я кивнула.       — Позвольте мне закончить утренний осмотр, и я покину вас до вечера, не побеспокою.       Я смотрела на него напряженно.       — Принцесса Лея. Сядьте на край кровати. Позвольте мне закончить мою работу. Я ваш врач и не причиню вам боли. Я не монстр, даже если на моём рукаве нашивка Империи.       Он ждал.       Я повременила и всё же села на край кровати, как он просил. Мужчина поводил сканером, протянул мне капсулу, подал стакан воды. Я могла не пить, но я выпила. И только после всех манипуляций, он вышел, оставляя меня в одиночестве.       В голове роилось много мыслей, но самая тревожная — я в плену у Империи и теперь меня, вероятно, пасут, даже если поблизости я не вижу солдат.       Но где же Хан и что с ним стало? Я срочно должна была это выяснить, а также понять, какими путями можно покинуть это место?       Только позже я заметила отсутствие на своём запястье браслета и конечно, у меня забрали мешочек с кристаллом Кайбурр. Кто бы сомневался.       Долго в одиночестве не пришлось сидеть и тихо злиться на всё. В комнату вошел парень. Вот кого я не ожидала здесь увидеть, так это его, учитывая, что он должен был быть мёртвым. На поясе у него висело два серебряных цилиндра. Гость вскинул руку прежде, чем я запустила в него стаканом, который по теории вероятности, должен был разбиться о его голову. Напротив, предмет воспарил в воздухе и оказался в его руке. Гость отставил стакан в сторону и, подойдя чуть ближе, учтиво мне поклонился.       — Принцесса Лея, я ваш телохранитель и наставник.       — Неужели? — вскинула я носик в негодовании. — Скорее надсмотрщик.       — Первое время, когда придется вас возвращать всякий раз, если решитесь сбежать.       — А! Вот с этого и нужно было начинать. К чему эти любезности?! — всплеснула я руками. — Значит, Вейдер приставил ко мне ситха?       Парень не ответил, и уходить не собирался. Напротив, подошел к окнам и распахнул створки настежь. С улицы полилась свежесть утренней прохлады и звуки падающей воды. За окном было лето. После лютых холодов на Хоте это особенно ощущалось.       Я в одно мгновение оказалась возле распахнутого окна, намереваясь выпрыгнуть, но не рассчитывала, что стена окажется над обрывом. Внизу едва угадывалось дно, затянутое дымкой. С левой стороны шумела вода, падающая с высоты. Водопада не было видно, но было хорошо слышно. На километры вдаль простирались зеленые поля и леса. Небо не чертили космические суда. Здесь летали птицы.       Я упиралась ладонями в металлическую раму окна и не могла оторвать взгляда от этого земного, бесконечно родного пейзажа, от которого защипало в глазах.       — Я скучаю по дому, — прошептала я севшим голосом, когда почувствовала присутствие рядом ситха.       — Вы дома, госпожа, — отозвался он.       — Хотелось бы верить.       Я облокотилась плечом о раму. Мне вдруг стало всё равно, что сейчас творилось там, за горизонтом. Я окунулась с головой в чужую войну, чужую жизнь и забыла о себе. А где-то там осталась моя мама, Павел и вся моя насыщенная жизнь. Захотелось домой. Я закрыла глаза, отпустила раму и качнулась вперёд.       — Тише.       Парень поймал меня за плечи, удерживая от попытки выпасть из окна.       — Я так устала от этой… лжи! — неожиданно обрела я голос, сбрасывая с себя его руки, отодвигая в сторону. — От войны… от всего этого!       Прошла вглубь комнаты, сцепив руки на груди в молитве. Обернулась, чтобы выпалить всю правду и замолчала. Парень смотрел за моими метаниями и не совсем понимал суть дела.       — Нет. Я буду говорить только с Вейдером. Он виновник всего, что произошло со мной с момента нашей встречи. Он обязан всё вернуть, как было!       — Я могу настроить голосвязь…       — Нет. Только лично! Никакой голосвязи и прочей чепухи, — резко осекла я его.       — Как вам будет угодно, госпожа. Я передам вашу просьбу владыке Вейдеру.       — И дайте мне одежду. Я что, должна ходить в этом? — хлопнула я себя по складкам накидки, касающейся краями пола. — Что-нибудь практичное. А не эти церемониальные одежды.       Парень сделал шаг по направлению к выходу.       — Мне нравилась моя прежняя одежда, — догнала его желанием вернуть свои вещи.       — В ней вам будет жарко в этих краях, госпожа, — ответил парень, обернувшись.       — Что-нибудь похожее.       — Я постараюсь подобрать.       Он уже почти был одной ногой за порогом, когда я остановила его недовольным окликом:       — И вы меня собрались морить голодом или здесь мне уже подадут завтрак?       Это было сказано высокомерно. Но парень и на эту фразу лишь доброжелательно кивнул.       — Сейчас я обо всём распоряжусь, госпожа.       И вышел, затворяя за собою двери.       Я с минуту стояла, глядя на его простывший след, и лишь после выдохнула напряжение, встряхнула руки и потерла озябшие плечи. Та правда, от которой я хотела избавиться, как от бремени, сковала меня льдом. Я чуть не проговорилась.       В ожидании, я села на кровать, натягивая на плечи одеяло, кутаясь в него и глядя с тоской в сторону открытого окна. В комнату влетали живые звуки. Они делали пространство реальным. Я уже стала отвыкать от всего этого. За почти девять месяцев скитаний мне не хватало этого. А теперь воспоминания захлестнули меня. Я ощущала непомерную тоску. Роняя голову на подставленные руки, жалея себя. Хотелось открыть глаза и оказаться снова в своей комнате, но ничего не происходило. С того момента, как я оказалась в этом мире, я каждый день мечтала вернуться. Теперь я поняла, что всему причиной был Вейдер. Он что-то сделал со мной. И был виновен в этом. Мне даже было всё равно, что говорят о нем, что я его всё это время опасалась, сейчас я хотела его видеть и высказать ему всё, что я думала о нём.       Когда вернулся мой… надзиратель, а иначе я пока не находила этому определения, он принес одежду, оставляя её на том же низком пуфе. Повернулся выйти, но задержался. Подошел ко мне, протянул руку и коснулся ладонью моего лба. Я руку не отбила. Так же делал Хан. Я скучала по нему. Только поэтому я не отреагировала на прикосновение агрессивно.       — Как ваше самочувствие, госпожа? — осведомился он.       — Как у раненой птицы с перебитым крылом, — ответила я. Но это была метафора и он понял.       — Я одно скажу: вас здесь никто не обидит, принцесса Лея. За вас здесь сражаться будут, за вас жизнь отдадут. Потому что вы хозяйка на своей земле. Вы дома.       — Что ты такое говоришь? Я не хозяйка даже своей жизни, а уж тем более…, — сдержала я всхлип, выдохнув в одеяло. — Уходи.       — Я буду рядом, госпожа. Только позовите.       — Уходи.       Я услышала его удаляющиеся шаги и звук затворяющейся двери.       Моя жалость к себе сменилась презрением. Я вспомнила о своих обязательствах перед людьми, которые видели во мне дух свободы. Вера в Восстание.       Но на деле вне Альянса я была всего лишь слабой девушкой. Захотелось закутаться в одеяло и не вылезать из него.       Я посмотрела на одежду, лежащую на пуфе, перевела взгляд на подушки и выбрала второе, закапываясь в них и закутываясь в одеяло, не раздеваясь.       — Все забудьте обо мне, — прошептала я, останавливая свой взгляд на тёмно-бардовой стене, на которой дрожали пятна солнечных зайчиков, брошенных от распахнутых оконных створок.

Момент истины

      — … идет восстановление организма.       Голоса рядом я узнала. В комнате стоял полумрак. Окна закрыли.       Я резко села, сонно озираясь.       В комнате находилось помимо меня трое. Лишь когда разгорелся свет в комнате, я увидела своего надзирателя, врача и возвышающийся чёрный монолит над всеми.       — Оставьте нас, — пророкотал голос в маске.       Все довольно быстро покинули комнату, оставляя нас наедине. Я поджала ноги и отсела подальше, как будто это могло бы меня спасти от гнева Вейдера, если бы подобное произошло.       — О чём ты со мной хотела поговорить, Лея?       Я со сна вообще не могла собрать своих мыслей, разбредшихся в моей голове. Утренний разговор с парнем, всколыхнувший мои воспоминания и разбередивший мою душевную рану, сейчас казался сном. Я подбирала слова и молчала, глядя в чёрные окуляры маски. Вейдер терпеливо дожидался моего ответа, равномерно вдыхая и выдыхая воздух. Если бы он взялся читать мои мысли, он бы в них утонул, как в топях Мембана. В моей голове была каша, но я уже вытянула одну мысль, совершенно не главную, но пугающую, выпалив вслух:       — Ты там говорил, что ты мой…, — я просто не осилила закончить фразу, спотыкаясь на главном.       — Твой родной отец. Да.       Вейдер сказал это, не меняя интонации, как будто это его ничуть не смущало. Я нервно выдохнула, набирая воздух в легкие, чтобы опровергнуть это. Он пресёк сразу, слегка подняв руку, принуждая меня помолчать.       — Я слишком долго был в неведении, полагая, что ты умерла в младенчестве, Лея.       — До того момента на Звезде смерти, да? — резко выпалила я.       — Да.       — И поэтому ты стёр мне память и теперь я не помню своего детства, лиц родных и близких…       — Да.       Его короткое признание отрезвило меня, как крепкая пощёчина. Мой взгляд застыл на бездушной маске.       Он сделал это нарочно?       — Ты живёшь с чистого листа, Лея, — проронил он.       — Что?       Я бесстрашно рванула навстречу, спрыгивая с кровати. Встала перед ним, всё так же, не сводя с него взгляда. Внутри меня всё негодовало от несправедливости.       — Ты отнял мои воспоминания! Ты даже не понимаешь, через что пришлось мне пройти, чтобы…,— я замахнулась на него. Вейдер мою руку поймал и мягко отвел от себя.       — Знаю. Но я усилил твои способности. Ты росла в моих глазах, искала суть понимания Силы, пробовала.       Хотела бы я высказать ему всё, что думала о нём, но как и в первый раз нашей встречи там, на Звезде смерти, меня снова сковал страх. Мой секрет пока оставался при мне, и это разрывало меня изнутри.