Часть 1. Глава 2. Другой финал
3 апреля 2020 г., 16:54
Мы смотрели с Леей фильмы и видели свои приключения, пережитые моменты. Сюжет пошёл вкривь с пятого эпизода, именно когда Империи удалось взять в плен Соло. Первые три приквела пролетели на одном духу, но Лею зацепило то, что её отец в прошлом был простым татуинским мальчишкой, совсем как Люк. Она видела свою мать на экране такой же, какой она запомнила её в том Озёрном краю, на голофото. Здесь образы и сюжет были теми же. Всё, за исключением финала шестого эпизода. Альянсу повстанцев не удалось преломить ход войны в свою сторону и ситхи победили. Сменились роли в финале истории и теперь императорский трон занимал тот, кто больше всего об этом мечтал — Вейдер. Люк занял место подле отца, а Лея продолжала бороться за независимость, уйдя в подполье.
— Было всё иначе, — сказала я, когда побежали финальные строчки титров. Лею потрясло увиденное.
— В моей той реальности было всё иначе. Империя пала. К власти пришла Новая Республика, — я взяла пульт и отключила телевизор. Мы сидели в тишине ещё минут десять.
— Лея, это только фильм — это не твоя реальность, — нарушила я тишину первой.
— Но она существует, — ответила она севшим голосом.
— Только как фильм. Сюжеты всегда выдуманы, они не реальны. Послушай, мы же знаем, как будет всё на самом деле, — успокаивала я её.
— Теперь уж точно не знаем. Мы здесь. Я здесь. И что стало с Люком там? Мы не знаем. Возможно, мы все погибли, как ты сказала: «Плывём кусками бесформенного металла по орбите планеты».
Я решила, что комната может прослушиваться, переводя диалог в мысленное общение с Леей.
Я не удивлюсь, если это очередная симуляция, и мы застряли в той программе основательно, — продолжила я.
Тогда у нас нет выбора, только как следовать по чужому сценарию и посмотреть, куда всё приведёт, — ответила Лея. Я мотнула головой, но она словно бы обняла меня со спины, настолько это было явно, и шепнула в ухо: — Иногда это единственный выход, чтобы понять, что твой враг замыслил.
То есть ты предлагаешь играть по их правилам? — переспросила я.
— Да, — ответила она вслух, — Давай рискнём.
Впереди нас ждали ещё эпизоды седьмой, восьмой и девятой серии — как окончательный триумф ситхов над горсткой повстанцев. Но теперь я точно знала, кто такой Кайло Рен. И никакой он не национальный герой, каким я его помнила, заблуждаясь о его истинной природе. Ещё при живом легендарном Владыке ситхов Императоре Вейдере, юное дарование превратилось в сильного адепта Тьмы, который поставил окончательную и жирную точку в саге Звёздных войн. А Лея что? Она таки перешла к отцу на его Тёмную сторону. Ситхов сделали иконой стиля, антагонистов возвысили в глазах фанатов и теперь каждый считал своим долгом обязательно походить на кого-то из них. Зло являлось добродетелью, снова искусно скрываясь за маской лжи.
Получается, что мне нельзя выходить замуж за Соло, — мысленно тронула меня Лея, — Чтобы не породить такого монстра, как Кайло Рен.
— Думаю, что Соло здесь ни при чем, — ответила я, защищая кореллианца, — Это всё ваши разные взгляды на жизнь и лидерские замашки обоих, не желание прийти к компромиссу.
— Много ли ты понимаешь в семейной жизни?! — огрызнулась Лея.
— В семейной может, и не понимаю, но пожив в твоей шкуре принцессы почувствовала на себе твой непростой характер и нежелание подпускать к себе мужчин, — улыбнулась я.
— Мне, знаешь ли, некогда засматриваться на них и строить личную жизнь, — ответила принцесса с фырканьем.
— Вот неправда. Я же помню, как ты смотрела на Гидеона.
— Что? — возмутилась Лея.
— Инферно и всё такое. Он же тебя зацепил, правда?
— Но-но-но, малявка, ты с кем говоришь? — процедила она грозно.
— М-м-м… если подумать — сама с собой, — отрезала я шутливо, но без улыбки.
Лея замолчала.
Действительно, как это смотрелось со стороны? Я сама с собой говорю, разве что, слегка меняя интонацию, но тембр голоса при этом остаётся моим.
Наше молчаливое сопение прервал телефонный звонок. От голоса Паши я тут же воссияла и принялась его первой расспрашивать, когда мы в следующий раз увидимся, а то тут мои предки свалили на отдых, и он вполне может приехать ко мне в гости. Или я к нему, но лучше пусть он ко мне, так как с собакой я не поеду, а оставлять Родни в гостинице нет желания.
Милое щебетание продлилось часа два и тут я спросила совершенно машинально, как поживает его новый доспех, который он пилил недавно для какого-то очередного фестиваля.
— Доспех? — в его голосе сквозило удивление.
— Ну, э, мандалорца, — совершенно искренне призналась я.
— Мандалорца? — теперь настал черед ему задавать мне вопросы.
— Ты же говорил, что делал шлем или я что путаю? — пошла я на попятную.
— Нет, точно путаешь. Я не делал мандалорца, да и зачем?
— Брутальные они, — улыбнулась я.
— Мы же уже выяснили, что в доспехах неудобно фехтовать. Кстати, я собрал тебе новый меч. Привезти?
— Конечно! Ещё спрашиваешь! — с деланным восторгом выдохнула я в трубку, — Так, когда тебя ждать?
— Я могу с ночёвкой? — осторожно переспросил он.
— Да. Родителей ещё шесть дней не будет дома, — улыбнулась я.
— Хорошо. Тогда собираюсь и еду к тебе. Жди. Целую. Люблю тебя!
— И я тебя!
— Ситха к нам? — Лея сунула телефон под подушку.
— Паша — мой парень. Тебе будет полезно побыть в компании мужчины, — усмехнулась я, кружась по комнате и наводя внешний лоск.
— Да, но ситх? — возмущалась она.
— Но в нашей реальности это не значит ничего. Просто любовь к джедаям или ситхам. Это всё понарошку. Хоть и очень хочется стать героем фильма и встать по разные стороны баррикад, — ответила я, пожимая плечами на её замечание.
— И вы уже спите вместе? — спросила она тоном моей мамы, вперив руки в боки.
— Тебя это пугает? — вопросом на вопрос ответила я.
— Конечно да! В плане, — поправилась она быстро, — Что я буду участвовать в чужой оргии. Уволь меня от таких подробностей, — ответила она сердитым тоном.
— Но я как-то терпела твои заигрывания с Гидеоном, — подначивала я принцессу.
— Там был совсем другой случай, — ответила она краснея.
— Только не надо строить из себя принцессу, — ответила я.
Лея фыркнула и перестала со мной говорить, даже мысленно. Обиделась. Что уж тут поделать. Моё тело — мои правила.
Через четыре часа мы с Пашей встретились у выхода из метро. Я прихватила за компанию Родни, который радостным лаем встречал моего друга, и я поняла, что Паша часто у нас бывал. В этот раз петербуржец приехал вечером пятницы и мог остаться только до воскресенья. Вечером он должен уехать, потому что в понедельник ему на работу.
Петербуржец был прежним, а я боялась, что его внешность изменится. Но хоть с этим был полный порядок. С собой Паша привез гостинцы и чехол, в котором было два меча и оба с красным клинком. Эту часть стороны своего парня я не знала. Значит, мандалорец сменил направление и стал саберфайтером, специалистом по ситхским мечам? Боясь показаться в чём-то несведущей, я слушала и старалась не задавать лишних вопросов.
— Ну как? — Паша вручил мне меч, активируя свой. — Опробуем?
— Прямо здесь? — обвела я двор взглядом.
Тёплый летний вечер выгнал всю детвору на улицу, вместе с мамочками, колясками и прочими обитателями многоквартирного дома. Почти все лавочки были заняты мирно беседующими соседями. Площадка для выгула тоже не пустовала. Родни играл с кем-то из собратьев, а я таращилась на меч и на Пашу, который уже разминал кистевые суставы.
— Когда это тебя останавливало? — удивился он.
На нас с интересом косилась детвора, и я полагаю, еще с десяток пар глаз.
— Что разыграем? — поинтересовалась я.
— Всё как всегда, — ответил Паша, с удовольствием отмечая, что я принялась активно разминать плечевой пояс. — Ты аколит, я — ситх. Или ты хочешь поменяться ролями?
— Нет. Меня устраивает такой расклад, — заулыбалась я. В роли аколита-ситха я уже побыла, и притом, не плохим: учеником при Вейдере и Старкиллере, то есть Мареке. Не суть.
У нас с Пашей, видимо, был какой-то постановочный номер, о котором, я, естественно, не знала. С первых ударов я поняла, что сноровку не растеряла, точнее, Лея. Она решила преподать мальчику урок, как она сказала мне мысленно, когда взяла в руки ненастоящий световой меч. А Паша не сразу перестроился, отражая серию точных ударов. Тела клинков встречались, издавая характерные звуки, как в фильме, ярче светясь в густеющих сумерках и собрав зевак вокруг нас.
— Ты когда этому научилась? — едва переводя дыхание, спросил Паша.
— Было желание и время, — уклончиво ответила я.
— Отлично. Я рад, что ты подняла свою планку фехтования. Помнится, ещё пару месяцев назад ты говорила, что тебе это не нужно.
— Я блефовала. — Я отсалютовала клинком. — Продолжим?
— Бой без правил, — он принял стойку, — Покажи мне своё мастерство, мой юный ученик.
— М, как пожелаете, мастер, — ответила я в шутливой манере, — Только с вас потом пицца и банка тёмного.
Что за пицца? — шепнула Лея в недоумении, едва не пропустив удар.
Вкусняшка, — мурлыкнула я мысленно Лее.
— Договорились, — ответил Паша, почувствовав некое превосходство, но лишь на миг, вынужденный далее обороняться, уклоняться и отпрыгивать.
Ушли мы с площадки, когда зажглись фонари и детская площадка почти опустела. Родни вдоволь наигрался с другими собаками, толкаясь с нами в лифте, теперь требовал от нас внимания, но мы с Пашей были заняты друг другом, наслаждаясь долгим поцелуем, пока кабина поднималась на двенадцатый этаж.
***
Сложнее всего было расспросить про наше с Пашей прошлое, что касалось всего до нашей реальной встречи. Где мы с ним познакомились, почему Империя в фильме победила и почему саберфайтинг? Но на моё счастье мой парень был словоохотлив и что не говорил вслух, то я читала в его мыслях, благо обладала этой способностью. В этой реальности он об этом не догадывался, как я полагаю, и остальные из моего окружения люди. Про этот дар я не говорила никому. Всегда полезно иметь секретное оружие при себе, и я поняла это ещё в детстве, решив, что никто и никогда не узнает о том, как умело я читаю чужие мысли. Паша листал фотографии на своей странице вконтакте с момента нашей встречи: вот мы на том фестивале, где я была Ларой Крофт. Вот мы у него дома и за нашими спинами фанатская стена по Звёздным войнам. А здесь мы у разводных мостов в Петербурге. Фото полугодичной давности запечатлело нашу с Пашей прогулку по аллее влюблённых, в Москве на поклонной. Но, с момента, когда он решил фехтовать, развитие событий потекло в стороне от моей реальности. Паша фехтованием занимался раньше как любитель, но потом взялся за это всерьез. Выбрал для себя роль ситха и был несказанно рад, что смог со мной организовать дуэт. Мы даже выступили на фестивале и взяли первое место. Так и решили ездить на турниры и на фестивали, раз есть спрос на саберфайтинг и на косплееров. Не состояли в клубах, существовали сами по себе, но дружили с ребятами и охотно встречались с ними на разных пати в обеих столицах. Но пару месяцев назад мы разругались в пух и прах. Я сказала, что мне надоели эти Звёздные войны, я хочу реальности, а не детских забав. И Паше пора повзрослеть и Звёздные войны — это не серьезно, и мы из-за этой нелепой причины перестали встречаться. Значит, мы не виделись пару месяцев? Но Паша не переставал мне писать и звонить. Он верил, что я отойду, что вернусь к нему. Ехал на встречу, опасаясь, что будут новые ссоры, вез мне подарки. Уже держал в голове мысль, что тоже забросит всё, лишь бы быть со мной. Звёздные войны не стоят того, чтобы терять меня из-за этого. Был несказанно рад, что я не только не забросила это увлечение, но и развила свои навыки и, как он признался, моё мастерство выросло настолько, что теперь в роли аколита скорее быть ему, чем мне. В моей же реальности мы с Пашей никогда не ругались. Мы были продолжением друг друга, единым целым, и всё дело катилось к скорой свадьбе. Я охотно принимала его увлечение и не была такой напыщенной сучкой, которая тянет на себя одеяло и указывает другим, как им поступать и как жить. Ночь мы провели втроем в одной постели: я, Паша и вынужденный третий гость. Лея пыталась отстраниться, но даже она испытала целую гамму чувств от близости с мужчиной, краснея и стыдясь, что становится невольным свидетелем наших близких отношений. Четвёртым зрителем был Родни, обиженно сопя на лежанке. Он ревновал. В доме появился человек, который перетянул всё внимание на себя. Но к утру, когда Паша с ним потолкался на кухне и о чем-то поговорил по-мужски, Родни уже не претендовал на роль хозяина в этом доме, не старался залезть на кровать, пока мы спим, чтобы развалиться между нами. Перестал прятать Пашины носки и слюнявить шнурки у кед. Утро следующего дня началось с постельных ласк, ароматного кофе и тренировки на детской площадке. Родни выгуливал себя сам, периодически садясь возле наших вещей, охраняя их. Я учила Пашу приёмам, новым для него. Он охотно перенимал технику, искренне удивляясь, что нигде такого не видел. Я солгала, что подсмотрела связки ударов и блоков у какого-то американского фаната, но сейчас его имени не вспомню. — Соня. Я думаю, что мастером-ситхом нужно быть тебе, а я займу ранг ниже, — Паша чехлил мечи, когда мы шли к дому. — Хорошо, — легко согласилась я и почувствовала превосходство, с каким принцесса расправила плечи. — Я списался с ребятами, они завтра вечером устраивают встречу в парке. Сходим? — спросил меня петербуржец. — Давай. С мечами? — переспросила я на всякий случай. — Да. Потом в кафе посидим, если успеем. — Хорошо. У меня было не так много времени на то, чтобы пересмотреть список своих взаимных подписок и сообщений и запомнить все лица и имена. Задача не из лёгких. А ещё Паша под боком и не поболтаешь с Леей лишний раз. А раз Паша здесь, то прощай другие дела, потому что долгая разлука нас обоих приклеила друг к другу. Я очень скучала по нему, а он по мне. Валяясь в постели, мы разговаривали о нашем совместном будущем. — Давай съедемся? — предложила я. — Только если ты ко мне. Я учусь и работаю, — сказал он, прижимая меня теснее к себе. Между нашими обнажёнными телами разливался жар. — Можем снимать квартиру у моих знакомых. Тебе перевестись-то проще. — Почему мне проще? — поймала его руку, блуждающую под простынёй. — Потому что у нас тоже есть художественное училище, ни чем не хуже вашего московского. Причём оно хорошо котируется, насколько я слышал от знакомых. Я могу навести справки, если хочешь. — Хочу. Мне всё равно было, где учиться, лишь бы рядом с любимым. — Решено, — прошептал он, по-хозяйски сгребая меня под свой бок.***
Утром следующего дня позвонили родители. Конечно, я первым делом заявила, что в гости ко мне приехал Павел, что мы снова вместе. Наше воссоединение с петербуржцем родителей приятно удивило. Мама спросила Павла, надолго ли он приехал к нам погостить, а то они могут чуток задержаться у сестры, на что Павел ответил, что приехал только на выходные и в понедельник ему на работу. Я слышала мысли обоих родителей и теперь точно знала, что они не были против нашего союза. Да и вслух они сказали то же самое. Слышать это было приятно и мне и Паше. Идея о переезде прочно укрепилась в нашем сознании. Всё утро и день мы обсуждали это. Всё должно было свершиться летом, чтобы с сентября, когда начнётся учеба у нас обоих, мы уже жили вместе в северной столице. К пяти вечера мы поехали на встречу с друзьями саберфайтерами.
