Звездопад

Вечерело. День выдался пасмурным: тучи угрюмо нависали над горизонтом, словно тяжёлые свинцовые покрывала, не давая солнцу ни единого шанса пробиться сквозь их плотную пелену. Однако ближе к закату небо очистилось, разогнав мрачные облака, и теперь мир утопал в мягком алом сиянии уходящего дня. Воздух наполнился теплом; в нём ощущалась лёгкость летнего вечера, предвещавшего долгую череду знойных дней. Лето только начиналось, и городские жители, уставшие от однообразной суеты, спешили вырваться на природу, чтобы вдохнуть полной грудью свободу и насладиться заслуженным отдыхом. Хэнк и Коннор не были исключением. Небо пылало всеми оттенками закатного огня — от нежно-розового до густого бордового. Птицы, словно радуясь наступающей ночи, разливали свои звонкие трели, а цветы, пробудившись от дневного зноя, источали тонкий сладковатый аромат. Вся эта картина напоминала живописное полотно, наполненное спокойствием и тихой романтикой. Коннор, сидя в машине, зачарованно наблюдал за этим великолепием, стараясь запомнить каждый оттенок и каждую деталь. Закаты всегда вызывали у него особенное восхищение, но этот, без сомнения, был одним из самых завораживающих из тех, что ему доводилось видеть. Чёрная легковушка мягко свернула с дороги и остановилась у массивных ворот, за которыми скрывался уютный двухэтажный дом. Хэнк первым распахнул дверцу, выбрался наружу и с привычной резкостью захлопнул дверь автомобиля. Он обернулся к Коннору, который всё ещё сидел в салоне, глядя на небо. — Ну, как тебе моя новая малышка? — с явной гордостью спросил мужчина, направляясь к багажнику. Коннор наконец вышел из машины и, оценивающе проведя ладонью по гладкому корпусу, задумчиво кивнул. — Отличная машина, — ответил он, неспешно переводя взгляд на своего собеседника. — Но, думаю, тебе стоило купить что-нибудь поновее. Хэнк недовольно фыркнул, вытаскивая чемоданы из багажника. — Да ты что, издеваешься? Эту модель выпустили всего лет десять назад! — в наигранной грусти бросил Хэнк. Он хлопнул андроида по плечу и, не дожидаясь его ответа, направился к дому. Коннор тихо хмыкнул, наблюдая, как его друг уверенной походкой поднимается по ступеням крыльца. Затем он перевёл взгляд на сам дом, желая рассмотреть его получше. Два этажа и небольшой чердак. Стены окрашены в приятный светло-бежевый цвет, окна — с тёмно-коричневыми рамами и слегка затемнёнными стёклами. На просторной террасе уютно расположились два плетёных кресла и небольшой белый кофейный столик, а вокруг густо цвели розовые кусты, придавая этому месту особое очарование. Дом выглядел так, словно сошёл со страниц журнала о загородной жизни. — Ты там застрял? — окликнул его Хэнк из дверного проёма, уже успев затащить чемоданы внутрь. Коннор вздрогнул, отрываясь от разглядывания дома, и поспешил за ним. — Да-да, уже иду, — откликнулся он, отмахиваясь от пустых мыслей. Переступив порог, он увидел, как друг с привычной небрежностью сбросил обувь и куртку и, не теряя времени, отправился прямиком на кухню. — Признаюсь, эта поездка меня утомила, — донёсся его голос из-за угла, после чего послышалось бренчание посуды. — Чаю хочешь? Коннор на секунду замялся, прежде чем ответить: — Напоминаю, что я андроид. Мы не нуждаемся в пище и питье. В ответ на такое пафосное заявление раздался смешок. По одному только голосу мужчины можно было понять, что тот улыбается во все зубы — прямо как маленький мальчишка. — Харэ заливать. Я видел, как ты лопал суши с соевым соусом, — насмешливо бросил Хэнк. — Все мы прекрасно знаем, как устроены современные андроиды. Не просто же так вас от людей не отличить. — Я… Когда ты это видел? — спросил Коннор, нахмурившись. — Короче, ты будешь чай или нет? — Хэнк явно не собирался развивать эту, по его мнению, бессмысленную ветку разговора. А вот стоять с чайником в руках дольше нужного ему не хотелось. Несмотря на хорошее настроение, мужчина оставался верен своему характеру. Посмеялись — и хватит. — Буду, — вздохнул Коннор, сдаваясь. И тут он вспомнил, что хотел сделать ещё до поездки, но так и не успел. — Только сначала приму душ. Где он, кстати? Хэнк выглянул из-за двери, хитро прищурившись. Он не мог упустить возможность подловить своего спутника и ехидно бросил: — Зачем тебе душ? Ты же андроид. Если в пище и питье не нуждаешься, то и в такой вещи, как «душ», тоже. Или уже забыл? — он склонил голову набок, ожидая реакции. Коннор понял, что его подловили. Он бросил на мужчину хмурый взгляд и махнул рукой, показывая, что сдаётся. — Что, неудачная шутка изжила себя? — раздался довольный голос Хэнка, но андроид лишь покачал головой, не скрывая улыбки. — Ладно, ладно. Душ прямо по коридору и налево, вторая дверь. Чистые полотенца должны лежать в шкафчике. — Вы невероятно любезны, сэр, — Коннор склонился в лёгком театральном поклоне, поднимая взгляд на своего приятеля. — В таком случае позвольте откланяться… — Да всё, всё, иди уже, а то чай холодным пить будешь. Коннор довольно быстро управился с душем и переоделся в лёгкую домашнюю одежду. По большей части ему было всё равно, в чём ходить, но Хэнк всегда настаивал на том, что в доме место только домашней одежде — без неё будто бы невозможно по-настоящему расслабиться. Андроиду эта позиция казалась любопытной, поэтому он соблюдал те же правила. Он вернулся на кухню, где мужчина уже развалился за столом с кружкой горячего чая. На столе стояли тарелка с печеньем и баночка мёда. Вся эта картина показалась Коннору невероятно беззаботной и уютной. В такие моменты он действительно чувствовал себя хорошо и по-настоящему расслабленно. Возможно, прежде всего потому, что рядом с ним был именно Хэнк. Отгоняя эти мысли, он уселся напротив друга. Взяв в руки чашку со свежезаваренным чёрным чаем, Коннор откинулся на спинку стула и обратился к нему: — Ну, теперь рассказывай: какие у нас планы на ближайшие дни? После этого он сделал небольшой глоток ароматного напитка и, удивившись его яркому вкусу, решил высказать одобрение такому выбору: — М-м-м… Это тот самый чай, который ты купил вчера в новом магазине недалеко от парка? Невероятно вкусный. Хэнк лениво потянулся и, тоже попробовав чай, усмехнулся: — Да. Я надеялся, что его вкус будет менее цветочным, но в целом мне тоже нравится. — он на мгновение замолчал, потянувшись за печеньем с шоколадной крошкой. — А по поводу планов… Думаю, начнём с рыбалки. Ты ведь всегда хотел попробовать, верно? Коннор слегка приподнял бровь, но в его глазах мелькнул искренний интерес. Он действительно не раз задумывался о том, что хотел бы попробовать такой вид отдыха: сидеть на природе у прохладного водоёма, окружённого насыщенно-зелёной сочной флорой. Только пение птиц, шелест травы и листьев да тихий плеск воды — звучит ведь прекрасно. — Что ж… Это звучит довольно любопытно и неожиданно. Я был бы рад, — андроид слегка улыбнулся и снова отпил чай. — Отлично! Тогда утро начнём с озера. Но учти — нам придётся о-о-очень рано подняться, — протянул Хэнк. — протянул Хэнк. Он на секунду задумался, затем довольно хлопнул ладонью по столу и продолжил: — Хотя зачем я тебе это говорю? Ты и так всегда на ногах с утра пораньше. Это у меня вечные проблемы с подъёмом, особенно в отпуске. Допивай чай, немного посмотрим фильм и на боковую, а то хренушки я завтра встану. Мужчина прервался на глоток чая и, решив закончить разговор в своём стиле, с громким смешком обратился к Коннору: — Ну, дружочек, как говорится: дохлёбываем — и уёбываем! Коннор не совсем понял смысл сказанной фразы в данном контексте, поэтому посчитал нужным обязательно указать на это. В результате разговор затянулся настолько, что времени на фильм почти не осталось. Они решили перенести просмотр на другой день и отправились спать, чтобы Хэнк точно смог встать вовремя.

***

Большую часть дня друзья провели у озера. Улов оказался небольшим, но оба явно остались довольны совместным времяпрепровождением. Коннор отметил для себя, что ему очень нравится рыбалка — особенно та её часть, где Хэнк завалился в воду, не справившись с удочкой, крючок которой зацепился за корягу на дне водоёма. К вечеру дом погрузился в тишину. За окном уже стемнело, и только потрескивание дров в камине наполняло гостиную мягким уютным звуком. Хэнк и Коннор сидели в креслах напротив огня, лениво беседуя о самых разных мелочах — о погоде, рыбалке, забавных историях из прошлого. В такой атмосфере совсем не хотелось говорить о проблемах или других неприятных вещах. Разговор тёк размеренно, пока в какой-то момент между словами не повисла пауза. Коннор задумчиво смотрел на огонь, наблюдая, как языки пламени извиваются и танцуют. — Кстати, я тебе не говорил, но на самом деле мы не просто так приехали сюда именно вчера, — внезапно прервал его размышления Хэнк, откинувшись на спинку кресла. — внезапно прервал его размышления Хэнк, откинувшись на спинку кресла. Он замялся на мгновение, но всё же продолжил: — Так вот… э-э… сегодня будет звездопад. Должен быть довольно яркий, тем более здесь — за городом. Явление не особо частое, так что… Я подумал, тебе будет интересно. Ты ведь любишь всякое такое… В общем, не хочешь посмотреть с крыши? Коннор перевёл на него удивлённый взгляд. Такая новость немного застала его врасплох. Хэнк обычно не особенно восторгался красотой природных явлений, а значит, сейчас он явно думал об интересах своего друга. Андроид на мгновение замешкался. Уже давно подобное внимание со стороны мужчины вызывало у него тёплые, а порой и бурные эмоции, которые он, конечно же, не показывал. Сохраняя дружелюбную атмосферу в их общении, Коннор всегда боялся, что в такие моменты — моменты проявления интереса и своеобразной заботы — его истинные мысли и чувства рано или поздно станут слишком очевидны. Он в очередной раз отогнал навязчивый рой мыслей и, заметив, что неприлично затягивает с ответом, поспешил отреагировать: — С крыши? А это не опасно? — он пригубил чай, который уже остыл, но всё ещё сохранял приятный аромат. Ответ прозвучал, возможно, даже слишком нейтрально. — Да брось ты, — усмехнулся Хэнк, качнув головой. — Думаешь, я бы предложил, если бы это было действительно опасно? — Логично, — согласился андроид. Чувствуя лёгкую неловкость, он поднялся с тёплого насиженного места, отнёс кружку на кухню, аккуратно поставил её в сушилку и вытер руки полотенцем. Вернувшись в кресло, Коннор решил продолжить разговор: — Так когда, говоришь, начнётся? Хэнк поднял руку и взглянул на наручные часы. Удовлетворённо кивнув самому себе, он ответил: — Да, в принципе, скоро. Уже можем подниматься, если ты всё-таки согласен, конечно, — мужчина оторвал взгляд от часов и выжидающе посмотрел на своего товарища. — Конечно, я согласен. Даже странно, что ты уточняешь, — Коннор, поддавшись порыву, неловко по-дружески потянул его за руку. — Пошли. Но Хэнк, фыркнув, отдёрнул ладонь, что в очередной раз напомнило андроиду о необходимости держать себя в руках. — Да иду я, иду, — проворчал тот, поднимаясь с кресла. Они поднялись на чердак и выбрались на крышу. Ночная прохлада мягко коснулась их лиц. Воздух пах лесом, травой и далёкими кострами. В округе не горели фонари, и небо раскинулось над ними необъятным покрывалом, усыпанным россыпью звёзд. Они уселись на тёплую черепицу, ощущая, как мир будто замедляет свой бег. И вот — словно по волшебству — первые серебряные линии прорезали ночное небо. — Очень эффектно, — пробормотал Хэнк, чуть ближе придвинувшись к Коннору. — В городе такого не увидишь… Андроид, заворожённый зрелищем, не мог оторвать взгляда от неба. Он никогда не видел ничего подобного вживую — сотни, тысячи огненных следов, вспыхивающих и исчезающих за доли секунды. И всё это прямо перед ним, здесь и сейчас. — Это… просто волшебно, — наконец выдохнул он, переведя взгляд на мужчину. Атмосфера была невероятно тихой, почти интимной. Нельзя было не заметить переполнявшие Коннора эмоции. Не имея возможности совладать с собой, он слишком тепло смотрел на своего друга, даже не осознавая, насколько это очевидно. Хэнк всем телом почувствовал этот взгляд и не смог не повернуть голову. Их глаза встретились, и вокруг воцарилась странная, неловкая тишина. Ветер легко касался их лиц, воздух был свеж, но у обоих внезапно перехватило дыхание. Коннор нерешительно положил свою ладонь на руку Хэнка. Мужчина едва дёрнулся, но не отстранился — лишь удивлённо смотрел на него, не смея сделать лишнего движения. Взгляд андроида был предельно серьёзен, словно он собирался сказать нечто невероятно важное. — Хэнк… — тихо прошептал он, слегка сжимая пальцы мужчины. — Я понимаю, что я не человек и, возможно, не в полной мере способен на то, что вы называете «любовью». Но я… я чувствую, что ты мне небезразличен. И не просто как друг… Коннор отвёл взгляд, осознавая, что не смог сдержаться, не смог сохранить хладнокровие. Он убрал руку, внутренне готовясь к отвержению, к грубому смешку, к тому, что Хэнк просто отвернётся и забудет этот разговор. Но произошло совсем другое. Тёплые, грубоватые пальцы внезапно сжали его ладонь, и в следующий момент мужчина притянул его к себе, заключив в крепкие объятия. Он молчал, но плечи его подрагивали, и Коннор понял — он плачет. — Хэнк… Прости, это из-за меня? Ты вспомнил свою бывшую жену и сына? — обеспокоенно прошептал он, стараясь заглянуть тому в лицо. — Ты придурок, Коннор, — пробормотал Хэнк, не разжимая объятий. — Какой же ты придурок… А затем, неожиданно даже для самого себя, он чуть наклонился и неловко, но искренне коснулся губами уголка губ андроида. Тот замер, во всех красках ощущая это прикосновение — тепло тела и одновременно прохладу ночи. Он был шокирован, счастлив, растерян; старался запомнить каждое мгновение и понимал лишь одно: желание, которое он успел загадать, глядя на падающую звезду, только что исполнилось.