Кто кого?

      Когда Чонгук проснулся, первым что он увидел, было огромный пустой зал, по середине которого стояла большая двухспальная кровать, на которой он собственно и лежал. Из мебели больше ничего не было. Парень сел и посмотрел на большое окно. Ни тебе цепей, ни кляпов. Какое-то странное похищение вышло.       Голова жутко гудела. Чонгук потер заспанные глаза и встал с постели. На негнущихся ногах он дошел до двери и дёрнул ручку, но та оказалось закрытой. Все-таки он пленник, хоть его не так сильно и ограничили в свободе. — «Интересно, зачем я понадобился этому старому козлу?» — задумался Гук.       Чон подошёл к окну и посмотрел вниз. Это был второй этаж, довольно крупного коттеджа. Окна выходили на задний двор, но кроме куска сада, бассейна и высокого забора на глаза больше ничего не попадалось. Жухлые листья усыпали бетонные дорожки, вода в бассейне позеленела за ненадобностью. Навряд ли хозяева живут здесь.       Осень давно вступила в свои права; солнце клонилось к горизонту. Сколько времени прошло с момента его похищения? День? Два? Три? Омега недовольно поджал губы и отвернулся от окна. Парень прислушался к несуществующим звукам, но скоро понял, что их попросту нет. Скорее всего он один в этом здании, либо здесь очень хорошая звукоизоляция. Послонявшись из угла в угол в течение сорока минут, Чонгук не выдержал и пошёл лег обратно в кровать, накрывшись одеялом с головой.       Ожидание — худшая на свете пытка. Уж лучше бы его избили, чем вот так бросили и сиди гадай, что тебе будет и что может с тобой сейчас произойти.       Как бы сильно омега не хотел снова заснуть, у него это не получилось. Пришлось просто бездельничать на кровати, время от времени крутясь в поиске более удобного положения. И как на зло, когда он только нашел удобную позу и начал проваливаться в сон, дверь со скрипом отворилась и в комнату кто-то вошёл. Знакомый запах коснулся кончика носа и в груди всё оборвалось, словно в ледяную воду опустили. — Тэхён? — тихо спросил омега, не в силах пошевелиться и встретиться взглядом.       Одеяло защищало. Одеяло было выдуманным барьером, будто оно могло вообще кого-то защитить. — Прости, я не знал, — с ходу начал оправдываться альфа, заставляя удивляться еще больше. — Как только отец сказал мне, что он сделал, я сразу поехал сюда, чтобы отпустить тебя. — Как благородно.       Чон откинул одеяло и сел на кровати. Зловещие тени в полумраке плясали на лице альфы, но это не пугало. Его уже ничего не пугало. — Чон, я правда не знаю зачем ты ему понадобился. Я тут не при чём. — Ты сейчас это серьезно? — Чон недоумевая посмотрел на Кима. — Совсем не при чем, да? А это что? Чья это работа? — Чонгук задрал верх пижамы и дал полюбоваться округлившимся животиком. — Хочу напомнить, если бы не ты, всего этого в моей жизни бы не было! — парень вскочил с массивной кровати и подлетел к альфе, хватая того за грудки. — Ты просто кусок дерьма, в который я случайно наступил, а он намертво прилип к моей подошве и теперь, куда бы я ни пошёл, везде будет вонять! Ты худшее, что могло со мной приключиться! — Чон тряхнул парня за рубашку и характерный звук оповестил о том, что она где-то треснула по швам.       Тэхён высвободился от захвата и схватив омегу за горло, прижал к стене. Злобный шепот раздался в паре миллиметров от уха и холодное лезвие коснулось живота. — Я могу всё исправить прямо сейчас и тогда никаких последствий не будет. Хочешь я вырежу его?! Ты только скажи, я мигом исправлю свою оплошность и тогда отец не заставит нас вступить в брак, — альфа отстранился и холодно посмотрел в глаза. На лице омеги ни один мускул не дрогнул.       Чон лишь схватил его запястье и сильнее надавил ножом себе в живот. — Давай, убей, если сможешь! Но у тебя кишка тонка это сделать! — «А этот омега не промах», — думал старший альфа, смотря разыгравшуюся сцену с экрана монитора. Хоть не было слышно о чём идет речь, зато всё было хорошо видно.       Молодой альфа растерялся и отстранился от омеги, сделав два крупных шага назад. — Думаешь самый умный здесь ты? Как бы не так! Я не знаю зачем моему старику нужен ты и эта свадьба. Я тебя не держу, можешь идти, — альфа отодвинулся, уступив свободный проход к двери. Чонгук не долго думая, ринулся к выходу, но там за дверью уже его поджидал старший и всем своим видом заставил зайти обратно в пустое помещение. — Ну что ещё? — раздраженно спросил омега, буравя тяжелым взглядом главу клана «Тацубана». — Ваша свадьба состоится в пятницу в церкви блаженного Мицуки; вместе со свадьбой Чимина. — Что-о? — в унисон спросили омега и альфа младший. — В смысле свадьба? — яростно взвыл омега. — Я не давал своего согласия! — А тебя никто спрашивать не собирался, — спокойно удостоверил старший альфа. — Отец, я тоже против этой затеи! — Молчать! — выкрикнул седой и уже более тихим голосом добавил: — Свадьбе быть! А пока до пятницы, вы поживете здесь вместе, надеюсь в пятницу увидеть вас счастливыми и влюбленными, — мужчина вышел за дверь и с грохотом закрыл ее за собой. — Кормить вас будут вот через это окошко, — Чон посмотрел на щель внизу двери. Пока не сказали он даже не замечал ее, — Увидимся на вашей свадьбе. За организацию не переживайте всё будет по высшему разряду.       Послышались отдаляющиеся шаги и кто-то издевательски просунул две тарелки с ужином поочередно в щель. — Да вы издеваетесь? — взвыл Чонгук и проигнорировав ужин, пошёл лег на кровать.       Тэхён остался стоять на месте. Дверь открывалась во внутрь, так что идея выбить ее с плеча отпадала. Да и это не какая-нибудь хлипкая дешевка, склеенная из опилок, а целиковая дубовая дверь. Калечить людей из своего клана тоже нельзя. Отец за это по головке не погладит. Да и не так уж ему и хотелось сопротивляться этой затее отца. Только вот его партнер чуть ли огонь из ноздрей от злости не пускал. Тэхён посмотрел на омегу, тот теребил край пижамы и о чем-то усиленно думал. — Тебе надо поесть, уже почти сутки прошли с того момента как тебя привезли сюда. — Какой заботливый, — фыркнул Чон, но его живот предательски заурчал и в пустой комнате это было отчётливо слышно. — На, поешь, — альфа поднял с пола тарелки и одну отнес брюнету. Тот недовольно смерил его ненавистным взглядом, но тарелку забрал и принялся жевать ужин.       Сам Тэхён есть не хотел, поэтому отошел к окну и отстранено посмотрел в даль, поставив свою тарелку с едой на подоконник. — Ты же понимаешь, что моя легенда окончательно рухнет? — неожиданный вопрос выдергивает из гущи мыслей. — О твоей свадьбе будут трубить из каждого уголка. Я для всех стану грязной омегой, дешевой подстилкой, твоей дыркой! И плакали тогда все мои планы. Хотел чего-то поменять? Как же я был наивен! — Чон поставил на пол тарелку и лег обратно в кровать, натянув одеяло по горло. — Эту систему наверное никогда не сломать. Скажи, в чём я виноват? В чем мы виноваты? Я ношу под сердцем твоего ребенка! Я даю новую жизнь! Ну, а что в итоге? А в итоге я всего лишь секс-игрушка для похотливого альфы и инкубатор для выведения его потомства. Не омеги мерзкие, а вы альфы! — Хватит! Прекрати это! Да, я виноват, но теперь уже поздно что-то исправлять, — Тэхён посмотрел на Гука и тяжело вздохнул. Атмосфера была напряженная. — К тому же мою омегу никто не посмеет так называть. — Конечно, в лицо они тебе это говорить не будут, но за глаза… — Кого волнует, что там про тебя говорят за глаза какие-то ущербные? — перебил альфа. — Волка не должно волновать то, что о нем думает овца! — Ты даже сейчас не проявляешь ко мне уважение, перебивая меня! О каком браке может идти речь?! — раздраженно заметил Чон. — Я альфа, а ты омега!       Тэхён резко развернулся лицом к Чонгуку и вплотную подошёл к кровати. Его запах действительно подчинял. Запах альфа-самца, Чон почувствовал как задрожали коленки, а внутренний зверь поджал хвост и уши, подчиняясь доминанту, хотя сам парень остался с невозмутимой миной на лице. Его истинная пара здесь, совсем рядом, так близко. Протянешь руку и сможешь дотронуться до него. Чон нервно сглотнул накопившуюся во рту слюну и отвел взгляд, в котором уже начали поблескивать похотливые нотки. — У меня скоро начнется гон. Отец знал об этом и заблаговременно позаботился, чтобы мы в это время оказались вместе. Скорее всего это вызовет у тебя течку. Продуманный падла!       Тэхён скользнул взглядом по широким плечам омеги обтянутым довольно простенькой пижамой. Захотелось оголить их и прикусить ключицу, чтобы вызвать табун мурашек, но он лишь отдернул себя и снова отошел к окну. — Какая ему от этого польза? Я все равно в залете! — Я должен поставить тебе метку, так как ты беременный. Иначе все действительно будут считать тебя грязной потаскухой. Да, вот такое лицемерное у нас общество. — Тэхён! — тихо позвал омега. — А? — альфа посмотрел на парня. — Ты хочешь этого ребенка? Только, пожалуйста, не ври. — Я… я даже не знаю. Я думал об этом и когда понимал, на что ты обрекаешь моего ребенка, мне было как-то не по себе. — Не твоего, а моего, — прошипел Чонгук. — Ладно хорошо, нашего! — Он мой! — заорал парень. — Не смей говорить так, будто ничего до этого не было! Будто ты ждал и хотел его. Будто тебе он нужен! — Я не знаю, что со мной происходит, но Чимин разорвал помолвку, чтобы я смог сойтись с тобой. Я не посмел после всего что случилось идти к тебе и просить тебя о чем-то. Я не смел! Я не достоин тебя. Да, я грязное похотливое животное и есть в кого! Меня так воспитали! Ты думаешь, почему у лидера клана нет жены? Потому что у него их столько, что не хватит пальцев рук и ног, чтобы их всех пересчитать. Моя мать бросила нас, не выдержав постоянных измен и он приказал убить ее. То же самое ждёт и тебя, если посмеешь дернуться в сторону! — вздохнув, Ким добавил: — Прости, накипело…       Тэхён стянул с себя рубашку. Из-за возбужденных эмоций поднялся адреналин и запах стал сильнее.       Начался гон.       Жар волной прошелся по телу, поднимая градус в крови. Омега нервно заерзал на кровати и накрылся одеялом с головой, чтобы меньше чувствовать запах, но это не спасало. Тэхён тяжело задышал и отойдя к двери, громко постучал. Через пару минут послышался голос: — Да, вы что-то хотели?       Ким быстро затараторил: — У меня начался гон, дайте быстро подавители! — Простите, молодой господин, вам не положено. — Слышь, ты, я когда выйду отсюда, я тебе башку проломлю! Таблетки тащи! — Простите, не положено, — повторил парень и послышались быстрые шаги, говорящие о том что он отошел от двери.       Старшего семейства боялись больше чем наследника. — Да твою мать! — заорал альфа и сел на корточки, схватившись за волосы. Он понимал, что если ничего не предпринять, то он снова набросится на Чонгука и только усугубит ситуацию. Он снова изнасилует его.       Тэхёна нервно потряхивало, а член уже как десять минут стоял колом и неприятно тёрся головкой о ткань джинс. Парень встал на ноги и отошел в самый дальний угол комнаты, чтобы как можно меньше чувствовать запах омеги. Ким расстегнул ширинку и высвободив член, стал удовлетворять себя. Рука равномерно ходила верх-вниз по стволу, принося смутно отдаленные оттенки удовольствия. С течной омегой, конечно, это сравниться не могло, но он не смел всё испортить еще раз.       Чонгук услышал рваное дыхание альфы и вынырнул из-под одеяла. Сильный запах Кима окутал с ног до головы. Тэхён стоял у стены и мастурбировал, хотя мог спокойно оседлать парня. Зрелище было завораживающее и возбуждающее. Парень прикусывал нижнюю губу и сладко щурился, когда удовольствие нарастало и почти доводило до пика, но чтобы кончить этого было мало. Чон словил себя на мысли, что хочет помочь альфе и ужаснулся.       Помочь ему?       А он это заслужил?       Но внутренний голос противно стал напоминать, что не так уж парень-то и сопротивлялся. Не так уж это было и противно и что было бы с ним, не найди его первым Тэхён?       Гук резво подскочил с кровати и мелкими шажками, быстро сократил растояние между ними. Мозг давал сбой, возбуждение нарастало. Желание становилось сильнее, как и запах омеги. Чонгук приблизившись, обхватил член парня своей рукой и стал дрочить ему, доводя до пика и приглушенных стонов. Губы сцепились в жадном поцелуе, забирая остатки разума у обоих, заставляя забыть все обиды и недосказанности, накрывая волной сильного возбуждения. — Чонгук, потом не говори, что я во всем виноват! — выдохнул в полуоткрытые губы альфа, подхватывая омегу под бедра и неся на кровать. — Хорошо, не буду!       Чон чувствует жар тела альфы. Он хочет подчиняться, хочет грубо и властно. И его берут сзади, вкалачиваясь в тело до упора. Срывая с губ жаркие стоны и просьбы: «Ещё!», «Сильнее!», «Я хочу сильнее!», «Тэхён, я скоро…».       Парни кончили поочередно и завалились на постель все в сперме, потные, но полностью удовлетворенные. Альфа прижал к себе омегу, поглаживая большой ладонью живот. Чон сначала напрягся с непривычки, но после расслабился и погладил альфу по руке. — Ким, что это? — Гук провел пальцами по взбухшим укусам на руке, липкая кровь неприятно коснулась пальцев. — Я не хотел ставить тебе метку против твоей воли, поэтому кусал себя в руку, пока держал тебя за шею. — Господи, ты серьезно? — Да, — Тэхён убрал руку с животика омежки, чтобы не смущать. Омега забрал волосы в руку, оголяя шею: — Можешь поставить, сейчас я очень этого хочу. — Ты уверен? — Возможно, я пожалею потом об этом, когда возбуждение пройдет, но сейчас я хочу тебя и хочу быть твоим. Ты мой альфа, я твоя омега. Давай, не сдерживайся.       После этих слов, острые зубы альфы прокусили тонкую кожу на шее и вязкая теплая кровь попала в рот Кима. Тот облизал укус и стал целовать шею омеги. — Тебе что, совсем не больно? — томный шепот раздался над ухом. — Я омега, но их повадки мне не свойственны, так что это мелочь. — За это я тебя и хочу. Ты и вправду не похож ни на кого. Чон, я кажется люблю тебя.       Омега вздрогнул от последних слов, но ничего не ответил, сделав вид, что почти засыпает. Чонгук просто не знал, что ему надо было на это отвечать, а Тэхён не стал требовать сиюминутного ответа. Он был не вправе так себя вести.       Утро оказалось менее приятным, чем конец вчерашнего дня. Помутнение разума прошло и Гук снова шарахался альфу, как прокаженного, держа дистанцию. Разговаривать о чем бы то ни было омега тоже не желал и всем видом показывал свое пренебрежение. Альфа не настаивал. Сидел с ногами на подоконнике и рассматривал порядком поднадоевший пейзаж, а на омегу не обращал, ровным счетом, никакого внимания.       Чон же то и дело касался метки в порыве расчесать ее. Она заживала и рубцевалась. Теперь он меченная омега — собственность Ким Тэхена и эту участь вчера он сам себе выбрал. Парень недовольно поджал губы.       Принесли обед и просунули его в щель. Чон подорвался с кровати и подбежав к двери, обратился к неизвестному ему человеку: — Я хочу связаться с главой клана «Тацубана». — Не положено, — коротко ответили с той стороны. — Я согласен на свадьбу! Метка уже стоит, не обязательно нас тут держать неделю! Скажите ему об этом. — Не положено.       Ким не выдержал и вмешался: — Слышь ты, мразота! Сказали — взял и сделал, иначе когда я отсюда выйду я вырву тебе язык, за ненадобностью. Ты меня понял? — Хорошо, молодой господин, будет передано, — и разносчик еды удалился как можно быстрее. — Не обязательно было вступаться за меня, — возмутился «альфа». — Обязательно. Ты теперь член моей семьи, пусть пока неофициально.       Через час поступил приказ о том, что оба парня свободны. Тэхён довез омегу до квартиры Эндрю и на прощание хотел обнять, но тот быстро выскользнул из машины и не оборачиваясь скрылся за дверью подъезда.