Легендарная Неудачница Вонгола Дечимо

— Чёрт, Леви, вали их! — Скуало неожиданно орёт не своим голосом, из последних сил надрывая глотку и стараясь перекричать оглушительный взрыв неподалёку. — Какого хрена, твари, вы тут появились?! Повсюду сплошная неразбериха, больше напоминающая минное поле: то тут, то там вспыхивают огненные вихри от мин, за которыми нередко следуют различные части тела того или иного неудачника, умудрившегося вляпаться с полшага. Варийцы, — именно ими и были неудачники, точнее, ранг «С», — бегали туда-сюда. Кто-то истошно кричал, кажется, Скуало, кто-то молился, а единицы, такие же шизики, как и старшие офицеры, с диким хохотом делали осторожные выпады, парируя удары псов Девятого. И посредине этого стихийного бедствия стояла я. Совершенно не знаю, куда и зачем бежать: лечить идиотов, бить морды придуркам или же последовать примеру Вайпера и мимикрировать под ближайшую стену, полностью сливаясь с местным интерьером? Первый вариант был ближе за неимением других адекватных альтернатив, потому что постоянное использование Пламени Солнца давно сделало своё дело — я лечила уже на уровне среднего чунина класса «В», что при моём возрасте, грубо говоря, в девять лет было большим показателем. Луссурия, к примеру, мог похвастаться лишь «С+», то есть залечить от мелких царапин до средней тяжести серьезных. Хотя, не скрою, собственные способности на данном этапе развития меня категорически не устраивают, но в данной ситуации всё решит время, а точнее, возраст тела, от которого и зависит квалификация меня, как ирьёнина. — Капитан, я потерял связь с третьим отрядом Дождя! — один из младших офицеров связи, подчиняющийся Скуало, был очень бледен и явно напуган: его руки сильно тряслись, а зрачки были панически расширены. — Второй отряд почти разбит, а от первого вестей нет с середины Первой Фазы! — И почему ты не сказал мне это еще раньше, ублюдок?! — Скуало, развернувшись всем корпусом, с размаху сносит чью-то голову, тут же брезгливо стряхивая кровь и мясо с лезвия катаны. — Мелкая, ты чего там стоишь?! У меня резко нервно дергается бровь. Маленький патлатый засранец, я точно преподам тебе урок вежливости! Выживи только, и я сразу преподам — будешь знать, как указывать старшим! Впрочем, сразу же давлю в себе зарождающийся гнев — совершенно нет на это времени. Сосредотачиваюсь, активируя сенсорную сеть на максимум, охватывая территорию примерно в километр, и тут же с удивлением понимаю, что на одном адреналине смогла прокачать навык и увеличить радиус действия на две сотни метров дальше. В любом случае, сейчас в приоритете задание, а проверка навыков будет позже. Перед глазами сразу же возникает карта, а в горле неприятно образовывается ком. Этот старикашка, черт бы его побрал! Реинкарнация Ооноки, не иначе! — Скуало, этот мусор пустил на наших ещё шавок, — еле слышно скриплю зубами от досады, на автомате уворачиваясь от летящего в голову оружия, присаживаясь и уходя перекатом влево. Противник, явно не ожидавший подобной прыти от малявки, среагировать в ответ уже не успевает: моё пламя, подчиняясь Воле, мгновенно перекидывается на мужчину и поглощает в мгновение ока, оставляя после себя лишь предсмертных хрип боли. — Не меньше трёх дюжин, плюс-минус пятеро. — Твою мать! План, разрабатываемый нами на протяжение не менее полугода, полетел Джуби в пасть в тот же момент, стоило Девятому только отдать один единственный приказ. Приказ, который мы позорно допустили, идиоты малолетние. Хотя, ладно они, ведь ещё дети, но я? Женщина за шестой десяток, на своём веку повидавшая аж три Великие Войны, так глупо проворонила, как генин при схватке с джоунином. Удар по самомнению был внушительный, а ещё считала себя хорошим стратегом... Трижды «ха-ха»! Шикаку своими сигаретами бы подавился, узнав о таком нелепом провале Великой Пятой Хокаге. Так и слышу как хрипло смеётся Джирая: «Твоя внутренняя Легендарная Неудачница выросла внутри твоей груди!». Тч! Кретин беловолосый, накаркал же. Скажем так, с самого начало всё пошло не по плану — мы проглядели это, будучи ослепленными адреналином предстоящей схватки. Такое часто случается на первых парах, но настоящий шиноби не даёт эмоциям взять вверх — он руководит ими и подчиняет себе. Я оказалась слишком самоуверенной, решив, что мы предусмотрели все ходы противника. Это и стало нашей первой ошибкой. Нет, мы действовали слаженно всю операцию, безукоризненно выполняя предписанные инструкции, даже дошли до Второй фазы, но на этом всё и полетело к шинигами под хвост! Или это случилось на середине Первой?.. В любом случае, начать стоит с того, что верным человеком Луссурии оказался мой отец. Савада Иемитсу, Внешний Советник и тот еще жук, решивший устроить нам сюрприз и держать интригу до самого конца, чуть не доведя этим Леви и Скуало до инфаркта. Уверена, что из затеи этой торчит наглая черная макушка с хамелеоном. Сказать, что я была несколько удивлена — не сказать ничего. На уме были одни только маты, и не только у меня, потому что нормальных, а главное, цензурных слов подобрать было просто невозможно! Нет, я и раньше считала Аркобалено довольно мутным типом, доверять которому не стоит, но после вмешивания в этот кровавый замес отца, позиция Реборна в моем сознании окончательно укрепилась. И не из-за того, что я внезапно воспылала к Иемитсу неземной любовью, нет — он всё ещё достаточно чужой человек для меня, да ещё и ребёнок, по сути, в два раза младше, но рубеж незнакомца мужчина явно перешёл, став неплохим таким знакомым. Это в той жизни я могла доверить свою спину даже при таком контакте, но явно не в этой. Не знай, что блондин обладает зачатками Неба, бывший киллер и один из лучших аналитиков Вонголы, возглавивший одноименный отдел пару лет назад, решила бы, что тот сбежал из цирка. Мало того, что в первые секунды встречи Савада разрыдался в лучшем стиле Майто Гая, начал умиленно причитать что-то том, как я сильно выросла за пару месяцев с последней нашей встречи — даже с Варией связалась тайно! —так ещё и пообещал приезжать чаще, что не могло не огорчить! Постоянного надзора мне хватало и в присутствии Реборна, пусть последний год он и прекратил сливать новую информацию обо мне Тимотео, но вот контролировать каждый шаг — не перестал. Иногда мне кажется, что он вылепливает из меня кого-то. На ум приходит лишь одна фраза, сказанная как-то всё тем же Жабьим Отшельником: «Лучшая жена — это та, которую ты сам воспитал с молода». Если это так, то пусть обломится интриган карликовый! — Да пошёл нахрен этот план! — Скуало отправляет в полет очередного противника, а после толкает меня в спину и тащит за собой, вцепившись в рукав мертвой хваткой. — Бельфегор, тащи сюда свою задницу и вытащи Леви! Мы с Мелкой сами продолжим операцию! — Есть, ши-ши~! Согласно изначальному плану, Бел должен был контролировать операцию стратегически из укрытия неподалёку до Второй фазы, после чего присоединиться ко мне и другим Старшим. В его обязанности входил контроль отрядов при помощи специальных сканирующих приборов, координация их на местности и разработка наиболее эффективной стратегии боя. Но Бельфегор — гений войны, и его не удержать на одной задаче вечно, поэтому Скуало предложил использовать навыки Принца в качестве отвлекающего маневра наравне с самим Капитаном. За два дня до начала Операции наши крысы установили бомбы на территории Вонголы, сокрыв их Туманом — активация должна была вызвать ажиотаж и панику, но когда все шло согласно плану? Девятое поколение каким-то образом перехватило управление зарядами и, как итог, наши подрываются на тех же местах, где должны были умереть противники. Леви, как ответственный за установку, рвал и метал, поэтому надежда на деактивацию полностью легла на плечи Принца. Не скажу, что обезвредить удалось все, но большинство — точно. Я ещё успею припомнить это Тимотео, не раз и не два чисто из вредности. — Я на позиции, в двухстах метрах на Юго-Запад от вас, — Бельфегор непривычно серьёзен и его по-мальчишески звонкий голос стал на пару тонов ниже. — Здесь Койот Нуга. «— Да вашу ж мать!» — я невольно напряглась, а сенсорная сеть пошла мелкой рябью, нарушая концентрацию. — «Мальчишка не выстоит против этого монстра!» Койот Нуга был Ураганом Девятого, его Правой Рукой и настоящей занозой в нашей заднице. Когда я расспрашивала Реборна о нем, тот нагнал интриги и хитро сверкал черными глазами-бусинками из-под полей шляпы, оставляя мне право придумать свою версию согласно известным в кругах мафии данным. На самом деле, карликовый киллер все же поделился информацией, хоть и сделал это вскользь, будто невзначай кидая те или иные фразы — в этом весь Реборн. Принцип его работы был мне прекрасно знаком: зачем давать готовое, если можно дать ассоциации и заставить анализировать, разгоняя серое вещество в черепной коробке? Когда-то и я использовала такой способ при обучении Шизуне и Сакуры, но на себе лично его испытывать было несколько непривычно. Терпеть не могу оставаться вне поля знаний— я обязана продумать все возможные варианты, ведь именно от этого будет зависеть жизнь товарищей! Но, стоит отметить, такой вариант разбора полётов лишает ненужной воды в данных и не даёт мозгу засоряться. Как мне удалось выяснить, Нуга был лучшим другом Девятого, его одногодкой и одним из верных семье людей. По верности, пожалуй, мог посоперничать лишь с Облаком, но Висконти никогда не демонстрировал этого открыто, хотя с высоты моего опыта это и было заметно. Все Облака по-своему независимы: они следуют за Небом издали, берегут его и тщательно оберегают, не давая никому встать на пути того, кого они признали. Чистый мазохизм, если по сути, потому что характер таких носителей энергии был далеко не безоблачный, но связь Хранителя, истинного Хранителя, будто удавкой затягивает шею. И это приходилось терпеть каждую секунду: чувство удушения не отпускает нигде и никогда, кроме как возле Неба. Я бы не смогла так жить, наверное, потому что свобода — единственное, что осталось от прошлой меня, от Тсунаде Сенджу. — Вали в засаду и бей оттуда, малой! — Скуало нервно сжимает кулаки. — Не лезь на рожон — этого говнюка тебе сейчас не победить! — Нет, ши-ши, отвлечь я его вполне в состоянии, — мальчик внезапно успокаивается, но в голосе отчетливо скользят истеричные нотки. — Этот простолюдин посмел пролить королевскую кровь. Я не могу простить этого. — Бельфегор, твою мать! Отставить! А в ответ лишь тишина в эфире, нарушаемая редкими помехами — Принц полностью обрубил канал, не давая нам высказать все свои мысли про его самодеятельность. Как только вернемся в особняк — головомойки не избежать всем, уж это я им обещаю! Слишком своенравные, эмоциональные и несдержанные, что в будущем может стоить жизни. Как бы я не была уверенна в лояльности Девятого относительно этого инцидента, наше покушение может дорого обойтись. С другой стороны, Тимотео совершенно не выгодно убивать офицеров Варии, которые по совместительству ещё и Хранители его приёмного сына. С другой же, никто не мог полностью уверенно гарантировать сохранность их жизней, ведь офицеров можно заменить, а приёмыш без своих зверушек станет куда сговорчивее. Или же уничтожит всех, когда выберется изо льда. То, что Занзас сможет сделать это и в одиночку лишь вопрос времени: Пламя Ярости сможет растопить лёд, пусть и потребуется еще примерно лет пять. О своей жизни я и вовсе не беспокоюсь, всё же я — единственная оставшаяся в живых наследница титула и носительница крови Вонгола, не считая Иемитсу. Если он, конечно, не изменял Нане, потому что Девятый в своё время был далеко не невинным — один его сынок даже, не считая Занзаса, был бастардом. Хотя, не думаю, что отец бы выжил, изменив маме. Слишком уж она у нас опасная, с раннего детства привыкшая смазывать ядом каждую мало-мальскую острую поверхность. И это я ещё про растительные яды не говорю. — Скуало, отправляйся к Бельфегору, — Реборн, о котором все уже успешно успели забыть, неожиданно подал голос. — Постарайтесь вернуться относительно целыми. — Но..! — Я отдал приказ, мечник. Скуало, скрипнув зубами и яростно сверкнув серыми глазами, в глубине которых сквозила уже даже не злоба, а ничем не прикрытая ненависть, поудобней перехватил меч и молча скрылся. Поразительно! Не знаю, что Реборн сказал ему и когда, но сам факт послушания блондина меня удивил. Делаю мысленную заметку поговорить об этом позже с обоими. Аркобалено, этакая скотина карликовая, преобразовывает свою забавную зверушку, Леона, в пистолет, поправляет неизменную на голове шляпу и неспешно движется в сторону особняка, бросив напоследок мне следовать за ним. Насколько я могу судить, он работает на Вонголу уже не один десяток лет, следовательно, ему доверяют, пусть и не всё. То, что местоположение Занзаса в здании киллеру неизвестно, он лично сказал мне. И он не врал, потому что моя интуиция, усилившаяся во много раз в этом мире и названная тем же Реборном Гипер, была похожа на штиль. В другое время, напротив, меня будто что-то подталкивало вперед, заставляя прижать вруна к стене за горло и заставить говорить правду, смотря в пылающие глаза. Гиперинтуиция, являющаяся наследием некого Джотто Примо Вонгола, первого Босса Вонголы и моего далёкого предка, передалась по крови и чудесным образом оказалась частью меня. Не скажу, что жалуюсь, но в Конохе такая штука бы пригодилась больше, особенно на собрании Дайме или Каге, когда от решения зависели судьбы и жизни многих людей. В будущем, конечно, если стану Дечимо, она мне действительно пригодится, но конкретно сейчас данная фишка бесполезна. По крайней мере, до того как мне исполнится двадцать один и я смогу посетить игровой клуб. О, когда Занзас очнется, потребую себе в благодарность личное казино! Или хотя бы поход туда пару раз — страсть, как я соскучилась по этому! Тем более, что больше никого нет рядом, чтобы остановить меня и вытянуть из желанного места. — Тсуна, найди Занзаса по остаточному следу Пламени, — Аркобалено с интересом осматривает стену перед нами, после чего нажимает на какой-то кирпич. В стене появляется секретный проход, а моя челюсть картинно падает с приглушенным стуком. — Ищи на подземных уровнях. Там температура будет ниже, а значит, и засечь его сложнее. — Э? — мотаю головой из стороны в сторону, заслужив лукавый взгляд итальянца. — В смысле, ты считаешь, что я могу опознать его Ярость при том, что она запечатана в Прорыве? — Конечно, — как само собой разумеющиеся отвечает киллер, — ты уже сейчас способна сделать больше, чем думаешь. Необходимо лишь скинуть ограничения. — Что ты имеешь в виду? А имел он в виду то, что я никогда не рассматривала с такого ракурса, причем во всех позах и без всякого стеснения. Точнее, рассматривала, но лишь в первый год своего здесь пребывания, после чего посчитала данную возможность пока недоступной, проведя десятки тестов. Реборн сказал, что Пламя само по себе является частью носителей, а значит, и подчинялось им полностью, выполняя каждое требование вне зависимости от обстоятельств. Другими словами, если мне нужно было найти Занзаса под тоннами бетона, то я должна была лишь захотеть этого так сильно, чтобы моя решимость превратилась в Пламя. Звучит просто, но сделать такое далеко не все смогут ни с первого, ни с десятого раза. К своему стыду, я считала все прошедшие годы и считаю сейчас, что это тело еще не способно на такие махинации. Все же, пусть я и прокачиваю его по всем направлениям, физические данные оставляли желать лучшего — спасибо генетике. Пусть я и могла расколоть скалу напополам одним ударом ноги, усиленной чакрой, и могла убить с одного удара в голову, но контроль над энергией был все еще слаб — уровень синхронизации далек от того, что был в том мире. К тому же, выпускать Пламя руками было намного сложней, чем ногами. При ударе это несколько компенсировалось, но мои навыки и стопорились на этом: всё упирается в тело. Тело, которое было чуть выше ста тридцати сантиметров в высоту и не могло похвастаться литыми мышцами. Да даже обычными не могло, и на меня иной раз даже без слез не взглянешь! — Это лишь пустые отговорки, — Реборн на мою исповедь лишь отмахнулся, словно от назойливой мухи. — Главная твоя сила в голове. Сможешь обуздать разум — сможешь обуздать и Пламя, — и добавил, подумав пару секунд: — Поторопись с этим, впереди еще поджидает засада. И кто я такая, чтобы спорить с сильнейшим Аркобалено? * * * Никогда, никогда больше в этой жизни я не стану доверять этому карликовому неотесанному мужчине в обличье ребёнка! Никогда! Конечно, я утрирую и в будущем подобный монолог повторится еще множество раз, но сегодня был первый и конкретный случай, доказывающий, что не зря я считала его мутным. Спросите, что случилось? Если официальную версию, то я проходила тренировку по улучшению навыков боя и контроля Пламени. Если правду, то Реборн завел меня к небольшому отряду из десяти вооруженных мужчин класса так «С» со стороны противника и исчез: превратил Леона в дымовую бомбу, свалив по одному из секретных ходов базы, созданных специально для таких случаев. Бросил меня — ребенка — на произвол судьбы, а сам приныкался где-то и наблюдал на случай, если меня все же убьют! Узнала я об этом, правда, лишь после того, как нашла, наконец, консенсус с собственной энергией и буквально за один удар, точнее, волну, уничтожила всех противников. Не скажу, что после такого выброса чувствую себя отлично, но на Войне и не такое бывало, так что усталость и опустошенный на половину резерв — не критично. Главное, чтобы хватило для Прорыва, а остальное не так важно. И вот сейчас этот адреналиновый маньяк, и лучший киллер по совместительству, тащит при помощи вновь преобразовавшегося Леона упирающуюся меня в сторону подземных этажей, на одном из которых у меня-таки вышло почувствовать слабые отголоски Ярости. Даже не хочу говорить о том, как меня шатает! Ощущение такое, будто я в одиночку вылакала весь магазин с саке, запивая при этом все настойкой хорошего такого медицинского спирта. Голова кружилась сильнее, чем на самой веселой карусели, и шатало так, будто эту самую карусель ко мне привязали, заставив крутить уже её. Понятия не имею, как буду спасать Занзаса! Только вот Реборну все абсолютно побоку: он лишь загадочно хмыкает, разглядев небольшие раны на моем плече и левой щеке. Не будь такой уставшей, залечила бы Солнцем. Видимо, киллер все же смекнул, что малость перестарался, потому что после пары минут ходьбы и моего скрытого шипения от дырки в руке — какой-то мудак умудрился прострелить навылет! — Аркобалено соизволил-таки устроить короткую передышку, во время которой лично залечил мои раны. Хотя, пха, ранами назвать такие царапины язык не поворачивался вслух — бывало и намного хуже, но терпеть острую боль в плече было сложно — отключить чувствительность, как в той жизни, я не могла. И вылечить себя — тоже, в противном случае, не хватит энергии для растапливания нашей спящей красавицы. — А как я узнаю, что нужно делать? — недовольно кривлюсь, закусывая губу, когда киллер осторожно касается Леоном раны, затягивающейся прямо моих на глазах. — Кровь Вонголы сделает своё дело. Тебе необходимо лишь захотеть спасти Занзаса всей своей душой, преобразовав желание в Волю. И вот так всегда! У него кровь Вонголы — панацея от всех болезней! Шикарная перспектива, что сказать — надеяться на авось. А что, если эта самая Воля Первого не захочет помогать мне? Что, если Примо и все предыдущие Боссы будут против освобождения Занзаса? Мне что, с бубном тогда скакать придется? О, увольте! Помню, один раз Орочимару умудрился провалить эксперимент буквально в последний день, не выдержав пары часов и влив сыворотку в состав, настой которого заканчивался позже. Цирк был — закачаешься! Сарутоби-сенсей припоминал это ещё долго, и даже дедушка Тобирама застал! Нам лет по пятнадцать всего тогда было, как раз перед Первой Войной. Я, помнится, оттаскивала этого безумца в полнолуние домой, спасая его репутацию, но взамен получила лишь бранные слова и упреки, что, мол, не могла дать пострадать ещё немного? Почти реакция пошла! Нет, не могла, потому что от смеха чуть кони не двинула не только я, но и половина местных АНБУ на пару с Хирузеном. Реборн вёл вперед уверенно и спокойно, будто прогуливался по секретным тоннелям, а не спешил на выручку номинанту на лучшего сына последних трех лет. Молчал, на мои вопросы не отвечал, лишь кидал иногда невзначай фразы, значение которых я понимала позже. Пока шли, решила активировать сенсорику и просканировать все более тщательно. И, скажу вам, совершенно не зря. Возле Занзаса, в окружении, находились семь едва видных сгустков Пламени. Самым интересным было то, что по сигнатуре энергия была больше неживая, то есть остаточная, будто кто-то здорово приложил предмет, а тот возьми и впитай в себя частичку вместо того, чтобы самоуничтожиться. Впервые вижу такое, хм. — Реборн, чем может быть предмет, сохранивший Пламя? — все же не выдержала, проиграв схватку с собственным любопытством. — Я ощущаю все семь видов, но это явно не живые люди. В ответ получаю лишь настороженный взгляд из-под полов шляпы. Судя по реакции, я умудрилась засечь что-то действительно важное. Куда важней, чем Занзас. И прямо сейчас понятия не имею, чем это вообще может оказаться. Пару минут спустя, в течение которых преодолевали коридор за коридором, лестницу за лестницей, киллер решил дать мне пару подсказок. — Не все люди могут выпускать свое Пламя напрямую, как ты. Вспомни, Луссурия использует в качестве проводника кусок бинта, — и действительно, я припомнила подобное. — Первое Поколение нашло способ, при котором энергия будет вытекать из тела равномерно. Этим способом оказались кольца из специального металла, выкованного на заказ у лучших мастеров Италии. Их назвали Кольца Вонголы. Всего их семь, согласно Атрибутам. Вот оно что. Возле Занзаса сейчас находятся эти самые Кольца. Но почему они там? Не у Девятого и его шавок, а в одном из многочисленных подвалов особняка? Они, видимо, имеют немалый вес в истории Семьи, а значит, и охраняться должны или под лучшей защитой в одном из хранилищ, или лично под надзором Хранителей. А тут неувязочка вышла... — Раз их ровно столько, сколько верных людей у дона Тимотео, плюс он сам, то эти Кольца имеют какую-то важную роль или значение. Если правильно понимаю, то их передают из поколения в поколение в знак власти и уважения, как, к примеру, зеркало, меч и камни. Следовательно, они принадлежат старикам. Ты говоришь, Реборн, что Кольца Вонголы — проводники для Пламени, но разве кто-то из Девятого поколения, помимо Ноно, способен вызывать энергию без посредников? — начинаю рассуждать вслух специально, позволяя киллеру отследить ход своих мыслей и сделать верные выводы. — Но я уверена, что в данный момент Бельфегор отвлекает Нугу, а тот, в свою очередь, со старушечьим азартом палит Ураганом направо и налево. Ни у одного из Хранителей нет Колец, даже у Тимотео его нет — я помню, лично перерывала все архивы и фотографии, донесенные нам шпионами. Правда, они могли спрятать их Туманом, но он не чувствуется ни на ком из них в данное время. Отсюда следует вывод: я или ощутила ложный след, или каким-то образом перебросила известные ранее ощущения Пламени на неизвестные предметы. Второй вариант, сам по себе, бред чистой воды, следовательно, первый будет наиболее логичен, но и в нем есть оговорка: я не могла ошибиться, потому что чувствую подобное не в первый раз. Для меня остаточный след Пламени похож на дымку, имеющую свой цвет и какое-то тепло, что ли. Семь слепков энергии вокруг Занзаса не могут быть живыми людьми, не могут быть Кольцами из-за их принадлежности старикам и не могут быть фальшью. Отсюда главный вопрос: что находится в хранилище? Судя по одобрительному кивку Аркобалено, я угадала если не все, то очень многое. Интуиция говорит, что все же упускается какая-то важная деталь, но я в упор не могу найти промах из-за недостатка данных. — Неплохо, — киллер довольно усмехается. — Ты смогла сделать выводы, основываясь лишь на моих словах. Пожалуй, я даже соглашусь стать твоим репетитором после того, как закончу с Никчемным Дино. Я только хотела открыть рот в протесте, как меня прервали. — Твоё мнение не котируется — всё было решено ещё до твоего рождения, — хмыкает, зараза такая. — А касаемо Колец… Хм-м, не то, чтобы эта информация была особо засекречена, но и каждый второй ей не обладает. Как ты уже догадалась, Кольца являются неотъемлемой частью каждого поколения Семьи — реликвией, которая передается из поколения в поколение. Изначально они имели вид крупных перстней разных цветов, только небесный сочетал в себе цвета других. Ты уже догадалась, что каждое из них имеет энергию первых владельцев, верно? — я согласно киваю. — Так вот: во время правления Примо, на власть посягнул его младший двоюродный брат — Рикардо, позже свергнувший Джотто и занявший трон Вонголы насильно, став Вторым. Джотто это, понятное дело, не особо понравилось, но в нашей сфере спорить, когда приперли к стенке, смысла нет. Тем более, что Примо был предан собственным Хранителем Тумана — Деймоном Спейдом, что также несколько подкосило твоего предка. После этого Джотто, вместе с оставшимися выжившими Хранителями, сбежал в Японию и сменил имя на Саваду Иэясу. Асари Угетсу — Дождь, и Алауди — Облако, те, кто выжили после переворота Рикардо, обосновались в Японии вместе с Небом. Погибшие Джи Арчери — Ураган, Накл — Солнце и Лампо — Гроза, успели оставить наследников, которых успешно спрятали после выжившие. Вонгола отслеживает кровь Первых до сих пор, и ты, Тсуна, прямая наследница Савады Иэясу. Так же, как и Гокудера Хаято — Джи Арчери, а Занзас — Рикардо. Аркобалено замолчал, а я мысленно дала себе по лбу. Только разборок мне тут не хватало четырехсотлетней давности в новом свете для полного счастья. Снова. — Кроме того, — продолжил мой, возможно, будущий репетитор, — в связи со смертью остальных кандидатов на трон, первоначальный план выдать тебя замуж за одного из перспективных Боссов Альянса накрылся медным тазом как минимум до передачи тебе Греха. «— И в этой жизни меня нашли, твари, — уныло подумала и горестно вздохнула, что Реборн принял это на свой счет. — В прошлый раз отделалась бесплодием, но здесь так просто не откосишь. Впервые готова признать, что развитие медицины — зло!» * * * — Ши-ши, Капитан, а мы немного проигрываем, — Бельфегор, перемазанный кровью с ног до головы, устало улыбнулся. Даже шипеть нормально сил не было, а тут еще и сражаться надо. И кровь эта... не его почти ведь, пачкала всю форму. — Если вы не заметили, конечно. — Врой! Заткнись, мусор! Твоё нытьё уже сидит в печенке — ты мужчина или где?! Скуало только и успевал, что уходить от прямых атак да сплевывать попадающую в рот кровь противников. Он, в отличие от Принца, пытался оставить форму в относительно чистом виде, негоже ведь Босса встречать в грязи. Бела это, правда, особо не заботило: из всех двух литров алой жидкости на нем, его было лишь миллилитров девять от силы, ведь Нуга та ещё скотина, но молодых и перспективных детишек не убивает. Лишь слегка калечит. «— Кому только врет, мразь, — Скуало презрительно хмыкнул, смотря вслед ушедшим старикам. — Если бы не приказ Дона, он бы от нас не оставил и пепла. Далеко не факт, что я смог бы загасить хотя бы частичку его ненормального Пламени Урагана. С другой стороны, это мог попытаться сделать Бел, но что противопоставит десятилетний пацан против матерого убийцы со сверхвозможностями?..» — Я устал, Ску-сан, — младший начинает канючить, параллельно всаживая в пробегавшего мимо парня стилет. В горло. Одному из варийцев. — Вот, уже путаю своих с чужими! — Мелочь, р-р-р! — парень скрипит зубами от досады, но поделать ничего не может, ведь и сам уже замедлялся в движениях. — Черт, ладно! Вокруг творилась полная неразбериха, связанная со внезапным отступлением Нуги и Шниттена, но Суперби умудрился выцепить в толпе знакомую шкафоподобную фигуру взглядом практически сразу. Не теряя времени, Скуало скользнул в людскую массу и схватил нужного ему человека прямо за шиворот, невероятно проворно и резво оттаскивая того в более-менее безопасное место, несмотря на очевидную разность в их комплекциях. — ЛЕВИ, ВРО-ОЙ! А НУ ПРЕКРАТИЛ ХЕРНЕЙ СТРАДАТЬ! — и резко снизил громкость, поняв, что невольно слегка оглушил союзника. — Мы идем на помощь мелкой и карлику! * * * Каждый раз, стоит только сказать, что хуже быть уже не может, это «хуже» обязательно случается. Кто меня только за язык тянет каждый раз? Прямо сейчас мы методично валим семерых охранников. Вот пятый от рук Аркобалено полетел в последний путь. И если я говорю, что мы «валим», то мы именно валим — один раз и без дальнейших последствий. Для меня далеко не первое убийство, даже не сотое, но немного непривычно видеть алую кровь на этих еще детских ручках по самый локоть. Впрочем, смотреть за тем, как младенец с пустышкой с разворота укладывает двоих и особо не парится, тоже не совсем повседневное занятие. Тимотео, видимо, посчитал, что охраны вполне хватит. И действительно, по нашим нормативам эта толпа заслуженно бы получила целое «В+», если не «А». Дон просчитался лишь в том, что недооценил мой потенциал, как Неба, не способного заманить к себе свободного Хранителя. Пусть это и не так на самом деле, но что еще может поднять самооценку женщины, как не падающие к её ногам красивые мужчины?.. — Ты думаешь явно не о том, Глупая Тсуна, — Реборн криво усмехается, доставая из кармана платок и протирая Леона от крови. — Счет 5:2 в мою пользу. — Я накапливаю энергию, если ты не заметил, — чисто по-детски показываю ему язык в ответ, заслужив лишь покровительственную ухмылку. — А снять их тебе было легче за счет пистолета. Я ведь сражаюсь холодным оружием сегодня. Огнестрельное мне не доверяют, пусть я и выбиваю уже восемь из десяти целей на стрельбище. Не скажу, что смогла овладеть данным навыком сразу, но при изучении Шосена было куда более трудно. К слову, я смогла адаптировать Мистическую Руку на Пламя, благодаря чему теперь заживление идёт куда быстрее, чем в оригинале. Иногда я искренне завидую тому, что раньше не смогла постигнуть эту силу. Как ни глянь, а сейчас чакра явно проигрывает. — Занзас находится за этой дверью, советую поспешить. Не думаю, что Ноно даст тебе еще немного лишнего времени. Интересно, какие выводы для себя из сегодняшнего представления сделал Девятый? Увидел ли то, что хотел? Этот старый жук не переставал следить за нами с Наной ни на минуту, то и дело засылая шпионов с техникой для дальней прослушки — ближнюю мы с ходу выводили из строя, фиксируя определенные нам данные и заставляя горе шпионов слушать то концерт оперы, то комментаторов игры в керлинг. — Я останусь здесь, дальше идешь сама. Не умри. Кто бы сомневался. Стоп! Это мне почудилось или Реборн мне действительно удачи пожелал? А, нет, явно показалось — вон как демонстративно натянул шляпу на глаза и засопел. Как только умудрился, не понимаю. За дверью, крепкой и толстой, сделанной из дуба или чего-то отдаленно напоминающего, стояла непроглядная тьма. Вернее, мне сперва казалось именно так, потому что зрение, пусть и было усилено энергией, не смогло моментально перестроиться с ярких ламп коридоров на темень подземелий. Аккуратно протягиваю руку в сторону в поиске включателя, но такого не нахожу ни на одной из ближайших стен. Прекрасно. Стоит глазам привыкнуть, начинаю замечать небольшое свечение. Интуиция молчит, сканирующая сеть не показывает нахождение поблизости живых объектов, кроме Реборна в коридоре, меня и Занзаса, зато от полоски света идет едва видный шлейф остаточного Пламени. Неужели Кольца?.. Медленными и осторожными шажками приближаюсь к цели, вытянув руки вперед, которые, стоит прийти на точку, касаются мягкого бархата. Черт, ничего не видно! Концентрируюсь и зажигаю небольшой оранжевый сгусток на ладони в попытке осветить помещение, но вместо этого моё Пламя, вспыхнув, отлетает куда-то вперед, а через секунду передо мной по очереди начинают вспыхивать маленькие огоньки, мягко освещая комнату. Каждый из них имеет свой оттенок оранжевого пламени, каждый переливается и манит к себе, заставляя хотеть прикоснуться. Всего факелов было Девять, и от каждого я ощущаю жизнь. Что здесь вообще происходит?! — Приветствую, дитя, — голос мягкий и тягучий, словно мед. Однозначно мужской. Первый слева факел неожиданно вспыхивает, как спичка, а передо мной возникает полупрозрачная фигура молодого мужчины с медовыми глазами и светлыми, торчащими в неопределенной прическе, волосами, чем-то неуловимо напоминающего мне саму себя. — Моё имя Джотто Вонгола Примо или же Савада Иэясу. — Моё имя Рикардо Гвидиче или же Секондо Вонгола, — вспых, и передо мной предстал величественный итальянец с угольного цвета волосами. Черты его лица были острыми и прямыми, напоминая мне Занзаса. — Моё имя... Каждый огонек вспыхивал, разлетаясь на миллионы частиц, и образовывал фигуры молодых и не очень мужчин. Каждым из них был Вонгола, был Боссом и матерным убийцей. То, что я вижу сейчас своими глазами, искренне волнует и поражает, а также настораживает. Кто знает, что они скажут мне сейчас? Знают ли о том, что моё настоящее имя отнюдь не Тсунаёши? Что предпримут? Миллион вопросов и никаких ответов, что очень бесит. Хокаге я или кто, в конце концов? — Моё имя Даниэла Хало, Восьмая Вонгола. Мне приятно познакомиться с тобой лично, дитя. А вот этого я не ожидала. Эта статная и достаточно высокая женщина, выглядевшая на фоне мужчин ничуть не хуже, была прошлым Боссом перед стариком. Была его матерью и прославилась грамотной политикой, практически без кровопролития, чего не скажешь о сыне. Уже уважаю её, однозначно. Эх, а я в молодости была такая же... Вот вырасту и покажу всем ещё, ха! — А со мной уже ты знакома, Тсунаёши, — следующий Дон неприятно усмехнулся в усы. — Тимотео Хало, Девятый Вонгола. Бровь невольно дернулась, выдавая нервозность и портя идеальную маску невозмутимости. Старик сейчас выглядел гораздо моложе, лет на тридцать всего-то. Видимо, Пламя он отдал именно в этом возрасте, но так как жив, то и память его пополняется. По крайней мере, другого объяснения я придумать пока что не могу. — Мы знаем, дитя, что ты пришла освободить этого ребёнка из плена одного заигравшегося мальчишки, — Восьмая кивнула куда-то в сторону, где я обнаружила очертания огромного куска льда, а после перевела взгляд на сына, заставляя того аж подобраться. — Так же нам известна причина того, почему Девятый заковал его в лед, оставив лишь маленькую брешь, позволяя жить. Поэтому Занзас мог выбраться самостоятельно, да? Девятый оказался не такой старой скотиной, как я думала, однако. Но даже так, своего мнение о нём менять я не намерена. Поможет спасти сына — подумаю, но никак не раньше. Пока размышляла, Примо подошел ближе, на удивление мне, не скользя по воздуху, как призрак, а прошелся ногами, как вполне живой человек. Ему сейчас и не дашь трёхсот — лет двадцать пять максимум. — Тсунаёши, — старший Савада еле заметно приподнял уголки губ в намеке на слабую улыбку, присел напротив меня на корточки и с легким прищуром заглянул в глаза, — не бойся. Никто из нас не причинит тебе вреда. Мы, как предыдущие Боссы, должны провести испытание наследника Воли — того, кого выбрали следующим Вонголой. Я невольно нахмурилась. Провести испытание, да? Явно не заполнить анкету — должно быть что-то куда серьезней. Когда меня выбирали на пост Хокаге, испытанием было собрание Старейшин и Дайме, которые проводили беседу, задавали каверзные вопросы и оценивали мою реакцию. Если кандидат их устраивал, то проводились народные выборы. Мнение простого народа занимало тридцать процентов по причине того, что им особо не важно, кто будет руководить Деревней — их положение не изменится, а вот шиноби, которые и забирали оставшиеся семьдесят процентов, напротив, ценились куда больше. Ведь именно им жертвовать жизнями и телами в случае чего. При рассмотрении моей кандидатуры почти девяносто процентов были «за» — сопротивлялись лишь некоторые старики, в свое время знатно мне подгадившие. Как вспоминаю, так сразу кулаки чешутся, бр-р! — Что мне нужно сделать? — отбрасываю маску в сторону и с максимально серьезным лицом задаю вопрос. — Правда, мы не думали, что ты будешь так мала и... что? — Джотто в миг растерял запал и замер, недоуменно хлопая янтарными глазами. И этот ребёнок ровесник моего деда Хаширамы? Вы это серьезно?.. — Как мне пройти ваше испытание? — склоняю голову к плечу, слегка улыбнувшись реакции мужчины. Примо внезапно хихикает, а после нежно запускает руку в мои волосы и ерошит давно отработанным жестом, словно делает так каждый день. Скулы невольно краснеют, и я поражаюсь сама себе: старая дева, а реагирую так на простые ласки от красивого парня, который, на секунду, умер лет триста назад, еще и мой дальний дедушка! Совсем, мать, гормоны в голову ударили, а ведь это только девять лет телу! — Ты такая милая, что я не могу удержаться, прости, — Савада широко улыбнулся и я немного зависла: от него будто солнце идет — так тепло и приятно на душе. Спокойно. Нечто похожее было рядом с Наной. — А ещё ты очень похожа на мою младшую сестру — Анну. — Иэясу-сама, вы меня смущаете, — так, пора прекращать этот цирк. Меня тут коматозник ждет, а за дверью — киллер, который прекрасно улавливает Пламя, но почему-то до сих пор не ворвался внутрь. — Тут барьер какой-то? — Да, — неожиданно подает голос Даниэла, лукаво блеснув глазами.— Удивлена, что ты заметила. И, заметив мой взгляд, довольно усмехнулась. — Не подумай ничего личного, но его ставил ещё Деймон, а он был лучшим иллюзионистом. — Разве оно не новое?.. — хмурюсь. В этот раз ответить решает Пятый — светловолосый мужчина лет тридцати с интересной татуировкой винной бабочки на лбу, и если память не изменяет, то его имя Адриано Сарто. В архивах Семьи было трудно найти хоть что-нибудь на Боссов. Даже в личной библиотеке Занзаса я с огромным трудом — и наводкой Реборна — раскопала хоть что-нибудь. — Всё верно, — хриплый голос мужчины спокоен, но я успеваю выцепить в нем нотки чего-то непонятного. — Именно здесь располагался самый первый особняк Вонгола, который построил ещё Примо. Ноно изменил лишь пару незначительных деталей, но теперь ты можешь окунуться в ту эпоху. Воистину прекрасное здание, верно? — Полно тебе, Адриано, — скулы Джотто слегка порозовели, а я некрасиво уронила челюсть на пол. Как призрак мог покраснеть?! — Здание как здание. — Полностью согласен с Пятым, — подал голос Третий. — И я горжусь тем, что посетил его до реставрации. Джотто начал отвечать в ответ, а я, молча, пыталась подобрать отвалившуюся часть лица. Подумать только, и это — Кровавые Боссы одной из сильнейших мафиозных Семей мира? Стоят и спорят хорош особняк или нет, совершенно забыв при этом про меня, наследницу, для которой должны были провести испытания. Я поверить не могу. Деда Хаширама, неужели ты переселился в Иэясу? Другого объяснения я просто не вижу! Точь-в-точь просто. А Рикардо — деда Тобирама. Остановите чакру, я сойду! — Не хочу прерывать Вас, но я как-бы должна пройти испытание, — недовольно складываю руки на груди в попытке привлечь внимание, но голос звучит как-то растерянно. — Или хотя бы помогите разморозить Занзаса! — О! — Боссы замирают, словно пораженные громом. Примо неловко смеется: — Прости-прости, Тсу-чан! Немного заболтались: больше пятидесяти лет не собирались нормально вместе. Закрыл глаза и открыл уже спокойные, серьёзные. Готова поклясться, что в них загорелось Пламя Посмертной Воли. — Обычно это испытание находит наследника на пороге смерти, а иногда и во время инаугурации, как было с Ноно, — предок вновь оказывается рядом, кладет широкую ладонь на мой лоб. — Но в этот раз всё иначе, потому что твоя Воля сильна без всяких подачек. Ты, Тсуна, в девять лет обладаешь характером твёрже, чем некоторые из нас в старости. На твоем сердце есть неизгладимый след боли и потерь, след слёз и разрыва души. Я не знаю, что послужило подобному, потому что неведомо нам, пусть мы и призраки некогда великих людей, отголоски их Пламени, их душ. Но я верю, каждый из нас верит, что ты не подведешь Вонголу, не оставишь умирать неповинных людей. В который раз хмурюсь. Слишком уж всё... просто? Но Примо продолжил, и выражение его лица посуровело. — Мы даруем тебе силу заранее, верим твоему сердцу и засчитываем испытание пройденным. Ты не заметила, но весь наш разговор каждый из Боссов просматривал твою жизнь, твои мысли и чувства, — видя то, как расширились мои глаза, Савада поспешил меня успокоить: — Нет-нет, не бойся, слишком личное никто из нас не видел, хотя, согласен, твой будущий репетитор крайне красивый мужчина. И тихо захихикал, сволочь, разом теряя весь запал. Примо Джотто! Я обещаю, что после смерти доберусь до тебя и надеру уши! Как же стыдно внезапно стало, хотя, казалось бы... — В любом случае, — итальянец вновь успокоился, — мы продолжим следить за тобой, и если оступишься, отказавшись от своего пути, то мы явимся вновь. На этот раз разговор будет не таким простым. Согласно киваю, прикрывая один глаз и тут же широко распахивая: Боссы начинают исчезать с ярким столбом пламени, метеоритом улетая в сторону коробочки и Колец. Стоит уйти Рикардо, как Джотто, оставшись в одиночестве, наклоняется и осторожно целует меня в лоб. Стою, затаив дыхание. Это очень странное ощущение всколыхнуло давние воспоминания, связанные с погибшим братом и возлюбленным. Стало так.. грустно. — Я знаю, что ты умная не по годам девочка, способная принять верное решение, отделив черное от белого и не запутавшись в полутонах, — тихо шепчет блондин, опустившись чуть ниже и прижавшись к моему лбу своим. — Не бойся совершать ошибки. Не страшись оступиться, ведь совсем скоро рядом с тобой будут верные друзья, близкие и родные. Помни, что всегда можешь спросить у меня совета: я буду здесь, сокрыт в Кольце Неба, — Примо указывает на бархатную коробочку и взгляд его смягчается. — Те кольца, наши Кольца, отныне твои, Дечимо Вонгола. Я признаю тебя своей преемницей, дарую право носить реликвию Семьи и засчитываю Грех Вонголы. Подтверждением станет принятия тебя, как Неба. Храни Кольца от бед, справедливо используй и хорошенько подумай, стоит ли говорить о них кому-то. Хитро подмигнув, Первый задорно улыбнулся и вновь легко потрепал меня по голове, после чего вспыхнул столбом оранжевых искр, уносясь к остальным. Последним, что я услышала перед появлением взволнованного Реборна, было: «Ты похожа на Анну даже больше, чем думаешь, девочка. Не сгинь во тьме раньше, чем сможешь с ней бороться. Да прибудет с тобой Воля!» * * * Скуало, не веря словам рации, бежал сломя голову по коридорам напрямик к подвалу. Босс, Занзас, освобожден от ледяного плена! Их операция, их план, всё сработало и мелкая Савада, пусть и без сознания сейчас, но смогла растопить лёд. Слава Дио! Реборн, сообщивший хорошую новость, был крайне зол, но Суперби не обратил на это никакого внимания. Главное, что Занзас жив. И даже относительно здоров — Луссурия, гейский мусор, успешно просканировал Солнцем Хало-младшего, успев даже вякнуть что-то о чудо-ребёнке, который вовремя успел оказать помощь, лишь после этого потеряв сознание. Позже мечник обязательно поблагодарит Саваду, обязательно, и сейчас ему остался лишь один этаж до трехлетней цели. Кажется, сзади бежал Леви и что-то кричал, но в данный момент блондина мало что интересовало. Скуало ворвался в помещение на подобие урагана, напрочь обламывая все стереотипы о носителях Дождя: глаза горят неистовым огнем, волосы торчат во все стороны, сам перемазан кровью с ног до головы. Мечник тяжело дышал, зрачки его хаотично бегали из стороны в сторону в поисках желанного. Наконец, цель была найдена. — ВРОЙ! ЧЕРТОВ БОСС! А НУ ВСТАВАЙ! — Не кричи, Ску-чан, ему нужен отдых! — Солнце сразу же засуетился, но понятливо заткнулся, заметив состояние друга. — Он еще не пришел в себя, но состояние вполне стабильное. — Я не для этого три года жопу рвал, чтобы он коматозником валялся! — Скуало, особо не церемонясь, с ноги толкнул кушетку, на которой лежал итальянец. — А ну поднялся и пошел самостоятельно, отброс! — Ску-чан, не кричи, он еще не... — К-какого хера ты орешь, чмо белобрысое? — хриплый, еле слышный голос прервал боксера. Все взгляды сразу же обратились в одну точку, а Леви, кажется, и вовсе заревел. — Чего уставились... м-мусор?..