Часть 4
14 июля 2018 г., 15:18
IV
— Рассказывай, как там твоя протеже. — По мне так, адаптировалась больше чем следует. Когда новый цикл начнется — больно ей будет. — Хватит придуриваться, я не о том. — А я так, именно что о том. Эмоциональную матрицу с нее сняли, параметры микса — разработаны. Осталось подготовить посредника и можно начинать процедуру. Цикл на первичный организм и по циклу на клонирование каждого микса. К концу пятилетки закроем все узлы и отчитаемся об автоматизации. Ещё, СС предлагает запрограммировать биполярную модель поведения микса: ментор — сестренка. Такую модель проще с личностью оригинала совместить. — Хорошо. Приглашайте ее в конце цикла сюда и действуйте. Объясняться с ней тебе и, по технической части, Персунову. Что и как говорить, ты лучше меня знаешь. Вожатая проснулась задолго до горна и даже до звонка будильника. Не смотря на то что поздно легла, спать совершенно не хотелось. «Это сейчас не хочется, а днем буду носом клевать — неудобно будет перед пионерами. Интересно, Славя тоже будет сонная ходить?» И сразу же вспомнился вчерашний то ли поздний-поздний вечер, то ли ранняя-ранняя ночь. И появившаяся неизвестно откуда Славя, молча взявшая чемодан и несшая его до Ольгиного домика без видимых усилий. «Что там у них в голове происходит? — Подумала Ольга и сама же ответила. — Неважно. Будем разбираться по ходу». «До конца смены осталось одиннадцать дней, как бы и их не потерять». В голове всплыли слова: «План мероприятий». Ольга поморщилась, но слова никуда не делись. «Видимо, придется сочинять. А еще придется учитывать «особенности» каждого пионера, чтобы не было таких проколов, как с Леной». Откинув простыню присела на кровати, спустив ноги. Потянулась, через проход, к чемодану на соседней кровати и не дотянулась — пришлось привстать. Открыла крышку и первое, что бросилось в глаза, была безобразно скомканная вожатская форма. Более-менее пристойный вид сохранили только галстук и панамка. Сразу вспомнился вчерашний вечер, переходящий в ночь. «Спасибо, Славя. Кажется, ты не дала мне сделать чудовищную глупость, — Ольга улыбнулась, вспомнив помощницу, — теперь-то я никуда не уеду». Но оставался вопрос: что сегодня надеть? По всему выходило, что пригодными для носки остались только стойотрядовская форма и спортивный костюм. Все остальное, как минимум, нуждалось в утюге. «Вот и хорошо, вот и первый пункт для отчета. Объявлю сегодня день генеральной уборки». Ольга скинула ночнушку, не утруждая себя бюстгальтером, натянула футболку, влезла в стройотрядовские брюки и, прихватив умывальные принадлежности, вышла из домика. — Доброе утро, Ольга Дмитриевна, — раздалось слева, — вы тоже бегать? — Славя выскочила со стороны своего домика и наткнулась на Ольгу. — Доброе утро, Славя. А ты, значит, бегаешь по утрам? «Ну да, в первый же день она была в спортивном костюме, а я так волновалась, что не обратила на это внимания. А вчера мне было не до того». — … Славюшка, давай в другой раз. Мне очень хочется поговорить с тобой, а во время бега не стоит разговаривать. — «Славюшка» произнеслось легко и свободно. «Почему я вчера их боялась? Еще раз, спасибо тебе, Славя». — Я включу трансляцию, — Славя благодарно улыбнулась на «Славюшку» и убежала по своему маршруту. «Идеальная помощница, — Ольга смотрела вслед Славе, пока спина той, обтянутая черной безрукавкой, не скрылась за поворотом, — может слишком идеальная, в ущерб самой себе». «Лагерь, по отрядам. Становись!» — Сегодня линейка началась легко и свободно. И даже пошутить удалось: «Кто хочет поработать?» И тем приятнее оказался отклик от Алисы: «Огласите весь список, пожалуйста». Осталось только, с помощью Слави, распределить фронт работ и отправиться завтракать вместе с пионерами. День первый. Размещение пионеров по домикам, с учетом пола, возраста, характеров и пожеланий пионеров… «Переписать! Какие характеры, какие пожелания? В инст-те будут долго смеяться». День второй. Знакомство с пионерами (возраст, состав семьи, склонности, характер). Знакомство пионеров с лагерем (Правила внутреннего распорядка, кружки, места отдыха, персонал). «Примеры, Оль, где примеры?! Съедят же». День третий. День чистоты — генеральная уборка лагеря. Вечером — награждение отличившихся и дискотека… Ольга отложила в сторону тетрадь. «Вот я и прожила тут уже десять дней, и до конца смены осталось всего-ничего — четыре дня. Надо им что-то придумать, чтобы запомнили. Говорят, что они все забудут, а я в это не верю». Непонятные приступы, как их назвала Ольга «Коллективного превращения в роботов», повторялись еще дважды, но уже так не пугали, а на этой неделе и вовсе не было ни одного. Тем более — Ольга обнаружила, что ее появление полностью возвращает пионерам человеческий облик. Шум отвлек вожатую… «Опять эти вампирчики в красных галстуках пьют кровь из бедной задерганной вожатой! Ненавижу этих противных мелких кровососов! И кровососок тоже ненавижу! Сейчас пойду наказывать кого попало!» — Эй вы, трое! Оба ко мне! Что это за школа фехтования на метлах? Так, Света, дай свою метлу на минутку. Спасибо. А теперь, оба, защищайтесь! Ольга подхватила метлу, закрутила двумя руками, как пропеллер, вокруг центра тяжести, остановила вращение, перекинула за спиной из правой руки в левую, опять закрутила, и пошла в атаку на пионеров, угрожая древковым оружием. «Господи, хорошо то как! И можно дурачиться, и тебя никто не осудит». — Эй! Тётя Оля, так не честно! Ты большая, а мы маленькие! — Закричал один из мелких, кажется Славка, отбегая на всякий случай подальше. — Ну что, мушкетеры? Сдулись? Тогда — подметайте. Вожатая кинула метлу стоящей разинув рот Светке, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Успокаивающе махнула рукой подбежавшей с другого конца площади Славе и вернулась на скамейку, не забыв взъерошить волосы обоим «мушкетерам». «А хорошо!» Приглашающе кивнула помощнице на место рядом с собой, но та только улыбнулась и убежала в направлении клубов. «Сейчас возьмет метлу и пойдет подметать остановку. Всё сама. Если хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам», — Ольга улыбнулась, вспомнив как позавчера чуть не насильно вытащила Славю за ворота. «Ольга Дмитриевна. Но ведь пионеру запрещается покидать территорию лагеря!» И вот результат… Ночью, к северу от лагеря, прокатилась гроза, и сегодня удушающая жара, прижимавшая «Совенок» к земле последние четыре дня отпустила, и жить стало очень даже приятно. Думалось лениво. Не хотелось ни заполнять Дневник практики, ни руководить субботником. Мелким пионерам определенно надоело подметать площадь и сейчас они стояли в тени памятника, побросав метлы, и о чем-то совещались, поглядывая на вожатую. Слов, за расстоянием, было не разобрать, так что оставались только интонации. Легкий ветерок, тянувший с реки, продувал насквозь жидкую рощу, отделявшую береговую линию от площади, и приятно шевелил волосы и гладил лицо. Ольга прикрыла глаза: неназойливая музыка детских голосов, шум листвы в роще, ласковый ветерок, треск стрекозиных крыльев. Захотелось вытянуться на скамейке во весь рост, засунуть под голову стройотрядовскую куртку, на лицо надвинуть панамку и так продремать до обеда. Лена, читающая на соседней скамейке, явно не стала бы возражать. «А Славя разбудит потом. Или уйти на пляж, объявить, что контролирую купание, окунуться самой пару раз и подремать уже там, в тени грибка?». Ольга открыла глаза и огляделась: пионеры уже куда-то удрали по своим делам, оставив метлы прислоненными к постаменту, Лена поймала взгляд вожатой и испуганно дернулась, чтобы спрятаться за книжку. Все шло согласно так и не написанному Плану мероприятий. «Раз Дневник не идет, попробую написать про пионеров». Вожатая пролистала десяток страниц, щелкнула ручкой и задумалась: «Младший отряд, дети как дети...» Но писать что-либо сегодня Ольге была не судьба. Перед вожатой возникла необычайно официальная и какая-то пришибленная Алиса — Ольга Дмитриевна. Там… К вам пришли. По виду Алисы было понятно, что дело серьезное, но вставать не хотелось. — Алиса. Кто пришел и где это «Там»? — Там… Там… Они вас ждут. Пойдемте пожалуйста, я провожу. — Двачевская явно начинала нервничать. Случилось что-то необычайное. Потому что, как иначе объяснить нынешнее поведение ершистой и демонстративно-независимой Алисы? — Ну веди меня. — Почему-то захотелось подбодрить девушку. — И успокойся. Мы с вами лагерь в обиду не дадим. Далеко идти не пришлось. На крыльце клубов, в тени навеса, прямо на ступеньках сидели и о чем-то беседовали Анатолий и тот бородатый дядька, который спрашивал Ольгу про стройотряд. Семен Семенович, кажется. Вид они имели самый затрапезный и больше всего сейчас походили на двух грибников-горожан, которые вернулись со своего промысла и сейчас отдыхают, в ожидании автобуса, на маленькой сельской автостанции; не хватало только корзинок или пластмассовых ведер. Старая одежда, полотняные летние кепки от солнца, матерчатые туфли, вырезанные где-то в лесу палки. Ольга вспомнила, как она наблюдала на маленьких полустанках смешение потоков: городских жителей едущих на свои дачи и деревенских — выбирающихся в город. И как их легко было отличить одних от других по одежде. Первые надевали все самое старое, а вторые, наоборот, наряжались. Но пионеров («Моих пионеров!» — подумала Ольга) непрезентабельный внешний вид гостей нисколько не отпугнул. Пионеры, весь старший отряд, стояли на почтительном расстоянии от гостей и смотрели на них, как на спустившихся с небес ангелов. «Сейчас или падут на колени и начнут поклоняться, или побегут исполнять поручения как Алиса». И где-то там, на горизонте, уже появились самые шустрые пионеры из среднего отряда, с явным намерением присоединиться к старшакам. А ещё, неестественной неподвижностью лиц, статичностью поз и синхронностью движений пионеры напомнили Ольге тот ее дневной кошмар в столовой. Стало обидно: «Я половину смены угробила на то, чтобы они ожили, а они… И даже Славя!» Кто-то должен был ответить за испорченное настроение. — Вы, двое! Сидите, где сидите пока! — Она чувствовала себя дома и не боялась хамить временному начальству с неясными полномочиями. Ольга развернулась спиной к гостям, лицом к пионерам; уперлась руками в бока, чтобы казаться по больше. — Теперь вы! — Вожатая впервые повысила голос на пионеров. — Сюда цирк приехал? Вы прибежали на клоунов посмотреть? У вас других дел нет? Вы уже всю территорию убрали? В домиках порядок? — Вспомнила брата. — Зубными щетками площадь подмели? Не слышу! Как ни странно, но шоковая терапия сработала. Лица ребят стали оттаивать, взгляды сфокусировались на вожатой. Славя что-то попыталась пискнуть. — Молчать! Сергей, Семен, Алиса — взять грабли на складе и бегом на пляж, весь песок пройтись с граблями. Старшая — Двачевская! Хатсуне, почему эстрада облезлая? Славяна, Елена, Мику и Евгения — взять краску, кисти, шпатели и на концертную площадку. Старую краску ободрать и по новой эстраду покрасить. Старшая — Славяна! И средний отряд вам в помощь: все, кого поймаете! Не вижу реакции! Кру-гом! Бегом марш! Да, это сработало. Перепуганные, обозленные, незаслуженно обиженные пионеры умчались на склад, а Ольга, не меняя позы, опять повернулась лицом к гостям. Запал уже проходил, но его еще хватило бы для взбучки гостям. Вот только гости оказались крепче нервами и сильнее тертыми жизнью, чем Ольгины пионеры, поэтому на них грозный вид вожатой не подействовал. — Вот так оно и работает, Ольга Дмитриевна. — Начал Анатолий. — Вот так здешние обитатели на обычных людей и реагируют. И когда вы проведете здесь какое-то время, на вас такая же реакция будет. Но вы с пионерами неплохо поработали, совсем неплохо: видите, они не остались здесь, а послушались вас и убежали. — И уже вполголоса добавил, так что услышал только его спутник. — Какой замкомвзвода пропадает. — А вы, наверное, гадали: почему мы бросили пионеров на произвол судьбы? — Подхватил бородатый. — Не бросили. Вот, отправили сюда вас, а сейчас хотим сделать вам предложение. И снова вы сможете от него отказаться. — Бородатый опять, как в поселке, поднял на нее глаза и улыбнулся, вспыхнувшей и тут же исчезнувшей улыбкой. — Надеюсь, что не откажетесь. Похоже, что помочь им можете только вы и только так.
