Favorite bitch

      — Конченная сука, — шипит Джонс, сжимая запястье рыжеволосой. Шерил на это почти не реагирует. Не пищит, не морщится, даже вырваться не пытается. Только улыбается. Растягивает ярко-красные губы так, будто брошенное им ругательство — лучшее, что она слышала в свой адрес. Джагхеда эта её едкая улыбочка раздражает настолько сильно, что он был бы не прочь зашить ей рот, лишь бы больше никогда не видеть. Но он прекрасно знает, что никогда и пальцем её не тронет. Может, потому что он девушку бы никогда не ударил, а может и по другой причине. Джагхед предпочитает об этом не задумываться.       Сука. Вот так, просто и честно. По другому Блоссом назвать язык не поворачивается. Особенно когда та приходит к нему в короткой юбке, еле прикрывающей сексуальный зад.       Джагхед ненавидит её. Ненавидит своё влечение к ней. Ненавидит запах её тела, такой сладкий, что у него зубы сводит. Ненавидит её рыжие волосы, которые постоянно в беспорядке разбросаны по его подушке. Кажется, он ненавидит её всю.       — Джагхед… — его имя срывается с губ Блоссом вместе с томным вздохом, именно тогда, когда он стягивает с неё юбку, нарочно медленно, издеваясь. Проводит рукой по округлым бёдрам, чуть сжимая ягодицы. Блоссом стонет, поддаётся вперёд и целует мокро, глубоко, вкладывая в это действия все свои чувства и эмоции. Джагхед ненавидит это. Ненавидит то, что после каждого её поцелуя ему башню сносит. Он ненавидит себя в те моменты, когда покрывая шею девушки поцелуями, в его голове проносится лишь одно слово: «люблю». Но в слух он этого не скажет. Потому что Блоссом просто сука. Сука, которой его любовь нахрен не сдалась, и ничего с этим не поделаешь.       Блоссом глухо стонет, когда он входит в неё. Выгибает спину, словно кошка (так по-блядски на самом деле), и в волосы парня пальцы запускает. Бедрами навстречу поддаётся, целуя Джонса куда-то в шею. Парень рычит и ускоряется, буквально вдалбливая Блоссом в кровать. Шерил стонет в самое ухо, от чего у парня башню сносит ещё больше чем от поцелуев с привкусом вишни (любимая помада Блоссом, не иначе). Брюнет кончает прямо на кровать, а после откидывается на подушку, пытаясь отдышаться.       Джагхед взгляд на девушку переводит, которая судорожно пытается натянуть лёгкое одеяло, дабы прикрыть грудь, но у неё не получается, поэтому она бросает это дело и тоже поворачивает голову в сторону парня, замечая его взгляд на себе. Однажды Джонс предположил, что Блоссом стесняется его (удивительно, да?), а после выяснилось, что ей просто холодно. Всегда. Джагхед тогда сказал ей, что такие суки с ледяным сердцем не мерзнут — это попросту невозможно, хотя бы потому, что по венам у Блоссом не кровь бежит, а холод, который, как оказалось, пронзает даже её. Шерил тогда на его фразу лишь усмехнулась, как-то горестно на первый взгляд. Но Джагхед знает её не первый год, и уверен — у Блоссом от сердца ровным счётом ничего не осталось, а возможно, и не было никогда.       Шерил улыбается. Джагхед соврал бы, если бы сказал, что по-обычному стервозно. Нет, совсем нет. Она свои бледные ладони к нему тянет и пальцы переплетает. У рыжеволосой руки холодные, как и сердце. Джагхед их согреть пытается, ведь сердце у него реанимировать так и не получилось. Пододвигается к ней ближе, прижимая сильнее к груди. Блоссом дрожит от холода, но после, через какое-то время, перестаёт, и парень потихоньку начинает засыпать, под мирное сопение где-то возле шеи.       Джагхед убеждён, что Блоссом сука, которой его любовь нахрен не сдалась. Он знает, что как только он проснётся, её рядом уже не будет, как бы сильно он не прижимал девушку к себе. И каково же было его удивление, когда она всё же остаётся. Сопит под боком свернувшись калачиком, словно ребёнок.       Для Джонса она всё равно была и останется сукой. Просто с некоторых пор, к слову «сука» прибавилось ещё и «любимая». Как так получилось, парень и сам не понимает. Даже в тот момент, когда она стоит перед ним в белом платье, вся такая красивая и нарядная.       Блоссом всё ещё мерзнет. Постоянно. Но теперь Джагхед думает, что проблема в отоплении, а не в ней. Просит её одеваться потеплее, но разве Шерил слушает? Конечно нет.       Блоссом сука, по другому и быть не может.       Просто теперь любимая.