Звезды

      Лэнс был из большой семьи. Он привык к тому, что планы меняются каждые пять минут, и что ему приходится менять свой график миллион раз. Это оказалось полезным, когда он спросил Широ, почему Кит не показался на встрече клуба планетария на этой неделе.       — Кит? — Широ изогнул бровь, смотря на худого парня, прислонившегося к стене. До этого момента он проверял управления планетария, следя за тем, чтобы они были в хорошем состоянии для мероприятия, которое они проводили для ежегодной ярмарки местной средней школы.       Лэнс кивнул.       — Да, он обычно приходит с тобой. Я точно знаю, что сейчас у него не должно быть занятий.       — Кит недавно простудился, — Широ повернулся к панели управления. — Ему просто нужно отдохнуть эти выходные, чтобы он мог пойти на лекцию в понедельник.       — Целые выходные?! — голос Лэнса почти дрогнул.       Широ тихо хмыкнул.       — Я не знаю, как это происходит с тобой, но простуда занимает дни, чтобы переболеть ей.       Пидж выглянула из-под пульта управления.       — А ты что-то планировал с ним на этих выходных, любовничек? — ее голос свистел через ухмылку, полностью довольную Лэнсом в целом. — Если ты не хочешь заболеть, предлагаю тебе отложить свои планы. И если у тебя нет причин ловить чужие микробы.       Лицо Лэнса исказилось от отвращения.       — Пидж, перестань, это грубо.       — Пидж права, — согласился Широ, не смотря на Лэнса. — Ты заболеешь, если будешь слишком близко рядом с ним.       Лэнс вздохнул, откинувшись головой назад в стену. Он взглянул на нарисованные сверху звезды, которые мерцали и гасли при каждом нажатии кнопки, которую проверял Широ. Космос был бесконечной пустотой или загадкой, но смотря на эти искусственные звезды, Лэнс успокаивался. Он закрыл на секунду глаза и когда он их открыл, все его планы поменялись.       В День святого Валентина он оказался перед общежитием Кита и Широ с рюкзаком на плече и коробкой в руках. Сначала он думал встретить Кита в общественном месте, но из-за текущего состояния Кита эта идея была должным образом отвергнута. Вместо этого он стоял перед дверью, глядя на две львиные головы разного цвета с надписями «Широ» и «Кит», сделанными в качестве бирок с именами. Лэнс уставился в свирепые золотые глаза ярко-красного льва Кита, собираясь открыть дверь.       И потому что Широ открыл ее через секунду, ему не надо было делать этого. Несколько секунд они смотрели друг на друга, и Широ улыбнулся.       — Тебе лучше не простудиться, — Широ кивнул ему, выходя из комнаты и удерживая дверь для Лэнса.       — У меня иммунитет из стали, — хвастал Лэнс, проходя мимо Широ. — Никакая простуда не может одолеть меня.       — Как скажешь, Лэнс, — Широ отпустил дверь, чтобы она снова закрылась.       — Ладно, — пробормотал Лэнс сам себе. — Я уже здесь, так что пути назад нет… — с этими словами он направился в боковую комнату Кита, открывая дверь, чтобы заглянуть внутрь.       Кит сидел на кровати, читая материал исторического курса. Когда Лэнс прошел в комнату, Кит слегка повернул голову в сторону, ожидая увидеть Широ, но когда все же заметил, кто это, его лицо выразило все его удивление.       — Лэнс… что…       — Я сказал, что у тебя будет торт, не так ли? — Лэнс неуверенно улыбнулся, подняв упаковку чуть выше. — У них был шоколадный, но только с малиновой начинкой.       Кит моргнул.       — Это… хорошо… — он чихнул в сторону, шмыгнув носом пару раз, потянушись к почти пустой коробке с салфетками, сморкаясь в нос и бросая использованную салфетку в растущую гору из них в мусорное ведро через всю комнату.       Лэнс положил торт на верхнюю часть книжной полки, снял свой рюкзак с плеч и положил его на стул.       — Поскольку наше свидание было испорчено, потому что тебе понадобилось взять и заболеть, я принес тебе кое-что.       Кит моргнул своими измученными глазами.       — Так… это было свидание…       — Ты тупой или что? День святого Валентина, алло? — Лэнс открыл свой рюкзак, чувствуя себя глупо, назвав это свиданием, учитывая реакцию Кита на это.       — Я имею в виду… — он остановился. — Если только ты не хотел, чтобы это было им.       Он стоял там, смотря в свой рюкзак и перебирал его содержимое.       Комната была наполнена тишиной, казалось, вечность, и Лэнс все больше волновался, что сказал что-то, что не должен был.       — Послушай…       — В другой день, — прервал его Кит.       Лэнс поднял голову, чтобы взглянуть на парня. Кит прятал свое лицо в книге, которую он использовал как щит.       — Ты можешь позвать меня на свидание в другой день, — повторил Кит.       Лэнс на это ухмыльнулся, возвращаясь к рюкзаку, чтобы вытащить сумку Ziplock и одеяло.       — Что насчет следующих выходных, если ты наконец побьешь эту холодную задницу простуды?       — Это свидание, — неловко согласился Кит, весьма удивленный небрежным выражением Лэнса.       Лэнс расправил его одеяло Звездных Войн, вместе с одеялами Кита, создавая вид какого-то одеяльного гнезда. Кит наблюдал за ним со своего места, свернувшийся в калачик у стены в углу своего матраса. Он смутился, когда Лэнс сбросил свои ботинки и встал на верх кровати, взяв с собой сумку Ziplock.       – Что ты делаешь? — спросил его Кит, откладывая учебник в сторону.       — Ну, после всего произошедшего в прошлом году… — Лэнс открыл сумку Ziplock и достал то, что, как узнал Кит, были светящиеся в темноте звезды. Он протянул руку и уставился, прикрепляя их к потолку так, как мог. — Я спрашивал Широ о том, почему ты огрызаешься на все подряд, и он сказал, что это связано с тем, что ты слишком много думаешь о всяких вещах.       — Широ рассказал тебе это? — Кит прищурился, ожидая какого-то бесцеремонного комментария, но ничего подобного не произошло.       Вместо этого Лэнс просто продолжал приклеивать звезды к потолку над Китом.       — Я просто подумал, что, возможно, что-то, что заполнит темноту, может помочь тебе, если такое будет происходить еще, — он пожал плечами, будто это был самый очевидный ответ. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Кита. — Ты хоть знаешь, как трудно их найти? Я думал, что они будут повсюду, но неееет, — он взял другую звезду и прикрепил ее к потолку. — Эти штуки невозможно найти.       Кит только моргнул, уставившись на Лэнса, продолжавшего делать целую галактику на потолке общежития. После того, как он закончил, Лэнс спрыгнул обратно, усевшись рядом с Китом в гнезде одеял, которое они создали.       — Почему? — Кит нахмурился, смотря на Лэнса.       Другой парень моргнул.       — А?       — Почему ты делаешь это все для меня?       Лэнс рассматривал Кита, пытаясь понять его застывшее выражение лица.       — Что имеешь в виду под «почему»? Потому что я хочу.       — Я имел в виду почему? — голос Кита был рябистым ядом. — Почему ты заморачиваешься над тем, чтобы дать мне что-то, что я даже не просил? Почему ты так хочешь быть моим другом? Почему ты поцеловал меня? — он остановился на секунду, вспоминая свои мысли. — Я не понимаю… это шутка? Это просто что-то, что ты… делаешь?.. Почему каждая деталь так важна для тебя? После того, как я бесился и грубил, снова и снова… ты просто… возвращался, и я не понимаю, почему.       Они смотрели друг на друга еще несколько мгновений, застывшие в безмолвной попытке понять чужие мысли.       Первым моргнул Лэнс и, переместив свой вес, подтянул одно колено к груди.       — Я делаю это потому, что ты мне нравишься.       Глаза Кита расширились на это, изучая выражение лица Лэнса. Тот потерял улыбку, которая говорила, что он уверен в себе, и вместо этого на его губах расцвела застенчивая улыбка. Он перевел взгляд на руки Кита, а не на глаза.       — Что ты имеешь в виду?..       Лэнс разочарованно застонал.       — Я думал, что все это говорило само за себя, — он развернулся всем телом к Киту. — Ты. Мне. Нравишься. Ясно? Ты мне нравишься с тех пор, как тебя перевели. Я думаю, что ты горячий, мне очень нравится твой сарказм, и я чувствую, что ты единственный, кто по-настоящему слушает меня. Ты мне сильно нравишься, Кит.       Лэнс ждал ответа, но все, что он получил от Кита было морганием и незаконченным «Чт…». Без задней мысли он наклонился вперед и поцеловал Кита. Это было внезапно и действенно, шокируя того. Когда Лэнс отстранился, глаза Кита на секунду расширились, прежде чем мягко сузились из-за бурлящего смеха.       Лэнсу понадобился момент на то, чтобы понять, что Кит смеется не над ним, и на самом деле это был смех облегчения. Это был звук мира, наконец обретшего смысл. Это был звук кого-то, кто наконец нашел свое место. Это был прекрасный звук, и Лэнс надеялся, что сможет слышать его чаще.       — Прости, — Кит чихнул между смешками. — Я просто… понял это только сейчас.       — Наконец-то! — Лэнс откинулся назад, ложась на кровать Кита. — Так? Что насчет тебя?       — Что?       — Я тебе нравлюсь? Я имею в виду… как я могу не нравиться? — Лэнс притворился, что рассматривает свои ногти. — Я фактически лучший парень вокруг.       Кит забавно покачал головой.       — Ну… да… да, я думаю, я могу сказать… то же самое.       — Вау, это романтично, — Лэнс сузил глаза, неудивленный.       Кит снова хихикнул, вытерев нос рукавом своей толстовки.       — Да, будто игра на саксофоне была романтичной.       — Во-первых, не используй рукав, это отвратительно, — Лэнс подтолкнул Кита в колено. — Во-вторых, не смей оскорблять мою интерпретацию Careless Whisper. Это шедевр, а ты просто некультурный.       Кит закатил глаза.       — Ладно… что вообще случилось с твоим чудовищем?       — У меня его больше нет, — пожал плечами Лэнс.       — Ты брал его в аренду? — спросил Кит любопытно, но Лэнс просто мотнул головой. — Что с ним произошло?       Лэнс поднял голову к пластиковым звездам, разбросанным по потолку Кита.       — Я продал его.       Кит наблюдал за Лэнсом, ожидая объяснений вместо этого просто смутного ответа.       Поддавшись, Лэнс вздохнул.       — Я продал его, чтобы заплатить больничные счета, — объяснил он. — Мои родители тратят все деньги на обучение в колледже, поэтому у меня даже нет возможности приехать к ним на время каникул, так как я учусь в другом штате, — он остановился на пару секунд, переводя дыхание. — Мне допускается находиться в кампусе бесплатно из-за стипендии, которую я получил за средний балл в старшей школе. Единственной вещью, имеющейся у меня в денежном эквиваленте, был саксофон, так что я продал его, чтобы заплатить за то, что мои счета не могут покрыть.       — Поэтому… поэтому теперь у тебя блок-флейта? — спросил тихо Кит.       — Да, — Лэнс пожал плечами. — Хоть что-то, по крайней мере, — он сел прямо и повернулся к Киту. — Раз уж мы начали играть в двадцать вопросов, не мог бы ты рассказать мне, почему не предупредил о своем дне рождения?       — А, ну, я просто не думал, что вы, ребята, волнуетесь об этом, — Кит склонил голову. — Дни рождения бесполезны и банальны, как по мне.       — Что?! Нет, дни рождения очень важны, — настоял Лэнс.       — Это просто обычный день, почему кто-то придает ему такое большое значение? — ответил Кит с кислым выражением лица.       — Потому что он твой, — Лэнс повернул лицо Кита к себе так, чтобы их глаза встретились. — Это твой день. Это день для всех нас, чтобы мы могли дать тебе все, чего ты захочешь.       Кит хлопнул Лэнса по руке.       — Это называется «быть эгоистом».       — Иногда хорошо быть немного эгоистом, — Лэнс опустил руку. — В конце концов, ты не менее важен, чем кто-либо из нас, поэтому позволь нам побаловать тебя.       Кит не ответил, но его молчание показало, что Лэнс выиграл этот спор.       — Говоря о баловстве… как думаешь, должны ли мы начать есть торт? — предложил Лэнс. — Я слышал, что шоколад помогает выздороветь.       — Это ложь, — Кит не сдержал улыбку.       — Я эксперт в таких вещах, Кит, — настоял Лэнс. — Спроси Науку.       — Науку, — повторил Кит в сомнении.       Лэнс кивнул, встал и взял коробку вместе с пластиковыми вилками, которые он привез с собой. Он сел рядом с Китом, осторожно кладя торт между ними. Передав вилку Киту, он снял верхнюю часть упаковки. Это был шоколадный торт с шоколадной глазурью, на которой красным было написано «С Днем Рождения, Кит!».       — Я бы зажег свечу, чтобы ты смог загадать желание, но они запрещены в общежитии, так что… — Лэнс пожал плечами.       — Все хорошо, — Кит только улыбнулся. — Спасибо.       Лэнс улыбнулся в ответ Киту, и они успокоились.       Остальную часть дня они провели под одеялом, свернувшись калачиком в этом гнезде, смотря научно-фантастические фильмы восьмидесятых на ноутбуке Кита, и поедая шоколадный торт. Это было по-простому, и немного не то, что Лэнс изначально планировал на День святого Валентина, но это было что-то.       — Розы красные, Фиалки синие.       Лэнс бормотал вслух, пока они раскидывали одеяла в темной комнате Кита. Солнце уже садилось, впуская минимум света. В комнате было достаточно темно, отчего пластиковые звезды начали светиться, поэтому они вглядывались в них и пытались создать свои собственные созвездия.       Кит хмыкнул.       — Хорошо, давай я попробую, — он кашлянул в руку.       — Розы красные, Фиалки синие, Миллионы существует звезд, Но так ярко, как ты, не сияет никто.       Лэнс улыбнулся, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Кита.       — Вот теперь это романтично.       Кит улыбнулся ему в ответ, и сердце Лэнса сделало кульбит в груди. Если бы сейчас его спросили, каково определение счастья, он бы рассказал про этот момент. Про запах молотой корицы, вкус малины и шоколада, а также шум бурлящего смеха, который звучал как перелив колоколов в соборе в его городе. Это было тем, во что Лэнс верил, что было счастьем, и он непоколебимо верил, что даже в самой далекой галактике, которую он только мог себе представить, он не найдет ничего лучше.       Если Кит настаивал на том, что Лэнс — солнце, то Кит — луна. Некоторые забывают, что солнце — это звезда, но луна всегда отражалась в море. Это было иначе и намного ярче. У луны нет своего собственного света, но луна может его отражать и освещать то, что в противном случае было бы кромешной тьмой. Это было само по себе чертовски особенным.