Хладнокровный поход

      Крок-Гар медленно продвигался по разветвленным улицам порта. Горевшие дома испускали черный, смолистый дым, заставлявший защитников громко кашлять и хрипеть. Раздававшиеся ото всюду крики, достигали ушей Крок-Гара и заставляли ящера радостно порыкивать. Как давно он не слышал этого. Армия людей бежит, теснимая ящерами, мирное население массово «приводится к порядку», путем нанесения тяжелых физических.       Впрочем, специально никто за людьми не охотился. В задачу заурусов входил штурм города, а вовсе не геноцид существ его населяющих. Поэтому, в большинстве своем, людей просто оттесняли, уничтожая тех кто сопротивлялся и стараясь вселить в сердца остальных страх.       Словно в подтверждение мыслей Крок-Гара, в соседнем районе раздались душераздирающие вопли. Это сцинки ворвались в жилые дома, с целью как можно быстрее выселить их обитателей. Мелкие рептилии бывали на удивление жестокими. Особенно жрецы божеств, получившие разрешение на массовые жертвоприношения. Штурм порта должен войти в историю как дело угодное древним. А некоторые ритуалы задуманные слаанами не могли быть осуществлены без рек жертвенной крови, льющейся на каменные изваяния.       Именно поэтому, четверть аборигенов захваченных в плен надлежало доставить в Гексоатль где и будет проведено все вышеперечисленное. Сейчас же, сцинки просто развлекались, стараясь не убивать понапрасну.       — Задержите их! — Вопль полный ужаса, донесся до органов слуха древнего зауруса. Вместо со свистом стрелы, пущенной в него. Отточенные рефлексы среагировали быстрее чем сам обладатель тела успел осознать что же произошло. Чешуйчатые пальцы сомкнулись на древке, держа умело выделанный снаряд неподалеку от пасти полководца.       В следующее мгновение, безжизненный взгляд последнего защитника Ксотля, зацепился за фигуры двух солдат, один из которых и был стрелком. Облаченный в длинную кольчугу, его товарищ, пытался растолкать оцепеневшего солдата, смотревшего на медленно подходящего к ним Крок-Гара.       — Быстрее! Лирой, быстрее! — С каждым мгновением, зрачки лучника все больше расширялись. — Быстрее, пока эта тварь не…       Светло-желтый луч, вылетевший из длани богов, прорезал воздух, заставляя тот искриться, и в мгновение ока оставил от незадачливых защитников, лишь кратер с оплавившимися краями.       Удовлетворенно рыкнув, Крок-Гар направил своего верного Гримлока дальше, вглубь города. Огромный зверь неторопливо шевелил мощными задними лапами, втягивая своими ноздрями пропахший кровью и потом воздух.

***

      Топот копыт и лязг клинков, для Босефальда Дуллина, не было ничего знакомее этих двух звуков. С самого детства, житель пограничных областей усваивает три вещи: на ночь лучше заколотить дверь, если не выходит поставить железную, топор держи вместо подушки, не забывай про часовых. Нет ничего удивительно что выходцы оттуда обычно становились либо образцовыми командирами для войск, либо героями. А иногда и всем вместе.       Именно поэтому, сам Дуллин не испугался, когда на улицах города разожглись множество огненных столбов, выпущенных подошедшей к нему армией невиданных доселе существ. Вместо этого, верный слуга Богини, служивший паладином в армии ордена, лишь поудобнее перехватил меч и готовился встретить опасность грудью.       Вот и сейчас, он, брел по трущобам вместе с небольшой группой уцелевших солдат. Израненные, покрытые магическими ожогами, они все еще не пали духом. Пальцы крепко сжимали оружие, в глазах застыло выражение готовности сражаться с теми, кто обратил обычную жизнь города в адскую бойню.       — Господин. — Почтительно обернулся к Босефальду самый старший из них. Загорелый, с седыми волосами, горбатым носом и покрытым морщинами лицом, он больше напоминал древнего рыбака чем солдата. И все-таки это был воин, немногим уступающий Дуллину в опыте боестолкновений. — Просьтите меня за дерзость, но… Куда мы идем?       — Под городом находятся старые катакомбы. — Шепотом ответил ему Босефальд. — По легендам их создали еще до основания самого поселения, там можно укрыться.       Ветеран промолчал, лишь его лик, похожий на каменный утес, мерно подтачиваемый ветром на протяжении тысячелетий, исказился от осознания близости смерти. В том что смерть близка, старик и не думал сомневаться.       О туннелях под портом ходило много слухов. И далеко не самых радужных. По верхним уровням вовсю разгуливали мародеры, бездомные и прочие, прямо скажем, не дружащие с законом личности… А дальше. Боец содрогнулся. Дальше шли затопленные грунтовыми водами ходы, созданные не людьми и не для людей. При этом, некоторые хозяева явно не спешили покидать свои, с такой любовью вырытые и покрытые человеческой кровью жилища. Лишенные глаз, они тем не менее находили пищу по нюху. И горе тому на кого пал этот своеобразный «взгляд» владельцев подземья.       — Глубоко спускаться не будем. — поспешил подбодрить своих соратников Дуллин. — Пройдемся по верху до городской границы, там вылезем и поспешим к столице.

***

      Подушечка для иголок — вот на что был похож уже битый час силящийся пробить дыру в воротах внутреннего города бастилладон. Богатое оперение, вовсю игравшее под лучами вечернего солнца, колыхалось вовремя каждого ужасающего по своей силе удара.       Защитники крепости понимали, если эта тварь прорвется, не поздоровится никому, а потому не жалели стрел и арбалетных болтов, тучами летящих на без устали сражающегося монстра. В отличии от своих сородичей, этот не имел на спине странного кристалла, сжигающего врагов лучами чистого света. Что с лихвой компенсировалось звериной яростью и толстыми пластинами на спине, пробить которые пока что не смог никто.        А ведь это была далеко не самая главная опасность угрожавшая осажденным. Помимо живого тарана, на стену постоянно норовили залезть его хозяева.        И это пока к врагу не подошла тяжелая артиллерия, на пару с различными осадными механизмами, вся поддержка для атакующих, сводилась к многочисленным дротикам, и залпам из переносных баллист, установленных на спины боевых зверей.       Впрочем, даже и так, падение твердыни оставалось лишь вопросом времени. Слишком мало было людей и слишком много людоящеров.

***

       Затхлость и разложение — вот что почувствовал Юканадузат, стоило его ступням коснуться, каменной кладки, устилавшей пол подземелья. Оракул скинков вздрогнул. Подобные, давно заброшенные ходы, часто имели своих, недружелюбных обитателей. Будь бы жрец кем-то иным, а не могущественным чародеем, познавшим всю мощь древней магии, он бы без сомнения не решился бы даже зайти сюда.       Но миссия, возложенная Маздамунди на своего верного помощника, несла ящера вперед. Также как и отряд других оракулов и вождей, специально отобранных для того, что предстояло им дальше.       Помимо внутреннего города, сходу не удалось взять еще и башню местных магов. Волшебники, тщательно забаррикадировались, и время от времени лениво пускали в проходящий отряд заурусов серию огненных шаров.       Само по себе, это не было большой проблемой. Несмотря на защитные обереги, монументальную постройку можно было банально расстрелять из солнечных орудий. К несчастью, колдуны теплокровных сумели скрыть в ней нечто ценное. А именно — артефакт, времен «Войн Когтя».       Сланны почувствовали его в тот же миг, когда геомантическая сеть оказалась достаточно сильной, дабы дотянуться до города. И если простейшие поделия местных одаренных не могли вызвать ничего кроме небольшой, полной презрения к неумехам эфирной волны, то сокрытое в башне напоминало о чем-то далеком… Родном.       Древние. Боги, посещали этот мир, задолго до того, как трагическое стечение обстоятельств перенесло сюда Гексоатль. И результат их прибывания до сих пор виден. Чем бы не завладели люди, их грязные, похожие на таковые у примитивных млекопитающих, лапы, не должны осквернять священные механизмы, чье предназначение невозможно постичь полностью даже мудрым сланнам.       Именно потому, сейчас Юканадузат внимательно всматривался в тьму, силясь отыскать там врага.       Долго ждать не пришлось. Короткий клинок резко прорезал воздух, целясь в голову скинку. Выставленный вперед посох, к счастью, спас Юканадузата от такой нелепой смерти, а ответный презент в виде молнии, дал ответ на вопрос о личности покусившегося на жизнь мага.       Боец городской стражи, совсем молодой, почти ребенок, он лежал бездыханным телом, от которого разило паленой плотью. Скинк скривился. Не хотелось демонстрировать свои силы столь рано. Кто же знал, что выжившие на улицах солдаты, решат пробраться к чародеям.       Прошло несколько минут, и один из лучших волшебников Гексоатля, уже успел проклясть всех строителей этих подземных нор вместе взятых. Засад оказалось не просто много, а очень много. Вожди ели успевали уворачиваться от клинков, а жрецы применять различные заклятия.       Сам Юканадузат уже давно сбился со счета. Его посох так и мелькал в воздухе, опутывая всю комнату смертоносными разрядами. Один раз, скинку даже удалось прикончить вражеского чаротворца. Правда, тело его прожарилось до такого состояния, что определить пол и возраст было уже невозможно.       Наконец, длинный тоннель кончился. Массивные бронзовые ворота, преграждавшие путь наверх, успешно расплавились под огненными струями магов, и процессия скинков, поудобнее перехватив оружие, направилась вверх.

***

      —Живее, сукины дети. — Вопли Босефальда, казалось не смолкали ни на секунду. А как иначе, когда за тобою гонится орда злобных, хоть и слегка подслеповатых тварей.       —"Вот ведь дерьмо, знал же что нас учуют.» — Пронеслось у него в мыслях, перед тем как порожденный святой магией, огненный вихрь впился в плоть слишком близко подобравшегося существа. Искривленная и лишь отдаленно напоминающая человеческую, морда его сразу же занялась. Раздался визг.       Мгновение, и вот клинок выполненный из лучшей стали, какую были в состоянии создать человеческие кузнецы, входит в череп твари, рассекая его на две части. Мешкать нельзя. Вот вот сюда сбегутся ее сородичи.       Плюнув на труп поверженного троглодита, Дуллин направился следом за остальным отрядом, стремительно несшимся вперед через катакомбы.       —"Тысяча, тысяча один.» — Отсчитывал шаги про себя Босефаль. — «Тысяча четыре. Песья кровь. Догоняют.»       Особую пикантность ситуации добавлял тот факт, что во всем остальном мире эти твари не водились. Нет, конечно были так называемые монстры. Но те уже давно перестали быть тем, кем являлись тысячи лет назад. Нынешних монстров можно было лишь с трудом назвать таковыми.       В отличии от покрытых белесой чешуей безглазых тварей, похожих на помесь собаки и обезьяны, чьи повизгивания разносились уже совсем близко.        Внезапный вскрик, сопровождаемый характерным хрустом ломаемых костей, отвлек Дуллина от бессмысленных размышлений. Статный копейщик, ранее хранивший гробовое молчание, теперь повалился на холодный пол подземелий, терзаемый когтями прыгнувшей ему на спину бестии.       Босефальд ринулся вперед, ему не хотелось терять соратников в ситуации, когда от смерти тебя спасет либо латный панцирь, либо клинок друга.       Секундой позже, белоснежная молния лезвия, рассекла уже почти начавшее трапезу существо, на две части. Сотворив заклятье исцеления и взмолившись богине, дабы та оказала милость нерадивому сыну, Дуллин оглядел копейщика.       Сильно помят, но жить будет.       —"Все же интересно, с какого перепугу эти отродья преисподней вдруг настолько осмелели, что поднялись на относительно верхние уровни.» — Сделав заметку, обдумать этот вопрос попозже, Босефальд тут же протянул, уже не нуждающемуся в этом бойцу, руку.       И тут же скривился от боли. Кисть в латной перчатке сильно сжало.       — Етить-колотить. — Прокомментировал подбежавший старик сложившуюся ситуацию. На руке Дуллина висела, силясь прогрызть металл, еще одна тварь. Только меньше. Видимо — детеныш.       Не церемонясь, Босефальд выхватил со своего роскошного пояса кинжал и вспорол им брюхо существа. Один миг визга, и вот к горстке тел, на каменных плитах добавляется еще одно.       — Ваш благородие. — Внезапно подал голос неожиданный комментатор. — Так это что же получается, нас могуть того-ентого, сожрать-с?       — Если поторопимся, то нет. — Уверенным голос ответил ветерану Босефальд. — Ну, а если нет, то…       Многозначительное молчание, стоило сотен слов. Отряд, быстро придя в себя, уже устремился к ближайшему проходу, когда их остановил окрик Дуллина.       — Вы куда это? — Усмехнулся он. — Давайте за мной.       Произнеся это, Дуллин ловко проскользнул в узкую каменную расщелину, промытую когда-то давно иссохшим потоком воды. Остальные недоуменно переглянулись, но тоже последовали его примеру. Умирать здесь не хотелось никому.

***

      — Ну что за б*ядский день? -Озвучил общий немой вопрос рядовой Густавсон, за что сейчас же получил по голове от разгневанного сержанта, чьи и без того густые усы, топорщась, только увеличивались в размере и теперь напоминали собою веник.       — Отставить разговорчики придурки! — От рева, толстые щеки офицера начали краснеть. — Иначе перед тем как мы отправимся в чертоги Богини, я лично сверну вам всем шеи.       Испуганные бойцы тридцать пятого батальона имени лорда Кофрика, прекратили шушукаться, и вновь потащили тяжелые ящики с боеприпасами. Стрелы с наконечниками из зачарованного металла, вот что в них было. Способные прорезать даже прочнейшие доспехи, они обошлись страже недешево. Волшебники так заломили цены, что пришлось скидываться всеми казармами. Каждый, от генерала-командарма до простого рядового, бросил хоть один медняк в общую копилку.       Зато теперь, в распоряжении защитников города было сорок ящиков того, что гарантированно пробивало шкуру людоящеров.       — Уффф, жаль только что ту большую тварь подстрелить не выйдет.- Горестно выдохнул Густавсон, силясь сделать еще один шаг. — Вот ведь падлы, отогнали ее как жаренным запахло.       Это была правда. Бастилладон таранивший ворота, вернулся несолоно хлебавши и тут же решил исправить это упущение. Зверюга, вальяжно устроилась прямо за линией досигаемости для стрелков и принялась лениво пощипывать траву, не обращая никакого внимания на матерные крики, доносившиеся со стен.       Хотя от регулярных штурмов это не защищало. По правде говоря, старожилы и вовсе не понимали, что мешает врагу, так умело взявшему внешнюю стену, повторить тоже самое с внутренней. Да, какая-то часть города будет разрушена, однако это едва ли хуже, чем постоянно атаковать крепость, защищаемую лишь несколькими сотнями солдат.

***

      Юканадузат яростно зашипел, пуская очередную молнию в притаившегося за стеной бойца. Крепкого телосложения мужчина, держащий в руке тяжелый чекан, повалился на лестничные ступени.        Как оказалось, сопротивление встреченное в катакомбах, было еще лишь цветочками. Ягодки лежали впереди. К счастью, целительные заклятья помогали, а на редкость спокойный мировой эфир, позволял применять куда как больше заклятий. Однако этого все равно не хватало. Все члены отряда с нетерпением ждали окончания миссии.       А оно стремительно приближалось. Вот, под ударами магии пали последние стражи, и перед глазами скинков предстала дверь. Огромная, отлитая целиком из странных, алхимических сплавов и опутанная заклятиями, с которыми справился бы не каждый асур. К счастью, никто из присутствующих, кроме разве что вождей-скинков, не жаловался на недостаток магических способностей.       Спустя минуту, ворота приоткрылись, оставив скинков в предвкушении. Юканадузат уже знал. Простые стражи и остатки городского ополчения, не имели никакого представления о том, что же лежит за ними. Маги просто отдали им приказ сторожить башню, а сами удалились в верхние покои, предварительно вынеся все самое ценное. Этим объяснялась прекратившаяся несколько часов назад активность. Тех же кого Юканадузат и остальные бойцы встретили ранее, были обычными подмастерьями, не имевшими реального боевого опыта.       И вот заметный миг, створки отворились, вызвав у наблюдавших за этим сцинков… Желание сотворить парочку огненных вихрей.       Оргия. Вот что происходило там. Совершенно разнузданная, лишенная даже мельчайшего намека на моральные запреты оргия.       А в центре погрузившейся в разврат залы, сиял портал, объяснявший все происходившее тут.       Юканадузат молча вскинул в руке посох. Он уже слышал о таком из показаний пленных теплокровных. Демоническая энергия. Нечто, способное толкать на путь похоти любого, кто не был защищен самой богиней. В большом количестве, правда, и это помогало далеко не всегда.        Зато теперь стало понятно предназначение второй двери. Экранирование. Собравшиеся здесь существа, явно не горели желанием быть раскрытыми раньше времени.

***

      Наставленные в лицо наконечники стрел — именно это было первым что увидел Дуллин после того, как весь перемазанный в грязи, вывалился из каменного зева вместе с соратниками.       Два наконечника стрел и хмурые лица арбалетчиков, если точнее. Очень хмурые лица.       — Кого я вижу? — Раздался насмешливый голос из-за спин закованных в превосходные доспехи стрелков. — Неужели сам великий Босефальд почтил нас своим присутствием?       — Лоренсус. — Хмуро поприветствовал своего старого знакомого паладин. — Давно не виделись.       — И вижу я, ты далеко не рад счастливому воссоединению. — Стрелки расступились, пропуская названного Лоренсусом вперед. Это был упитанный, можно даже сказать толстый мужчина с густой бородой, проседь в которой указывала на относительно преклонный возраст. Толстые губы его, расползлись в улыбке, когда взгляд коснулся грязного словно нищий Босефальда. И тут же съехались обратно, от вида стоявших глубже в тоннеле путников.       — Но хватит чесать языками, словно две старухи с рынка. — Лоренсус едва заметно коснулся рукой богато выделанной гарды клинка, болтавшегося на поясе. — Хотя довольно забавный факт. Каждый раз когда я тебя встречаю, кто-то из нас оказывается в дерьме. — Толстяк усмехнулся, видимо довольный своей шуткой. — Впрочем… Сейчас мы оба умудрились увязнуть в нем по горло...       — Мы? — Босефальд чуть не сорвался на крик. — Тебе напомнить, по чьей милости я вообще оказался в этом городе? По чьей милости, старый баран?       — Попрошу без грубостей. — Примирительно поднял руки Лоренсус. — Мы все же не постояльцы портового кабака.       — Вашблагородие. — Вклинился в разговор до этого молчавший дедок. — Нас тут ентого, вообще то, сожрать-с хотели. Я к тому веду, сам понимаю что человек я мелкий, не чета вам, но… Может изволите пройтись чуть левее, мне с моими ребятками наружу хочется.       — Это еще что за сухофрукт? — Усмехнулся толстяк. — Никак капитан стражников. Тилиус?       — Уж пятьдесят шесть лет как Тилиус, ваш благородие. — Простодушно ответил боец. — А вы как я понимаю, Лоренсус Андерсский. Премного наслышан. Все пиратствуете-с?       — Слухи несколько… Преувеличивают. — Замялся Лоренсус, не ожидавший такой осведомленности от старого капитана городских стражников. — У нас с государством… Взаимовыгодный союз. Я обязуюсь не грабить их города и щипаю деревеньки монстров на побережье. Они дают мне некоторую долю Лескатийских доходов. Совсем немного, так, чисто символическая плата за угодное Богине дело.       Внезапный толчок, чуть не свалил бывшего пиратского барона с ног. Он закачался, словно пивной бочонок и лишь двое телохранителей, быстро подхвативших его под руки, позволили каперу на свалиться в грязную лужу, одну из многих разбросанных по полу.       — А все же ты прав… — Прошипел Лоренсус, стряхивая с одеяния попавшую на дивные ткани грязь. — Если мы тут останемся, то протянем недолго.

***

      Юканадузат завороженно смотрел на древний артефакт, обнаруженной в той самой комнате, где недавно предавались разврату множество теплокровных. Выполненный в форме куба, он испускал успокаивающий золотистый свет, казалось служивший антиподом той скверне, что до этого наполняла помещение.       К счастью, теперь все распутники были преданы праведной каре, их внутренности разбросаны по залу, а дневник заведующего башней реквизирован для нужд людоящеров. Таких например, как попытка понять что же тут произошло.       Разумеется, понимать будут в будущем, сейчас надо выбраться отсюда, по возможности уничтожив саму башню. Кто знает, что ее хозяева успели припрятать тут.       Вот только для начала… Покрытая чешуей ладонь скинка прикоснулась к искусной резьбе, покрывающей артефакт. Поначалу ничего не происходило и оракул думал уже отдернуть руку, когда в разум его начали проникать видения. Перед глазами потемнело. Сосуды вздулись, а энергетические разряды пробежали по посоху. К счастью, длилось это все лишь считанные мгновения, после чего скинк погрузился в обыкновенный транс.        Юканадузат видел. Видел сокрытую истину, давно забытую невежественными людьми, и их, еще более невежественными врагами — монстрами. Истину, которую бережно хранил артефакт, ожидавший покуда его не коснется рука избранников древних.       Гигантский город, наполненный людьми. Именно его запечатлел артефакт в первую очередь. Без сомнения, это был достойный народ. Используя силы, даруемые их богиней, теплокровные сумели создать удивительный сплав технологий и магии. Враг же их, чьи далекие потомки и стали в итоге теми, внешне безобидными монстрами, которые живут на планете сейчас, полагался на совершенное познание плоти и манипуляции ею.       Нет ничего удивительного, что два народа сталкивались в заранее продуманных самой богиней стычках, где побеждал то один, то другой. И так могло бы продолжаться и дальше. Быть может, когда-нибудь, два народа расселились бы по космосу. Но увы, они не успели.       В один, поистине ужасный день, множество кораблей, идеально гладких, созданных из удивительного серебристого металла, появились на орбите планеты. Древние. Создатели жизни почтили этот мир своим присутствием. И удивились. Вместо совершенной гармонии жизни, к которой стремился каждый слуга порядка, жители его, не ведавшие о царстве хаоса, вели бессмысленную и бесконечную войну, на радость друг другу, сумасбродной богине и кое-кому гораздо более зловещему.       Выход нашелся быстро. Мир рожденный из войны должен кануть в нее же, дабы новый мир, мог быть взращен. Вторжение началось.       В разуме сцинка проносились картины. Огонь, боль, холод. Ужасающей силы заклятья, смешивающиеся в дивные вихри энергии. Армии, сражавшиеся друг с другом на протяжении многих недель.       И разумеется конечный итог. Древние предпочли уйти. Мир войны, и так отнял у них слишком много времени. Однако кое-что они сделали. Уменьшили масштабы. От ранее великих цивилизация осталась лишь блеклая тень, со временем и вовсе почти полностью истаявшая.       — Пришла пора уходить. — Сухо прошипел Юканадузат когда поток видений наконец то закончился. — Это мес-с-с-сто должно быть предано огню.

***

      Завры под предводительством Крок-Гара рвались к порту. После многочасовой осады, внутреннюю стену банально разломали при помощи специальных таранов, открыв тем самым путь к последнему месту, где еще теплилось сопротивление. И хоть число сражающихся было невелико, последний защитник отдавал им должное. Защищались люди яростно.       Даже когда враг превосходил их десятикратно те не бежали и не падали на колени. Лишь крепче перехватывали оружие и кидались в заранее проигранную сечу.       И вот, остался последний отряд. Позади вьются паруса кораблей и шумит прибой. Впереди, отряд заурусов. Человеческие стражники подняли щиты, выставили вперед копья и ждали. Ждали своей последней битвы. Крок-гар решил не вмешиваться. Древнекровный ящер потрепал своего ездового зверя. Гримлок утробно зарычал, внимательно глядя на побоище.       Впереди строя вышла девушка. Её серебристые волосы были теперь покрыты кровью. Повязка съехала в сторону, открывая взор на ужасный шрам, проходящий через правый глаз. Доспех был покрыт бороздами и вмятинами, а левая рука беспомощно висела, словно кусок мяса. Мерсея бросила свою алебарду и достала меч. Она знала, что это конец, но всё равно хотела продать дороже свою жизнь. Собрав все оставшуюся силу и волю в кулак, она издала клич и повела отряд в последнюю атаку. Завры и Стражники сошлись в схватке.       Люди дрались отчаянно. Звон мечей слился в единую какофонию с криками раненных и ревом завров. Вот, голову одного из ящеров сносит массивный боевой молот, зажатый в руке еще совсем молодого стражника. Вот, один из человеческих мечников оказывается насажен на искусно выделанное сцинками-ремесленниками копье, удерживаемое завром-ветераном. Этих, так одновременно таких похожих и разных элементов было множество. Кровь лилась рекой, дабы стечь в успевшую окраситься воду.       Но досмотреть все страшное представление до конца последнему стражу не дали. Когда на набережной стояли всего лишь десять человек, окруженные многочисленными заврами. Когда казалось что битва вот-вот кончится победой слуг древних. Когда Гримлок втянул ноздрями воздух, наполнившийся запахом крови и внутренностей. Именно тогда чародейская башня, стоявшая на другом конце города, исторгла из себя поток чистого света. Древний камень трескался, под его напором, превращаясь в мельчайший песок. Соседние дома занимались, и вспыхивали также, как вспыхивает сухой хворост.       Спустя секунду, весь город потонул в ослепительном свете. И лишь фигурка сгорбленного сцинка угадывалась в самой середине бури. Фигурки нескольких сгорбленных сцинков.       Синхронно с этим, вторая вспышка пламени прорезала небеса. На этот раз, огонь вырвался за чертой города. Свечение, складывалось в фигуру напоминающую арку.       — Пер-рестроиться! — Прорычал Крок-Гар ожидавшим приказов заврам. — Защищать городские стены!