Ты боишься смерти, жестянка?

Ты боишься смерти, жестянка?" Тихим эхом прозвучал грубый голос в, осветлённом лишь одной слабой лампочкой, офисе. Андроид немного вздрогнул, когда тёмная фигура наставила к его голове огнестрельное оружие. "Почему ты это делаешь?" "Почему в тебе так много злости и ненависти?" "Я люблю тебя" Железное, такое ненастоящее, такое неприродное, сделанное человеком голубое сердце, сжалось. Это не страх, это- боль. Человек создал. Человек убил. Но разница в них, лишь одна, убил, убивает, любимый. Любимый человек. Тот, из-за которого учащается серцебиение, из-за которого тириум жарит идеальные прозрачные вены, тот, из-за которого ты готов отдать жизнь. Нет. Жизни. Даже если эта любовь не взаимна. Даже тогда, когда он убивает тебя морально. Унижает. Кидает лишь злобный и полный ненависти взгляд. - П-почему? Почему в тебе так много ненависти и злости? Почему ты отвергаешь меня? Я люблю тебя. -- На концах пластиковых глаз появились капли прозрачной жижи. Это не слёзы. Нет. Это что-то больнее. Грубее. Что убивает тебя изнутри. Режет, издевается. Запрещает умереть. Но убивает. Медленно и жадно. В ответ тишина. Всего-лишь пару минут. Но для Андроида она длилась вечность. Била его. Издевалась. Резала каждый миллиметр Пластиковой кожи. - Хотя бы последний поцелуй... -- Андроид и не ждал ответа. Он знал, что для его любимого, такого прекрасного человека, это лишь слова. Нечего. Лишь слова. Слова. Слова неживого существа. Неприродного существа. Выстрел. Это конец. Разрывающий всё внутри конец. Рай для андроидов, да? Он всё ещё существует? Это же не просто слова? Мне страшно. Из пластиковых уст выходят такие прывычные слова. Такие уже никому не нужные. Ничего не значащие, уже. - Я л-люблю тебя -- влажному от тириума языку так сухо. Сухость в горле. Такая странная. Такая необычная. Такая горькая. Убивающая. Умирающее пластмасовое тело падает на деревянный пол. Голубой от тириума деревянный пол. Силы лишь посмотреть последний раз на любимое личико. Любимое личико человека. Такого ненавидящего меня. Он так медленно приближается. Садится на колени. На его шоколадных глазах поступают капли слёз. Он приподнял мою голову, пропуская пальцы правой руки через мои волосы, подходящии, так приятно, к затылку. Он наклоняет своё лицо. Я не могу сфокусировать взгляд, но я хорошо вижу слёзы. Его шоколадные глаза, в которых хочется утонуть, наполнены слезами. Уголки моих губ приподнимаются. Это улыбка. Неживая улыбка. Хах, смешно. Это прекрасный каламбур в данный момент. Если бы у меня были силы на смех, я бы смеялся, но лишь издал тихий, обжигающее горло, кашель. Он приблизился, так близко. Я чуствовал его тяжёлое, полное боли дыхание на своих губах. Лишь сантиметр от поцелуя. Дай его мне, пожалуйста. Я так хочу узнать, как это, целовать любимого. Несколько секунд и его губы на моих. Он жадно, как будто в последний раз, прикусывает мои влажные от тириума губы. Я бы ответил на поцелуй, но не в силах... Лишь ладонь моей руки прикоснулась к его щеке. Я почуствовал его щетину. Указательным пальцем пару раз погладил её после чего моя рука упала. В глазах лишь темнота. Это конец? Счастливый конец? - Я тоже люблю тебя, Конни. Да. Определённо счастливый. Если бы я мог, я бы ответил " Я рад этому, Гэвин" и улыбнулся, этой самой, бесящей тебя, идеальной улыбкой. Но, я мёртв. И я не вижу рая. Я ничего не вижу. Лишь темнота.