***
Идя по улице, Кей рассматривал город. Светлые витрины магазинов так и притягивали к себе взгляд. Прохожие мимо люди спешили по своим делам, и каждый из них чем-то отличался. Кто-то шел ровной, отточенной походкой, притягивая взгляд и вызывая восторг, кто-то семенил между людьми, стараясь не задеть никого, чтоб не привлекать к себе лишнего внимания. На встречу Кею шли парочки, некоторые из которых не стесняясь прижимались друг у другу, а некоторые довольствовались лишь прикосновением ладоней. Иногда Кей тоже хотел прикосновений. Как и у каждого человека, у него было тяга к ласке. Не той, опошленной молодежью, другой. В нутрии Кея таилось желание любить. Любить глубокой ночью, еле касается друг друга под нежный, обволакивающий свет луны, любить утром, трепетно обнимая за талию того, кто так же трепетно и нежно будет давать тебе любовь, не взамен, а потому что хочет, любить холодными вечерами, греясь в руках друг друга, тихо переговариваясь пустыми фразами не для общения, а для того, чтобы слышать голос забравшийся уже глубоко в сердце. Любить. Это желание распирает Кея изнутри ночами, днями, всегда, но он никогда в этом не признается. «У меня этого не будет» С комом в горле он признаёт, что не сможет надломить свою гордость, не сможет открыться кому-то настолько, чтобы доверить всё, что лежит на душе. «Слабак» Побродив по городу ещё пару часов, Кей взглянул на время, которые которое близилось к половине третьего. — «Черт, у меня подработка уже через час» — глубоко вздохнув, Кей как можно быстрее решил отправиться туда.***
— Привет, рано ты сегодня, — поприветствовав семпая, поклонился Тобио. — Здравствуй, почему это рано? — с маской безразличия поинтересовался Кей, начиная переодеваться в рабочую форму. — Видимо ты забыл, но сегодня наш график работы сместился. Директор решил нагрянуть с проверкой рано утром, забыл? — усмехнулся Тобио, — так что выйти ты должен на два часа позже, — Кагеяма гордо приподнял голову, обычно он забывает обо всем, что ему говорят. А тут сам Цукишима Кей что-то забыл. — Нет, не забыл, — фыркнул Кей, — просто сегодня уж больно хорошая погода, и я решил, что ты бы хотел провести это время с Шоё, — скалясь, размышлял Кей, — я не прав? — Ч-чего это ты такой заботливый? — прищурился Кагеяма, — у нас и без твоих подачек найдется время встретится, — краснея, он начал интенсивнее протирать стаканы. — Уверен? — усмехнулся Кей, — у меня на сегодня нет дел, поэтому я не против начать работать раньше. — С-серьёзно? — промямлил Тобио, и в его глазах пробежала искра. — Я сейчас передумаю, — поднимая подбородок продолжил Цукишима . — Нет! Я согласен. Спасибо семпай! Кей уже давно был знаком с этими двоими. Зная (не по своей воле) о загруженности этих двоих, он понимал как плохо истинным друг без друга. Он хоть и холодный, но не безэмоциональный. «Пусть хоть кто-то насладится любовью...»***
Смена уже близилась к концу. Кей всё чаще поглядывал на часы, в надежде увидеть заветные девять часов. Стоя у прилавка Цукишима неторопливо протирал запачкавшиеся кофе автоматы. Ближе к вечеру атмосфера в кафе всегда становилась спокойной и более уютной, нежели днём. Спокойная музыка, всегда игравшая здесь, и интерьер в золотисто-коричневых тонах, помогал посетителям расслабиться, и отдохнуть от суеты большого города. Ближе к закрытию в кафе оставалось от силы десять человек, наслаждавшихся последними часами уходящего дня. С каждой минутой в кафе оставалось всё меньше и меньше людей, пока, ближе к половине девятого, в пределах зала не осталось и вовсе никого. Проследив за удаляющейся спиной последнего посетителя, Кей уже хотел закрывать кафе, но звон висящих над дверью колокольчиков его остановил. Видимо, не судьба ему сегодня освободиться пораньше… В кафе зашли трое парней. Один из них был знакомым Кея, Акааши Кейджи. Высокий, темноволосый бета, не очень крепкого телосложения. Изредка у них совпадали пары, обычно это были физика или электротехника, на которой они и познакомились. Цукишима и Акааши быстро нашли общий язык, так как и одного, и второго лицо чем-то смахивало на кирпич, заставляя большинство обходить их стороной. Пару раз они обедали за вместе, тихо беседуя и игнорируя любопытные взгляды в свою сторону. Кейджи был одним из тех, с кем можно было общаться на совершенно разные темы. Их спектр был практически ничем не ограничен. Они могли разговаривать и о цвета носков, надетых сегодня, о молекулярной биологии, или же перекидываться какими-нибудь историческими фактами. И о том, как у них получалось переходить с одной темы на другую, ничем не связанную с предыдущей, они не задумывались. Хоть они и учились на разных курсах и факультетах, они смогли построить более-менее приятельские отношения. Кейджи стал вторым человеком в жизни Кея, кто смог проломить стену внутри него, поселившись в холодной, на первый взгляд, душе. Вместе с Акааши зашли ещё двое парней. И, как предположил Кей, над каждым из них природа немного поэкспериментировала, ведь у обоих были довольно странные причёски. Оба были очень высокие, под метр девяносто, крепкого телосложения, так и говорящие своими натурами о том, что перед смотрящим альфа... Один из них чем-то смахивал на… сову? Сильный изгиб бровей открывал взору большие, светлые глаза, смотревшие на Кея с неким озорством, а довольно странная причёска немало так дополняла образ, выглядевшего так по-детски, молодого человека. Второй же, как показалось Кею, был похож на… кота. Такого себе, большого, величественного и немного дикого кота. Странность его причёски не ушла далеко от такой же нелепой прически его друга. Одна половина чёлки спадала на лицо, вторая же была зачёсана назад, а идеально чёрный оттенок волос казалось поглощал в себя весь свет, ведь даже блики на них едва виднелись. Его изучающий взгляд остановился на Цукишиме, из-за чего по его спине пробежали мурашки. Резко отворачиваясь, Кей интенсивнее обычного начал начищать столешницу. «Что за странные ассоциации с животными… Что ж, надеюсь, долго они тут не задержатся» Кей, готовясь выйти к посетителям, глубоко вздохнул, набрав в легкие побольше воздуха и застал. В нос ударил резкий аромат терпкого, и в то же время сладкого кофе, с еле уловимой ноткой мёда. Сладкий запах подтолкнул толпу мурашек прокатиться по телу Цукишимы снова, уже в более большем количестве. От кончиков пальцев и до кончиков волос пробежал едва уловимый электрический ток, вводя Кея в ступор. «Какого чёрта?!» Голова начала кружиться, а ноги подкашиваться. Чтобы хоть как-то удержать равновесие, Кей облокотился на стойку, которую минутой ранее натирал. Аромат был настолько приятный, что Кею хотелось вдыхать его снова и снова. Невероятно насыщенный аромат заполнил лёгкие полностью, отдавая покалываниями в районе груди. Ноги отказывались удерживать вес Кея на себе, поэтому ему пришлось осесть на пол, прижимаясь мокрым от пота лбом к внутренней стороне стойки. Сердце всё никак не хотело возвращать привычный ритм, больно ударяясь о рёбра, доставляя дискомфорт. Подогнув ноги к себе, он лихорадочно стал обдумывать причины, из-за которых его тело могла начать себя так вести. «Течка?.. Но из-за чег- БЛЯТЬ!» Приподнимаясь на трясущихся ногах, он выглянул из-за стойки, и с непониманием посмотрел на только что усевшуюся за стол троицу. «И один из этих двоих мой истинный?! — немного прикрыв глаза, он выдохнул, — спасибо, блять, судьба, за столь приятный подарок, в столь нужное время, в столь прекраснейших обстоятел- БЛЯТЬ-СУКА-ЗА-ЧТО-ТАК-БОЛЬНО-ТО-А?!» Живот скрутило первым спазмом, из-за чего ему снова пришлось осесть на пол. Почувствовав неприятную пульсацию в причинном месте, он молился, чтобы он не начал течь, но, видимо, у судьбы сегодня было слишком хорошее настроение. Заметив его состояние, к нему подбежал Сугавара, один из работников кафе. — Цуки, что такое?! — практически подлетев к нему, он с беспокойством смотрел в глаза Кея, — что с тобой? Очень больно? Может… — Сугавара-семпай, хватит — охрипшим голосом пробормотал Кей, — это течка. — Но ты же не… — Коуши ошарашено смотрел на Кея, пытаясь проанализировать выданную ему информацию. — Семпай, давайте я потом всё объясню, — пытаясь не всхлипнуть от боли продолжил Цукишима, — у вас есть блокаторы или… хотя бы… обезбол? — Ох, боже мой, да, конечно, сейчас, — пробормотал Сугавара, помогая подняться Кею с пола, — они в комнате персонала, пойдем, а то сидеть и распускать здесь свои феромоны кажется, лучшая идея… Быстро пройдя в комнату, Цукишима запихнул в себя пару таблеток, и, хватаясь за живот, простонал. — Так, Цукишима, вот тебе одеяло, — Коуши кинул ему в руки сомнительного вида покрывало, — замотайся в него и ложись, должно стать легче. Вопросительно подняв бровь, Кей не стал перечить и, перевернувшись набок, уткнулся носом в одну их подушек, лежащий на диване. — Вот и хорошо, а я пойду, обслужу клиентов, — ещё раз пробегаясь взволнованным взглядом по спине Цукишимы, Сугавара направился в зал.***
Зайдя в кафе, Бокуто и Куро бурно обсуждали подробности сегодняшнего матча, проходившего у них в университете. Проходя ближе к столику, выбранному Акааши, Тецуро повернулся к официанту, что обеспокоенно на него смотрел, а после того как заметил на себе ответный взгляд, тут же отвёл его. Садясь за стол и интуитивно принюхиваясь, он поперхнулся слюной, почуяв сладкий, головокружительный аромат мяты, отдававший леденящей свежестью. Вдыхая его полной грудью, он почувствовал небывалое стремление увидеть обладателя этого запаха. Ресницы его мелко подрагивали, а грудь всё чаще взмывалась вверх, из-за частоты его дыхания. У Тэцуро уже как второй день продолжался гон. Желание поиметь всех омег и так присутствовало, чуть ли не каждую минуту, а тут ещё и возбуждающий аромат течной (а он в это уверен на сто двадцать процентов) омеги разносился по всему помещению. Он хорошо контролировал гон, и мог не карабкаться от неконтролируемого возбуждения на стены, так, как это делали многие альфы, закрывая себя дома. В надежде расслабиться под вечер с друзьями, он с Акааши и Бокуто решил пойти в кафе, где, по мнению Акааши, готовили самый вкусный кофе, и где царила самая спокойная атмосфера. Но, вместо вкусного кофе, Куро получил каменный стояк. — Эм, бро, с тобой всё нормально? — поинтересовался Бокуто, — Ты какой-то.. бледный. — Хе, всё нормально, мне п-просто нужно в туалет, — Куро, медленно поднимаясь, пытаясь как можно лучше скрыть свой стояк футболкой, — я сейчас…***
— Ака-ашии, что это с Куро? — Видимо, у него серьёзные проблемы с контролем гона, — монотонно ответил Акааши, — по крайней мере, сейчас. Молчание затянулось на добрых несколько минут. Приятная музыка и тёплая атмосфера расслабили Кейджи, и облокотившись на спинку стула, он медленно покачивал головой в такт музыки, не замечая подошедшего официанта. — Будете что-нибудь заказывать? — привлекая к себе внимание, спросил Коуши. — Нет, спасибо, нашему другу стало плохо и мы решили, что он может зайти здесь в туалет, — Кейджи мило улыбнулся, и направил вопросительный взгляд на Сугавару, — это не проблема? — Конечно нет, — уважительно поклонившись, Коуши отправился к Кею. — Акаа-аши, ты не должен так улыбаться каждому встречному, — канючил Бокуто, — это не честно! Мне ты так редко улыбаешься… — он разлёгся на весь стол и жалобно заскулил. Акааши нежно положил руку на волосы Бокуто, начиная медленно их перебирать. — Успокойтесь, это простой знак дружелюбности. — А можно показывать дружелюбность без этой улыбки? — Бокуто говорил очень тихо, как будто вот-вот готов расплакаться. Положив голову на вторую руку Акааши, он немного успокоился, начиная ласково тереться о тыльную сторону ладони Кейджи. — Я постараюсь, Бокуто-сан, — прошептал Кейджи, нежно поцеловав его в висок. — Хм, Куро-сана уже довольно долго нет. — Подождем ещё, дай ему надрочиться вдоволь, — ляпнул Бокуто. — Поскорее бы бро уже нашел себе омегу, а то ходит как в воду опущенный. — Действительно. А в это время, как и сказал Бокуто, Куро во всю ублажал себя, пытаясь как можно больше впитать в себя аромат мяты. Представляя омегу, извивающуюся под ним, Куро пытался скрыть стоны удовольствия, чуть ли не до крови кусая свою ладонь. Интенсивно вдалбливаясь в свою руку, он старался как можно сильнее сжать член, доставляя себе максимум удовольствия. Кончив, он вопросительно посмотрел на свою руку, с которой густыми каплями падало семя, не понимая, как вообще он может кончить только от запаха. Выйдя из кабинки и помыв руки, он чувствовал боль в груди, сразу понимая, кому она принадлежит. «Истинный…» — большими красными буквами пронеслось в голове Тэцуро. Подняв глаза, он увидел своё отражение в зеркале, понимая, что его глаза чуть ли не светятся от мысли, что где-то рядом его истинный. Течный истинный.Альфа внутри него заволновался, закрутился волчком, скуля, упрашивая скорее найти обладателя его прекрасного запаха. Куро и сам разрывался от желания обнять, или хотя бы увидеть этого человека. Недолго думая, Тэцуро выбежал из туалета и побежал к стойке, за которой стоял официант. — Здравствуйте, извините за беспокойство, но кто-нибудь из работников еще присутствует в кафе? — Только я, — Сугавара пытался отвечать как можно спокойнее, ведь как только к нему подошел Тэцуро, он понял, почему Кей так отредактировал. Сугавара и сам был омегой, так что понять, что перед ним стоит альфа в период гона, не составляло труда. — Но… — Простите, но нам пора закрываться, — перебил его Коуши, — по правилам кафе мы не должны вас выгонять, но уже довольно поздно. Куро продолжил стоять, и пялиться на Сугавару. Подождав пару секунд Коуши снова обратился к нему. — Молодой человек? — с нажимом произнес Коуши. — А, да, конечно… — Тэцуро сам не понял почему завис. Запах всё ещё стоял насыщенный, так что он точно знал, что его омега всё ещё находился в кафе. Заглянув за кассира, он увидел дверью позади, за которой, как он понял, и сидела омега. — До свидания, — Сугавара поклонился и продолжил разбираться с бумагами, которые лежали перед ним. — До.. свидания, — так же поклонившись, Куро направился к своим друзьям.***
На улице было тихо, разве что изредка проезжавшие мимо них машины нарушали мнимый покой. Домой все трое шли молча. Куро из-за огорчения, что так и не увидел свою омегу, а Бокуто и Акааши, понимая ситуацию друга, безмолвно пытались его поддержать. Акааши не был омегой, но они с Бокуто встречались уже довольно давно. Они любили друг друга, несмотря на что. То, что у них не будет своих детей, они прекрасно понимали. Всех прелестей отношений между альфой и омегой они тоже, навряд ли, смогут познать. Некоторые личности даже пытались задеть их этим, но весь негатив в их сторону прекращался после того, как они показывали свои парные метки. У Бокуто был филин, гордо восседая, заполнял собой пространство на правой лопатке Кейджи, а у Акааши — сова, распахнув свои крылья, восседая на его груди. О том, что метки парные, спорить никто никогда не решался, ведь сущности парней были понятны по одному взгляду на них, да и идентичный цвет говорил сам за себя. <***
Куро медленно брёл по сверкающим улицам Токио, опустив взгляд на асфальт и пиная попадающиеся на его пути мелкие камни. Только что, судьба-злодейка, коварно усмехаясь, украла у него возможность увидеться со своей истинной парой, и ведь он даже особо не сопротивлялся… Глубоко, обречено вздохнув, он решил, что больше не даст так легко «ведьме» забрать у него кусочек счастья…