14
5 июля 2018 г., 19:24
***
Юнги не был сентиментальным, но, когда дело касалось его вещей и тем более его Чимина, все становилось иначе. Он готов был разъебать все, даже убить собственного приятеля. Что он, конечно же, сделал. Ему было совершенно плевать, ему всегда все сходит с рук, он держит большой бизнес и никакая полиция и вышестоящие должности просто не могут его посадить, хотя бы потому что часть от своего заработка он переводит полиции. Все благодарны Юнги, и он знает, на кого надавить или кому сделать нужный звонок. Юнги был очень влиятельным человеком, поэтому не чувствовал свою ответственность. Старший зашел в палату и увидел, что Чимин попытался приподняться, чтобы поприветствовать его. – Не вставай и вообще не двигайся, – скомандовал тот, – тебе надо отдыхать. – Я чувствую себя намного лучше, – приподнимаясь с кровати, говорил младший и улыбался. Юнги наблюдал за действиями Чимина, но не осмелился подойти ближе. Послышался стук в дверь. Врач заглянул в палату и позвал старшего на разговор. – Вы его подопечный? – они вышли в коридор, закрыв за собой дверь палаты. – Типа того, – отмахнулся Юнги, – что с ним? – В данный момент состояние стабильное, – начал врач, – но если у него не будет покоя в течение недели, ничем хорошим это не закончится. – Что я должен делать? – Юнги напрягся, но держал себя в руках до последнего. – У него было сильное кровоизлияние, я уж не хочу вдаваться в подробности, но если вы "того", – он посмотрел на Юнги вопросительным взглядом, – то лучше на несколько месяцев забыть об этом, вы перестарались. – Просто скажите, что мне сделать, чтоб ему стало лучше, и что ему нельзя делать. – Во-первых, ему запрещены эмоциональные потрясения, это именно то, что вызвало состояние комы, во-вторых, отдых, никаких физических нагрузок, и, конечно же, секса, – врач говорил все четко и совершенно спокойно. Юнги воспринимал все серьезно, не смея перечить врачу, все-таки на кону стояло здоровье Чимина. – Я все понял, – ответил Юнги, – когда его можно отвезти домой? – Думаю, завтра, если не будет никаких осложнений, то можно забирать, – он пролистал нужные документы, попрощался и ушел. – Значит, ты под моей опекой, – прошептал старший себе под нос, заходя в палату, – Чимин, как себя чувствуешь? – садясь на стул возле кровати, спросил тот. – Мне больно сидеть, но так вроде все хорошо, хен, – улыбнулся тот старшему, отчего он поднапрягся и вздохнул. – Ты помнишь, почему ты здесь? – Помню, – опустил голову младший. – Больше никто не посмеет к тебе прикоснуться, – серьезным и злым тоном прошептал Юнги. Чимин, ничего не отвечая, также сидел с опущенной головой и теребил рукав своей больничной одежки. – Завтра я забираю тебя отсюда. – Снова к тебе? Или в подвал? – дрожащим голосом спросил Чимин. – Мы едем туда, где тебе понравится, – немного подумав, ответил Юнги. – Я не хочу никаких сюрпризов, хен, после одного я чуть не умер. – Я не позволю никому больше дотронуться до тебя, – Юнги внимательно вглядывался в грустные глаза младшего, от чего тот еще больше напрягся, опуская голову. – Я не видел людей больнее тебя, Юнги, ты – самый страшный человек, которого я встречал, и я с легкостью могу сейчас закричать так, что тебя уведут, – тихо отвечал Чимин, боясь ответной реакции. – Я могу организовать тебе встречу с друзьями, если ты хочешь, – будто бы не обращая внимания на слова младшего, продолжал Юнги, – но с условием, что ты поедешь со мной кое-куда. – Куда ты хочешь меня отвезти? – младший немного выдохнул, что на Юнги не повлияли его слова, но все еще сидел в напряжении от того, что его снова хотят куда-то увезти, где может быть только хуже. – Туда, куда я скажу, Чимин, – Юнги медленно взял руку младшего в свою и улыбнулся, облизав перед этим губы. – Что будет, если я откажусь? – еще тише спрашивал Чим. – У тебя нет выбора, – Юнги слегка поцеловал его в тыльную сторону ладони, отчего Пак вжался в кровать так, что хрен отдерешь. – Это не повлияет на мое состояние? – Нет, – Юнги отпустил руку младшего, вставая со стула, и приблизился к его лицу, – до завтра, – он шепнул, еле задевая губами чужое ухо, и у Пака в этот момент бешено заколотилось сердце. Чимин еще долго сидел, уставившись на закрытую дверь, ощущая себя как в клетке. В борьбе с Юнги у него нет никаких шансов. Он совсем один, и никто ему не поможет.
