20
8 января 2020 г., 02:51
***
Чимин лежал на заднем сидении машины и молчал. Его взгляд не выражал ничего, это было выше его сил. Его одели в безразмерную майку и такие же штаны, которые Юнги приготовил для него на всякий случай. Старший размышлял, сидя за рулем, о произошедшем. На ум ничего не приходило, он только злился. Постепенно до него доходило, что он убил людей из-за Чима, что чуть не просрал бизнес из-за него. «Так может просто избавиться от него?», – он перевел взгляд в зеркало заднего вида, чтобы увидеть Чимина, свернувшегося калачиком. Он крепче сжал руль и ухмыльнулся своей мысли. Машина подъехала к дому Юнги, и он подумал, что сегодня ему лучше побыть с Чимином вдвоем, без посторонних. – Выходи, – Юнги открыл заднюю дверь. – Можно я останусь здесь? – он не сдвинулся. – Я два раза не повторяю. В доме, не было и намека на то, что недавно произошло. Приятный цветочный запах разносился по всем комнатам, пропали осколки и разлитый алкоголь, полы сверкали от чистоты. Уборщица постаралась. – Иди в лоджию, только без глупостей, - приказ отдан. У Чимина в голове что-то поменялось после того, как он увидел смерть человека. Этот момент не выходил у него из головы. Он помнил похороны близких, но воспоминания были такими мутными и призрачными, что не шли ни в какое сравнение с недавно увиденными событиями. Люди никогда не умирали у него на глазах. Джин наклонился к мертвому телу, его выражение лица невозможно было описать и забыть. С какой любовью он целовал Намджуна в надежде, что тот очнется. Он подумал, что смерть – это не так уж страшно для тебя самого, как для людей, которые любят тебя и переживают потерю. У Пака сердце сжималось от грусти и злости, но он не мог ничего сделать. Мельком пронеслась мысль о том, что Юнги мог с такой же легкостью убить Чимина. И никто не скорбел бы по нему. Он был бы не первым и вряд ли последним из списка убитых Юнги.. «Юнги – чудовище», – Чим зажмурился. – Приятно познакомиться, – Юнги зашел в лоджию и протянул стакан с той самой жидкостью, которую Чимина заставляли пить ранее. – Я не буду, – заметив алкоголь, он отвел взгляд и посмотрел на горы. – Пей. Чимин сжал кулаки до боли, он хотел со всей силы развернуться и ударить старшего в челюсть, но знал, что попал в руки к тому, кто с легкостью мог убить человека, да еще и смеясь при этом. Он выхватил стакан из рук Юнги и выпил все залпом. Чим поежился от неприятного вкуса, алкоголь прожигал горло, внутри все горело. – Еще, – младший отдал ему стакан и снова отвернулся от него. Юнги достал из мини-бара полную бутылку виски и разлил по бокалам, не церемонясь и заполняя их до краев. Чимин пил. Много и залпом, допивая все без остатка. Пару раз он почувствовал, что его тошнит. Но, справляясь с рвотным порывом, начинал глубоко дышать, едва тошнота отступала, Пак, словно безумец, продолжал пить виски. Ровно до тех пор, пока Юнги не показал, что бутылка пуста. – Юнги, – тихо позвал его Чим. У самого уже глаза окосели, тело стало ватным, а свои движения он и вовсе перестал контролировать. – Мм? – Мин сидел на шезлонге, а в его взгляде не читалось ни единой мысли. – Расскажи мне о себе, – его язык заплетался, было сложно сфокусировать взгляд на глазах Юнги. – Ты хочешь, чтобы я рассказал о себе? – удивился старший. – Хочу узнать настоящего Мин Юнги. – Много хочешь, – Юн допил алкоголь в своем стакане и поставил его на пол. – Но раз ты мой… Перед тем как продолжить, Мин долго смотрел вдаль, он думал, с чего начать, что можно сказать, а что – нет. – Помнишь, я говорил, что не сумасшедший? – он немного потупил взгляд, рассматривая младшего, заметил его слабый кивок и продолжил. – Я болен, Чимин, врачи называют это «Антисоциальным расстройством личности». Я не могу контролировать свои действия, такие как: импульсивность, пренебрежение, агрессивность или безразличие к людям. Значит ли это, что я – сумасшедший? Чимин прокручивал в голове сцены с участием Юнги, и ведь действительно, в один момент он абсолютно нормальный, а через секунду уже готов убивать людей или смотреть на чужие страдания. – Это лечится? – пытался ответить Чим максимально трезвым голосом. – Возможно, – он перевел взгляд на младшего и, немного подумав, произнес: - Думаю, на сегодня хватит, пойдем спать. Они поднялись на второй этаж здания, и Юнги завел Чимина в комнату, в которой тот еще не был. Здесь преобладали шоколадные тона, и от этого комната казалась уютной и теплой. По середине, над изголовьем кровати было огромное окно, с не до конца задернутыми шторами. Сама кровать была большой, и на ней красовалось много мягких на вид подушек. В углу комнаты стоял письменный стол, рядом с ним – книжный шкаф. «Неужели он так много читает? – пронеслось в голове Чимина. – Если бы не его болезнь, он был бы совершенно нормальным». – Ты будешь спать здесь, – он указал на кровать. – А ты? – зачем-то спросил Чим. – Я… Пока займусь работой, я много натворил за эти дни, – он сел за рабочий стол и открыл ноутбук. Пальцы его сразу застучали по клавишам, а взгляд Юнги был серьезный и сосредоточенный. – Спокойной ночи, – устроившись поудобнее, Чимин начал засыпать. – Добрых снов, Чимин. Юнги время от времени отвлекался от работы и поглядывал на Чимина. Он спал так крепко и расслабленно, как будто ничего и не произошло, как будто он спит у себя дома. С какой-то стороны Юнги расслабляло это, а с другой, он знал, что вторая личность Юнги снова может вырваться на свободу и сделать больно Чиму. Мин закончил с работой, разобравшись с тем, что он наделал, он замял дела, конкуренты были обезврежены, а полиция разберется сама. Чимин почувствовал давление на кровати рядом с собой, отчего он вздрогнул. Пак ощутил холод чужих рук, обвивающих его за талию, почувствовал, как его прижимают к себе со спины. Чим лежал неподвижно несколько минут и тяжело дышал. – Расслабься, Чимин, – ухо обожгло горячее дыхание. «Расслабишься тут» – Чимин, – еще тише прошептал старший, – поцелуй меня. – Это приказ? – отозвался Чим. – Станет приказом, если ты этого не сделаешь. Чимин медленно начал разворачиваться в чужих руках, пока не столкнулся со взглядом, полным неуверенности и боли. – Юнги, я… – Чим не ожидал когда-либо увидеть Юнги таким. Он был разбит, подавлен и… Одинок? – Просто сделай это. Чим с грустью в глазах потянулся к шее Юнги, обвивая ее, и медленно, словно боялся спугнуть, начал приближаться к губам старшего. Юнги никогда никого не целовал, и тем более не просил об этом. Для него это было в новинку. Трахать – трахал, но не позволял никому проявлять чувства. От мягких губ Чимина Юнги с головой накрыл поток ощущений. Он целовал медленно, нежно, слегка касаясь. У старшего сносило крышу, и не в плохом смысле. Юнги было хорошо до такой степени, что он не желал останавливаться. Темп набирал обороты, Юнги углубил поцелуй, позволяя младшему сжимать пальчиками свои волосы на затылке, оттягивая их. Тем самым, он прижимал Чимина еще крепче к себе. Голова кружилась от переполняющих чувств, дыхание сбилось. Послышалось приглушенное шипение, когда Пак специально прикусил язык старшего. Это завело Юнги, и он повалил Чима на спину, а сам навалился сверху, продолжая при этом его целовать. Чимин в таком положении чувствовал себя самым маленьким на свете, но как ни странно, защищенным. Руки Чима блуждали по волосам Юнги, сжимая их время от времени и притягивая его голову ближе к себе. Старший от этих действий получал такой спектр удовольствий, что не передать словами. Они задыхались друг в друге. Не было никакого сексуального подтекста, все было таким правильным? Юнги не думал повалить младшего и трахнуть после всего этого, он хотел лишь целовать его прекрасные губы до утра. Юнги только подумал об этом, как Чимин медленно начал разрывать поцелуй. Они дышали горячим дыханием в губы друг друга и смотрели в глаза напротив. – Юнги, – переводя дыхание, шептал Чим, – мне страшно. – Что? – Юнги непонимающе слез с младшего. – Просто давай спать, пожалуйста, – Чим отвернулся от Юна и закрыл рот кулаком, боясь сделать лишние движения, он начал беззвучно плакать, и только слезы, стекавшие на подушку, оставляя след, выдавали его. Юнги наблюдал за младшим и разглядел проступающие гематомы и следы от ногтей на его талии. «Блять»
