Глянец

      Ник отвёз девушек в студию Тони. Шерил и слова не произнесла за всю дорогу. Антуанетта молча держала её за руку всё это время. Топаз было очень интересно, что же творилось в этой рыжей головке. Блоссом только что лишилась контракта и рабочего места. Неужели Вероника действительно пошла на такое? Наркотики чудом не лишили модель жизни.       В студии Шерил тоже вела себя очень тихо, что в принципе ей было несвойственно. Тони не хотела лезть сейчас к ней и отправилась в душ. Сегодня у неё нет клиентов, поэтому девушка займётся обработкой снимков. Так приятно наконец оказаться под струями горячей воды после ночи, проведённой в больнице. Она очень беспокоилась о Блоссом и надеялась, что та не закроется в себе. Топаз помнила те времена, когда весь мир разваливался на кусочки, а поговорить об этом было совершенно не с кем. Приходилось переживать всё внутри и пытаться самой не распасться на части. — Приготовить тебе что-то вкусное? — спросила Антуанетта, присаживаясь рядом на кровать. — Знаешь, — смотря куда-то в пустоту, произнесла Шерил, — я не могу поверить, что Вероника сделала всё это. — Ты считаешь, что она не способна на такое? — осторожно поинтересовалась Тони, которая не знала о Лодж ровным счётом ничего. — В тот день, когда мы с Джейсоном передознулись, — на глазах модели появились слёзы, говорившие о сильной боли, — Вероника… она была с нами. Ей тогда повезло, и она не попала в больницу. Она помогала мне справиться с потерей брата. Вероника знает, как я отношусь к наркотикам… — Ужасно, на что люди готовы пойти ради того, чтобы заполучить рабочее место.       Топаз придвинулась ближе к Блоссом и обняла её. Казалось, за день девушка стала ещё худее. Плечи Шерил тряслись от безмолвных рыданий. Тони гладила девушку по спине и чувствовала, как сильно выступали ключицы и позвоночник. Антуанетта решила, что точно сделает блинчики на завтрак. Раздался звонок. Блоссом нехотя разорвала объятия и взяла телефон с тумбочки. На какое-то время она замерла, смотря на экран телефона. — Что такое? — Это Вероника, — сглотнув, Шерил подняла трубку. — Алло. С чего ты интересуешься, как я? — Топаз не могла слышать, что говорила Лодж. — Ты в ужасе? То есть ты в ужасе оттого, что сама же сделала? Брось, я же знаю, что ты сделала это ради получения контракта.       Блоссом бросила трубку, не желая продолжать разговор. Тони понимала, что внутри Шерил сейчас бы кипел гнев, если бы она не была так слаба. Топаз мучал один вопрос, который она всё же решилась задать: — Почему вы с Вероникой поругались? — Потому что я переспала с Ником, а он ей нравился.       Эти слова поразили Антуанетту, что она даже не смогла произнести ни слова. Её челюсть буквально поздоровалась с полом. Она даже не знала, как нужно отреагировать. — И с тех пор у нас немая вражда, — пожала острыми плечами Блоссом. — Немая она, конечно, после того, как Вероника вылила на меня коктейль на вечеринке. — Вы так и не помирились? — Нет, — отрезала Шерил. — Пойду приготовлю тебе завтрак, а ты отдохни.       Топаз и сама сейчас не против поспать пару часов, но ей хочется подбодрить Блоссом и помочь ей быстрее восстановиться. Девушка быстро закинула в миску муку, молоко, яйцо; когда она потянулась за солью, в комнату вошла Шерил. — Мне там слишком одиноко, — присела за стол модель. — Тебе помочь? — Можешь размешать вот это, — улыбнулась Тони, ставя перед девушкой ёмкость с тестом.       Блоссом послушно начала взбивать содержимое венчиком, пока Топаз добавляла туда остальные сыпучие ингредиенты. Антуанетта включила кофемашину, и комнату заполнил аромат свежего кофе, к которому вскоре присоединился запах жареных блинчиков. Тони с улыбкой на губах наблюдала, как Шерил поглощала свою порцию, и была готова отдать ей свою. Когда они покончили с завтраком, модель обняла Антуанетту, а потом накрыла её губы своими. Топаз готова каждый день проводить так; она очень хочет, чтобы её гостья перестала быть гостьей, а переехала бы сюда окончательно. Поцелуй прервал звонок в дверь. — У меня сегодня нет заказов, — нехотя Тони поплелась к двери.       Шерил направилась за хозяйкой дома, которая уже открывала замок. Неизвестно, кто больше удивился, когда увидели, что на пороге стоят Вероника и Ник. В руках Лодж держала огромный букет алых, словно кровь, роз. — Пожалуйста, не прогоняй меня, — Вероника так и продолжала стоять в дверях, боясь пройти внутрь. — Это ты её сюда привёл? — Блоссом недовольно скрестила руки на груди, прожигая Сент-Клэра взглядом. — Я выяснила, кто подсыпал тебе наркотики, — не дала ответить юноше Лодж. — Это была Джози, — Вероника сделала шаг вперёд, а Шерил продолжала с вызовом на неё смотреть. Ник и Тони с опаской наблюдали за происходящим, опасаясь, как бы не началась схватка. — Зачем ей это? — строго спросила модель. — Если бы я не получила это место, мне пришлось бы её уволить, потому что я бы не смогла какое-то время ей платить. И вообще, — Лодж подошла ближе к Блоссом, протягивая ей букет. — Прости меня за всё. Я не должна была злиться на тебя из-за Ника. — Так вы из-за меня поругались? — на лице Сент-Клэра отразилось даже не удивление, а настоящий шок. — Помолчи, Ник, — одёрнула его Вероника. — Я не хочу больше злиться на тебя. — Ладно, — Шерил выхватила у неё из рук букет. — У нас ещё осталось немного кофе, — произнесла улыбающаяся Антуанетта, которая радовалась, что старые подруги помирились. — Заходите. — Мне нужно ехать, — сказал Ник, показывая рукой в сторону выхода. — До встречи, — юноша улыбнулся и ушёл.       Топаз поставила красивые розы в вазу, думая, что ей не придётся завтра бежать за цветами для съёмок. Краем уха Тони слышала, как Вероника интересуется делами Шерил. Они мило беседовали и не пытались разорвать друг друга на части. — Я поговорила с Estee Lauder, и они готовы взять тебя, — сделав глоток кофе, сказала Лодж. — С чего бы тебе это делать? — Блоссом бросила на неё недоверчивый взгляд. — Ты мечтала об этом с шестнадцати. А Джози уже ищет мне другие варианты, заглаживая свою вину.       Топаз казалось, что такое невозможно исправить. Она почти убила человека, а за такое сажают. Через двадцать минут Лодж ушла на какое-то собеседование. Наконец девушки остались наедине. Без лишних слов Шерил взяла Тони за руку и увела её в спальню, где вскоре воздух накалился до немыслимых пределов. Сейчас в одно естество слилось не только два тела, но и две души.       Топаз крепко обнимала Блоссом, пытаясь отдышаться. Она уже не представляла жизни без этой огненной девушки, она бы снова не вынесла одиночество. — Переезжай ко мне, — выпалила Антуанетта. Удивлённая Шерил отстранилась от неё. — Я понимаю, что я, наверное, слишком тороп… — Блоссом перебила девушку: — Я сейчас же позвоню Бетти, чтобы она привезла все мои вещи. Лицо Тони украсила лучезарная улыбка. Теперь с одиночеством покончено раз и навсегда.