На луне

      Все время, что я существую, пыталась понять несколько вещей. Первая одновременно самая бесполезная и самая нужная. Для чего все это? Весь этот мир? Жизнь? Для чего? И каждый раз ответы были разные, к тому же со временем теряли свое значение. В итоге этот вопрос пришлось оставить совсем.       Вторая – странная и пугающая. Кто я? Кто я на самом деле? Могу ли я иметь хоть какую-то пользу для этого мира? Время же определило меня к творчеству. Да, я пою на сцене песенки, развлекаю людей, самовыражаюсь. Не это ли то, что я хотела всю жизнь? Не это ли определяет меня как меня?       А третья – простая и вовсе ненужная. Почему я?       Бесконечный поток ругани вертится в моей голове каждый день. От него не сбежать и никак не прибрать. Конечно, можно облегчить себе жизнь и ответить на первый вопрос каким-нибудь банальным словом любовь, но обманывать саму себя хочется в самый последний момент.       И вот я, не видящая ни в чем смысла, встречаю тебя. Такого неприметного на первый взгляд, соединяющего в себе те качества, что вертятся в моем личном хаосе. Холодные глаза, аккуратные изгибы вен, белые волосы, мимика, движения, а главное голос. Как хрипло и леденяще прозвучало «Разрешите?». Да, я разрешила. Дала согласия пройти. Пройти мимо и между тем остаться теплым чувством внутри. Таким нежным и успокаивающим. Нужным.       Через ожидания, разочарования, нелепость ты напротив меня. Вечер, подоконник, глаза. Прекрати смотреть так на меня. Я давно ждала этого разговора. Целую неделю, что ты всячески избегал меня. Что за секрет между вами? Почему я в неведение – это правильно? Почему вообще существует "вы"?       Глупые и безответные вопросы - вечный спутник моей жизни.             - Я должен был сказать тебе раньше. Мое прошлое – это то, что ты можешь не понять. И я боюсь потерять тебя, когда ты узнаешь кое-что.             - Твою мать, Глеб. Прекрати это. Ты потеряешь меня прямо сейчас, если будешь продолжать уходить от этого.             - Я в долгу перед ней. Однажды она помогла мне, и теперь я… должен.             - Что именно?             - Пока не знаю.             - Почему ты не можешь отказаться?             - Тебя даже не волнует, что это за долг?             - Меня вообще мало волнуют вещи, что уже были совершенны и сделать с ними ничего нельзя, - отчеканила Аня, не отрывая взгляда от Глеба, который сжимал и разжимал кулак, а во второй руке прокручивал сигарету. Дым, уходящий в открытое окно, был пропитан страхом и не особо заметной агрессией.       Еще один глубокий вдох, сигаретные токсины всасываются в бронхах, а затем выходят наружу с клубком дыма и чувствами, оставляя лишь смолы.             - Я зависим от наркотиков. Она принесла мне то, что нужно, чтоб я не сдох. Еще у нее дохрена чего в телефоне, что может в один миг разрушить все, что у меня есть сейчас. Если ты уже хочешь предложить пойти в полицию, то это бесполезно. Ее отец, связи и прочая хуйня.             - Ты и сейчас? – с осторожностью девушка задала вопрос.             - Нет, - уверенно произнес Глеб, наконец соизволив посмотреть Ане в глаза.             - Ну тогда почему я должна уйти от тебя, если ты не…             - Потому что я теперь в рабстве. И у меня нет выхода.             - Он есть всегда, как бы банально это не звучало.             - Не в этот раз, - отчеканил Глеб, потушив бычок и отправляя его вниз, - Пойми, Леся хочет насладиться моими страданиями, я попробую что-то придумать, но пообещай мне, что не будешь с ней ни о чем говорить, встречаться с ней и вообще забудь, что она есть. Хорошо?       Аня стиснула зубы от неприятной боли в плечах, ведь Глеб и сам не заметил, как сильно сжал девушку.             - Ты меня умоляешь?             - Нет, ставлю перед фактом.             - Я не глупая. Но пока я не вижу в ней ничего такого, не понимаю твоего страха.             - Надеюсь, и не поймешь, - Глеб разжал руки, встряхнулся и направился к спальне. - Я спать. Устал. Идешь?             - Чуть позже.             - Хорошо.              Дверной хлопок. И вопросов еще больше.

***

            - Привет, проходи.             - Привет. Извини, что так поздно.             - Да ладно, тебя я рад видеть в любое время.              Аня слегка улыбнулась. Даня был для нее достаточно загадочным человеком, даже темным. Ходящей темной загадкой. Но именно он приходил тогда, когда казалось, что ответов нет, именно он был светлым лучиком добра в трудные минуты – ссор с Глебом.                    - Мне нужно кое о чем тебя спросить.             - Оу, он уже рассказал тебе, что я собираюсь уйти из Династии?             - Что?             - Ты не знаешь?             - Что ты сейчас сказал? Уйти?             - Странно, что не сказал, видимо придется мне.             - Не успел, наверное. Но подожди… как уйти?             - Наши дороги с Глебом расходятся. А ты сама не заметила, что он странный какой-то в последнее время?             - Да, есть немного. Что значит расходятся? А как же «Если Панк, то только белый» и все в этом ключе?             - Ань, так бывает. Люди перестают друг друга понимать. Ценности меняются, меняются люди. Вот я и решил меняться.             - Это как минимум неожиданно. И как максимум странно.             - Ну что ж… а о чем ты хотела поговорить?             - Я… ах, да… я… Дань. Скажи мне, а у Глеба были какие-то проблемы в последняя время?             - У него постоянно какие-то проблемы...             - Хм... Я понимаю, но...             - Ань, не тяни. Говори, как есть.             - Что у Глеба с наркотой?       На пару секунд Панк окаменел, глаза были наполнены удивлением, а уголок рта дергался от набегающих мыслей.             - С чего этот вопрос? Ты считаешь, что это как-то связано с тем, что он странно себя ведет? Могу тебя уверить в том, что никак.             - Нет, я так не думаю. Обычный вопрос.             - Ну… вряд ли человек приедет в два ночи, чтобы просто спросить "обычный" вопрос. А вообще тебе лучше поговорить с ним.             - Ладно, проехали. У тебя есть чай?             - Да, конечно, сейчас все устрою. Ты точно в порядке?             - Определенно.       Аня попивала чай, наблюдая, как Панк работал за ноутбуком. Казалось, что он и правда никогда не выпускал его из рук. Человек-вечная-идея по ночам всегда писал биты, что впоследствии вызывали мурашки по всему телу. Его музыка была окутана мрачной дымкой, вызывающей интерес. Девушка до конца не понимала, как творчество Фараона продолжит без этой дымки. Аня догадывалась, что у Панка без Династии все получится, а вот у Фараона без Панка - вряд ли. Хотя она будет и рада ошибаться в последнем.             - Дань, я поеду, уже три.             - Да ладно, оставайся, куда ты поедешь.             - Я на машине и отвлекать тебя не особо хочется, поэтому пойду.             - Ну ладно, приезжай, а то я скучаю.              Аня снова улыбнулась. Как же легко у него получается простой и безобидной фразой вызвать самые светлые чувства.                    - Пока.             - Пока.

***

      Телефон трещит от нескончаемых звонков. Господи, сколько время? Глеб потирает глаза, кинул взгляд на закрытые шторы, а потом на девушку рядом. Она была отвернута от него, ее каштановые волосы аккуратно ластились по подушке, выпирающие ключицы манили к красивой шее в небольших засосах, отставленных Глебом. Мысль о этих ранках досталяли ему удовольствие, потому указывали на то, что она его. И только.       От размышлений снова отвлек треск телефона. Позыв тошноты. Кажется, что он понял кто это. Глеб взял мобильник в руку. Быстрый взгляд на время. Семь утра. Три СМС от Каф. Пять пропущенных звонков. Эта женщина всегда капала на мозг.             - Да, алло.             - Я хочу, чтобы ты приехал.             - Что? Ты с ума сошла? Только семь утра.             - И что? Ты забыл, что ты мне должен? Я хочу тебя видеть.             - Зачем?             - Привези мне вина, хорошего только.             - Что за тупорылые просьбы? Ничего умнее не придумала?             - Время идет, Глеееб. Я жду.             - Ну так зачем ты его теряешь? Не пойти бы тебе сразу на хер?             - Не заставляй меня каждый раз напоминать тебе, что я могу сделать.             - Какая же ты тварь.             - Я тебя тоже очень люблю.              Тяжелый вздох, молчание, поток размышлений. И лишь один вопрос. Почему я?              Почему именно я? Действительно, почему…                    - Глеб, не испытывай мое терпение. Иначе я начну высылать ей фото, переписки и еще всякие…             - Ладно, ладно, я понял, скоро буду, только заткнись.             - Какой же ты грубый все-таки.             - Тогда нахуя звонить?             - Я потерплю, не волнуйся, такой шанс редко выпадает. Поиздеваться над самим Фараоном – это же…             - Заткнись уже.             - Фу-фу-фу, Глеб.              Голубин не стал отвечать и просто скинул трубку. Не хотя встал с кровати, быстро оделся и перед уходом задержал внимание на ней. На той, ради которой он все это делает. На той, что однажды дала понять, что он умеет чувствовать. На той, чьи губы подарили ему шанс. Шанс на чувства.             - Спасибо, Ню, - прошептал про себя Глеб и последовал к выходу из квартиры.             А все-таки, ради той или ради себя?

***

            - Спасибо за винишко, солнышко.             - Алеся, отвали, ты же знаешь, почему я это делаю.             - Нет, расскажи мне, - с ехидной улыбкой ответила Леся, подходя к Глебу ближе.             - Отойди.             - У меня появилась следующая просьба.             - Какая?             - Поцелуй.             - Что?             - Поцелуй меня.             - Ты нормальная? Я пошел. Пока.       Алеся вытащила телефон из кармана и уже яро начала строчить сообщение.             - Так, как ты думаешь, какую из этих фото мне лучше отправить твоей золотой Анечке или как там ее зовут? Все время забываю.             - Алеся, блять.             - Поцелуй меня.       Снова тошнит. И снова от самого же себя, от поступков, от этой жизни. Как же отвратительны ее волосы, совсем не такие. Грубый голос, прокуренный от сигарет. Порезанные руки от отчаяния и снова от тебя. Это ты сделал ее таким монстром. Она страдает из-за тебя.              А ты упорно пытаешься сохранить другого человека, взамен отдавая себя. Может быть, надо было спросить ее для начала? Нужны ли ей эти жертвы?       Глеб остановил в своем сознании время на несколько секунд, остановил свои мысли, в надежде избежать эти события. Он сделал быстрый шаг к Лесе и поцеловал ее. Запустил руку в ее жуткие волосы, давно не родные. Девушка тут же ответила ему и потянулась за телефоном. Сделала пару снимков. На щелчок телефона Глеб вернулся в реальность, посмотрел ей прямо в глаза, а потом на телефон.             - Какого хуя ты делаешь?             - То, что должна. Теперь можешь идти.       Алеся развернулась и слегка фыркнула на попытку Глеба схватить ее за руку и прижать к стене. Девушка снова ударилась головой. Затылок обдало нервным импульсом. А предплечье начало ныть от сильной хватки.             - С каких пор у тебя такая страсть прижимать к стене?             - Твою мать, Алеся, где телефон?             - Хочешь поискать?             - Не играй со мной в свои конченые игры.             - Я еще не в полную силу это делаю, успокойся.             - Ты невыносимая сука, - толчок об стену и снова удар головой.             - Ты пожалеешь, что распускал свои руки.       Глеб выпустил девушку из рук и ринулся к двери. Руки чесались от того, как хотелось что-нибудь ударить. Злость, агрессия, гнев. Он сел в машину. Резкий хлопок дверью. Рев машины. И вот она бедная дорога, встречающая ВМВ со скоростью 200 км в час. Лучше бы он бил стену.

***

      Аня проснулась одна. Никого. И с каждым разом это становится все более странным и пугающим. Она как обычно взяла телефон. Проверила пару соцсетей, ответила на вчерашние сообщения и попыталась собраться с мыслями.              - Где он может быть? – негромкий вопрос повис в воздухе.       Как будто кто-то услышал. Как будто она этого ждала. Сообщение от неизвестного номера. Мир застыл. Страх. Недоверие. Вопросы. Вот оно снова – то самое чувство разочарования.                     Фото.                     А на нем и ответ.                     Он. С ней.