Мелкими каплями красного золота капает дождь...

POV

— Есть три вида вампиров: Истинные, Высшие и Нижайшие. Высшие представляют собой тех вампиров, которые стали таковыми по собственному выбору и желанию. Им при «перерождении», то есть перед началом новой жизни, даётся выбор: остаться людьми или присоединиться к нам. Те, кто выбирает «вечную жизнь» становятся довольно сильными вампирами, которые, при определённом количестве тренировок и наличии неких сил, могут претендовать на звание глав кланов. А вот, что касается Нижайших…так называются вампиры, которые стали таковыми не по своей воле. Обычно, это происходит по их собственной глупости… Вампиры — очень мстительные существа. Разумеется, у таких, пока ещё людей, выбора нет. Хочешь-не хочешь, а вампиром станешь. Кроме того, кусая их, Высшие вампиры не смягчают укус, как это делается с Высшими, а, напротив, приносят им как можно больше боли. У Нижайших появляется способность видеть в темноте и двигаться несколько быстрее обычных людей, но такой силы, как у Высших, у них не будет. Они сильнее людей, но намного слабее Высших. Такие вампиры выполняют в основном черновую работу и толку от них не слишком много. Нижайшие не могут сделать кого-либо вампиром, у них нет на это ни сил, ни привилегий. В общем, удел Нижайших — презрение.       Джин-Хо замолчал, а я всё сидел и обрабатывал полученную информацию. Иерархия вампиров оказалась проще людской, если говорить о титулах, однако это не мешало ей быть и более туманной. — Ты говорил о трёх видах… А что же собой представляют Истинные? Так ты их, кажется, назвал?.. — Истинный вампир, то есть тот, который является лидером и предводителем нашего народа. Он может быть только один, и это… — Суан, — тихо шепнул я. — Ну как? Я ответил на твой вопрос?       Я не совсем понял, почему Суан называется Истинным, а не Высшим. Разве процедура превращения не одна и та же? Но спрашивать не стал, решив, что на первый раз узнал и так достаточно. — В полной мере, — в полтона сказал я.       Я невольно улыбнулся. Рассуждения Джин-Хо казались простыми и какими-то честными. Из его же слов я без труда понял, что сам он — Высший. Иначе бы не рассуждал о Нижайших с таким равнодушием. Да и вряд ли бы являлся другом и доверенным лицом Тэхёна. — Возможно, вопрос будет некорректным, — осторожно начал я, — но…кто сделал тебя вампиром?       И я, чёрт возьми, знал ответ ещё до того, как он прозвучал. — Тэхён. — А почему ты согласился? Ведь, ты — Высший, а, следовательно, выбор у тебя был. — Был, — кивнул Джин-Хо, — понимаешь, Чонгук, мне осточертела та моя жизнь. А после того, как я потерял своего старшего брата, — его столкнули с крыши, — вообще утратил желание жить. По чистой случайности встретил Тэ. А дальше, сам понимаешь…       Мне стало неловко за своё непомерное любопытство — наверняка Джин-Хо было неприятно вспоминать об этом. — Прости, Джин-Хо, я не хотел напоминать… — пробормотал я. — Эй, ты чего? — улыбнулся вампир, присев рядом со мной на корточки и положив свою руку поверх моей, — мне несложно было поделиться с тобой. Честно, я не в претензиях.       Я благодарно кивнул, немного смутившись от его близости. Джин-Хо так хорошо относился ко мне, что на душе становилось тепло и спокойно. Кто, знает, может, если бы мне в ту ночь предложил выбор тот вампир, я бы тоже не отказалась от «вечной жизни». Кто знает… — И, всё-таки, как у вас всё запутано! — выдохнул я. — Ну что тебе на это сказать… — Джин-Хо ненадолго замолчал, — был бы ты вампиром, тебе бы не казалось всё так уж запутано. У нас ведь вся жизнь такая. — И не устаёте? — поинтересовался я, понимая, что от чего можно устать, тем более им — вампирам. — Вампиры не чувствуют усталости, только слабость, — ответил Джин-Хо. — А разве это — не одно и то же? — Нет. Совсем нет. Слабость у нас появляется из-за голода, а голод — из-за недостатка крови. — А недостаток крови — из-за недостатка людей? — усмехнулся я.       Джин-Хо рассмеялся, чуть сильнее сжав мою руку. — Ну, можно и так сказать.       Я улыбнулся, разглядывая его лицо. Он казался таким молодым и открытым… Такие качества невольно располагают к себе. — Послушай, — сказал я уже серьёзно, — и многих вы…гхм… — Выпиваем? — подсказал мне Джин-Хо. — Ну да… — Нет. Зависит от луны. — Луны? — удивлённо переспросил я. — А что, в ваших умных книжках об этом ничего не сказано? — Мало, — пожал я плечами. — Ну, в общем, самое большое количество жертв появляется, конечно же, в полнолуние. Остальное — в зависимости от состояния. — И сколько за одно полнолуние выпивает один вампир? — Порядка одного-двух человек, — пожал плечами Джин-Хо, — как правило, мы не убиваем людей, а просто отправляем их в глубокий крепкий сон. Тут уж всё зависит от человека и его внутренних резервов — он может проспать ночь и наутро встать совершенно бодрым, а может пройти и несколько суток, прежде, чем он придёт в себя. Но бывает и так, что вампир не может вовремя остановиться, и тогда жертва погибает. Такие дела разбираются в Зале и судятся, само собой, самим Суаном.       Я не говорил этого вслух, но эта вампирская жизнь всё больше и больше завораживала меня. Это очень странное чувство… Я имею ввиду, разве не должно всё это хоть немного пугать меня? — Ну, мистер Чон Чонгук, что ещё вас интересует? — Извини, Джин-Хо, я не хотел наседать на тебя… — Нет-нет, что ты! — отмахнулся вампир, — меня развлёк этот разговор. Напоминает экзамен, не находишь? — Скорее лекцию! — рассмеялся я.       Джин-Хо встал и потянул меня за руку, заставляя встать с кресла. Я непонимающе посмотрел на него, а парень весело подмигнул мне. — Прогуляемся?