Часть 1
25 июня 2018 г., 18:10
— Люмос! — прозвучало в гостиной Гриффиндора — светловолосая первокурсница, которой и принадлежал голос, видимо, занималась домашним заданием по Заклинаниям. Небольшой свет появился на кончике её волшебной палочки.
На мягком диване недалеко от юной гриффиндорки сидела Гермиона Грейнджер, которая улыбнулась, вспоминая, как сама изучала это заклинание. Сейчас она уже пятикурсница, и ей нужно усердно готовиться к предстоящим в конце года экзаменам СОВ. Рон Уизли, её лучший друг, сперва пытался отговорить девушку от постоянных свиданий с книгами, но все аргументы вроде «еще много времени» были легко отбиты контраргументами и, конечно, взглядом гриффиндорки, после чего её друзья больше не предпринимали попыток отлучить Гермиону от книг.
Переворачивая очередную страницу, Грейнджер почувствовала, как что-то в ее кармане резко набрало температуру. Девушка быстро достала небольшой и уже остывающий предмет, что отвлек её от чтения не очень интересной главы про Бубонтюберы. На её ладони лежал фальшивый галлеон, на котором была обозначена новая дата встречи Отряда Дамблдора, это заставило Гермиону улыбнуться, но в следующую минуту галлеон уже вернулся в карман, а сама гриффиндорка продолжила поглощать информацию из учебника.
***
В нужное время все члены Отряда Дамблдора были на месте. Парвати Патил и Лаванда Браун уже успели перебрать кучу вариантов того, что их ожидает на сегодняшнем занятии, но никто и не предполагал, что это будет… — Патронус! — воскликнул Гарри. — Сегодня вы наконец сможете научиться защищаться от Дементоров… Последние слова парня пропали в радостных криках и восклицаниях студентов, которым не терпелось приступить к работе. Дело в том, что если твой Патронус совпадает с Патронусом другого человека, то вы являетесь соулмейтами. Никогда не знаешь, с кем тебе придется связать свою оставшуюся жизнь — это как игра в лотерею, потому для некоторых волшебников вызов своей магической сущности сродни праздника. Но если твой соулмейт по совместительству твой враг, это влечет за собой некоторые проблемы. Известен случай, когда много десятков лет назад профессор ЗОТИ продемонстрировал свой Патронус — крота, а через пару уроков из палочки лучшей ученицы курса вырвался аналогичный зверек, заставив студентку густо покраснеть и выбежать из кабинета.***
— Экспекто патронум! — произнесла Гермиона, но из палочки выпустилось лишь серебристое облачко. Вздохнув, она ещё сильнее сосредоточилась на самом счастливом воспоминании и крепче сжала палочку, — Экспекто патронум! Из палочки Грейнджер легко появилась и проплыла вокруг своей хозяйки небольшая серебряная выдра, заставив девушку удивленно ахнуть. Ещё на третьем курсе, когда увидела сияющего Патронуса своего лучшего друга Гарри, Гермиона поняла, что ей очень хотелось бы сейчас узнать форму и своей магической сущности, но всё же решила отложить это занятие до нужного времени. До этого момента ей оставалось представлять, какое животное вырвется из ее волшебной палочки, и какому человеку еще повезет с ним. Год назад перед отъездом в Дурмстранг Виктор Крам тихонько спросил у девушки, не знает ли она ещё своего Патронуса, но та лишь смущенно отрицательно покачала головой. «Напиши мне, если это окажется акула. Вот мой адрес», — произнес парень и дал Гермионе сложенный вдвое небольшой листок. Когда небольшая выдра последний раз покрутилась перед гриффиндоркой и исчезла, Гермиона решила помочь и другим. Подойдя к напряженному Рону, из кончика волшебной палочки которого вылетали только струйки серебристого пара, она решила уточнить, точно ли самое счастливое воспоминание крутилось у того в голове. — Ну, я был очень рад, когда подружился с Гарри в «Хогвартс-экспрессе». Это не то? — неуверенно спросил Рон. — Не совсем, — мягко начала Гермиона, — попробуй найти у себя в голове самое-самое счастливое воспоминание. Рыжий парень задумался и начал чесать затылок, но через пару минут вернулся в прежнюю позу с вытянутой перед собой волшебной палочкой. Он быстро глянул на Грейнджер, которая улыбнулась и кивнула ему, что придало Рону уверенности. — Экспекто патронум! — вместо тонких струек пара уже было небольшое облачко, — Экспекто патронум! — все то же. — Давай, ты сможешь! — Гермиона положила свою ладонь на плечо Уизли. — Экспекто патронум! — снова крикнул Рон. Долгожданный зверек начал появляться из кончика волшебной палочки рыжего гриффиндорца. Когда он полностью выплыл в комнату, оба гриффиндорца не могли поверить своим глазам: Рон — что у него наконец получилось выполнить задание, а Гермиона — от того, какое животное сейчас парило возле них. — Отлично, Рон, — сказал подошедший к ним Гарри. — Забавная выдра! — Да, здорово, ты молодец, — нервно произнесла Гермиона. — Я… пойду помогу Симусу. Быстро проговорив последние слова, девушка ушла в другой конец Выручай-комнаты.***
Почти всю следующую неделю Гермиона пыталась избегать своих друзей под разными предлогами: то её якобы звала МакГонагалл, то она должна еще дописать эссе к уроку Заклинаний, то ей нужно в библиотеку и так далее. Девушке казалось, что Гарри начал что-то подозревать, но сразу отгоняла эту мысль. Ей не хотелось сейчас говорить о своем Патронусе. Одни мысли твердили ей: «Ты разрушишь вашу дружбу», чего Гермиона очень боялась, а другие: «Ты же так долго ждала, когда наконец найдешь своего принца». На принца Рон точно не был похож, да и в качестве своего парня гриффиндорка никогда его не представляла. «Может, Рон сам не захочет быть с ней? В конце концов, только в том году Уизли понял, что она, вообще-то, девушка» Гермиона помнила, как на Святочном Балу Рон часто разглядывал её платье и прическу и корчил лицо, когда к гриффиндорке подходил Виктор Крам. Её рыжий друг иногда мог сказать что-то обидное, но в конце они всегда мирились, однако девушке не хотелось всю жизнь терпеть это, и она надеялась, что Рон однажды действительно повзрослеет и поймёт. Конечно, несмотря на имеющиеся минусы, рыжий гриффиндорец был неплохим парнем, и Гермиона понимала, что всегда может на него положиться. Ещё с первого курса Рон защищал её и от тролля, и от Малфоя, и от плохого настроения — Уизли всегда мог рассмешить её, а Грейнджер, разумеется, ценила это. Гермиона понимала, что никогда бы и ни на кого не променяла своих лучших друзей, но представлять одного из них в качестве своего парня было для неё минимум… странно и необычно.***
Одним из вечеров Гермионе на правах старосты пришлось патрулировать вместе с Роном этажи Хогвартса. Впервые за долгое время их окружало неловкое молчание, и, ничего не говоря, они обходили замок. Гриффиндорка заметила, что Уизли был напряжен, казалось, он даже не пытался это скрыть. Первым нарушил молчание парень. — Гермиона, как успехи с подготовкой к СОВ? — тихо спросил он. — Я вчера закончила с учебником «Тысяча магических растений и грибов», а сегодня начала готовиться к Древним рунам, — нервно улыбнулась Грейнджер. За пять лет она научилась читать его, поэтому догадалась, что это Гарри попросил Рона узнать, что с ней происходит. Или это была Джинни? Гермиона так и не решила, когда стоит признаться рыжему (и признаться ли вообще). Перед сном и даже на Истории магии она прокручивала в голове, как это может быть. Она даже на мгновение представила, что Рон никогда не узнает о её Патронусе, а сама девушка выйдет замуж за какого-нибудь другого волшебника. На самом деле за другого волшебника она выходить не хотела. — Слушай, Рон, я понимаю, что тебе нужно, — мягко начала Гермиона, чем застала врасплох Уизли, — Но я не знаю, как сказать. Гриффиндорка старалась не смотреть на друга, она разглядывала стены, двери и пол Хогвартса, чтобы не встретиться со взглядом Рона. Но если бы она даже мимолетно глянула на Рона, то заметила перемену на его лице — оно стало грустнее, как бы он не старался спрятать это. — Давай попробуем поговорить о чём-то другом? — предложила Грейнджер. — Ну, мы недавно с Гарри наконец закончили эссе по Зельям, еле нашли информацию в библиотеке. Снейп тот еще гад, — тихо закончил Рон, чтобы до всё слышащего профессора не дошла эта информация, терять баллы в конце года не очень хотелось, особенно учитывая тот факт, что факультет Рейвенкло почти сравнялся с Гриффиндором. — Еще я слышал, Фред и Джордж что-то задумывают на эти выходные. Как думаешь, может, они добавят в кубок Амбридж какое-то зелье? Я был бы не против посмотреть на её зеленое лицо, ей бы пошёл этот цвет: — усмехнулся он. Гермиона невольно улыбнулась — ей тоже не нравилась эта женщина, хоть девушка и старалась не желать вреда другим. — И ещё, — вновь раздался в тишине голос Рона, — Я так и не поблагодарил тебя за помощь. Там, в Выручай-комнате ты помогла мне поверить в себя. Я бы не смог… Ну, ты поняла. — он дождался кивка Гермионы, — Мой Патронус — выдра. Я спрашивал ребят из ОД, но ни с кем из них животное не совпало… Рона прервал непонятный звук — волшебная палочка Гермионы выпала из рук девушки и покатилась в сторону кладовки. В той части коридора было уже темно. — Люмос! — тихо произнес Рон. Свет волшебной палочки Уизли осветил небольшое пространство вокруг них, после чего они пошли на поиски палочки Гермионы. Она оказалась недалеко от ребят, девушка быстро её подняла и шагнула к другу. — Спасибо, — тепло улыбнулась гриффиндорка и увидела, что Рон улыбнулся ей в ответ перед тем, как потушил свет. — Кажется, пора уходить. Не думаю, что здесь еще кто-то остался.***
Скоро гриффиндорцы подошли к портрету Полной Дамы и после произнесения Гермионой пароля, прошли в гостиную. В углу ещё находились два второкурсника, но те поспешили быстро разбежаться по спальням, когда увидели старост. Уизли проверил, остался ли еще кто-то в гостиной, и уже собирался отправиться спать, как его остановила Гермиона. — Рон, останься, пожалуйста. Парень повернулся на голос и увидел, что Грейнджер стояла недалеко от камина, где догорали последние угольки. Он присел на мягкий диван и взглядом пригласил девушку. Несколько минут они сидели в тишине, и никто из них не решался начать разговор первым. Рон не знал, зачем Гермиона попросила его остаться, а сама Грейнджер уже успела пожалеть о своем решении — ей было трудно сказать даже слово. — У меня тоже, — тишину наконец прервал тихий голос гриффиндорки. Рон в недоумении продолжал смотреть на девушку и совершенно не представлял, что та имела в виду. — Тоже Патронус — выдра. — быстро проговорила Гермиона. Девушка не ожидала от себя, что сможет признаться другу. Это было довольно трудно для неё, но сейчас Гермиона чувствовала, будто избавилась от чего-то, что так сильно давило на неё в последнее время; будто стена, которую она строила всю неделю, просто рухнула. Грейнджер призналась себе, что чувствовала себя сейчас на своем месте. Даже совесть на мгновение кольнула её, что гриффиндорка должна была признаться Рону еще в Выручай-комнате или даже на следующий день. Девушке стало немного стыдно, что она неделю бегала от Уизли. Но в конце концов, её можно простить. А то, что Рон все еще сидел рядом с ней, говорило ей, что не всё так плохо. Тем временем Уизли пытался переварить в голове поступившую информацию. Патронус, Гермиона, выдра — всё перемешалось в его мыслях. Как и Грейнджер, парень не представлял её в качестве своей девушки. Гермиона была его лучшей подругой, не раз выручала в беде и даже давала списывать домашку, но Рон и не думал, что между ними может возникнуть что-то большее. Он помнил, как в том году ревновал гриффиндорку к Краму, но старался не подавать виду и даже не признавался себе, что действительно ревнует. Уизли даже не задумывался о том, кто может оказаться его соулмейтом, как будет выглядеть его девушка, он просто не придавал этому значения и, по правде говоря, ему не нравилось об этом думать. — Правда? — первое, что пришло на ум Рону. У него на лице все ещё читалось удивление. В ответ Гермиона лишь попыталась улыбнуться, но у неё получилось только слегка приподнять уголки губ — девушка очень волновалась и не представляла, что творилось в голове Рона. — Это… круто, — выдохнул Уизли, — Знаешь, это даже хорошо — не нужно узнавать человека получше, — уже увереннее произнес парень, на что получил тихий смешок. — Надо будет рассказать Гарри завтра. Рон не был уверен, против ли будет Гермиона, чтобы об этом знал Гарри, но с другой стороны, он же был их лучшим другом. — Да, но это будет завтра, а сейчас я пойду спать, — гриффиндорка была ещё немного напряжена, но в душе очень радовалась, что Уизли принял эту новость нормально. Она предполагала, что её друг вдруг выбежит из гостиной и больше не захочет с ней дружить, или просто не пожелает быть с ней. Хоть он и не сказал ничего толком. «Рон не был против, а это уже хорошо» — Спокойной ночи, Гермиона. — Спокойной ночи, Рон, — улыбнулась Грейнджер и скрылась на лестнице к спальням девушек.***
Уизли зашёл в свою спальню уже уставший, но счастливый. Полог трёх кроватей уже был опущен, закрывая спящих студентов. Поттер еще сидел и освещал Люмосом книгу, закрывающую Карту Мародёров, чего Рон и не заметил. — Как прошло дежурство? — спросил Гарри. Рон невольно улыбнулся и прокрутил в голове недавний разговор с Гермионой. — Как обычно — ни одного нарушителя, — усмехнулся рыжий гриффиндорец, укладываясь на кровать и опуская полог. Завтра у него будет трудный день. — Нокс!
