Тиран и секрет голубоглазой Шахирезады

Акаши удивленно кивнул. Продолжая ласкать парня льдом, он не заметил, как заигрался. И потом, взглянув на синие губы постанывающей пассии, откинул небольшой остаток льдинки в сторону и развязал ему руки. Куроко тихо поблагодарил, на что в ответ получил горячие объятия. Прижимаясь к холодному тельцу своим, Акаши жадно покрывал его шею и плечи поцелуями и укусами, руками поглаживая тело голубоволосого, распаляя его. И то, что Куроко молчал, но все равно поддавался ласкам, извиваясь под аловолосым, манило императора. Никаких наигранных стонов. Никаких отработанных действий. Ничего лишнего. — Акаши-кун, — тихо прошептал Куроко, рукой провев по волосам партнера, заставив увлеченного императора замереть на пару мгновений, а затем снова поднять на Тецую свои глаза. — Вы…- начал парень и, тут же получив новый след от горячего укуса в шею, тихо ахнул. — Не «вы», а «ты», — объяснил император, смотря на юношу, — так что ты хотел? — Ты слишком нежничаешь со мной, — начал Куроко, — это же мой первый и последний раз, не думаешь, что стоит делать это так, как тебе хочется? — То, что я император, которого называют тираном, не значит, что я не хочу нежности и ласки, — спокойно ответил Акаши, — или ты предпочитаешь садо-мазо? — Нет, просто… — Куроко вздохнул, — просто нет смысла делать это так, как не хочется тебе в данный момент. — Ты в чем-то прав, — Сейджуро взял атласную ленту и завязал бант у основания члена Тецуи, поглядывая на стиснутые зубки и полный грусти взгляд второго. Куроко явно не хотел, чтобы сказанное им обернулось так. Молча взяв в руки флакончик с полупрозрачной жидкостью розоватого цвета, он вылил часть содержимого на свои пальцы, приказав Тецуе перевернуться на живот и тут же отменив этот приказ. Ухмыльнувшись, император надавил на анус парня двумя смоченными пальцами: — Здесь был кто-то до меня? , — на что получил интересный ответ: — Каким образом? Куроко явно не до конца осознавал, как его будут брать. Ломать психику парня не очень хотелось, но Акаши загорелся идеей о том, что реакция данного индивида искрення и невинна. А потому стоит дойти до конца. Осторожно проталкивая один палец, Акаши смотрел на Тецую. Тот сильно сжался, закусив нижнюю губу и поджав к себе кулачки. Поняв, что стоит быстрее нащупать простату, Сейджуро начал немного двигать пальцем внутри Тецуи, что не привело к положительному результату. Даже приказы расслабиться на парня не действовали. И тут он вспомнил, как читал об этом однажды. В рассказе партнер после невинных ласк растягивал свою пассию языком. Сейджуро, сделав пару быстрых выводов из воспоминаний, вытащил палец и, вытирая его о полотенце, спросил: — Идти можешь или тебя донести? — Могу… — тихо прошептал Куроко, подумав, что не угодил императору и пришел его час расплаты. Но ни тут-то было. Акаши принес Тецую на руках (так как тот упал после двух шагов) в ванную. Опустив парня в горячую воду, он разделся и залез сам. Куроко быстро расслабился, но все же попросил Акаши развязать ленту так как сдерживание порыва кончить обернулось болью для парня. Хмыкнув, Сейджуро изменил свое положение и место в ванной, сев напротив Куроко вплотную к нему. Молча поцеловав Тецую в губы, император снова осторожно ввел палец. И, хоть голубоволосый снова сильно сжимался, он заметил, что тот уже не смог сделать это так же сильно, как было в прошлый раз. Парнишка был полурасслаблен, а это играло на руку. Когда Куроко привык к пальцу, Акаши начал терпеливо двигать им внутри парня, заставляя того привыкнуть к ощущениям и в тоже время ища простату. Вдруг почти привыкший и к этому странному ощущению Тецуя вздрогнул, резко прижавшись к аловолосому, сжимая палец и громко выдохнув воздух. — Здесь… приятно? — улыбнулся император, надавливая на найденное местечко. Куроко быстро закивал, практически не дыша, а затем снова громко выдохнул и жадно вдохнул новую порцию воздуха. Затем Акаши аккуратно ввел второй палец, и, занимаясь стимуляцией простаты, заставил Тецую быстро привыкнуть к этому количеству. — Сними повязку.ах… пожалуйста сними ее, — шептал Куроко. Поняв, что разговор идет о ленте, Акаши развязал ее, позволив парню кончить. — Так много… — К-конечно…