А если бы не Юри...

      — ЮРИИИИ,— раздался крик практически на весь этаж, а может и вовсе на всю школу. Голос Нацуки был резвым, надменным, но в то же время взволнованным и неуверенным.       Розововолосая вышла из кладовки, сжимая в руках мятую, пустую, но очень длинную коробку, что местами была заляпана какими-то пятнами, а её дно было полностью мокрым и с него сочились капли воды, что лениво отделялись от картонного покрытия и падали на деревянные половицы помещения клуба.— ЧТО. ТЫ. НАТВОРИЛА?!       Как и должно было быть, Нацуки, конечно же, заметила, что коллекция её любимой манги пропала бесследно, а единственное, что всё же от неё осталось — было коробкой для её хранения. Юри испуганно вскочила из-за парты, где сидела, оставляя открытую книгу "Портрет Маркова" одиноко лежать на месте, дожидаясь, когда же её снова возьмут в руки. По лицу девушки было видно, что именно этого она и ожидала, ведь выхода у неё не было никакого.       — Нацуки... Я могу объяснить.— неуклюже начала девушка, оглядывая остальных членов клуба, что непонимающе смотрели на неё, а после уже и на розововолосую.       Моника прищурила глаза, цепляясь взглядом только за смятую и мокрую коробку, чтобы хоть как-то возвести у себя в голове возможную цепочку событий, в которой, как она и услышала, виновата Юри. Саёри нервно прикусила зубами нижнюю губу, а __________ просто непонимающе стоял в дверном проходе, ведь только что пришёл в Литературный клуб, а тут уже начался какой-то конфликт.       — Я ТРЕБУЮ твоих ОБЪЯСНЕНИЙ!— вскрикнула уже ещё громче Нацуки, подходя к Юри так, чтобы они были чуть ли не вплотную, от чего фиолетововолосую такие действия пустили в лёгкую дрожь. Костяшки пальцев Нацуки были уже белыми от того, что она невыносимо сильно сжимала коробку.       — П-п-понимаешь...я...— продолжила Юри, но Нацуки её тут же перебила.       — ЧТО ТЫ!? ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА С МОЕЙ МАНГОЙ!??       — Нацуки,— ровно, но довольно громко для адекватного тона общения сказала Моника, прекращая её крик.— успокойся, пожалуйста. Ты ей даже и слова не даёшь сказать,— повернувшись к Юри, та кивнула.— Продолжай, Юри.       — Я..... ну.... я хотела заварить чай, и.... а твоя коллекция мешала мне дотянуться до заварника, и я её положила на пол.       — Дальше,— поторопила Нацуки Юри, но уже спокойным, кажется, дрожащим местами голосом.       — Я н-начала тянуться к за-заварнику.       — Иииииии!???— На вопрос Нацуки Юри только вздохнула, а после, закрыв глаза и набрав в грудь побольше воздуха, на выдохе уже чуть-ли не выкрикнула ответ:       — Я забыла, что в заварнике осталась вода и от неаккуратности уронила его прямо на твою мангу! Нацуки, п-прости меня!       Ответа не последовало. После двух минут молчания, Нацуки всё же подала голос:       — Дальше.       — Я..... я хотела её высушить от в-в-воды, но получилось только хуже. Нацуки, я честно хотела всё исправить, я пы-пы-пыталась, но-       — Где... она..?       — В мусорке! Я выкинула всё в м-м-мусорный бак за школой, а коробка не поместилась внутрь вместе с томами, и я просто о-оставила её для нужд клуба!       Во всём помещении клуба стояла тишина. Юри дрожала и она очень боялась открыть глаза, ведь думала, что если это сделает, то увидит злую, всю красную от гнева и готовую к нападению Нацуки, что просто ударит её в лицо своими маленькими кулачками раза так два или три, а после продолжит кричать на неё как какой-нибудь зверь. Но после нескольких минут тишины, услышав тихие всхлипы, эти мысли сразу же исчезли.       — За что ты так со мной...— услышала Юри тихий, отчаянный и очень слабый голос розововолосой, от чего открыла глаза тут же и увидела перед собой совсем иную картину, вместо той, что она представляла.       Голова Нацуки была опущена, а её руки просто висели вдоль тела. По её щекам вниз катились слёзы, что при падении на пол отдавали стучащий звук.       Пульс её сердца. Он был медленным, жалобным и тоскливым.       Смотря на Нацуки, Юри сама была готова расплакаться, отдать всё что угодно, но лишь бы розововолосая не стала плакать. Протянув руку, чтобы коснуться плеча Нацуки, она тут же замерла.       — Нацуки......       — Это потому что я люблю мангу....?— слезливо начала она, отталкивая от себя Юри и бросая коробку на пол.— Потому что она тебя бесит так же, как и я...? Поэтому ты решила так меня проучить....?       — Нацуки, я не-       — Раз я тебя так выбешиваю, что ты даже отняла у меня всё, что мне дорого и любимо, я ухожу отсюда.       — Нац!— нервно начала Саёри, перекрывая путь к двери выхода и смотря, как Нацуки рывками собирает свои вещи в портфель.       — Нацуки, останься. Я уверена, что всему этому найдётся какое-нибудь объяснение или выход.— Моника старалась как-то остепенить и успокоить Нацуки, но подходить к ней не особо стремилась. Её взгляд останавливался то на Юри, то на Нацуки.       — ОТСТАНЬТЕ ОТ МЕНЯ ВСЕ!!!!— рыдая выкрикнула розововолосая, подбирая свой портфель и резко оборачиваясь к Юри.— Я КОПИЛА НА ЭТО СОБРАНИЕ МАНГИ ТРИ ГОДА. ТРИ ЧЁРТОВЫХ ГОДА!!! Я РАБОТАЛА ЗА ГРОШИ КАК МОГЛА, А ОНА ПРОСТО ВЗЯЛА И ЕГО УНИЧТОЖИЛА!— найдя в своих вещах какую-то бумагу, Нацуки быстро прочитала её, а после ожесточённо смяла и кинула прямо в Юри. Поднимаясь на ноги и подбегая к Саёри, не обращая внимания ни на кого, она просто аккуратно её оттянула от прохода, а после убежала, оставляя всех остальных членов клуба просто стоять на месте, анализируя то, что произошло.

****       — Юри....— раздалось будто бы тихим эхом в голову фиолетововолосой, от чего та медленно перевела свой взгляд на Монику, что, кажется, звала её где-то последние пять минут, а она просто всё пропустила.       — А? А, да... Что такое, Моника?— без особого интереса и вообще чего-либо пробормотала Юри.       — Вообще-то, собрание Литературного клуба на сегодня уже закончилось, все разошлись по домам.       — Разве...?— уже непонимающе протянула та.— Мы же даже ещё стихами не менялись.       — Менялись,— твёрдо ответила Моника, смотря неуверенным взглядом на сидящую за партой Юри.— Ты не помнишь?       — Если честно, то не припоминаю...— поправив чёлку, Юри оглядела весь пол помещения клуба.— а где та коробка? И вообще, что было?       — Юри, если ты шутишь, то я не понимаю твоего юмора,— более настороженно начала говорить президент Литературного клуба, прижимая руку ко лбу Юри,— Ты не заболела случаем..?       — Со мной всё в-в порядке,— убрав руку Моники со своего лба, девушка тут же вспомнила, что было. Всё будто в ускоренном фильме мелькало перед глазами Юри. Точно же. После того, как Нацуки убежала, все действительно менялись стихами. Саёри пыталась всех взбодрить, а _________ пытался поговорить с Юри о том, что произошло.       Вот только.... Всё то время собрания клуба, что было после того, как Нацуки убежала, фиолетововолосая просто сидела за партой и смотрела в её деревянное покрытие. Не читала, не смеялась со всеми. Просто сидела всё это время. Пялилась. В долбанную. Парту. Наверное, никто этого не заметил или не хотел замечать, раз ничего ей не сказал. Или же сказал...?       — Ну ла-а-адно~,— улыбнувшись мурлыкнула Моника, чуть хихикая.— Кста-а-ати, когда мы все закончили уборку, я нашла вот это,— девушка протянула Юри на парту чуть помятый лист бумаги, а потом, убрав руку, помахала ей на прощанье и уже начала выходить из класса.— Я думаю, это было посвящено тебе! До завтра-а!       Оставшись одной в клубе наедине с собой и этой бумагой, Юри, переведя взгляд на текст и поняв, что он был написан почерком Нацуки, резко взяла его в руки и притянула к лицу, начиная читать строки стиха:

" Подруги? "

Её глаза напоминают мне о том,

Что нежностью полна эта девчушка.

Хотела бы спросить её о том,

Мечтает ли она мне стать подружкой?

Я знаю, интересов мало у нас с ней,

Но если захочу, я их найду!

Спросить её уже давно хочу,

Можно с тобою мне чуть-чуть побыть?"       Глаза Юри перебирали текст несколько раз подряд. Она никак не могла понять, почему Моника подумала, что Нацуки написала это именно ей, а не просто для галочки? Почему именно Юри? Почувствовав стыд от всего того, что произошло между ней и Нацуки сегодня, Юри в то же время ощутила и то, как на её щеках появляется румянец смущения, ведь если это было и правда написано именно ей, то это был, наверное, самый приятный стих в её жизни.       В голове Юри сразу же возникла твёрдая и увесистая мысль. Даже, так сказать, решение.       Сегодня она пойдёт к Нацуки и извинится за всё, что натворила.