12 суток в теле человека

Братья по крови, но не по разуму. Один сидит на «диете», другой питается как нормальный представитель своего вида. У каждого свои взгляды на жизнь, но объединяет их не только родство. Общая проблема. Вернее, общая… особенность. Потому что для одного брата — это проблема, а для другого — подарок и развлечение. — Мы преодолели четыре тысячи километров и подвергли себя риску не для того, чтобы ты тут отрывался. Уж тем более с подростками. — Спокойно, добрый полицейский, — темноволосый широко улыбнулся и поднял руки в знак поражения. — Мистик Фоллз подождёт, там слишком скучно. Тем более, я предлагал вариант получше, чем тащиться на твой рухляди и слушать инди. Я на такое больше не соглашусь. Если мы, конечно, вернёмся. — Деймон, у нас есть дела. Мы просто сделаем их и уедем. Мы не будем размножаться тут. И отвали от подростков! — Я наставляю их на путь истинный, пока ты, Стефан, бездействуешь! — Что, если про нас уже знают? Если здесь есть такие же как мы, то есть и охотники. Наверняка, ведьмы, оборотни — навряд ли. Кто-то точно узнает. В Мистик Фоллз нам не угрожала опасность, но здесь мы должны быть начеку. Деймон, пожалуйста, не подставляй нас. — Да, мы приехали всего лишь пронюхать других вампиров, потому что в своём «районе» мы единственные и неповторимые, а также одинокие, — Стефан лишь закатил глаза на притворно-писклявый голос старшего брата. — Расслабься, Стеф. — Не называй меня так! — Твоё имя слишком длинное и нудное, как ты сам! Успокойся! Мы всё сделаем и уедем. Я только оставлю подарок.

***

Сегодня оба ученика, участники конфликта не явились на учёбу. Оба не знали, как смотреть одноклассникам и друзьям в глаза. Оба боялись их осуждения. Она — вышла из себя. Показала свою слабую сторону. Она унизила его. Она делала это и раньше, но она задела сокровенное. Она просто хотела выплеснуть обиду на отца, не задумываясь о том, что у другого человека может быть совершенно другая ситуация. Другой человек может быть не виноват. Ни в чём. Действительно, кто она такая? Корона на голове всегда не вовремя даёт о себе знать. Но эта корона не даёт право топтать чувства других. Он вызывал смешанные чувства. В первую очередь — стыд. Во вторую — неловкость. Много парней сходили по ней с ума, но почему-то его чувства она задела больше всех, но меньше всего ей этого хотелось. Он был унижен. Он таил в себе ту правду, которую выплюнула она. Он — никчёмен. Он даже не может пойти в школу и посмотреть всем в глаза. В глаза своему другу. Интересно, а тот догадывался? Видел то, что, оказывается, у других было на виду? С чего она взяла, что мать бросила их? К счастью, или, к сожалению, Стайлз мог ненадолго избавиться от навязчивых мыслей. К счастью, или, к сожалению, Стайлзy выпала возможность всё изменить. Но что попросит взамен ночной гость?

***

— Он не читал сообщения? — грустно улыбнулась Эллисон. — Нет. — Лидия тоже нет, — вряд ли Скотта сейчас интересует Мартин, но Эллисон волнуется. — А ты… не можешь к нему пойти? Ему, наверное, так плохо… — Вчера не мог. Да и Стайлз не был бы рад меня видеть. В такие моменты он уходит в себя, самостоятельно справляясь с проблемой. В последнее время… Я ему не помощник тут. — Но сегодня обязательно проведай его, ладно? — Эллисон всерьёз беспокоится за состояние Стилински. Скотт списал это на впечатлительность и сверхзаботу девушки. — Да, я тоже так думал. — Лидии, наверное, очень стыдно. Вот и не пришла. — Мне плевать на неё. Она слишком много себе позволяет. Какого чёрта она вообще подошла к нему? Пять лет игнорировала, а тут её величество снизошло к простым смертным. И приласкать не забыла. Эллисон просто опустила голову. Она не знала, что чувствует человек, в которого влюблены. Но знала, который влюблён. Даже слишком.

***

Весь день на раздумья потратить Лидия не может, пустой желудок всё же даёт о себе знать, особенно, когда с кухни доносятся такие манящие запахи. — А ты что тут делаешь?! — кого-кого, а Тайлера за плитой она явно не ожидала увидеть. — О, покинула свою крепость, вернулась в люди! — парень навеселе умело справлялся и со сковородой, и с кастрюлей. — Я думала здесь эта… — Лидия даже не знает имя того, кто содержит дом в чистоте и кормит семью вкусными и полезными блюдами. — Глория, — натянутая улыбка, — Не умеешь ты ценить людей. Уже обед, ты, наверное, за это время сильно проголодалась? — Кто-то стучался ко мне, это ты? — парень «угукнул», — А ты почему не в школе? — Подумал, тебе нужна поддержка. И вкусная еда! — Тайлер торжественно поставил перед Лидией тарелку, с которой ещё идёт пар. И запах, от которого слюнки текут. Но слюни нужно подбирать. — Мне не нужна никакая поддержка, тем более от тебя. Я в норме, — Лидия достала из ящика мюсли, шумно шурша упаковкой, пока насыпала себе в тарелку. Когда же ты научишься ценить людей, Лидия? Когда перестанешь всех отталкивать? Неприятное чувство. Зачем он так старается? Когда другим плевать? Раз плевать, тогда Тайлер натянет улыбку: — Зачем ты ешь эту дрянь? Когда тебя ждёт домашняя еда? Лидия кинула в сторону парня безразличный взгляд, взяла свою тарелку и собиралась уйти в свою комнату, хоть и не хотелось. Не хотелось запираться в четырех стенах одной, не хотелось есть в спальне. Это же отвратительно. Тайлер поймал Лидию на пороге, силой отобрал тарелку, которую швырнул в пол и оставил девушку наблюдать, как молоко растекается по кафельному полу.

***

Эллисон старалась быть тихой, аккуратно закрывая дверь, двигаясь к лестнице на носочках. Вероятность того, что родители дома мала, но всё же есть. И попадаться на глаза Эллисон не хотела. Не хотела натягивать улыбку, рассказывать интересующейся для галочки матери о школе. Не хотелось выслушивать наставления, которые она уже наизусть знает. Вообще не хотелось находиться в этом доме. Но из гостиной появился голос с насмешкой: — Эллисон, дорогая, куда ты крадешься, как вор? Эллисон застыла. Придумывать что-то нет необходимости, мать не глупа, она всё понимает. Главное, чтобы не разозлилась. Главное, чтобы не узнала о непослушании. — Милая, между родителями и детьми должны быть доверительные отношения. Понимаешь? — Эллисон через страх и онемение тела повернулась лицом к матери. Осторожно смотря ей в глаза. — Родители дают детям такое воспитание, при котором они могут доверять. Друг другу. Родители стараются, вкладываются, воспитывают и они знают, что их труды не исчезнут бесследно. Они знают, что дети не сделали бы так, как родителям не хотелось бы. Потому что — что? Потому что они доверяют. Главное, чтобы она сама придумала наказание. Главное, чтобы не влезал папа. — Почему мы не можем доверять тебе, Эллисон? — мать склонила голову на бок, чтобы вцепиться взглядом. Эллисон не может выдержать такого напора. Лучше бы мать кричала и била посуду, лучше бы она ударила Эллисон. Только не это ледяное спокойствие. Эллисон опускает голову, переминаясь с ноги на ногу. Выглядит жалко. Как виноватый щенок. Мать усмехнулась: — Крис вечером с тобой поговорит.

***

Ещё больше вывести из равновесия Лидию могла только смс-ка: «Я всё знаю. Не смей со мной разговаривать, шлюха» — Какого чёрта, Джексон?!