Prince

Инк и Блу продолжали поиски, но безуспешно. Кросс вёл себя как обычно, полностью смирившись с судьбой — он был всё так же искусен в бою и с помощью Инка его болезнь ему практически не мешала — с груди она распространилась на руки, но количество цветов на душе практически не увеличилось. Кашель был очень редко, так что длинные рукава и перчатки полностью скрывали даже намеки на болезнь, и все, кого Кросс встречал, даже не подозревали о том, что скелет не так здоров как кажется. Впрочем, в случае с Плохими парнями это было только к лучшему. Бои всё так же продолжались, и побед становилось всё больше и больше. К тому же, Найтмер стал намного осторожнее, и старался сбегать из боя, как только он оказывался под угрозой. Инк и Блу только радовались участившимся победам, в то время как Дрима изменившееся поведение брата настораживало. Найтмер никогда не был слишком склонен к риску, но обычно он всё же был более… решителен? Раньше раны его не останавливали, а сейчас он словно боялся пострадать… Это началось через некоторое время после ухода Кросса, и становилось только сильнее. Что случилось? Связано ли нынешнее поведение Найтмера с теми приступами, что случились у него несколько раз во время боёв с Дримом? Дрим со стыдом подумал, что оба раза эти приступы были тем, что спасло ему жизнь — если бы брату вдруг не стало плохо, Дрима бы уже не было… Мысли об этом не выходили у него из головы. Время текло, и бои становились всё реже, к немалой радости Инка — драться параллельно и с Эррором, и с Найтмером было очень трудно. Тревога Дрима же только росла. И однажды его опасения оправдались, и повелитель кошмаров собственной персоной оказался у порога дома Инка, где в тот момент собралась вся Звёздная команда. Первым присутствие брата заметил Дрим, уловив изменение эмоционального фона. — Найтмер здесь! — испуганно прервал он беседовавших товарищей, — У входа в дом! — Блин! — вырвалось у Инка — Он ведь узнал наше местоположение, когда посылал Кросса в прошлый раз! Я совсем забыл об этом, думал, он не посмеет сюда сунуться. Здесь вся банда? — Н-нет… Я чувствую только его. — Зачем он пришёл? — обеспокоенно спросил Блуберри — Ему одному не справиться со всеми нами, он должен это понимать… — Я узнаю, что ему нужно — встал с места Дрим. — Стой! — вмешался Кросс — Тебе нельзя идти одному. Ты ведь его главная цель! Инк, Блу, идём все вместе. Мы должны быть уверены, что он не причинит вреда Дриму. — Идём! — объявил наконец Инк, и компания осторожно подошла к двери, Инк взял свою кисть, Блуберри призвал кости, а Кросс свой нож — на всякий случай. Художник распахнул дверь, и увидел стоящего перед нею Найтмера. Тот самоуверенно ухмыльнулся. — Так долго решали кто пойдёт открывать? Ну же, Дрим, я же знаю, что ты почувствовал меня сразу же, как только я здесь появился. — Что тебе нужно? — сухо спросил Инк, но Найтмер, казалось, не обратил на него никакого внимания, не сводя с Дрима самодовольного взгляда. — Дрим, разве ты не обещал мне, что поможешь мне с любой бедой? Что ж, вот, у меня появилась проблема, и я пришёл к тебе. Ты же не хочешь лишиться своего дорогого брата, не так ли? — Лишиться… — испуганно повторил Дрим — Что случилось? Тебе угрожает опасность? — Дрим, не слушай его! — вмешался Кросс, но Найтмер продолжил говорить, проигнорировав слова мечника. — О да, братик. Видишь ли, я серьёзно заболел, и без твоей помощи мне никак не выздороветь. — Заболел? — неверяще переспросил Блу — Ты не выглядишь больным! — А должен? Я создан из чистого негатива, у меня не может быть никаких болезней! Но вот твой брат — он снова смотрел только на Дрима — У него большие проблемы. Мой негатив скрывает все признаки болезни, и в этом обличии я действительно практически здоров, вот только как только твой брат умрёт, вместе с ним погибну и я, а мне, как ты понимаешь, этого совсем не хочется. Тебе тоже, верно? — Найти… — растерянно прошептал позитив — Что за болезнь? Что я могу сделать? — Болезнь? Как бы смешно это не звучало, но этот идиот умудрился словить себе ханахаки. Не думай, что я не предупреждал его. Я кучу раз говорил, чтобы он не влюблялся в кого не попадя, ведь ему всё равно ничего не светит. Как видишь, он меня не послушался, и мы имеем то, что имеем. Я надеялся, что наличие нескольких душ замедлит болезнь, но это её только ускорило. Скажу честно, я пытался найти другой способ, вот только ни один из них мне не подошёл. А сейчас… без негатива я уже напоминаю чёртову клумбу! Боюсь, долго так я не протяну. — Ханахаки? Но чем я могу помочь? Ты же знаешь, не в моих силах заставить кого-то полюбить… — Полюбить? Дрим, как же ты наивен. Ты правда думаешь, что какая-то глупая болезнь действительно может различать любовь? Я всё проверил, и мои догадки подтвердились. Для исцеления от ханахаки достаточно лишь получить ответное признание, не более того. Оно может и не быть искренним, главное, чтобы сам больной в него поверил, хотя бы на секунду. Конечно, если ханахаки окажется недолеченной и правда всплывёт, это может грозить повтором болезни, но в основном все переболевшие получают иммунитет, и после, даже после того, как они узнают о лжи, никто не заболевает. Вот и всё что мне нужно. А ты будешь гарантией того, что я не получу отказа. — Ох, Найтмер… конечно, я постараюсь помочь. Кто тот монстр? — О, думаю, догадаться будет не трудно — Кошмар красноречиво скосил взгляд на Кросса. — Я? — возмутился мечник — Да я тебя ненавижу! С чего мне тебе помогать? Я только рад буду, если ты сдохнешь! — О-о-о, вот как? Дело твоё, Кросс, не хочешь — не помогай, вот только… сможешь ли ты после этого смотреть Дриму в глаза? О, он не заставит тебя, разумеется, нет. Даже не скажет ничего. Но вот простит ли? Готов ли ты каждый раз в его глазах видеть осуждение за смерть брата? Кросс цыкнул. Мечник увидел, как склонил голову Дрим, пытаясь скрыть взгляд. Найтмер был прав. Если мечник откажется его спасать, Дрим не сможет это забыть. Ведь для него брат значил не меньше, чем Принц для Кросса. Он просто не перенесёт такой утраты. К тому же, со смертью Найтмера исчезли бы и все негативные эмоции — а этого никак нельзя было допустить, даже если ради этого придётся отпихнуть подальше личную ненависть к повелителю кошмаров. — Если я и соглашусь, то не ради тебя, а ради Дрима и ради баланса, для которого необходимо твоё существование, кальмар. — Что ж, Кросс, мне большего и не требуется. Просто притворись что любишь, и ответь взаимностью на признание — повторюсь, больше от тебя ничего не требуется… На самом деле, будет даже лучше, если ты расскажешь ему о своём истинном отношении после того, как спадут все цветы. Главное, не раньше. А вот потом… это будет даже забавно. Можешь спокойно высказаться, ты же знаешь, что освобождение от негатива полезно для здоровья? Обещаю, я выслушаю тебя очень внимательно. А уж как полезны твои слова будут брату Дрима… — Почему ты говоришь так, будто ты не брат Дрима? – непонимающе спросил Блу. — О, а ты, кажется, слишком любопытен, малыш. Впрочем, пока ты меня ещё не слишком раздражаешь своим жалким визгом, я отвечу. Тут всё довольно легко, так что даже такой недомерок как ты сможет понять. Просто взгляни на меня и на Дрима. Разве я похож на это ничтожество? Я воплощение негатива, я нахожусь на совсем другом уровне. А брат Дрима… он точно такое же ничтожество, только ещё более жалкое. Он даже не способен удержать в руках свою собственную силу. Он не сможет вспомнить наш разговор, поэтому и не узнает о притворстве Кросса, а значит, план сработает. — Мне кажется, тебе не стоит так грубить, если ты рассчитываешь получить помощь, Найтмер — решил урезонить того Инк. — Не стоит? Неужели наш бравый хранитель вселенных готов подвергнуть все его обожаемые миры риску остаться без половины эмоций лишь из-за пары дурацких фраз? — Инк отвёл взгляд. Найтмер знал, что они не смогут отказать ему. Знал и нагло этим пользовался, — То-то же. Думаю, вы и сами понимаете, что помощь мне выгодна вам самим. Кстати, кто-нибудь из вас собирается пригласить меня внутрь, или вы так и собираетесь оставить меня топтаться у порога? — Проходи — процедил Инк, пропуская Кошмара внутрь. — Ну наконец-то. Право, какой же захламлённый у тебя дом. Забываешь, куда нужно класть вещи, а, Инк? Впрочем, и так всё видно… — Ты собираешься разбираться с проблемой, или так и будешь болтать? — огрызнулся было Кросс, но его тут же взял за руку Дрим. — Пожалуйста, не злитесь на моего брата. Он по-другому не умеет… Чтобы начать, ты должен избавиться от оболочки из негатива? И…мой брат действительно вернётся? Мой Найт? — Именно. Но я повторюсь — твой брат сейчас дурацкая клумба, если его затошнит цветами вам на ковёр — не говори, что я не предупреждал. — Всё так плохо? — вздрогнул Свап. Он никогда не мог пройти мимо чужих страданий, даже если о помощи просил такой негодяй как Найтмер… Хотя, если бы не Дрим и не инстинкт самосохранения, маленький скелет бы напомнил мерзкой жиже о том, как нужно вести себя в гостях. — А с первого раза понять было трудно? Или, по-твоему, я бы обратился к вашей никчёмной команде, если бы у меня был выбор? Давайте просто покончим с этим побыстрее. Как только я превращусь, можете сыпать претензии сколько угодно — он как раз по твоему уровню противник, мелкий. Ну, знаешь, потому что смертельно болен и настолько идиот, что и мухи не обидит. Кросс, ты не налажаешь? — Постараюсь — процедил Кросс. Интересно, Найтмер специально их злил? И что за превращение, о котором он говорил? — Не волнуйся, я прослежу, чтобы всё получилось. Я не позволю тебе умереть, брат. Я не упущу тебя снова… — Только слёзы не лей, плакса. Всё зависит от тебя и от того, как сыграет Кросс. Проследи, чтобы он не укокошил меня неловкой фразочкой, хорошо? — Я смогу держать себя в руках — резко вставил Кросс — Я готов. — Хорошо — с ухмылкой ответил Найтмер, и его тело начало меняться. Привычная чёрная с изумрудным отливом жижа словно потеряла форму, начав не то стекать, не то впитываться, не то испаряться — а может быть, всё сразу. Оставив после себя несколько тёмных пятен на полу, негатив исчез, и освобождённый от него скелет рухнул на колени, заходясь в приступе кашля.