***
Они сидят в итальянском ресторане. За всё время прибывания здесь, они даже не разговаривают. Джин выбирает еду, а Намджун смотрит на него. К ним подошёл официант: — Вы выбрали? — Да, можно мне Цыпленка «Пармезан», а ему… — Намджун посмотрел на Джина. — «Спагетти карбонара» и бутылочку красного вина. — Это всё? — Да Через 25 минут им принесли их еду. Джин всё ждал, когда Джун скажет, что за повод сегодняшнего свидания. Они разговаривали обо всём, но точно не о том что хотел сказать Нам, он просто боялся. Неожиданно Джун очень странно скривил лицо, оказалось, что Намджун набрал полный рот вина, но…решил чихнуть…прямо в бокал. Красное вино разлилось повсюду. На его лицо, на стол, на одежду, в тарелку с едой. Джин прикрывает руками рот, чтобы хохот не вырвался наружу и не напугал посетителей ресторана.Он чувствует, что по щекам уже бегут слезы, и глубоко вздыхает, стараясь успокоиться. Он помогает Джуну вытереться, но он ерзает на месте. Джин подходит ближе к Намджуну, чтобы дотронуться до его лица, но темноволосый вздрагивает, от чего парень отпрыгивает. Отпрыгивает задевая официанта, звон разбитых тарелок и бокалов и грохот перевернутого стола. Джун молчит, он просто не может описать словами ситуацию, развернувшуюся в зале ресторана. Намджун и Джин стоят с отвисшими челюстями и смотрят на беспорядок, ими же устроенный. Намджун торопится с извинениями к официантам, которые в короткие сроки избавляются от осколков. Джун старается помочь официантам. — Перестать прибираться, ты больше ломаешь, чем помогаешь — сказал Джини, он был прав. Ещё с детства, проблема заключалась в том, что он дотрагивался до вещей и тут же их ломал. В зале послышался крик. Намджун держал свою руку и заливал кровью пол. Он порезался об осколок бокала. Сокджин несколько мгновений глядит на мужчину, а затем хватает их куртки и почти пинками подгоняет Джуна к выходу, извиняясь направо и налево. Ресторан, который выглядит, как поле боя, им путь строго запрещён. — Может… нам стоит поехать в больницу? — Хорошо.***
— Болит? — осторожно спрашивает Джин. Намджун прижимает кровавый бинт к ране и кривит губы. — Это? — он приподнимает ладонь, и блондин кивает — Вообще нет. Ну вообще. Ничего не может причинить мне такую же боль, как позор, каким закончился наш вечер. Доктор заходит в кабинет и начинает зашивать глубокий порез мужчины, тот изо всех сил старается не дергаться. Джин подвигает стул поближе и подхватывает темноволосого под локоть. — Держать повязку в течение недели. Снимать швы через восемь дней. Останется небольшой шрам, но ничего серьезного. Отличная история для детей, да? — ухмыляется доктор и дергает бровью в сторону Джина. Они благодарят доктора и выходят из больницы, снова возвращаясь на холод вечерних улиц. — Джин, пошли к тебе, ты что-нибудь приготовишь — драматично закатывает глаза Намджун, потирая живот. — Я ужасно хочу есть. — Мы бы не голодали, если бы кто-то контролировал свои конечности. — Ранишь прямо в самое сердце! — Нам хватается за грудь, и парень хохочет, чуть наваливаясь на Джуна. — Ладно, идем уже.***
— Намджун, я хотел спросить. Какой повод был для свидания, ты так нервничал. ты всегда всё крушишь, но это было уже слишком. — Знаю, что всё испортил, как всегда. Я не достоин такого как ты. — Эй, милый ты чего? Мы вместе уже два года, при первой встрече, ты чуть не сбил меня на велосипеде и порвал мне бомбер. Я тогда уже понял, что с тобой будет не легко. Но меня это не оттолкнула, ты мне нравится твоя неуклюжесть. — Джин нежно поцеловал Намджуна. Намджун встал на колено и достал маленькую красную коробочку. — Джин, ты выйдешь за меня? — Эта фраза на секунду повисает в воздухе, а они не отрывают взгляда друг от друга. Парень сглатывает и чувствует себя каким-то крошечным перед Джуном. Он смотрит нежно. И по-доброму. — Джун, я…конечно согласен — проговорил Сокджин сдерживая в себе слёзы. Намджун поднялся и одел на Джина кольцо. — Теперь ты навсегда останешься со мной и будешь терпеть мою неуклюжесть. — Я так тебя люблю. — И я.