Дерзкая и бабник...

18:30

Кино под открытым небом

      Наши герои сидели в четвёртом ряду, некоторые смотрели фильм, некоторые отдавались красоте природы, смотря на звезды, а другие наслаждались моментом вместе.       Мари сидела с Адрианом, который уже спал. Она обнимала его за руку, положив голову на плечо. Алья и Нино сидели в обнимку, согревая друг друга пледом. Лишь изредка они поглядывали друг на друга. Мари смотрела на звезды, понимая, что фильм не заменит их.       Где-то снизу на них смотрела Буржуа со своей компанией и что-то бормотала.       — Принцесса… — шёпотом промчалось мимо Маринетт. Она тут же подняла голову, от чего Агрест проснулся.       — Что случилось? — обеспокоено прошептал он.       — Да нет, ничего… я отойду ненадолго.       Поднявшись, Маринетт, пошла по тропинке, которая вела к домикам. Она шла, обнимая себя за плечи, прохладный воздух бодрил, не давая уснуть. Маринетт уже почти подошла к своему домику, как увидела, что тот самый незнакомец стоит около домика №9. Она пыталась как можно быстрее зайти в дом, но тут снова: «Принцесса…»       Дюпэн-Чэн остановилась, не понимая, откуда исходит шёпот. Она снова посмотрела на того незнакомца, он был занят разговором по телефону. Завершив разговор, повернулся к домику лицом, чтобы зайти. Мари опустила глаза, её почему-то настигло разочарование, будто внутренне она надеялась на то, что он посмотрит.       Через пару минут она уже была себя в комнате, пытаясь вспомнить, где же она могла его увидеть.             Маринетт так и не дошла до сути и провалилась в сон.       — Принцесса… Принцесса…       — Что? Кто ты? - спрашивала она.       — Принцесса…       — Кто ты?! Скажи мне… прошу… - умоляла Мари.       — Чшш… спи, принцесса…       Маринетт открыла глаза. Она поняла, что находится одна в комнате, и всё это было сном. Посмотрев в окно, осознала, что проспала до самого утра. Сходив в душ, принялась выбирать одежду. Сегодня это были чёрные джинсы и красная укороченная футболка, на ноги кеды, легкий макияж и высокий хвостик.       Ещё немного покрутившись у зеркала, она вышла из комнаты, зайдя на кухню. Там увидела Адриана, который готовил оладьи и кофе.       — Мило… — произнесла синевласка.       — Ох..ты уже проснулась, — улыбнувшись, сказал он. — Ты вчера рано легла, устала?       — Да, неважно себя чувствовала.       — Садись, будем завтракать.       Маринетт уплетала за обе щеки, Адриан смотрел и только успевал вытирать её губы от потекшего мёда.       — Ты мой маленький медвежонок… - с умилением произнес он.       Маринетт ничего не ответила, лишь попыталась улыбнуться с набитым ртом, на что Агрест звонко рассмеялся.       «Неужели это происходит сейчас и я не сплю», - думала синевласка. - «Начиналось всё так нелепо и больно, а теперь я сижу с ним, и он называет меня своим медвежонком».       К обеду ребята узнали, что та загадочная семья носит фамилию Цуруги. Теперь было понятно, почему у них эта брошь - это их семейный символ.       Сидя в беседке, ребята разговаривали о том, что можно запланировать на скорые каникулы.       — Думаю, можно сходить в поход, - предложил Нино.       — Да! — воскликнули девочки в один голос.       — Не знаю, может, отец будет против, вы сами знаете, не от меня это зависит, — с грустью сказал Агрест.       Габриель Агрест, отец Адриана, самый популярный модельер в Париже, статный мужчина, у него светлые волосы, которые он аккуратно зачесывает назад, и тёмно-голубые глаза, не так давно он потерял свою жену, с тех пор он непоколебим в своих решениях. С большим трудом Адриан упросил его разрешения на то, чтобы ходить в школу.       Маринетт с сочувствием смотрела на него, пытаясь понять, насколько ему трудно соответствовать требованиям отца.       «Навряд ли его требованием было быть бабником и грубо обращаться», - промелькнуло в голове. - «Хотя может он не знает другой любви».       Взгляд упал на соседнюю беседку, там сидела семья Цуруги.       — Кстати, сына зовут Лонг. Я узнал, что у его семьи тут свой лагерь рядом, — проговорил Нино.       — Лонг Цуруги, — повторила шепотом Дюпэн-Чэн.       Как только с её губ слетели последние буквы, он повернулся на не, так что она испугалась и быстро отвела взгляд. Ухмылка посетила его лицо, и он направился прогуляться.       Повернувшись, Маринетт увидела, что его нет, и начала бегло искать глазами.                    Заприметив, она проводила его взглядом, хоть и была огромная тяга пойти за ним. В память вдруг врезалось воспоминание: «Ночь, его лицо… Чшш… спи, принцесса».       Она тут же подскочила, перепугав друзей.       — Что с тобой? - обеспокоенно произнесла Алья.       — Он… я видела его…       — Кого? — спросил Агрест.       — Лонг, он приходил в ту ночь… — присев, сказала Мари.       До всех сразу дошло в какую ночь, никто не понимал, что ему там было нужно.       — Нужно пойти и спросить… — предложил Нино.       Все согласились, поднявшись со своих мест, и направились за ним. Заприметив его, они удивились, ведь он был в компании Хлои Буржуа.       — Неужели он с ней? — прошептала Маринетт.       — Хм… странно, слушайте, а что, если они в сговоре, и она через него отомстит нам? — сказала Сезер.       — За что? — спросил Адриан.       — Из-за тебя… — ответила синевласка.       — Да ну, она бы лучше Лонга подцепила, он намного лучше, — произнес Лейф.       Адриан удивленно посмотрел на него.       — Не, ну, что есть, то есть. Не обижайся, Адриан, — поддержала Алья.       — Да идите вы, — махнул рукой блондин.       — Ну, наверное, даже лучше, если они встречаются, — произнесла Маринетт.       Ребята уже собирались уходить, как тут их позвала Хлоя.       — Ой… а вы как тут?.. — говорила она, попрощавшись с Цуруги.       — Да так, гуляем, — ответила Маринетт.       — Мм… а я думала, ты опять моего парня хочешь увести, Маринетт Дюпэн-Чэн, — ехидно улыбнувшись, сказала она.       На этой ноте Буржуа ушла, оставив их с этой информацией. Друзья развернулись и пошли обратно к беседке, не понимая, зачем Лонг приходил к ним. Спустя 3 дня       Маринетт чувствовала себя прекрасно, ранним утром она решила прогуляться по берегу и застать рассвет.             Проходя мимо домиков, она понимала, что многие еще спят. Тишина царила в таком прекрасном месте, шумела листва, играя с ветром, где-то щебетали птички.       Мари решила пройтись босой, прикоснувшись к песку, который был ещё холодным. Она улыбнулась, наслаждаясь прохладой под ногами. Пошла по краю берега так, чтобы её задевали волны.              Вдохнув свежего воздуха, она вспомнила детство, когда приходила к берегу с родными, строила замки, как с папой они катались на лодке, а с мамой собирала ракушки. Это пробило слезу, которая покатилась по щеке. Холодная, одинокая.       — Возьмите… — протянув платок, сказал он.       Мари как ошпаренная обернулась на него - это был Лонг.       — Простите, я не хотел напугать, - с каменным и холодным лицом произнес Лонг, всё так же держа платок.       — А, не стоит, спасибо, — спешно проговорила Мари.       — Вы плачете, почему? — поинтересовался он.       — Ах, это… Это от воспоминаний.       — Воспоминаний? Неужели, было так плохо?       — Нет-нет, они наоборот очень хорошие, просто я скучаю по ним.       — Не знал, что можно плакать от хороших воспоминаний, — всё так же холодно говорил он.       — Почему вы здесь? — спросила она.       — Это я должен был спросить, — немного наклонившись, произнес он.       Только сейчас она поняла, что оказалась уже на другой территории лагеря.       — Извините, я, наверное, пойду, - опустив глаза, говорила она.       — Я провожу, чтобы вы снова не забрели куда-нибудь, вспоминая хорошее, — произнес он, пристально смотря на неё. Подняв голову, она увидела его янтарные глаза, такие теплые, но от них шёл такой холод, что она почувствовала, как замерзает.       «Такие холодные…», - думала Мари.       Они молча шли по берегу, он чуть дальше, чтобы не намочить свою обувь. Он как обычно был в костюме, брошь отблёскивала от рассветного солнца, а на тыльной стороне левой руки виднелся шрам.       — Вы не боитесь? — вдруг выдала она.       — Нет, — ответил он.       — Но я ведь даже не сказала, ч… — не успела договорить Мари, как он поднес указательный палец к губам, не касаясь их.       — Я ничего не боюсь, принцесса, — проговорил Цугури.       Мари замерла, а он уже развернулся и пошёл обратно.       Вернувшись в домик, она пошла на кухню заварить кофе и приготовить что-нибудь на завтрак. Но мысль о Лонге заполняла все мысли в голове.       Чуть позже Нино рассказал, что Цугури уехали, и что они встретятся с ними в Париже. Маринетт была задумчива и смотрела будто в пустоту. Через несколько дней Дюпэн-Чэн как и обычно была рядом с друзьями и со своим любимым...       Так прошел месяц...       Пришло время возвращаться в Париж...