Хочу сказать спасибо

      Снова душераздирающие крики окружили Эмму, которая так беззащитно стояла посреди пустой дороги, смотря на толпу андроидов, что бежали прямо на нее. Ноги словно срослись с холодным асфальтом, ведь она не могла сделать и маленького шага. Не получилось даже оторвать стопу от темной поверхности, и это вызывало панику больше, чем бегущие в страхе девианты. И только когда она, стоя чуть ли не столбом, растворилась в толпе, ее понесло с ними, словно по течению, несмотря на то, что бежать было очень трудно.       Но продолжалось так недолго — кто-то очень крепко схватил девушку за кисть руки, больно сжимая ее и заставив воскликнуть Филлипс. Она резко обернулась, надеясь, что это кто-то из ее знакомых, например, Саймон или Коннор, которые пришли бы, чтобы спасти ее, но она тут же поникла. Рита сняла солнцезащитные темные очки и приспустила черный шарф, открывая свое лицо. Ее тонкие брови были сведены над переносицей, а губы изогнулись в злобной ухмылке. В больших зеленых глазах горела ярая ненависть. Ненависть ко всем людям. Особенно к Эмме.       В ее второй руке она так же крепко, как и первой кисть девушку, сжимала пистолет. Без какого-либо замедления Рита подняла его, направляя дуло прямо в лоб Филлипс, отчего та невольно замерла в ужасе, как и до того, как слилась с толпой. Громкие мысли оглушали, с уст срывался немой крик, который никто бы не услышал. Лишь их взгляды пересекались, они прижигали в друг друге дыры, словно обе чего-то ждали. Но вскоре терпению девианта пришел конец и прозвучал выстрел. Эмме казалось, что она начала левитировать. Поднималась всё выше и выше, в какой-то момент оборачиваясь и смотря вниз, замечая, как ее безжизненное тело уже валяется на голодном асфальте. Под головой достаточно и даже как-то подозрительно быстро разрасталась красная лужица, от которой вверх шел пар, показывающий, что кровь еще не остыла, несмотря на сильный мороз.       Вот так она умерла, но так спокойно реагирует на это, невольно отмечая, что, будучи духом, продолжает дышать. Поток андроидов резко остановился, девианты обступили ее тело, рассматривая его. Словно девушка оказалась каким-то шпионом, который внедрился в ряды врагов. И как же внутри стало тошно, когда абсолютно все взоры поднялись вверх, смотря на душу Эммы с неким негодованием.

***

      Филлипс проснулась в холодном поту, резко и широко раскрывая глаза, тем самым быстро смахивая пелену сна. Она тихо вздохнула, медленно садясь на диване и потирая лицо, окончательно приходя в себя после кошмара. Она искренне надеялась, что подобное ей больше сниться не будет, иначе не видать ей нормального сна и успеваемости в школе. И тут же Эмма как-то печально улыбнулась сама себе, подпирая голову рукой и упираясь локтем в колено. Она ведь даже не знает, когда сможет вернуться домой, и вернется ли вообще назад в Саутфилд к матери.       Эмма и не заметила, что всё это время за ней внимательно наблюдал Коннор. В конце концов он подсел к ней на диван, продолжая изучающе смотреть на девушку.       — Тебе приснился кошмар? — тихо спросил он, заставляя Филлипс поднять взгляд на него. Она покачала головой, прикрывая глаза и отворачиваясь.       — Ерунда, — отмахнулась она, не желая рассказывать ему о своем сне. Но, кажется, RK800 сам догадался, что это связано с тем, что произошло на Ларнетт-стрит. Он поджал губы, переводя взгляд на окно, за которым уже стемнело. Свет горел только в коридоре, поэтому они сидели в полумраке. Но это не помешало девушке заметить, что голубых пятен на ее свитере больше не было.       — Мне порой тоже снятся кошмары, — неожиданно продолжил Коннор, поворачивая голову в сторону. Он выглядел каким-то задумчивым и беспокойным. Девушка не могла даже догадаться, что творится в его голове, ведь не видела цвет диода.       — Андроидам снятся кошмары? — ее голос звучал удивленно. Она внимательно наблюдала за парнем, с нетерпением ожидая его ответа.       — Наверное, нет, — он опустил голову, не меняя выражение лица. — Думаю, эти кошмары — лишь отголоски программы, которую я победил, — RK800 наконец-то поднял взгляд на гостью, по-доброму улыбнувшись ей. Взгляд ее голубых глаз упал на его «голый» правый висок.       — Где твой светодиод? — вновь слетел с ее губ вопрос, который только что возник в голове. Ей показалось, что теперь появилась достаточно весомая причина, по которой Коннор наконец-то его убрал.       — Хэнк всерьез решил переехать, — начал он после тихого вздоха, — поэтому придется быть внешне похожим на человека абсолютно полностью. Я уже выезжал из Детройта за продуктами, но всегда прикрывал диод.       — И за всё время никто не догадался, что ты андроид? — продолжала удивляться Эмма, неосознанно прикусив нижнюю губу и прищурившись, словно была в каком-то предвкушении. Ее это действительно интересовало.       — Нет, — покачал головой Коннор, продолжая улыбаться собеседнице. — По правде, сначала было сложно. Я ощущал некое волнение вперемешку со страхом. Это действительно было опасно, но если бы я этого не делал, то Хэнку пришлось бы питаться одними консервами, что не очень хорошо сказалось бы на его здоровье. Но уже скоро ко мне привыкли и никаких подозрений я не вызывал.       — Почему просто не снял его раньше? — Филлипс изогнула брови и чуть наклонила голову в бок, неотрывно смотря в теплые глаза Коннора. На ее щеках выступил еле заметный румянец, что появился явно не из-за того, что ей стало жарко.       — Наверное, напоминание о прошлом… — как-то тихо протянул RK800 и тут же потянулся руками к заднему карману своих темных джинс, вынимая оттуда небольшой округлый индикатор. Разместив его на своей ладони, он протянул ее к девушке, смотря на нее с какой-то надеждой. — Для тебя, видно, это будет дороже, раз ты сюда приехала ради меня, Эмма.       Девушка сильнее залилась розовым румянцем, в этот раз уже просто смутившись. Ей было немного неловко, ведь она всё равно считала — то, что произошло несколько часов назад, произошло из-за ее приезда. Но и в то же время чертовски приятно, ведь сам Коннор, андроид, который подарил ей вторую жизнь, сделал такой маленький подарок, которому она на самом деле безумно рада. Она точно будет хранить этот светодиод, который взяла из его горячей руки, и носить с собой, как талисман. «Как напоминание о прошлом…» — вспомнила она недавно сказанные детективом слова, продолжая внимательно изучать деталь, понимая, что некоторое время назад она была еще в виске Коннора. От осознания этого внутри Эммы словно приятно запорхали бабочки. «Влюбиться еще не хватало…»       — Спасибо, — наконец-то произнесла Филлипс, отвлекаясь от рассматривания диода, подняв взгляд на парня. — Для меня это действительно многое значит.       — Рад, что тебе понравилось, — тут же прозвучал от него ответ вместе с дружелюбной и красивой улыбкой. Эмма отвела взгляд, понимая, что явно выглядит как помидор, тут же замечая часы. — Мама, наверное, сейчас очень сильно переживает из-за того, что меня до сих пор нет дома…       — Я всё улажу.       Эмма дрогнула. Вновь это странное и приятное чувство в животе. Она медленно и даже как-то нехотя посмотрела на собеседника, отмечая, как тот уверенно произнес это. «Уладит?..» — подумала Филлипс про себя, зачем-то облизав губы, начиная теребить пальцами диод.       — Каким образом ты это собираешься сделать? — очень тихо спросила она, слегка наклоняясь к нему, ощущая, как бешено бьется ее сердце в груди, явно выдавая ее.       — Для людей хорошим оправданием служит то, что они проводили время с другими людьми, — таким же уверенным голосом объяснил Коннор, продолжая улыбаться гостье.       — Ты хочешь назваться моим парнем?.. — еще тише спросила Эмма, словно боялась, что бывший лейтенант полиции услышит их разговор и разрушит такую почти что интимную обстановку, как посчитала сама девушка. Она еще сильнее наклонилась к нему, отмечая, что девиант, кажется, вовсе не собирается отстраняться от девушки, сверкая своими яркими огоньками в карих глазах.       — Просто другом, — исправил он ее, неотрывно смотря на девушку, словно изучал ее. Эмме стало неловко. Она быстро выровнялась и отвела взгляд, чувствуя, как сильнее заливается краской, но уже от стыда. Что с ней такое происходит? Ей нужно выбраться отсюда и как можно скорее оказаться дома, а не думать о парнях, словно она тринадцатилетняя школьница, у подружек которой давно есть бойфренды.       — Извини… — тихо, почти что шепотом произнесла она, понимая, что ведет себя глупо и неправильно в данной ситуации. Какова вероятность, что она может понравиться ему? «Если ему вообще может нравиться кто-то».       — В этом нет ничего плохого, Эмма, — ласково протянул он, стараясь исправить неловкую ситуацию, кажется, прекрасно понимая эту девушку перед собой.       Повисла тишина, которую никто, видно, не желал прерывать. Эмма прожигала взглядом журнальный столик перед диваном, а Коннор зачем-то смотрел в плечо девушки. Оба о чем-то думали. Филлипс вновь и вновь прокручивала этот неловкий момент в памяти, обвиняя себя за такую глупость, а Коннор думал сразу о нескольких вещах: Хэнке, который тоже отдыхал в своей спальне; Эмме, которая явно поддалась эмоциям и не понимает, что в этой ситуации нет ничего плохого; ситуации на окраине Детройта, где, возможно, до сих пор девианты боролись с Темными изгоями, явно побеждая их. Коннор был в этом уверен, несмотря на то, что ни от кого не приходили вести уже как два часа. Словно всё затихло. И в это действительно хотелось верить.       — Как ты себя чувствуешь? — нарушил наконец-то тишину Коннор, вновь обращая свое внимание на Эмму. Та чуть вздрогнула, ведь не ожидала, что он задаст ей какой-то вопрос. Она подражала губы и вздохнула.       — Я немного отдохнула и мне теперь лучше, — она попыталась улыбнуться, посмотрев в глаза андроиду, но ей хотелось почему-то плакать, словно она совершила какую-то ошибку, которую невозможно исправить.       — Это хорошо, — кивнул RK800, замечая каждую эмоцию девушки, анализируя их и подводя какие-то итоги. — Телевизор работает, — он указал подбородком на прозрачный телевизор, что стоял на длинной тумбе в углу. — Можешь посмотреть его.       — Хорошо, — тут же последовал от нее ответ. Она немного расслабилась от того, что Коннор не стал обсуждать ее действия и поведение в целом. Она и так знала, что сделала. И всё же что-то не давало покоя, заставляя ее вновь вспомнить огонек в его карих глазах.