Будка поцелуев

— Ю Ёнджэ, хочешь, чтобы я оторвал тебе яйца? Дэхён поднимает своё лицо, которым прежде утыкался в подушку, и хмуро смотрит на меня. Его губы слегка приоткрыты, а взгляд затуманен. — Я тебя разбудил? — предполагаю я, пряча упаковку с желейными мишками в карман толстовки. Я приговорил уже такую же, но в автомате, что находится в коридоре, таких куча, поэтому я могу есть всю ночь. Дэхён явно не разделяет моих мыслей. Он гортанно рычит, а потом громко стонет. — Да ты же ходишь и ешь, ходишь и, мать его, ешь! — он бросает подушку в меня, но я уворачиваюсь. — Ложись спать. Как я могу лечь спать, когда уже завтра сотни человек будут целовать Джину? Прикасаться своими губами к её губам, совать свой язык в её рот, и ко всему прочему кому-то из этих удачливых засранцев достанется её первый поцелуй. — Дэхён, а ты уверен, что нельзя как-нибудь сорвать ярмарку? Чон ухмыляется мне, подпирая голову правой рукой. Глядя на него, я и сам чувствую, как мои губы растягиваются в улыбке. Это длится чуть дольше десяти секунд, потому что вскоре Дэхён снова бросает в меня что-то и попадает прямо в грудь. Ауч. Это больно. — Ёнджэ, должен ли я назвать тебя идиотом, чтобы ты лёг спать? — с каждым словом голос друга становится более громким и, кажется, раздражительным. — У меня сегодня был очень тяжёлый день, ведь я развлекал Хеин в течение трёх часов, а она развлекала меня. Ты хоть представляешь, насколько это утомительно? Представляю, потому что Хеин ненормальная. Но ведь я дал им денег, в чём проблема-то? Бросая начатую и совершенно новую упаковку с желейками на тумбу, я падаю на кровать Дэхёна и впиваюсь пальцами в его голые рёбра. Он практически визжит, выкручиваясь, как может, а я хохочу, отвлекаясь от мыслей о Джине. — Отпусти! — Дэхён задыхается от смеха, руками стараясь оттолкнуть меня, но у него плохо выходит. — Отпусти! Я позволю тебе шуметь, только отпусти меня! — Этого слишком мало, — поддаюсь я, позволяя и ему несколько раз ткнуть пальцем мне в живот, только я не боюсь щекотки и поэтому никак не реагирую на это. — Хочешь, чтобы я заплатил тебе… тысячу… Я так и замираю, задерживая свой указательный палец где-то между девятым и десятым рёбрами Дэхёна. Он глубоко дышит, пользуясь возможностью. — Что? Согласен на тысячу вон? — он пристально смотрит на меня, дыша через рот. — Боже, ты гений! — внутри меня расцветает надежда. — Я скуплю все поцелуи Джины. Дэхён прищуривает глаза. — Не проще ли признаться ей в своих чувствах и бесплатно поцеловать её? — Даже если признаюсь сейчас, она не сможет отказаться от участия и будет целовать других парней, потому что так надо, но, — я поднимаюсь с кровати, с трудом удерживаясь от улыбки до ушей, — если я заплачу, никто, кроме меня, не поцелует её. Дэхён не согласен. Я практически уверен в том, что он считает мою затею идиотизмом, но я вижу в этом отличный шанс. — Если поцелуй стоит пятьсот вон, а поцелуй в среднем будет длиться около пяти секунд… — я задумываюсь, про себя считая, сколько поцелуев можно осуществить в минуту и сколько в час, а затем прихожу к полной сумме: — Мне нужно триста шестьдесят тысяч вон. Дэхён, одолжишь мне немного деньжат? Клянусь, если бы Дэхён сейчас что-нибудь ел, наверняка подавился бы. — Да ни в жизни, — он вытягивает руку и сжимает в ладони пустоту. — Верни мне мою подушку и ложись спать. — Как я могу спать, когда Джина… — Смирись и отпусти Джину. Даже если она кого-то поцелует, даже если переспит… — Эй! Дэхён тяжело вздыхает. — В общем, я к тому, что незачем тратить столько денег из-за девчонки. Он совсем не понимает мои чувства. Это не он семь лет влюблён в одну девушку и не он каждую ночь проигрывает в голове то, чего никогда не случится. Я знаю, что шансы быть с Джиной ничтожно малы. Я так же знаю, что всё, что я на данный момент могу — купить её поцелуй, а лучше купить все семьсот двадцать поцелуев с ней. — Если ты одолжишь мне сто пятьдесят тысяч вон, я больше никогда в жизни тебя не побеспокою, — я складываю руки, впиваясь в Дэхёна умоляющим взглядом. — Я даже буду твоим рабом неделю. — Месяц. — Две недели. Дэхён сдаётся, согласно кивая. — Из-за тебя мне придётся сидеть на рамёне и воде до следующей стипендии… Вот это и есть настоящая дружба — он готов есть лапшу быстрого приготовления ради моего поцелуя с Джиной. — Спасибо, друг, я никогда этого не забуду! — Да нет, это я никогда этого не забуду, Ю Ёнджэ...