Немного общей информации, для ознакомления.
Обычная аптека в центре города, соседствующая с несколькими бизнес-зданиями и торговой аллеей, но нет. Именно в этой элитной аптеке изготавливают сильнодействующие дорогие лекарства для всех на любой кошелок и от любого недомогания и разные препараты конкретно для омег и альф и т. д.
Хозяин этой аптеки — один очень богатый альфа — Ким ВонШик, у которого в собственности содержится не менее элитный клуб — он очень добр к своим подчинённым и знает почти каждого поименно. Все работники его заведений удивляются такому альфе: никогда не кричит, дружелюбен, вежлив и имеет хороший «альфа-контроль», в этом некоторые убедились лично, когда Ким наведался в свой клуб, у какой-то работницы-омеги началась течка (ещё и первая), ВонШик отогнал от девушки других альф и спокойно отвёл ее в кабинет, где на такие случаи, да и вообще на всё и вся была аптечка (ну Ким же у нас как-никак один из хозяев фармацевтической компании) и таблетки для омег в том числе. Даже гон, проходит нормально, он не теряется в пошлых мыслях и к омегам и близко не подходит для
палапать-зад-и прочее.
С этой ситуацией всё очень просто. В детстве, альфа сильно заболел и в ходе лечения, доктора сказали любящим родителям, что их сын может больше никогда не почувствовать запахи, вообще. Что уж там говорить о запахах омег… Болезнь и долгое лечение притупило рецепторы. К своему счастью и счастью родителей, через пару лет обоняние вернулось, но… Его обоняние, как альфы — нет, с этим частично и связана его сдержанность во время гона. ВонШик не унывал и не унывает до сих пор: у него есть близкие друзья, знающие о его особенности, хороший бизнес, даже можно сказать три — компания, аптека, клуб — и подчинённые, которые боготворят его за идеальные условия, отсутствие конфликтов и прочие.
***
— Эй! Рави, привет! — с лучезарной улыбкой обращается друг
— О. Привет, Бин. Не думал, что ты зайдешь сегодня ко мне, да ещё и прямиком в офис. Есть дело? — Ким видит, что его друг так и светится и пускает радугу — Ну выкладывай!
— Помнишь на прошлой неделе мы около твоего клуба наткнулись на паренька. — ВонШик кивает — Так вот… Тогда я ничего не почувствовал, видимо он под таблетками был. Но… Буквально вчера вечером, я зашёл в твою аптеку…
— Вот теперь я боюсь продолжения. — почесывая затылок, бросает Ким, кладя ногу на ногу.
— В общем, я был на кассе и почувствовал свой любимый запах и вот он заходит… ВонШик, я потерял дар речи. Этот парень — мой омега!
— Поздравляю, и как же зовут новый предмет твоей любви? — искренне улыбается Рави, понимая что его аптека теперь будет в списке «любимых мест» Бина. Да, самолюбие у этого альфы, конечно же есть.
— СанХек. — у ХонБина будто крылья выросли, чуть ли не витает в облаках от воспоминаний
— И что же он хотел в моей аптеке?
— Он пришел разобраться с одним рецептом, а по пути, течка началась. Но, несмотря на таблетки, я всё равно учуял его. Хорошо, что машина рядом была, отвез его к себе.
Все прекрасно знают, что истинным парам не мешают препараты, скрывающие запахи (во время течки омеги). Бин очень рад этому, он как обнял друга, поблагодарил за то, что тот держит чудо-аптеку в центре города, попрощался и понёсся домой, где в теплой постели его ждал СанХек.
«Наверное это приятно — ощущать любимый запах» — мыслит Ким —
«Кстати, давно не навещал аптеку…»
***
Альфа хотел проверить аптеку вечером, но дела не отпускали. На часах уже 02:17, он закончил с бумагами, привел кабинет в порядок, спустился на лифте на парковку и, только отъезжая от бизнес-здания, вспомнил, что всё-таки нужно проверить свое
детище, работающее круглосуточно, ну, а так как это ночь на субботу, то потом в свой клуб, развеяться.
ВонШик припарковался в районе аптеки. Что-то внутри так и говорило «Что-то не так»: ведь после полуночи, освещение там должно меняться на более тусклое, чтоб не резало ночью глаза, а на окне, обычно, загорается вывеска «Мы всегда открыты для вас!» — Нет, что-то точно не так! — тихо говорит Рави, его работники всегда это делают и, всё еще сидя в машине и смотря по диагонали на аптеку метров с 100
не так уж и далеко и огоньки-фонарики всегда видно, он начинает думать —
Так, пятница, ночь на субботу… Сонна, сказала, что один из работников отпросился и на ночную смену придет один… как же его… новенький. Черт! Я же его не видел еще и имени не знаю.
С этими не очень хорошими мыслями Ким покидает машину, на улице моросит дождик. Он подходит к бледно-голубой матовой двери, осматривает вывеску наверху и цветы у входа по бокам. Открывает дверь со звоном колокольчика. И его слух сразу будто ножом режет, тихий скулеж где-то в дальнем углу не маленького помещения. Рави медленно идет к источнику шума, попутно ощущая почти выветрившийся запах двух альф и что-то еще, что-то очень приятное, но этого так мало. Запах какой-то сладости? В углу он находит парня, сидящего в углу, поджавшего ноги к груди и плачущего.
— Эй! Что произошло? — присев где-то в полуметре от парня, обеспокоено спрашивает ВонШик. Видимо бедняга не слышал колокольчик и шаги, потому что вздрогнул и резко поднял голову. Он открывает рот, но не в состоянии ничего сказать, лишь смотрит. Ким осматривает парня: заплаканное личико, смуглая кожа, на запястьях синяки
«И с какой же силой нужно держать? За такое обращение — убью!», расстегнутая белая рубашка, много засосов, видны синяки на шее
«…держали за горло…»; альфа водит глазами вокруг: на полу капли крови и спермы, с нижних полок лекарства были разбросаны на полу.
«Запах… Карамели?..» Рави немного приближается к парню, аккуратно берет его за плечи и медленно поглаживает. — Тш, спокойно. Постарайся глубоко дышать… Вот так. — Парень чуть успокаивается и поднимает взгляд на альфу, ощущая какое-то странное чувство защищенности.
Они посидели так немного, Ким, не задавая лишних вопросов, помог бедняжке подняться, вызвал полицию и начал обрабатывать синяки и ссадины. Оказалось, парня еще и побили. Запахи альф почти выветрились и теперь в помещении витают запахи разных мазей, запах приятного свежего кофе с молоком от ВонШика и… снова, еле уловимый запах карамели.
«Может тут что-то разлито?»
— Откуда вы знаете, что аптечка под прилавком? — тихо спрашивает парень, непонимающе смотря на ВонШика, пока тот обрабатывает левое запястье.
— Я хозяин этого места. — не отрываясь от дела, отвечает Ким. На такой неожиданный ответ парень резко отдергивает руку.
— Простите, господин Ким. Простите… — почти навзрыде будто умоляет он, опять опустив голову. С первого дня работы, все вокруг твердили о хозяине: какой он хороший и добрый.
— Глупости! Это я должен просить прощения, за то, что не ставлю ночью охрану здесь. — заботливо говорит Рави, приподнимая поникшую голову обратно вверх, приторные запахи альф еще присутствуют на пострадавшем теле, но есть что-то еще — А теперь, дай мне закончить. Полиция скоро приедет.
Около минуты тишины и Ким, перебинтовывая правое запястье для защиты от лишних повреждений, понимает, что не знает имени смуглого парня.
— Как тебя зовут?
— Ча Хакён, можно Эн. — засматриваясь на татуировку альфы на правой руке, отвечает Эн.
— О. Точно. Ты новенький. — Рави широко улыбается — Ну, а теперь, Хакён, когда ты успокоился: расскажи, что именно произошло.
Ким закрывает аптеку, возвращается к Ча, сидящему на полу у кассы со стаканчиком холодной воды, и садится напротив него. На часах уже 2:51 ночи.
— …Двое альф, с начала они просто ходили, я расставлял товар и, когда один из них прошел рядом, почувствовал запах алкоголя... Я сделал всего пару шагов и меня повалили, они даже дверь закрыли изнутри. — Эн сильнее сжимает стакан, стараясь унять нарастающую дрожь, — …я сопротивлялся, пару раз ударил, меня ударили в ответ несколько раз, но я всё равно пытался вырваться… А дальше, мне завязали руки и... начали насиловать… Хорошо хоть, у меня течки нет и я на препаратах, а то точно бы залетел. - пытается утешить себя омега
«Так он омега…»
— Ну, во-первых, можно залететь и без течки, во-вторых, ты запомнил, как они выглядели?
— Нет…
— Так. Я проверю камеры. И ещё, даже, если ты на таблетках, всё равно наведаемся в больницу, и выпей сейчас противозачаточные: вон те, в синей упаковке. И вот это. — альфа кладет порошочек с болеутоляющим.
— Спасибо… — робко говорит Хакён.
Рави проверил камеры. Они дождались «стражей закона», всё рассказали и поехали в больницу, где их уже ждал друг альфы — Ли ДжеХван, бета из весьма богатой влиятельной семьи, который держит частную клинику и заведует отделением неотложной помощи.
***
— ВонШик, а ты молодец. Так хорошо обработал. — хвалит Кён, всё ещё осматривая пострадавшую омегу за ширмой, — Так, Хакён, если будет больно, извини.
— А…ай…
— Кён-аа, ты там скоро?
— Мы закончили. — отвечает бета, отодвигая ширму. Рави обеспокоено смотрит на омегу.
— Как он?
— Анализы и снимки будут готовы где-то через 20 минут и тогда поймём точно. А в целом: благодаря тебе, синяки и прочее пройдет быстро, …
— ДжеХван, я знаю этот взгляд. — Ким забеспокоился
— Что-то плохое? — Ча решил подать голос
Ли садится на стул лицом к парням, смотрит на омегу, на альфу, будто пытается подобрать слова.
— Тебя сильно ударили в живот, я так понял, несколько раз… как ты думаю понял, буду прямолинейным, у тебя не было течки, не могу сказать точно на счет второго, но у одно из альф точно был гон… сильно досталось, изнасилование в таком виде…и…
— и… — Эн со страхом смотрит на доктора
— УЗИ показало сильное внутреннее кровотечение, возможно, из-за всего этого разрыв трубки или повреждение самой матки. Если всё окажется на столько плохо, как выглядит сейчас… Боюсь, я и доктора клиники будут не в силах что-либо сделать. Ты знаешь, что это значит.
— ч… что…нет… — Ча не может поверить словам Кёна. Нет. Он ещё ни с одним альфой ни то что, не спал, даже до объятий ничего не доходило. Это так жестоко. Неужели он потеряет возможность иметь детей?! На глазах наворачиваются слезы, руки нервно комкают медицинскую простынь. Рави сидит, в шоке от услышанного. Он начинает винить себя за то, что плохо следит за одним из своих заведений, винить за то, что не поставил с десяток охраны у входа в аптеку. Он злиться, сам не понимает, от чего именно. От того что от его заботы сейчас нет толку? От того что не пришел раньше? Или от того что Хакёну сейчас больно?.. Сердце будто замирает, когда он видит, как по смуглым щекам текут слезы. Рави подрывается со стула и садится рядом с Ча, крепко обнимая его, опять мимолетно ощущая тонкий запах карамели.
— Я пойду за анализами и снимками. Надеюсь, мои опасения не подтвердятся.
