Я снова чувствую!

ВонШик просыпается в районе 10 часов дня от прохлады. Точнее, от отсутствия любимого рядом. Он прислушивается и понимает, что омега на кухне. Тихо идет туда. Сынок сидит на стульчике и пьет водичку из бутылочки, пока Эн нарезает овощи, стоя спиной к альфе. — Доброе утро. — Ча кажется не слышит мужа — Энни? — опять не слышит, Ким подходит к нему, — ХакЁн? Омега пугается и роняет нож, пытается сфокусировать взгляд. — Рави… ХакЁн весь покрыт испариной, усталый взгляд и тяжелое дыхание. Альфа пробует его лоб. — Да ты горишь весь! А ну-ка садись… Что-то болит? Ча сидит и смотрит на парня, тело будто ватное, не слушается. Глаза под пеленой. И омега не может нормально услышать, что говорит его любимый, как под водой. «Энни?.. ЭННИ! ХАКЁН?!» Темнота и тишина. Он падает в обморок. Ким быстро звонит в скорую, которая приезжает спустя 15 минут. Малыш ЁнДэ морщится, прячется на ручках у папы, но не плачет. Доктор подходит к ВонШику, улыбаясь мальчику. — Как он? — Ваш муж измотан. Очень сильно, к тому же в ближайшие пару дней у него должна начаться течка. Ему нужен покой и желательно неделю побыть дома. Альфа поблагодарил врача и медбрата, закрыл за ними дверь и пошел в гостиную, где сейчас лежал ХакЁн. — Доктор сказал, тебе нужно побыть дома. — поглаживая по руке, говорит Рави, сын тянется к папе и Ким опускает, сажая рядом с мужем, — Тебе принести что-нибудь? — Нет… ничего. Можешь… побыть со мной пока я не усну? — Может, тогда будет лучше, если я отнесу тебя в спальню? — омега кивает, пытаясь улыбнуться, но плохо выходит, ВонШик пересаживает сына в детскую качалочку и несет любимого на кровать. И малыш и Ча уснули, Рави переносит сына в кроватку и уходит на кухню. Он решает никому не звонить, разве что отцу, чтобы привести ему внука. На что тот сразу соглашается, даже не спрашивая зачем. Альфа аккуратно собирает сумку со всем необходимым, укутывает ЁнДэ и выходит, оставив записку около любимого: «Отдохни, пожалуйста. Я отвезу ЁнДэ своему отцу. У меня важная встреча, но я постараюсь закончить как можно быстрее и вернуться к тебе. Когда проснешься, хорошо поешь. И я оставил тебе витамины на столе. Люблю тебя!»

***

Ким сидит в кабинете главного врача. Того самого, который следит за состоянием тех трех детей. Доктор приходит почти сразу. — Здравствуйте, господин Ким. Чем обязаны такой чести? — Где-то полторы недели назад к вам доставили беременную женщину с двумя детьми, их сбила машина. — О… Да. Очень печальный случай. Я был в шоке, когда узнал, что это сделал отец. Но вы ведь здесь не за информацией. — На скорой с ними был Ча ХакЁн. — Да… — доктор печально опускает голову — Знаете, не думал, что можно так привязаться к незнакомым людям. Как только девочка пришла в себя, он пошел к ней. Потом ходил к ее маме и… когда я сказал, что мы собираемся постараться спасти младенца, он говорил с ней. Я стоял за дверью и слушал, как он просит ее разрешения забрать детей, как обещал заботиться о них, любить… и как обещал, что они ее не забудут. Вы представляете? Я будто чувствовал его эмоции. Его альфе несказанно повезло. — Он чувствительный…в последнее время. — Так вы его муж? — сказать что доктор удивлен, ничего не сказать — Да. Как дети сейчас? — Мальчику лучше, но он еще не пришел в себя. Девочке сегодня сделали МРТ и полный рентген, и буквально около часа назад она пришла в сознание и спрашивала, где господин Ча. — А младшая? — … — доктор снимает очки и уже в одном его взгляде понятно, что он скажет дальше, — Отказала одна почка, а потом… Ее сердечко не выдержало. ВонШик опускает голову, это печально. Но врачи старались спасти ее жизнь. Лучше постараться, чем потом жалеть о том, чего ты не смог сделать. Минута тишины режет уши. Глубоко вдохнув, альфа все же решается прервать ее. — Я могу увидеть детей? — Так как я внес вашего мужа, как опекуна, то да. Можете. Пойдемте. — Если возможно, то сначала к мальчику. — уже встав с кресла, просит Рави — Прошу за мной. Три этажа наверх и два коридора. Детское отделение. Нужная палата. Ким смотрит на этого мальчика и, кажется понимает, почему любимого зацепили эти дети. Этот мальчик очень похож на папу ВонШика в детстве. Альфа очень любил его, но к сожалению… так вышло, что его не стало. Но остались фотографии, греющие душу, которые всего за пару дней до этого инцидента он показывал ХакЁну. — Его зовут ЁнДжин, омежка, 13 лет. Рави разглядывает этого, так похож на папу… — Вам плохо? — Нет. Нет. Пойдемте к девочке. Тот же коридор, последняя палата. — СуХён, я привел тебе друга. Его зовут ВонШик. Девочка поворачивает голову и улыбается. Будто уже знает ВонШика. А сам альфа садится в кресло и не может и слова сказать, лишь смотрит и снова не может поверить. Эта маленькая девочка непросто похожа на его папу, как ее братик, она одно лицо с ним. И этот приятный омежий запах молочного шоколада, такой же какой был у его папы. — Почему ты плачешь? — милый голос, пусть и детский, но Ким будто услышал давно забытый голос Доктор тихо покидает палату, оставляя их наедине. Альфа не пытается вытереть слезы. Зачем? — Да, так. Ты напомнила мне одного человека, которого я очень любил и люблю до сих пор. — А кто этот человек? — Мой папа. — ВонШик пересаживается на край больничной кровати, и убирает лишние прядки с маленького личика — Ты помнишь ХакЁна? — Да. Да. Мы с ним много разговариваем о всяких сладостях, которые мне нельзя кушать, пока я в болею. А ты его знаешь? — Он мой муж. — Ооо. Он много о тебе рассказывал. — И что же он говорил? — Что ты добрый, заботливый, … красивый, как модель, высокий, сильный, а еще умный и… и… — хахаха. Я понял. — А сколько тебе лет? — 24, а тебе? — Девять. — О! Так ты уже совсем большая. — в голове всплывает дата, та самая, когда папы Рави не стало, это было 9 лет назад. «Неужели, такое возможно?!» Эти двое начинают разговаривать обо всем подряд. Про те же сладости, про природу, игрушки и так до прихода врача. Которая просит дать девочке отдохнуть, да и капельница нужна. Только Ким встает, как слышит вопрос: — Моя мама… тот добрый доктор сказал, она очень устала и крепко-крепко спит. — Это правда. — говорит альфа, видя грусть в глазах девочки и медсестры, девочка не в том состоянии, чтобы говорить ей о смерти мамы. — А когда я увижу братика? — Как только он проснется и ему и тебе станет лучше. А пока, набирайся сил. Хорошо? — как можно позитивнее просит ВонШик — Хорошооо — А ХакЁн когда придет? — Прости, ему тоже нездоровится. Когда ему станет лучше, я приду с ним. Отдыхай. Маленький сад на крыше больницы, самое лучшее место, чтобы переварить все. «Папа, это правда ты?!» …Альфа спускается к тому же самому кабинету, где был днем. — Мы усыновляем их. — Главврач подавился чаем, от человека, который видит этих детей в первый раз, такого он не ожидал услышать — Можно начать прямо сейчас.