Останься

Диппер тихо сидел в своей комнате и пытался сосредоточиться на чтении книги. Мэйбл ушла только вчера, а он всё так же волнуется. Он хочет, чтобы они снова были вместе, как раньше. Не было никак забот, ссор, трудностей. Парень устало вздохнул, нет, книжка не помогает отвлечься от тревожных мыслей. За окном пасмурно и сыро. Сестрица могла бы сейчас развеселить его, но её нет рядом. Теперь кажись, наш горе-братик понял, каково было Мэй. Каждый день приходить домой и знать, что ты один в этой тесной квартире! Что каждый раз, тебе скучно и одиноко. С возрастом Дипп всегда раздражался, когда она делала что-то нелепо и неуклюже. Мешала, и просто была шумной. Сейчас же эта тишина угнетает. Если долго оставаться с собой наедине, можно сойти с ума, и Пайнс-младший прекрасно понимал это. Вот только... как Мэй-Мэй справлялась с этим? — Не так уж и ужасно. Всё можно преодолеть! Она верит в него, в них, в себя. Ни в коем случае нельзя опускать руки! Надо держаться. Держаться... — Хэй, Бро, не хочешь кушать? Я тут тортик приготовила~ Твой любимый! Ну же, оторвись от бумаг и нудной работы! — "Всё будет хорошо. Мэйбл будет здорова и все будут счастливы." — мечтать не вредно. Просто... будьте с ней рядом. Это бесполезный, крошечный, но шанс, может продлить жизнь внутри девочки. Она будет знать, что всё не напрасно. — Д-диппер? Ты чего? Бро, не будь таким букой! Ч-что? Уйти? Я... Ладно, хорошо. Я больше не буду тебе мешать, прости... Воспоминания так и лезут в голову, к горлу подступает ком, и Пайнса-младшего угрызает совесть. — Диппер? — шатен вздрагивает от грубого голоса отца. Он серьёзен как никогда. — Напугал пап, постарайся стучаться в дверь. — чуть обиженно произносит кареглазый. — Ну что ж, извини. А где Мэй? — усмехается отец, а после удивлённо осматривает команту. Как давно они уже не те самые: "Близнецы-навеки"? Мужчина не может привыкнуть. И всё таки убеждаясь, без Мэйбл тут явно всё не то. — У знакомой, они делают школьный проект. — юноша закусил губу. Ему показалось или Мэй странно вела себя тогда? — Жаль. Я... я хотел вам кое-что рассказать. Не знаю как вы примите это, но пожалуйста, выслушай меня Дипп. — Барри тяжело вздыхает и отводит взгляд. — Вы с Мэйбл приёмные. Знаешь, Маргарет не может иметь детей, поэтому она была безумно рада брать вас под своё крыло. Оказывается ваши биологические родители не хотели иметь ребёнка, тем более ваша родная мать не планировала двойню. Хотела сделать аборт, благо ваши дяди отговорили. Пришлось отдать нам, но даже так, мы очень-очень счастливы, и это чистейшая правда. Вы стали для нас как родные, сынок. Нам с мамой очень стыдно, что мы врали вам всё это время, и наверняка ты сейчас очень зол не только на нас, но и на Стэна с Фордом. А как же отреагирует Мэйбл? Боже, девочка наша... — сказать, что Диппер в шоке, значит не сказать ничего. — Пап... Неужели мы настолько отвратительны, что нас даже видеть не хотят собственные отец и мать!? — парнишка чуть ли не срывается на крик. — Извини сынок. Знаю, сейчас это звучит абсурдно и как-то не так, но вы мои дети. Я люблю вас. Всегда буду. — мужчина грустно улыбнулся, смотря как Пайнс-младший пытается подобрать слова. — Когда мы узнали, что Мэй больна, мы стали уделять больше времени работе. Маргарет любыми способами хотела помочь ей. Однако все врачи говорят одно и тоже: "Неизлечимо". Позже впала в истерику и часто проводила время с Мэйбл. Работа, работа и ещё раз работа. Думаю, мы сможем получить достаточное количество суммы денег и провести операцию. — кареглазый встрепенулся и в его глазах засветилась надежда. «Naive. Stop doing it. Mabel is no help.» Диппер переваривал сказанное, нужно это срочно обсудить. Прямо сейчас.

***

Девушка пила чай и наслаждалась видом из окна. Уютно. Билл готовит завтрак и поглядывает на беззащитного ребёнка. Ему нравится она вся. А какие чувства она испытывает к нему? Всё те же друзья? Ну навряд ли, скорее смешанное чувство с радостью и одновременно лёгкостью. — Мэй, ты как? — блондин садится рядом, перебирая шёлковые волосы шатенки. — Нормально. Я хорошо спала, спасибо, мне было приятно и тепло. — с благодарностью кивает кареглазая, широко улыбаясь. Хех, улыбка, кажется, сейчас треснет по швам. Пайнс-старшая ставит на стол опустошённый бокал и обнимает мужчину, прижавшись щекой к груди. Всё прекрасно. Да?