сопротивление бесполезно когда ты в постели Юнги

Юнги наливает себе третью стопку какого-то дорогущего напитка, название которого, он благополучно забыл. Его друг ушел с компанией в лице прекрасной дамы, оставив его одного. -Как же скучно, мать вашу. - думает Мин, затем обжигающий напиток снова заливает в горло, отчего по телу разливается тепло. Он не уходит из клуба, потому что дома холодно, и его никто там не ждет. Ему там очень одиноко. Но несмотря на все это, отношений он не заводит, так как для него все это лишняя нервотрепка, которой ему и на работе хватает. Он - самый молодой и высокооплачевыемый продюссер, который создает музыку под ником Agust D. Ему несомненно нравится его работа, но, сука, так мозги ебет. Любая баба позавидует. Чимин входит в клуб и первое, что он чувствует - музыка. Да, именно. Музыку он чувствует всем телом и фибрами души. Поэтому в следущую минуту он врывается на танцпол и начинает танцевать, предварительно накатив писярик для храбрости. Он движется то плавно, то резко, он сливается с песней воедино и это его тот самый шарм. Движения Чимина атакуют тебя. Ты буквально можешь чувствовать то же, что и он во время танца. Люди начали освобождать для него место и заворожено смотрели. Конечно. Чо еще делать, когда сам Пак Чимин танцует? Юнги оборачивается на шум и видит просто охуенную фигуру. -Вот это бедра, - Мин облизывается. Да, для него нет разницы - парень или девушка. Просто трахает. -Ах, эта задница, - он немного прикрывает глаза, но мальчика по-прежнему видит. Видит его плавные изгибы тела. Кожу шоколадного оттенка. Лапищи, что легли на эту божественную задницу. Так блять. Юнги подходит к этому парню и тут же убирает эту стремную лапу от его сегодняшнего развлечения на ночь. А может и не на ночь. -Малыш, ты почему меня не подождал, - Мин кладет свои руки на талию удивленного и испуганного (?) парня. Он дрожит, но старается не показывать это. Юнги презрительно посмотрел на этого амбала, что пристроил свои пакли на волшебном заде. И увел пока незнакомого мальчика на улицу. -Ну, и какого хера? - Мин говорил так, будто эти двое знакомые с тридцатилетнем стажем. -Что? - парень недоуменно посмотрел на своего, так скажем, спасителя. -Что? - передразнил Юнги. -Он бы изнасиловал тебя и глазом не моргнул. - конечно, какое Мину дело, но он не хочет, что бы так происходило именно с этим мальчиком. Хотя сначала сам был не против выебать этот прекрасный зад. Да и, сейчас вроде не против. -А почему сразу изнасиловал? Может, я хочу секса. Юнги тихонько ойкнул от всей неловкости и подошел к парню. -Шлюха, что-ли? - и заглянул в глаза. А Чимин охуел. Из ушей медленно начинает выходить пар. -Еще секунда, и въебу. - он сжимет свои маленькие кулачки и замахивается на слишком уж охуевшего парня, но не делает ничего. Просто стоит и держит руку у лица этого блондина. -Хочешь ударить? Или, кажется, ты хотел другого? - специально акцентирует внимание на последнее слово. -С вами - нет. Вы мне противны. И не буду я вас бить, - после убирает руку и засовывает ее в карман, на что Юнги ухмыляется. -Поехали. Ты же не против. Ты же этого хотел. Едем, мой хороший, - Мин достал ключи от машины и, открыв ее, насильно, под дикие возгласы, запихнул туда уже плачущего Чимина. -Не надо. Отпустите. - он плакал и бил по окну. -Да заткнись ты! - рыкнул Мин, и на удивление, это подействовало. Всю дорогу Юнги слушал плач этого мальчика, но ничего не мог поделать. Желание окутало с ног до головы. Потом он непременно извинится. Только если все пройдет все хорошо и ему понравится. Он не жестокий человек. Что Чимину мешает взять телефон и позвонить в полицию? Правильно. Ничего. Алло, Пак Чимин. Нам сообщили, что вы полный идиот, и из-за страха не можете даже подумать о безопасности своего пока еще девственного зада. Пока еще. Юнги аккуратненько паркует машину, и Чимин был готов бежать, но... -Стоять, сучка. - он вывалился из машины прямо в руки своего ''похитителя''. Как и ожидал Мин, Чим начал кричать. Но это бесполезно, потому что Чимин и в этом случае тупой. У Юнги двухэтажный особняк за городом. И сейчас они посреди леса. Ночью. Конечно, какое тут спасение? Точно изнасилуют. Юнги затаскивает податливую на удивление тушку к себе домой, что уже странно, ведь обычно он никого домой не водит, а ебет где попало. Мин кидает его на первую попавшуюся горизонтальную поверхность, чем явилась кровать в его спальне. -Даже в спальне. Благодарен должен быть, сучка такая. - думает Юнги и срывает с Чимина его футболку. Ему тот же предстает весьма впечатляющий вид. Даже если этот парень мягок на вид, тело его накачаннее, чем у Мина. -Огонь, - говорит Юнги в слух и одновременно стаскивает с Чимина штаны. Вот теперь он начинает сопротивляться. Он кричит о том, что бы его оставили в покое и лучше бы убили. -Сучка, ты знаешь, какое это удовольствие, трахаться со мной? Сейчас узнаешь. - рассуждает Юнги. Он понимает, что парень очень брыкается, поэтому снимает с себя футболку и привязывает запястья Чимина к кровати. После он снимает оставшуюся одежду с мальчика и себя. Пак кричит и чувствует боль в горле. Зачем он вообще поплелся в этот клуб? А, его ж из дома выгнали. За какую-то сраную четверку за тест по английскому. -Ну пиздец. - думает Чим, когда Юнги вставляет ему кляп. Но это не последнее, что он сегодня вставит. -Если не хочешь, что бы было больно, не кричи, когда я достану эту вонючую тряпку. Ты же хочешь, что бы я ее убрал? Со стороны Чимина идет легкий и неуверенный кивок, и Юнги вытаскивает эту не первой свежести тряпку. Чимин, как и обещал не кричит, а лишь тихо просит остановиться. Но ему не дают долго говорить и приставляют к его рту пальцы. -Лижи, сучка, так, будто это мой член. Чимин сглатывает, но позволяет пальцам проникнуть в рот. Он обводит их языком и посасывает. Хоть ему и неприятно, но он продолжает делать это, ведь страх за свою целостность намного сильнее, чем страх за девственность. Он старается. Смачивает каждый палец слюной, гладит языком и сладко причмокивает. Как бы он не хотел, он не может получить от этого удовольствие. А Юн ловит кайф. Язык горячий, а внутри мокро. Это настолько заводит, что блондин воет, стараясь держать себя в руках. Пока что. -Вот так, сучка. А теперь поверни ко мне свой зад. /к лесу передом ко мне задом/. - ухмыляется Юнги, а после разворачивает Чимина сам, потому что тот слишком медлит. А Паку больно. Ткань сжимает руки и неприятно трет. Но становится по-настоящему больно, когда он ощущает инородное тело в своей заднице, отчего вскрикивает. Мин проталкивает палец внутрь Чимина, а тот замирает и рвано дышит. За это время Юнги уже успел понять, что малой - девственник, потому что внутри уж очень узко. Да и сам он не выглядит так, как будто познал все прелести жизни, которые помечены красной меткой 18+. Но от этого не лучше. Это лишь подливает масла в огонь. Он проталкивает второй палец и попадает по комочку нервов. Судя по реакции Чимина: его выгнуло дугой, и он протяжно застонал. И Юнги уже подметил, что его голос очень сладок и с ним, непременно можно работать. Если Юнги не убьют. Юнги вставляет третий палец, и Чимин снова стонет от боли. Юнги нравится, поэтому он вгоняет пальцы до самого упора, снова попадая по простате. И вновь, Чимин стонет отнюдь не от боли. Но и это нравится Мину. Ему, вообще, все нравится. -Юнги. Что бы ты знал, чье имя тебе стонать, - облизывается Мин и тянется за поцелуем. Он целует несдержано. Кусает почти до крови, оттягивая и посасывая губы, одновременно двигая пальцами. А Чимин теряется. Он потерялся в собственных ощущениях и, кажется, вселенной. -Иди ты нахуй, Юнги-и, - снова стонет Чимин, когда эти чертовы пальцы проходятся по комочку нервов. -Вот так, сучка. Мне нравится твой голос. Стони громче. Мин вынимает пальцы из сжатого колечка мышц и приставляет сочащуюся смазкой головку. Он входит сразу до конца. Прям, сука, по самые яйца, чем вызывает у Чимина болезненный и одновременно стон удовольствия. Он проезжает своим членом вновь по простате. Паку, вроде, не должно нравится, но он возбудился. Член стоит колом. Хоть орехи раскалывай. Он стонет еще громче, когда Юнги начинает двигаться в нем. Нет, не двигаться. Он вдалбливается резкими толчками. Он полностью выходит, а затем резко скользит внутрь так, что встречается пахом с этими притягательными ягодицами. Мин толкается и хрипло стонет на ухо Чима, потому что с ним настолько охуенно. Чимин от этого конкретно догоняется и кончает, протяжно простонав, так и не притронувшись к себе. Он сжимает Юнги внутри, и тот кончает следом, издав ласкающий слух стон, который определенно понравился Паку. Блондину же не с кем не было так хорошо. Это первый раз, когда он так стонет и первый раз, когда он целует кого-то. Ему приятно до звездочек в глазах. Он все еще не выходит из Чимина. А тот теперь занят самокопанием. Блять, только не это. Нет. Не понравилось. Мне не понравилось. - думает Чим. Твою мать. Это так охеренно. Юнги все еще тяжело дышит, но уже приходит в норму. Он аккуратно достает свой член и видит, как из дырочки вытекает белая жидкость. Он собирает капельку пальцем и тянется ко рту Чимина. Тот, не думая, открывает рот и слизывает горько-соленую жидкость, что кажется сладкой. Ты извращенец, Пак Чимин. -Ты, сучка, маленькая извращенка, - Юнги прочитал мысли парня и шлепнул его по заднице, притягивая к себе. Этот мальчик настолько красив в свете луны. Им хочется любоваться вечно. Его прекрасные пухлые губы и щечки добавляют ему какой-то детской милоты. И как Юнги раньше не заметил? Парень безбожно красив. На этот раз поцелуй нежнее, и Чимин даже отвечает. Слабо, но отвечает. Он легонько шевелит губами, но не позволяет проникнуть чужому языку внутрь. Но Юнги этого и не надо. -Ч... Чимин я. - крикнул Пак слишком громко, отчего прикрыл рот ладошкой. -Будешь моим? Чимин кивает. -Навсегда? - в голосе Пака слышиться мольба. -Навсегда, - Юнги улыбается, показывая десна. И ох, чёрт, это прекрасно. Дайте бедному мальчику выйти в окно. А то прям тут умрет. После эти двое уснули, предварительно отвязав Чима. Юнги извинился, но Пак сказал, что не в обиде. Эти двое даже не догадываются о том, что через несколько лет Юнги сделает Чимину предложение. О том, что у них будет собственный дуэт. О том, что каждый их секс будет как первый. О том, что они будут влюблены. О том, что они ебаные извращенцы.