Этюды и к чему они приводят

Корвет «Сообразительный» бороздил просторы Балтийского моря. Только этим вечером, в пять часов сорок шесть минут он взял курс на Кронштадт. Плавание подходило к концу, все учебные задачи были выполнены, учения и тренировки проведены — корабль возвращался домой. В этот вечерний час у большей части экипажа не было никаких учений, сборов, им не дали каких-то особых указаний и команд, так что основной части команды дали немного долгожданного отдыха. Наша троица — Саша, Гриша и Макс давно ждали такого случая. Ребята долго размышляли о их будущей жизни, и большую часть этих размышлений занимал омега по имени Алёша. Парни думали о нем, хотя каждый не озвучивал своих мыслей, но тяжелые думы варились в каждом из альф. И вот на одном из коротких обеденных перерывов, около четырех часов назад, Саша подошёл к друзья и негромко проговорил: «Надо вечером обсудить кое-что серьёзное.» Гриша кивнул, Макс чуть выпучил глаза. У гаммы пронеслась мысль, что он опять где-то накосячил. Хотя после некоторых рассуждений он понял, что если бы это было так, на него бы уже десять раз наорали да и дали кучу отработок. Подумав обо всем этом и припомнив свои последние действия и не обнаружил там явных промахов, Макс окончательно успокоился. За полчаса перед отбоем парни собрались на одной из средних палуб, на которой им разрешалось прогуливаться в свободное время. Примостившись у запасной шлюпки, ребята с секунду помолчали. — Ты хотел поговорить. — Сказал Гриша, не желая затягивать серьёзный разговор. — На этот раз это очень важно. — Негромко ответил Саша. — Вы же знаете, я не люблю ходить вокруг да около… — Тут говоривший немного помедлил, собираясь с мыслями. Спустя несколько секунд, он продолжил. — Наверное, вы тоже думали последнее время о том же, о чем и я… Об Алёше. — Ты знаешь — да. — Сказал Макс, пристально глядя на говорившего. Гриша только коротко кивнул. Саша продолжал: — После возвращения нам надо как-то прояснить ситуацию с Алёшей… — Знаете, что я понял? — внезапно сказал Макс, в своей манере перебивая речь друга. — Я же не один замечаю, как расстраивается Лёша, когда мы долго его не навещаем? Как он тогда погрустнел, услышав об этом плавании? А ведь чем дальше, тем чаще мы будем пропадать, и надолго! В этот раз — во, почти полгода! -Да, Макс прав. — Проговорил Гриша. — Мы уходим в плавания, и чем дальше служба, тем наши отлучки будут длиннее. Вы же знаете лейтенанта Абрамова, он ведь уже третий год домой не возвращался. А ведь у него жена, двое детей… Альфы затихли, каждый был в своих мыслях. — - Да, ребята, вы меня поняли, именно про это я и хотел с вами поговорить. Я вот к чему веду… — Упорно продолжал свою мысль Саша. — Подведем итог: если мы будем продолжать служить во флоте, тогда, хотим мы этого или нет, мы бросаем Алёшу. Что ему эти наши жалкие несколько отпускных недель в год? Это не жизнь, и я, например — хочу видеться с ним чаще. — Да, и я тоже! — вторил Макс. — Поддерживаю. — Кивнул Гриша. — И что нам тогда делать? — Ясное дело: остается выбирать между семьей и карьерой. — отозвался Гриша. Парни затихли. перед ними встал сложный выбор. С одной стороны — любимая, перспективная и интересная служба, с другой — любимый человек, семья… Тут каждый из парней вспомнил те несколько дней, проведенных вместе с Алешей, их совместный вылазки в парк, походы по магазинам, кино и кафе, как ребята помогали омеге дотаскивать его тяжеленные работы до дома, все перипетии их, увы, недолгой совместно жизни. все забавные истории и казусы. Было понятно, что семейная жизнь намного сложнее нескольких дней совместной жизни, но эта сложность не пугала, а наоборот, притягивала. Размышления парней прервал сигнал — нужно было готовиться к отбою. — До нашего возвращения в порт нужно точно решить этот вопрос. — Быстро проговорил Саша, когда ребята спешили к своему отсеку. — Времени остается мало. Три дня — отозвался Гриша, быстро спускаясь по крутой лесенке. — Давайте так: сегодня — завтра на раздумья, а через 24 часа каждый скажет свое мнение. — Дыхание Макса прерывалось, когда он перескакивал через три ступени подряд. — Решено! — Сказал Саша и через секунду парни нырнули в жилой отсек. Прошёл целый день, настал вечер. Также как и вчера ребята встретились на облюбованной ими части шлюпочной палубы. -Ну, что решили? — коротко спросил Саша. — Я выбираю Алёшу. — Тихо сказал Гриша. — И я. — Ответил Макс. Саша обвел взглядом товарищей. — Тоже. -Значит, уходим? — после небольшой паузы спросил Максим. — Да. — глухо отозвался Саша. Гриша кивнул. Вдруг он встрепенулся и быстро проговорил — Но нужно будет как можно скорее предупредить капитана: помните, он говорил, у него на нас большие планы… — Да, точно! — Хлопнул себя по лбу Макс. — Ещё один учебный поход «Сообразительного»! Но знаете, ребят, мы и на суше будем смотреться неплохо! Остальные усмехнулись и направились к штабу командования. Станислав Дмитриевич внимательно слушал трех моряков. Когда они закончили, капитан покрутил пышный ус и после некоторого молчания проговорил: — Я понял ваше желание. — Я предвидел его еще и раньше, хотя не мог утверждать точно. Ребята с удивлением слушали командира. — Я передам начальству о вашей отставке, хотя мне будет очень жаль прощаться с такими умелыми и любящими свое дело людьми. Но я вижу, вы уже сделали выбор, и он обдуман, иначе было бы нельзя. Когда дверь за ребятами захлопнулась, командир корабля прошелся туда-сюда по каюте и, наконец, опустился на стул. «Я так и думал с самого момента отплытия… — Проносилось у него в голове. — Ребята так прощались с Алешей, что было б трудно бросить такого омегу одного. Хотя очень жаль, что они уходят -конечно, Саша, Макс и Гриша очень способные ребята, они далеко бы пошли на службе. Такие люди нужны флоту… Ну что ж, это их жизнь и их выбор. И все-таки хорошо, что они не повторят моих ошибок.» — И Станислав Дмитриевич вспомнил историю, которая случилась с ним, когда он был в том же возрасте, что и ребята. Капитан, что было несвойственно ему, сильно погрузился в свои воспоминания и чуть было не выпал из реальности. Наконец он взял себя в руки и, сказав себе, что все прошлое в прошлом, вернулся к своим обязанностям. «Сообразительный» пришел в порт на день раньше. Корабль причалил к берегу глубокой ночью, так что вернувшийся корвет никто не встречал. На следующее утро моряки, приведя себя в порядок, решили сделать своему любимому омеге сюрприз — накупить цветов и вкусностей и зайти в гости. Было воскресенье, и парни знали, что по этим дням Алёша обычно из дома не отлучается, предпочитая отдыхать. Так что вероятность застать любимого парнишку дома повышалась в разы. Затарившись всем необходимым в местном магазине, ребята подкатили к Лешиному дому. Парадная дверь была широко распахнута — на лестнице хозяйничал угрюмый дворник. Он проводил взглядом троих альф и принялся еще ожесточённей подметать лестничную клетку. Макс тихо прыснул, краешком глаза рассматривая сурового блюстителя порядка, Саша ощутимо толкнул гамму в бок. Но вот ребята поднялись на нужный этаж и остановились перед заветной дверью. Знакомый запах ударил им в носы. Грише сначала показалось, что к запаху Алеши примешивались новые нотки, но парень списал это на долгое отсутствие. Макс нетерпеливо нажал на звонок. С минуту в квартире было тихо. Макс позвонил еще и еще раз, только тогда за дверью послышались сначала медленные и тихие, а после уже торопливые шаги, какой-то шорох, щелчок замка. Дверь медленно открылась, глазам моряков предстала уже знакомая им полутемная прихожая с разбросанными в ней вещами. Перед дверью стоял заспанный омега, потирая глаза и зевая. Спросонья Алёша не сообразил, что перед тем, как открывать дверь нараспашку, нужно спросить, кто за ней. Трое моряков хотели было броситься обнимать омегу, как вдруг их взгляды опустились ниже, на Алешин живот. Парни застыли на месте, округлившимися глазами уставившись на более чем округлившийся живот омеги. Алеша, тихо охнув, схватился за голову. Он же не сказал морякам о своей беременности! С секунду никто не мог вымолвить ни слова. — Э-э-э… Привет… — пробормотал Макс. После паузы, длившейся около минуты, до Алеши дошло, что держать гостей на пороге как-то не к месту и он молча отступил в глубь прихожей, махнув рукой парням. Моряки переглянулись и быстро зашли в квартиру. В комнате был все такой же беспорядок, как и последний день перед отъездом. Но в этот раз Алешиных гостей волновал совсем не бардак, в котором находилась комната, а сам Алеша, его состояние. Тот, к слову, сейчас забился в свою импровизированную спальню за шкафом. Через секунду оттуда послышались тихие всхлипы. Услышав их, трое сразу ринулись за шкаф, чуть не снеся рабочий стол, все также заваленный бумагами и карандашами. Забежав за шкаф, парни обнаружили Алешу, сидевшего на кровати и закрывшего лицо рукой, другую руку положившего на живот. -Алеееша! — завопил Макс и бросился к омеге. -Да тихо ты, сшибешь его, блин! — Саша вовремя поймал разогнавшегося гамму за шиворот притормозил. — Пожалуйста, не плачь! — Гриша подсел к омеге и обнял его. Алеша прижался к Грише и слезы еще быстрее потекли по его лицу. — Ну-ну, не раскисай. — Смущаясь, проговорил Саша, подсаживаясь с другой стороны и также приобнимая плачущего. — Расскажи все по порядку. Макс сбегал на кухню за салфетками и торжественно вручил Алеше целую стопку. Омега дрожащими руками принял ее, вытер слезы и сбивчиво начал свой рассказ. — После вашего отъезда я начал чувствовать себя очень странно… — Дыхание омеги еще не до конца восстановилось после плача, поэтому он часто прерывался. — Я быстро уставал, не мог нормально есть, в общем, отвратительное чувство. Мне все чаще и чаще было плохо, и вот, Женя… ну Гошин брат… Ну вы помните Гошика, друг мой долбанутый… — Алеша взглянул в лица парней, они закивали, припоминая шебутного Гошу. — Ну вот. На чем я остановился? На клинике? А, нет, на Жене…! Так вот, Женя посоветовал съездить в клинику. И мы с Гошиком поехали. — И вот, — продолжал Алеша. — На осмотре мне сказали, что у меня будет тройня. — Не задумываясь, брякнул омега. Здесь пришло время парней офигевать. — Ч-ч-что? — только и смог выдавить из себя Саша. -Тройня? — Дрожащим голосом спросил Гриша. -АААААААААА! -вместо лишних слов заорал Макс и скатился с дивана. Алёша смотрел на все это, не моргая. Но вот его глаза снова налились слезами и омега опять заплакал. -Ну что ты опять… — Макс поднялся с пола и снова протянул Алеше остатки салфеток. — Я… я… Боюсь, что вы меня бросите с детьми… Что я никому не нужен такой… — Ну что ты такое говоришь! — Вскричал Саша, обнимая дрожащего и заплаканного омегу. — Как ты вообще такое можешь говорить! С ума что ли сошёл? — Надо же, чего выдумал! — Пробубнил Гриша и обнял Алешу с другой стороны. -А мне, где прикажете его обнимать?! — почти проорал Макс, и не найдя места лучше, осторожно обнял большой Алешин живот, отчего омега тихонько засмеялся сквозь оставшиеся ещё слезы. Все четверо так и сидели на кровати за шкафом, не разрывая объятий.