Я помогу тебе

***

      Темнота. Вот чего Мэй боялась больше всего. Открываешь глаза и видишь перед собой пустоту. Сплошной черный экран и ничего кроме него. Она привыкла, просто смирилась с тем, что вокруг ничего нет, пока в ее жизни не появился он. Хоть девушка ничего и не видела, но Чонгук внес краски в ее серую жизнь.Изменил ее до неузнаваемости. Заставил поверить, что чудо есть и оно рядом. Это свершилось, он спас ее, достал из этого темного омута, когда надежды больше не было. Все стало налаживаться и казалось, что этой тьмы и вовсе не было. И как же обидно, когда ты возвращаешься к тому, с чего начинал. Когда совершенно забыл о том, чего боялся больше всего. — Чонгук? — ее голос дрожал. — М? Что такое, Мэй? — спросил Чонгук, приоткрывая сонные глаза и жмурясь из-за встающего за окном солнца. — Пожалуйста, скажи что сейчас ночь. — произнесла девушка, смотря в потолок совершенно не двигаясь. — Мэй, все хорошо? — сон как рукой сняло, когда он заметил странное поведение девушки, а сердце пропустило удар. — Чонгук, просто ответь. — уже громче произнесла она, сильно зажмурившись и вновь открывая глаза, будто не веря в происходящее. — Сейчас восход. — коротко ответил парень и приподнялся, пододвигаясь к девушке, оглядывая Мэй с еще большим беспокойством. Не может быть… — Мэй, скажи же, что случилось. Ты меня пугаешь. — он обхватил ее хрупкие плечи и заставил посмотреть на себя. — Мэй? Она слышала сильное волнение в голосе парня, вот только не видела его. — Чонгук… Опять этот взгляд. Пустой и потухший. Смотрящий сквозь. Не может быть… — Я не вижу. Ничего не вижу. — шептала девушка, а глаза начинали поблескивать из-за подступающих слез. — Опять темнота. Опять. Руки начали трястись, а чувство страха распространялось по всему телу. — Хэй, Мэй, все хорошо, слышишь. — Чонгук обнял ее, прижимая ближе к себе. — Это пройдет, нужно лишь подождать. Нагло врал он, ведь совершенно не знал, пройдет ли и нормально ли это вообще. Хотя нет, он прекрасно понимал, что ненормально. Точно знал, что так быть не должно, но он не может сказать этого. Не хочет пугать, ведь сам до смерти боится.

***

— Ну что сказать. — начал доктор. — Операция, конечно, помогла, но видимо ненадолго. Не вижу смысла делать ее повторно. Этого уже не изменить. — Она больше не увидит? — спросил Чонгук, смотря на мужчину с надеждой и крепко держа руку, рядом сидящей девушки. — К сожалению, нет. — он опустил голову, сильнее сжимая лежавшие на столе руки в замок. — А другие способы? Ну там таблетки какие-нибудь, лечение. Она же видела, операция ведь помогла. Не могла же она просто взять и развидеть? — До операции она пила таблетки и они не давали результата. Но в связи с последними событиями в ее жизни, этого следовало ожидать. Постоянный стресс, нервы, это же все связано. Не думаю, что что-то сможет помочь. Парень до последнего боролся, пытался помочь, но Мэй словно неживая сидела и смотрела перед собой. — Но ведь должен быть способ, пожалуйста. — Чонгук буквально молил, хотя понимал, что доктор прав. Но он до последнего отказывался верить. — Я повторяю, медицина здесь бессильна, простите. Мне жаль, что деньги с операции пропали зря. — Да плевать мне на эти деньги. — крикнул Чон, резко поднимаясь, что вывело Мэй из транса. — Нет не зря. — встала девушка. — Совершенно не зря. Хоть и не долго, но я видела, и это было самое лучшее время в моей жизни. Я прекрасно понимаю, что зрение больше не вернуть. Я ведь как-то жила с этим раньше, так справлюсь снова. Чонгук, я безумно благодарна тебе за все. За эту операцию, воспоминания и моменты проведенные вместе. Мне приятно, что ты снова хочешь помочь мне, но ведь это бесполезно. Зрение не вернуть, поэтому если ты хочешь бросить меня из-за этого, я пойму. Ты молодой, красивый, здоровый и успешный парень, тебе нужно двигаться дальше. Я ни за что не возненавижу тебя, ведь просто не смогу. Если ты уйдешь, то ничего, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Ведь последнее время, даже несмотря на весь ужас, что творился в моей жизни, я жила как в мечте вместе с тобой. Эти слова давались Мэй тяжело, а слезы давно просто лились ручьем. В кабинете стояла гробовая тишина. — Извините. — пробормотал парень и схватив девушку, выбежал из кабинета.       Чуть ли не бежав по коридорам, вспоминая, что ведет за собой Мэй, Чонгук петлял между людьми. И наконец, найдя укромное место, он остановился, разворачивая девушку к себе. — Не говори так. Совсем сдурела что ли?! Когда это ты успела решить, чтобы я тебя бросил?! — она слышала, как он повысил голос. — Я не уйду, слышишь? Плевать мне, видишь ты или нет. Я уже влюбился в тебя такую, так почему вдруг должен разлюбить? — Прости… — За что ты извиняешься? — За все. За себя и свою никчемную жизнь. — Дура! Согласен, возможно, меня и потрепало за последние несколько месяцев благодаря тебе, но я все равно люблю тебя, слышишь? Как ты и говорила, у меня множество теплых воспоминаний и моментов, связанных с тобой, которые я никогда не забуду, благодаря которым я счастлив. И я хочу, чтобы это продолжалось, хочу любить тебя и постоянно быть рядом. Видеть на твоем лице радость и улыбку. — он замолчал. — Просто, я хотел, чтобы ты тоже видела, поэтому хотел убедиться, что мы все попробовали. — Чонгук, я уже счастлива. Я рада, что смогла увидеть тебя, смогла снова увидеть этот мир, хоть и ненадолго. — она положила руку на его лицо, ведь прекрасно слышала, откуда доносился голос парня. — Ты не представляешь, как я благодарна тебе, ты действительно помог мне, помог стать счастливой.

***

Спустя 5 лет — Чонгук, ты же не забыл, что сегодня парни придут на ужин? — крикнула девушка, доставая бутылку воды из холодильника. — Да, малыш, я помню. — послышался голос из соседней комнаты. — Нужно, наверно, что-то приготовить. — Да ладно, слушай. — с сарказмом ответила Мэй, поворачиваясь к вошедшему на кухню парню. — И ты мне с этим поможешь. — Ты же знаешь, что я не особо в этом хорош. — признался он, подходя ближе. — Разве есть что-то, с чем ты не справишься? Тебе повезло, что я вижу одним глазом, а то вечно бы ходил голодным. — Нет, я бы заказывал еду на дом. — послышался детский плач. — Ну раз ты не умеешь, то ты идешь менять маленькой мисс Чон подгузник. — Только не это. — улыбка с его лица пропала. — Давай давай. Потом все равно мне поможешь. — посмеялась девушка.       За эти пять лет многое изменилось. Казалось, что все плохо, но жизнь умеет преподносить сюрпризы. Когда они уже смирились с потерей зрения, оказалось, что его можно сохранить, но только в одном глазу. И они рады, что снова пошли на это.       Чонгук сделал Мэй предложение, прямо на сцене во время концерта группы, на который девушка была приглашена. Он хотел сделать его чуть ли не сразу, когда выяснилось, что Мэй больше не увидит, чтобы хоть как-то ободрить ее. Но когда через неделю они узнали, что ей еще можно помочь, Чон решил повременить и отложил это на концерт, который состоялся через две недели после успешной операции.       Через год после свадьбы у них родилась милая девочка, которая была копией отца с глазами матери. — Мэй, а может не надо? — крикнул парень, заходя на кухню с плачущей дочкой на руках. — Ну, принцесса? Что ты плачешь? — Чонгук, а кто радовался, что станет отцом? Ну так наслаждайся всеми прелестями отцовской жизни. — Слушай, ты бы пожалела меня. Я, когда ты была беременна, пошел зимой в 2 часа ночи при температуре -5, искать эти поганые артишоки, которые тебе вдруг так сильно захотелось. И уже молчу, что в тот же день, как я вернулся, ты попросила подсолнух. Видите ли, тебе свежих семечек захотелось. — Это было почти три года назад. Ты мне это до конца жизни припоминать будешь? — Мэй оторвалась от нарезки овощей и развернулась. — Так, только не вздумай менять подгузники на обеденном столе. У нее же в комнате есть специальный столик. — Раз ты такая умная сама и меняй. — Ой, горе ты луковое, уйди, я сама. — девушка отправилась в детскую. — Почему ребенок общий, а забочусь о ней только я? — Как только ты, я с ней играю! — парень облокотился о косяк двери, ведущей в комнату дочери, и наблюдал за действиями возлюбленной. — А всю грязную работу делаю я. Твоей дочке через полгода три, а она до сих пор в подгузниках. Это ненормально. — Ну так надо исправлять. — Ну вот иди и исправляй. — она выкинула грязный памперс. — Вот реально, все делаю я, а ее первое слово было «папа». Что за несправедливость? — Потому что ее папа сам Чон Чонгук. Я бы на ее месте тоже сказал «папа», будь у меня такой крутой отец. — Да, папа классный. — вмешалась девочка, когда мама подтянула ее домашние штанишки. — Я то классный, но тебе, моя принцесса, нужно научиться дуть в горшок, а не в памперсы. Мы что, зря тебе тот розовый трон купили? — Крутой папаша, за словами следи. — пригрозила девушка, уходя с малышкой на руках, обратно на кухню. — И я люблю тебя. — Выкини, пожалуйста. — проговорила Мэй, протягивая ему мешок, с грязными подгузниками. — А может, я лучше буду готовить?