3.
27 января 2020 г., 03:54
Примечания:
Тот момент, когда похоже дописала часть, залезаю на ФБ, а там отзыв о том, что ждут проду. Вот же я вовремя :)
P.S. Если честно, то я в шоке, что вам нравится.
Кстати, если кто-то хочет помочь Мирону Пряниковичу с обложками, артами, принтами для футболок, дизайном и т.д. - идите в его инсту, там будет пост, где указана почта (для дизайнеров и для битмейкеров)
И да, Диляра, на самом деле, очень классная :)
***
Мирон просыпается от того, что его выпихивают с кровати ногой. На полу он понимает, что чуть раньше ему что-то снилось и, видимо, он что-то бормотал, чем помешал. На постели раскинулась звездой Диляра, и это зрелище умиляет. Тёмные длинные волосы разметались, смуглые руки стиснули подушку, одна нога согнута в колене и поднята. Такая потешная. С Дилярой он вообще часто улыбается, смеется и радуется. Такого ещё ни с кем не было. Мирон сидит на полу, обхватив голые колени, и думает о Соне, которая когда-то была всем. Вспоминает Сэмми, с которой было сложно, потому что он человек-косяк, даже сейчас им сложно. Катю… Все его похождения до рисования Круга, во время и после были какими-то смазанными. То ли он вырос, то ли влюбился впервые настолько сильно. Диляра – Солнце. Он же больше похож на Луну. Она – мир, он – та ещё война. Она появилась в его жизни так вовремя. Так обязательно, что отрицать нежное чувство глупо. Мирон благодарен. Фёдоров встает и движется в кухню, пропуская кота, сгребает со стола мобильник и пишет в общий чат их компании, что надо бы уже всем собраться. Всем. Чтоб Ваня с Дарио, Марк и Ромка, Сэмми, Лиза, Вера с Олей, Андрей… Точнее, уже без Ромы и Андрея. Ему вдруг хочется повторить тот момент, вернуть прошлое, когда Рома был жив, Доронины вместе, а Сэмми улыбалась ему и целовала. Когда её ноги были целы, а об аварии даже подумать было страшно. И Верины стихи, и смех Лизы, и новые песни Оли про… как она говорила? Про Алису? Дааа, про неё. Про ожидание встречи, страх и счастье, про побег от реальности и от самой себя, от любви… Он возвращается мыслями в реальность так медленно, как оседает на предметы пыль, танцуя в солнечных лучах. Ничего не вернуть. Всё происходит так, как должно. И сейчас его лучшее время. - Мирон? - Доброе утро, – он поворачивается к девушке, сердце наполняется нежностью от вида спутанных волос. – Сделать тебе кофе?***
На его теле вдруг какие-то странные наросты, похожие на камни. Он забегает в незнакомое кафе, ему так страшно. Руки, ноги, грудь и бедра – всё осыпано камнями. Они холодные, гладкие, крупные, и их не вытащить, они буквально вросли в кожу. Люди в кафе надвигаются со всех сторон, он не может сдвинуться с места… - Приехали. Он моргает, отгоняя чужой кошмар, поворачивает голову и встречает улыбку Ди. На месте. - Тут… красиво. В чужой жаркой стране ему отчего-то легче. Спокойней. Здесь всё отвлекает. Диляра тащит его вдоль улочек Марракеша – кривых, лабиринтоподобных. Здесь ничего не стоит заблудиться, но у них есть Аз. Аз – знаток истории, культуры и архитектуры Марокко, способный рассказать историю про каждый дом в Медине и легенду про каждую специю на рынке. Мирон улыбается, как мальчишка. Видя её, танцующую в лучах солнца, позирующую для фото, задумывается, что идея начертить Круг и остаться с Дилярой не так уж плоха. Она отлична. И не измена это вовсе, ведь он по факту даже ни разу не стоял с мейтом лицом к лицу!.. Ведь он знает столько пар, кто нашёл своё счастье не с мейтом, так почему бы и ему не попробовать?***
Дыхания смешиваются, на лбу у него проступает пот. То ли им просто жарко, то ли стало жарко в процессе занятия любовью. Он так редко использует для этого дела данную формулировку. Она возникает в его голове внезапно. Он кончает, придерживая Диляру за бёдра, и буквально проваливается в чужой оргазм по связи. Родственная дрожит и закатывает глаза от удовольствия. Душ снял напряжение в который раз. - Мир? Ты в порядке? - Д-да… секунду… Просто очень хорошо… Диляра понимающе улыбается, поглаживая его запястье, а он улыбается в ответ, не желая показать, что видит сейчас не её, а незнакомую ванную и руки, стискивающие душевой шланг. После Мирон лежит, обнимая Диляру рукой, пока она лениво выводит буквы на его груди. По связи же видит продолжение видения – потолок чужой спальни, ловит ощущение приятного томления и удовлетворения где-то внизу живота. Мейт сонно поворачивается на бок так, словно лежит на чьей-то груди. Реальность и видение играют с ним, и на какой-то момент Мирон буквально чувствует, что обнимает не Диляру, а свою пару. И в этот момент что-то в нём ухает далеко вниз и падает с криками.***
С её 21-го дня рождения прошёл почти год. На дворе январь 2019, и она переживает не самые лучшие времена. Ему знакомы проблемы с учёбой и поиск своего места в мире, а также очень знакомо чувство, когда твёрдо знаешь, что перед тобой не твоя пара, но не можешь ни испытывать чувств. Но Мирон теперь не стремиться ей помочь. Он сам не знает, почему игнорирует её сообщение в ВК, хотя вопреки расхожему мнению, его почта там не завалена непрочитанными письмами. Её письмо всего лишь шестое по списку, там всего одна фраза, один вопрос, но Мирон удаляет его и блокирует мейта. Он запрещает ей теперь влезать в его жизнь. По связи Фёдоров чувствует, что она лишь хмыкает, не злиться, просто сворачивается на постели и старается успокоить мысли. Как же ей чертовски плохо, так плохо, что в голову начинают лезть грязные мысли. Она думает, что Бог даже не позволил ей спросить совета у того, кто точно знает, как выбраться из этого дерьма. А Мирон думает, что пусть она напишет тому, другому, потому что ему это не всралось, у него своя жизнь. Мирон выходит из ВК, бросает мобильник на диван и идёт в кабинет, будто слыша за спиной её шёпот: - И я тебя прощаю за все разы, когда ты меня оставил…***
Он пьёт кофе где-то в Питере, пока Ваня рассказывает ему о своём новом проекте. Мирон думает о ненаписанном альбоме, точнее о недописанном, о провальном сезоне на Versus, о парнях, о скором фильме, а ещё думает о… Дорониных. Оля и Андрей не были родственными, но были счастливы. Пока Оля не вышла из Круга и не встретила Вадима, свою пару. Самое дурацкое, что Оля и Вадим были знакомы лет десять, но оба не знали, что являются родственными. С тех пор, как мейт знает, с тех пор, как он знаком с Минрахмановой, Мирон не может ни думать о том, что будет. Есть дурацкая дата встречи, которую он уже знает, возможно, знает и родственная, и которую никто из них не может отменить. - И потом мы собираемся снять ещё пару видосов… А Музыченко такой!.. Мирон кивает, отпивая из кружки. Ему два месяца назад исполнилось 34 года, и вечеринка была такая дружная и тёплая, как никогда. Без алкоголя и различных вредительств, только музыка, друзья, смех и подарки. И Диляра. Он помнит, как Алиса мысленно поздравляла его тогда, как хотела подарить что-то, даже искала на сайтах какой-нибудь сборник Лавкрафта в оригинале, но потом стушевалась. Вспомнила, что он запретил ей приближаться. Простыла и провалялась весь февраль в кровати. - Какой же ты пафосный и эгоистичный… Переоцененный… В памяти всплывают её слова и мысли, возникающие в разные моменты, когда она видела его впервые и уже после, транслирующиеся в том порядке, в каком её мнение менялось. - Ты злой, ты больной и раненый! Но… почему я не могу злиться на тебя? На… Вас?.. Он улыбается, видя перед собой Ваню, пока в голове проигрываются фразы мейта. - Он умный, нет смысла отрицать. Но откуда столько злости? Почему ты так сильно ненавидишь всех и вся? Ваня смеётся. - Неужели я одна вижу, что ты совсем не злой? Я рада за тебя и восхищена силой духа, но всё же, почему ты продолжаешь злиться? Что случилось? Кофе кончается. - Ты – добрый. Я согласна с тем, что сказал Слава. Тебе больно. Почему мне радостно от того, что тебе больно? Почему одновременно я сострадаю тебе? Баттл с Дизом был крышесностным, ты – невероятный! Мирон решает задать Ване вопрос, и тот снова начинает рассказывать о проекте, только уже уходя в детали. - Не знаю, кто такой Хаски, но у тебя большое сердце. Ты… может, это ты? Я так хочу, чтобы это был ты, хотя… я тебе не ровня… Но я так горжусь тем, что ты стал использовать своё имя и голос так, как я видела это, представляла. Это так правильно. Ваня допивает собственный кофе, а Мирон проводит по лицу рукой. - Олин альбом волшебный. В этих песнях столько тебя, что… я буквально чувствую тебя в любой из комнат. И фестиваль тоже пройдет на «ура», Мирон. Мирон поднимает взгляд и поворачивается к окну – там снег. - Я знаю тебя. Ещё ничего не найдено и значит ничего не потеряно, но отчего-то я уже вижу, как теряю тебя. То, что ещё даже не принадлежит мне… Ваня прерывается и печатает ответ на чью-то смс-ку. Мирон бросает взгляд на свои пальцы. - Отдыхай, ты заслужил это… К-кто?.. Кто эта девушка? Н-нет… Но я же… Но ты… Она такая красивая. Ты сделал всё, как надо… Ваня наклоняет голову набок и спрашивает: - Ты меня вообще слушаешь, бро? - Она думает, что не подходит мне. - Блять. – Ваня шлепает ладонью по колену. – Ты о ком? - О девчонке. Она считает, что я заслуживаю лучшего. Я ж типо звезда. - Не знаю. Как по мне, так очень сложно хранить верность тому, кого ты мог наблюдать лишь на фото или в видениях. Что вы знаете друг о друге? Знаю, мейтов нам не просто так дают свыше, но всё же. - Ты начертил Круг ещё в 13, Вань. Ты вообще не знаешь, каково это – постоянно подглядывать за кем-то без собственного желания. - Не хочу такого же пиздеца, как у тебя. Диляра права: начерти его. Вы счастливы, чего ещё надо? - Я не могу так поступить с ней. - Почему? - После достижения обоими партнёрами 21 года чертить Круг очень болезненно. Оля как-то сказала, что когда она начертила Круг, Вадиму было очень больно. Он сказал ей об этом, когда они встретились. - А дата встречи? - Нам остался год. Дата придёт, и после неё если мы разорвём связь, то она больше не восстановиться. До даты можно чертить Круг сколько угодно, но после… - Так начерти! – Ваня кричит так сильно, что соседние столики оборачиваются на них. – Никаких чужих проблем в твоей голове – пуф! – чисто! - Я… не хочу её терять. Не хочу потерять то, что ещё даже не началось. - Так ты хочешь… встретиться с Алисой? - Да. Я жду её с самого детства. Я не могу лишиться этого. И тут у Мирона возникает мысль: а что, если она его начертит?
