Осколки. Книга 1

Худая девочка сидела на камнях, свесив босые ноги в ручей. Вода была обжигающе холодной, но ее ноги уже привыкли к холоду и потеряли чувствительность. Она смотрела на свои пальцы в прозрачной воде. Она вспоминала, что когда-то эти пальцы были украшены мозолями, изуродованы, измучены. Но сейчас они выглядели совершенно нормальными, словно этот горный ручей исцелил их. Внезапно на коленку девочке села пестрая бабочка. Ее крылья отливали пурпурным и оранжево-золотым и были аккуратно очерчены черным контуром, словно сам Бог только что нарисовал эту бабочку на ее коленке, и краска еще не высохла. Девочка внимательно рассматривала насекомое, перестав болтать ногами. Она не улыбалась, как улыбнулся бы другой ребенок, если бы на него села бабочка. Она просто изучала насекомое и словно ждала чего-то, прищурив ярко-голубые глаза. - Тэсс! – услышала она голос за своей спиной. Бабочка тут же вспорхнула, улетая прочь, а Тэсс повернулась к человеку, который окликнул ее. К ней приближался Джозеф – старый смотритель Потерянного острова. Тэсс не стала здороваться с ним. Она лишь молча ждала, когда Джозеф подойдет ближе. И вот он подошел и, подумав, сел на камни напротив девочки. - Все в порядке, - медленно произнес старик. – Ты получила добро. Завтра ты сможешь отправиться в путь. - Значит, завтра? – задумчиво повторила Тэсс и опустила взгляд к ручью. Вода искрилась на солнце ослепительными бликами. Они помолчали немного, а потом Джозеф произнес: - Ты же знаешь, что всегда можешь передумать. Никто не заставляет тебя плыть на этот проклятый остров… Тэсс подняла голову и посмотрела старику в глаза. Слова застряли у Джозефа в глотке под взглядом этой девочки. - Я знаю, что ты против, - спокойно произнесла Тэсс. – Знаю, что тебе не нравится моя идея. Но я слишком долго ждала этого момента. Ждала, когда снова смогу увидеть ее. И я ни за что не откажусь от этой возможности. Джозеф вздохнул, отступая. Его следующее возражение было совсем слабым, как бы на всякий случай. - Но ты ведь понимаешь, что тебе придется расстаться со своей памятью. Переплыв через это море, ты с трудом вспомнишь свое собственное имя. И уж точно ты не вспомнишь Чарли. И она не вспомнит тебя. - Знаю, - глаза девочки потемнели, словно солнце вдруг спряталось за тучу. Однако солнце светило все так же ярко. - Зачем она тебе? – не унимался Джозеф. – Чарли безнадежна! Ее лучше оставить в покое. Иначе вы обе снова будете страдать! - Она не безнадежна, - возразила Тэсс все тем же спокойным тоном. – Я знаю ее. И даже если мне придется узнать ее заново, я никогда не потеряю веру в нее. - Что ж… твое мужество весьма похвально. Но я все равно считаю это глупостью. Чарли сама обрекла себя на то место, где она сейчас находится. А ты отправляешься туда добровольно. И по-моему, это очень глупо! Тэсс вдруг улыбнулась. Эта улыбка разогнала тьму в ее глазах, и она перестала быть похожа на взрослую женщину в теле ребенка. - Не переживай за меня, Джозеф. Со мной все будет хорошо. Теперь все будет хорошо. Джозеф тоже неуверенно улыбнулся в ответ. Если бы Чарли увидела его в этот момент, она ни за что не поверила бы собственным глазам. Ни за что не поверила бы, что этот человек вообще способен улыбаться, да еще и с такой теплотой. - Я просто не хочу, чтобы ты снова проходила через все это. Ты только свыклась с тем, что произошло с тобой, а теперь тебе придется забыть это и снова вспомнить, снова пережить всю эту боль. Не уверен, что Чарли стоит этого. Тэсс поднялась с камня, который стал совсем теплым от солнца, подошла к старику и положила руку ему на плечо в успокаивающем, утешительном жесте. - Я буду рада забыть, - прошептала она. – Буду рада забыть все это хотя бы на какое-то короткое время. Я снова смогу стать такой, какой была когда-то, понимаешь? Я хочу забыть. Не только ради нее, но и ради себя. Джозеф накрыл ее маленькую ладошку своей огромной темной от загара рукой. Он зажмурил глаза, и губы его так тесно прижались одна к другой, что превратились в сплошную белую полоску боли и гнева. Тэсс подумала, что если бы только у Джозефа была такая возможность, он не задумываясь, убил бы человека, который заставил ее страдать. - Пообещай мне кое-что, - тихо сказала она. В ветвях деревьев над ними щебетали птицы. Журчала вода в ручье, вызолачиваясь на солнце и словно превращаясь в горячую лаву. - Все что угодно, дорогая, - ответил старик. - Пообещай, что не будешь относиться ко мне лучше, чем к остальным. Постарайся не выделять меня. Ни я, ни кто-либо другой не должен почувствовать подвоха. Пусть все произойдет естественным путем. Хорошо? Он кивнул. Он мог бы сказать «да», но это простое слово отняло бы у него все силы. - Я буду присматривать за тобой. Присматривать издалека, - прошептал Джозеф. Тэсс снова улыбнулась и поцеловала его колючую щеку. - До встречи в лодке. Завтра мы с тобой познакомимся снова. Они простились, и девочка ушла. А Джозеф так и остался сидеть на теплых камнях и смотреть, как играют солнечные лучи в воде, и как пестрые бабочки порхают с одного цветка на другой. Джозеф плакал.