Осколки. Книга 1

В последний месяц перед выпускным Дженни они виделись всего один раз. В тот день Дженни казалась какой-то встрепанной, постоянно извинялась, жаловалась, что ничего не успевает и клялась, что как только она окончит школу, они будут видеться намного чаще. Чтобы как-то заполнить пустоту из-за отсутствия Дженни в своей жизни, Чарли стала давать больше концертов, принимая большее число приглашений из разных клубов. Несколько раз им даже удалось выступить на крупных городских мероприятиях на разогреве у более популярных групп. Чарли была терпелива. Она просто ждала, когда пройдет это время, когда наступит лето, и они снова будут проводить жаркие вечера и душные ночи вдвоем с Дженни, разговаривая обо всем на свете в комнате, окутанной клубами сигаретного дыма. Они будут смотреть на звезды с балкона и мечтать о будущем, делиться этими мечтами и вселять друг в друга веру, что все обязательно получится. Надо только подождать. Только еще немного подождать, и все обязательно будет. И вот до выпускного Дженни остался один день. Чарли находилась в приподнятом настроении, предвкушая очередное лето вместе с Дженни. Остался всего один день, и Дженни будет свободна. Поздно вечером Чарли спустилась на кухню попить воды и застала там своего брата, который допивал бутылку пива, устремив сосредоточенный взгляд в темноту за окном. Казалось, Дэвид о чем-то крепко задумался, что вообще-то редко с ним случалось. Впрочем, Чарли не было никакого дела до его проблем, поэтому она налила себе воды и собиралась вернуться со стаканом наверх, когда брат окликнул ее: - Шарлотта… подожди, пожалуйста. Надо поговорить кое о чем. - Мне некогда. - Это важно, - настаивал Дэвид. Его голос был встревоженным. – Пожалуйста, сядь. Нам правда нужно поговорить. - О чем? Папочка не дает тебе денег на травку? – Чарли с грохотом поставила стакан на стол и с нарочитым шумом уселась напротив Дэвида. - Послушай… Я знаю, что ты встречаешься с девушкой, - начал Дэвид. Голос его по-прежнему был встревоженным. - И что с того? – Чарли нахмурилась. – Тебя не касается моя личная жизнь. - Я тоже так думал, - Дэвид вздохнул и поставил бутылку пива на стол. Чарли заметила, что он избегает ее взгляда. – До сегодняшнего дня твоя личная жизнь действительно меня не касалась. Я знал, что ты лесбиянка, встречаешься с какой-то девчонкой, и, в общем-то, мне было по барабану. В наше время это не такой уж из ряда вон выходящий случай. Чарли немного удивилась этим здравым рассуждениям. Она ожидала от Дэвида наездов на случай, если он решил поиграть в умного старшего брата, который беспокоится за свою сестру. Но Дэвида явно беспокоило что-то другое. Скорее всего, его снова волновала лишь собственная задница. Но при чем здесь Чарли? - Мы с тобой оба не идеальны, - продолжал Дэвид. – И я никогда не лез в твою личную жизнь, потому что моя собственная была далека от идеала. Ты ведь знаешь, что каждый день я менял девчонок, даже не запоминая их лица и имена. - Куда ты клонишь? – Чарли начинала терять терпение. - Сегодня произошло нечто странное. Я был с девушкой… Мы познакомились утром в супермаркете. Она была такой симпатичной, что я подкатил к ней, особо не рассчитывая на успех. Но она оказалась не против. И вечером позвала меня к себе домой. - Господи, избавь меня от подробностей… - поморщилась Чарли. - Подробности как раз важны! – прошипел Дэвид. Его глаза зло блеснули. – Дай ты мне уже договорить, наконец! Мы провели с ней вечер вместе. Я сразу понял, что она ничего от меня не ждет, ей просто нужно расслабиться. И я был счастлив, что нарвался на такую девчонку. И все было прекрасно, пока она не узнала, что моя фамилия Брайтли. Она спросила, есть ли у меня сестра. И когда я сказал про тебя, она едва не грохнулась в обморок. Она буквально выставила меня из дома. И велела забыть об этом и никогда больше не вспоминать ее, и никому не рассказывать о том, что случилось. Она сказала, что это было огромной ошибкой. Но я, как видишь, не могу забыть об этом. То, что случилось, не дает мне сейчас покоя. Как ты думаешь, почему я рассказываю тебе обо всем этом вместо того, чтобы промолчать? Так ведь было бы намного удобнее для нас обоих. Но понимаешь… я ненавижу шлюх. Я неплохо отношусь к девчонкам, которые ищут секса, чтобы расслабиться. Но я ненавижу девок, которые изменяют. Они шлюхи. Измена – это низко. Возможно, тебе странно слышать это от такого человека, как я, но на самом деле я никогда не обманывал девушек. Они всегда знали, на что идут. А у меня никогда не было постоянной партнерши, потому что я не готов к этому. Я обязательно изменил бы ей, а мне противна мысль об этом. Я действительно ненавижу шлюх. Почему я говорю тебе об этом… ты ведь уже поняла, Шарлотта? У меня есть большое подозрение, что твоя девушка шлюха. И я не мог промолчать об этом. Даже если ты возненавидишь меня еще сильнее. От каждого произнесенного Дэвидом слова Чарли бледнела все сильнее. Кровь отхлынула у нее от лица и хлынула в уши. В голове зашумело. Под конец речи Дэвида Чарли уже с трудом понимала, о чем он говорит. Ей нужно было знать только одно. Одно слово, которое позволило бы ей жить дальше, или убило бы ее. - Имя… - прохрипела она. – Как ее звали? Ты запомнил? - Да, как ни странно, - Дэвид пристально посмотрел на Чарли. – Обычно я не запоминаю их имена, но так как тут случай не совсем обычный, оно запало мне в память… Да и к тому же, когда мне говорят «забудь», я как назло прекрасно это запоминаю… - Имя! Говори! – закричала Чарли. - Дженни. Ее звали Дженни, - вздохнул Дэвид. - Господи… - Чарли закрыла лицо руками. Ей хотелось вскочить со стула и убежать, но сил не было даже на то, чтобы пошевелиться. Сил совсем не осталось. Чарли даже заплакать не могла. - Значит, это действительно она… - Дэвид снова вздохнул. – Я не знал. Клянусь, я не знал этого. - Теперь уже не важно… - прошептала Чарли. – Не важно, что это ты. Если бы это был не ты, это был бы кто-то другой. - А вот тут ты абсолютно права. Шлюхи неисправимы. В этот момент раздался громкий стук в дверь. От неожиданности Чарли и Дэвид подпрыгнули. Силы снова вернулись к Чарли вместе с паникой. А вдруг это Дженни? Вдруг она пришла, чтобы объясниться? Сейчас Чарли не готова была даже к тому, чтобы увидеть ее. - Я сама открою, - Чарли поднялась со стула и направилась в прихожую, молясь только о том, чтобы это оказался отец, забывший дома ключи, или соседка, потерявшая своего жирного кота. Но это был Ричард. Он стоял в дверном проеме, худой и бледный, почти такой же бледный, как Чарли. Его длинные волосы растрепались, а глаза горели каким-то безумным огнем. - Нам нужно поговорить, - твердо сказал он. – Срочно поговорить. - Проходи, - Чарли распахнула перед другом дверь, уже догадываясь, о чем он собирается говорить с ней. Неужели сегодня все уже знают о том, что ее девушка трахается с другими? И все будут приходить и сообщать ей об этом? - Кто там? – в прихожей нарисовался встревоженный Дэвид. Видимо, он тоже боялся повстречаться с Дженни. Ричард и Дэвид посмотрели друг на друга, и Чарли подумала, что если бы взглядом можно было убивать, ее брат уже стал бы покойником. - Я не буду говорить с тобой при нем, - прошипел Ричард. – Пусть убирается ко всем чертям. - Да расслабься… - Чарли вздохнула. – Мой брат не скрывает, что спал с ней. Ты ведь об этом поговорить хотел? Ричард бросил на Чарли удивленный взгляд. Похоже, он не ожидал, что Дэвид сам во всем признается и опередит его. - Я сегодня вернулся раньше домой от кузена Марти, - медленно проговорил Ричард. – И когда я пришел, то увидел на пороге твоего полуодетого братца. Дженни выгоняла его и что-то кричала, а он на ходу застегивал рубашку. Я не поверил своим глазам. Я решил, что он приставал к моей сестре. Но вместо того чтобы догнать этого урода, я решил сначала узнать обо всем от Дженни. В итоге я столкнулся с полуголой сестрой в прихожей, которая даже разговаривать со мной не стала, поднялась в свою комнату и закрылась там. Поэтому я пришел сюда. Ты должна была узнать об этом, Чарли. Мне неприятно говорить такое о собственной сестре, но она… - Она шлюха, - перебил его Дэвид, который, похоже, просто влюбился в это слово. – Самая настоящая. Худые плечи Ричарда напряглись, а глаза сузились. - Не стоит тебе так говорить о ней. Вы оба хороши. - Оба?! – Дэвид зло усмехнулся. – Я здесь не при чем! И извиняться я не собираюсь. Она сама с радостью пустила меня в свои трусы! - Ах ты скотина… - выдохнул Ричард. А дальше случилось невероятное. От неожиданности Чарли даже забыла про свою душевную боль. Ричард подбежал к Дэвиду, замахнулся и впечатал свой кулак в его щеку. Дэвид грязно выругался и прижал ладонь к разбитой в кровь скуле. - Это тебе за Чарли. За то, как ты поступил с ней. И за мою сестру, хоть она и не заслуживает этого. Чарли в ужасе наблюдала за реакцией своего брата, который был в два раза крупнее Ричарда. Если Дэвид сейчас разозлится и решит дать сдачи, не трудно догадаться, кто в этой битве больше пострадает. Но, похоже, Дэвид не собирался давать сдачи. Он бросил на Ричарда полный презрения взгляд и вытер рукавом кровь со своей щеки. - Можешь радоваться, я не буду тебя бить, педик. Бить педиков все равно что бить баб. Так что отправляйся ты к черту. Твоя сестричка не так уж хороша, чтобы из-за нее марать об тебя руки. Ричард зажмурился, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не врезать Дэвиду еще раз. А Дэвид, между тем, снял с крючка свою кожаную куртку, повесил ее через плечо и вышел из дома, демонстративно хлопнув дверью. Чарли и Ричард посмотрели друг на друга. И Чарли вдруг рассмеялась. - Как ты классно врезал ему! – воскликнула она. Ричард тоже засмеялся. Они хохотали от пережитого потрясения, хохотали до боли в животе, пока напряжение, наконец, не отпустило их. А потом они поднялись в комнату Чарли, где девушка перевязала разбитый кулак своего храброго друга. - Ты молодец, - говорила она. - Ты мой защитник. Я никогда этого не забуду, Ричи. - Да ну что ты… - Ричард только отмахнулся. – Это самое меньшее, что я мог для тебя сделать. Она моя сестра. И я чувствую себя виноватым за то, как она поступила с тобой. - Глупости, - Чарли вздохнула. – Ты здесь не при чем. - Нет, в этом есть моя вина. Я знал, что так будет. Знал, но надеялся, что этого не случится. - В каком смысле «знал»? – что-то внутри у Чарли болезненно сжалось. Они сидели на ее постели. По комнате плыли желтые тени от включенного ночника. Порывистый ветер развевал занавески. Начинался дождь. - Я просто знаю свою сестру. Поэтому я с самого начала не был в восторге, когда узнал о вас. Все, с кем встречалась моя сестра до тебя, все они страдали. Потому что она бросала их. Они надоедали ей, она всегда искала новых ощущений. И я боялся, что она может так же поступить и с тобой. Но потом мне начало казаться, что Дженни изменилась. Она относилась к тебе иначе, и я поверил, что она действительно любит тебя. Вы были вместе так долго, и я успокоился. Как теперь вижу, зря. Мою сестру ничего не изменит. Ее все так же тянет на что-то новое. Мне… очень стыдно за нее, Чарли. - Так вот в чем дело… - вздохнула Чарли. – Вот почему Дженни тогда не хотела, чтобы мы рассказывали тебе о наших отношениях. Она хотела сохранить их в тайне как можно дольше, потому что догадывалась, что ты будешь против. Она догадывалась, что как друг ты можешь встать на мою сторону. - Мне правда очень жаль… - повторил Ричард. – Это не должно было случиться. Только не с тобой, Чарли. Ты заслуживала лучшего, чем моя сестра. Я всегда знал это. Я должен был сказать тебе об этом. - Вряд ли это что-то изменило бы… - Чарли грустно улыбнулась. – Я была ослеплена своей любовью. Я давно начала подозревать, что Дженни меня мало. Но не хотела обращать на это внимание. Я предпочитала закрыть глаза на очевидное и понадеяться, что все будет хорошо. Я такая дура, Ричи… такая дура. - Ты не дура… - прошептал Ричард и пододвинулся ближе к Чарли, обнимая ее. – Ты просто любила ее. Просто очень сильно любила ее. Она не заслуживала такой любви… Успокаивающие слова Ричарда и его теплые объятия подействовали на Чарли как спусковой крючок. Если все это время она держалась, то теперь, расслабившись, не выдержала и расплакалась. Она плакала горько, плакала навзрыд, как не плакала с самого детства. С тех самых пор, как умерла ее мама. В тот вечер Чарли казалось, что ее мать снова умерла. А вместе с ней снова умерла любовь, надежда и все самое лучшее, что было в ее жизни. Она цеплялась за Ричарда и плакала, как не плакала больше ни при ком. А он гладил ее по голове и по спине и шептал какие-то глупости. Когда через час Чарли немного успокоилась, Ричард засобирался домой. - Уже поздно. Наверное, мне лучше уйти. - Нет… - жалобно прошептала Чарли и поймала Ричарда за рукав. – Останься. Пожалуйста. Останься сегодня со мной. Я не могу… не могу быть сейчас одна. И Ричард остался. Всю ночь он крепко обнимал Чарли и гладил ее по волосам до тех пор, пока ее боль не растворилась, и Чарли не забылась сном. А когда Чарли уснула, Ричард прошептал: - Спи крепко, моя дорогая. Я всегда буду рядом. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой. * * * На следующее утро, которое было одним из самых мучительных в жизни Чарли, Ричард признался, что он тоже расстался накануне с Сэмом. - На самом деле я был не у кузена Марти, а у Сэма. Я собирался остаться у него на ночь, но мы серьезно поругались. Думаю, мы уже не помиримся. Поэтому я вернулся домой раньше и застал твоего брата. Чарли была поражена и раздавлена. Горе Ричарда умножало ее собственное горе и вместе с тем приносило облегчение, от которого Чарли становилось не по себе. Она не должна чувствовать облегчение от того, что ее друг тоже страдает. Но когда Ричард потом признался, что ему легче от того, что у них обоих одна и та же проблема, совесть Чарли немного успокоилась. - Почему же ты вчера мне ничего не рассказал? – спросила она. Они курили на балконе, наблюдая за тем, как просыпается улица. Как продолжается жизнь в навсегда изменившемся для них мире. - Не хотел вешать на тебя еще и свои проблемы, - Ричард пожал плечами. – Я был в таком шоке из-за Дженни, что даже не знал, как сказать про Сэма. - Из-за чего вы поругались? Ричард мотнул головой и вздохнул. Пепел с его сигареты полетел вниз, на лужайку перед домом. - Это старая история… Сэм до сих пор хочет завести себе девушку для прикрытия. Он никак не может признаться во всем своим родителям, они до сих пор думают, что мы просто приятели. Сэм сказал, что никогда не сможет признаться. Даже его друзья не знают о нас. Сэм изо всех сил изображает из себя натурала, а мне надоело быть ему «просто другом». Вчера он вернулся домой с какой-то девушкой, которую я раньше не видел. Зато его родители уже хорошо ее знают и думают, что они с Сэмом встречаются. Значит, он несколько раз приводил ее домой к родителям, пока меня не было. Представлял ее им, обнимал ее, целовал, они вместе ужинали. А я вроде как вообще не при чем. Я… просто устал от такого отношения. И вчера Сэм открыто сказал, что если я не хочу играть роль его друга, то нам лучше расстаться. Я с ним согласился. Вот и все. Два года моей жизни улетели в трубу. Чарли положила руку другу на плечо и сочувственно сжала его. Она ничего не сказала, да этого и не требовалось. - Теперь у меня осталась только ты, Чарли, - прошептал Ричард. – Единственный человек, которому я доверяю. Мы ведь всегда будем друг у друга, да, Чарли? - Конечно. Всегда. Ричард серьезно посмотрел на нее. - А давай как-нибудь закрепим нашу дружбу? - Это как же? - Ну, не знаю… Надо что-нибудь придумать. Что-нибудь по-настоящему крутое. Как клятвы верности, только в… материальной форме, - несколько секунд Ричард молчал, обдумывая эту идею, а потом воскликнул: - Придумал! Давай сделаем татуировки! Мы же рок-звезды. У нас обязательно должны быть тату! Которые станут символами нашей дружбы навек. Что скажешь? И, конечно, Чарли с восторгом приняла эту идею, как и все идеи Ричарда. У них всегда была одна голова и одно сердце на двоих. Однако когда позднее они пришли в тату-салон, у них возникла проблема. Мастер отказывался делать им татуировки, потому что Чарли и Ричард были несовершеннолетними. - Мне нужно письменное разрешение ваших родителей, ребята. Иначе меня уволят, - с сожалением проговорил молодой парень, работавший в салоне. Но увидев смертельную скорбь на лицах друзей, он все-таки сжалился. - Ладно, вы ведь уже почти совершеннолетние. Подумаешь, один год, какая разница! И начальства сегодня нет на месте… В общем, я что-нибудь придумаю. С выбором татуировки у Ричарда и Чарли тоже возникли проблемы. Сначала они хотели сделать себе одинаковые маленькие татуировки, которые символизировали бы их дружбу, но не нашли ни одного подходящего рисунка. К тому же, Чарли давно хотела себе крылья на спине, а Ричард не хотел большую татуировку, он боялся боли. В итоге они решились на разные тату, условившись, что они все равно станут символами их дружбы, потому что будут сделаны в один день. Правда, потом выяснилось, что татуировку Чарли сделать за один день невозможно, но это тоже их не расстроило. В процессе они разговорились с татуировщиком, который оказался очень приятным и веселым парнем. Он тоже любил играть в свободное время на гитаре и даже был один раз на концерте Чарли и Ричарда. - Если честно, я узнал вас, ребята. Я просто не мог отказать местным знаменитостям. Вы нереально круты. Они разговорились о музыке и совсем забыли обо всех своих неприятностях. Так для них закрылась одна дверь и открылась другая. Так они познакомились с Льюисом, который впоследствии станет их хорошим другом и басистом их группы. В тот день перед ними открылись новые возможности, но Чарли и Ричард, поглощенные своими потерями, даже не подозревали об этом.