Осколки. Книга 1

Когда рано утром запыхавшаяся Чарли ворвалась в свою квартиру, чтобы забрать вещи, она столкнулась в дверях с разгневанным Ричардом. - Господи, где ты была?! Я чуть с ума не сошел! На звонки не отвечаешь, дома тебя нет, а нам уже вылетать скоро! Что это за фокусы?! Где ты ночевала? Чарли бросила на Ричарда ледяной взгляд, который мгновенно остудил весь его пыл. - Я ночевала у твоей сестры. - Ты «что»? – Ричард вытаращил глаза и уставился на Чарли так, словно она только что сообщила ему, что видела призрака. - Что слышал! – заорала Чарли. – И все по твоей милости, между прочим! За каким фаллосом ты вчера все это подстроил, паршивец?! - Я… я… - Ричард был так поражен, что даже не мог ничего сказать в свое оправдание. – Вы что, помирились с Дженни? - Не знаю, мы просто спали вместе. - Спали вместе?! – Ричард вытаращился еще больше. - Когда я говорю «спали», это значит действительно спали, придурок! У нас ничего не было! – рассвирепела Чарли. - Так вы помирились или нет? – Ричард окончательно запутался. - Я же говорю, что не знаю… - Чарли вздохнула. Похоже, она уже устала злиться. Ее руки дрожали, и Чарли поспешно потянулась к пачке сигарет в переднем кармане куртки. – Дженни просит у меня еще один шанс. Она хочет, чтобы я подумала об этом, пока буду в туре, и дала ей ответ, когда вернусь. - Обалдеть… - пробормотал Ричард. – Я даже не ожидал, что она так далеко зайдет. Клянусь, Чарли, я не знал этого! Мне просто стало жаль ее, когда я увидел ее с этим огромным букетом после концерта. Она умоляла меня пустить ее к тебе. Говорила, что просто хочет поздравить тебя с прошедшим днем рождения и с успехом нового альбома. Но я даже не думал, что она станет пытаться вернуть тебя… - Господи, Ричард, какой же ты наивный! На тебя даже сердиться невозможно, - Чарли закурила. – Неужели ты не знаешь свою хитрую сестру? У нее ведь всегда есть какой-нибудь дурацкий план. И она всегда добивается своего… В самолете, когда Ричард ушел в туалет, а Саймон уткнулся в свой планшет, Чарли осталась наедине с Льюисом, который тут же начал приставать к ней с вопросами и громко шептать в ухо: - Ну что, колись, где ты сегодня ночевала? – Льюис улыбался во все свои тридцать два белых зуба. – Неужели рок-звезда и ее первая любовь снова вместе, м? Это будет настоящая сенсация. - Да ничего мы не вместе… - устало пробормотала Чарли и потерла переносицу. – Дженни просто хочет, чтобы я подумала об этом, пока мы будем летать по всему миру. Чарли поймала себя на том, что говорить о Дженни с Льюисом ей намного легче, чем с Ричардом. Возможно потому, что она уже привыкла обсуждать с ним свою сексуальную жизнь. Или потому (и это более вероятно), что Дженни не была его сестрой. После того как Чарли случайно узнала, что Ричард помирился с Дженни и общается с ней почти как раньше, Чарли не то чтобы утратила к нему доверие, но ощутила некую настороженность. Она понимала, что Ричард все равно любит свою сестру и полностью принять сторону Чарли никогда не сможет. А это значит, что и посоветоваться как следует с ним невозможно. - И что, ты два месяца будешь об этом думать? – удивился Льюис. – Я уверен, ты уже знаешь ответ. - А вот и не знаю! – вспылила Чарли. – Все это обрушилось на меня как снег на голову! Откуда я могу знать, как мне поступить?! - Но Чарли, это решается очень просто, - улыбнулся Льюис. – Ты все еще любишь ее? - Не знаю… - жалобно пробормотала Чарли. – Я совсем запуталась. Вчера утром я бы сказала, что полностью к ней равнодушна, но вчера вечером, когда я снова увидела ее… Когда я снова услышала, как она смеется, подкалывает меня так, как только она это умеет. Ее поцелуи, прикосновения – все это было таким пьяняще знакомым, и в то же время новым. Я осознала, что соскучилась по ней. И я… запуталась. - У вас с ней что-нибудь было? – серьезно спросил Льюис. А в этом вопросе он редко был серьезен. - Нет… Ничего не вышло. - Ты не хотела или она? - Да мы вроде обе этого хотели. А потом меня как будто замкнуло. Я вдруг представила, как мой братец ее лапал. И все, как отрезало. И мне сразу расхотелось. Я легла спать на диване, но ночью она все равно пришла ко мне, и мы до утра просто разговаривали. Вот и все. И я не знаю, что чувствую. Понимаешь? - Понимаю… - задумчиво произнес Льюис. – Я думаю, что ты все еще любишь ее. И все еще не можешь простить. Она причинила тебе тогда слишком сильную боль. Разбитое сердце простыми извинениями не соберешь обратно. Вот и получается, что тебе и хочется, и колется. Ты боишься снова довериться ей. - И что же мне делать? – губы Чарли дрогнули. Она давно уже не чувствовала себя такой слабой и беспомощной. - На самом деле это хорошо, что она дала тебе время подумать. Тебе оно действительно нужно. А подумать тебе следует вот о чем… Очевидно, что так просто простить ее у тебя не получится. И если ты готова с ней встречаться снова в надежде, что со временем сможешь простить, то соглашайся на это. Только не забывай, что, возможно, ты так и не простишь ее. И это будет причинять боль вам обеим. Или ты можешь отказать ей, чтобы не мучиться и не мучить ее. Но в этом случае ты можешь всю оставшуюся жизнь жалеть, что не попробовала. - Даааа… - выдохнула Чарли. – Какой-то невеселый выбор получается. Выходит, что бы я ни выбрала, всем может быть от этого плохо. - А ты не думай обо всех, думай прежде всего о себе. Дженни сама виновата в том, что она оказалась в таком положении, так что, о ней думай в последнюю очередь. Просто реши, что для тебя будет хуже – попробовать и, возможно, страдать от этого, или страдать от того, что не попробовала. - Отлично, - проворчала Чарли. – Теперь мне будет чем заняться после концертов. * * * Однако Чарли ошибалась, и после концертов она совсем не думала о Дженни. Усталость помогала ей освободить голову и выбросить из нее все ненужные отягощающие мысли. Лишь изредка перед сном образ Дженни, которая со смехом клала ей зефирки в кофе, всплывал у Чарли перед глазами. И ей хотелось протянуть руку и прикоснуться к той Дженни, поймать ее образ за секунду до того, как он утратит свою четкость и исчезнет. Но Чарли по-прежнему не знала, хочет ли она вернуть все назад, и понятия не имела, какой ответ дать Дженни по возвращении. Через месяц Чарли уже начала казаться нереальной та странная ночь, что они провели вместе. Все это случилось так внезапно и сумбурно, и теперь было похоже на сон. Неужели Дженни в самом деле приходила к ней и ждала ее на стоянке? Неужели Чарли согласилась зайти к ней домой и пить кофе и глупо смеяться? Неужели они в самом деле целовались на старом диване, а потом болтали всю ночь о том, какой была их жизнь друг без друга? Прошло два месяца, и Чарли не получала от Дженни никаких вестей, хотя и дала ей на всякий случай свой номер телефона. Дженни сказала, что позвонит или напишет только в крайнем случае, чтобы не давить на Чарли и не мешать ей в принятии верного решения. И, видимо, этот крайний случай так и не наступил, потому что за все время тура Чарли не получила от Дженни ни одной смс-ки. Чарли даже задавалась вопросом: «Уж не решила ли Дженни все вместо нее? Возможно, она сама уже пожалела о своем импульсивном поступке и больше не хочет, чтобы они снова были вместе». Как бы там ни было, когда они вернулись домой, Чарли была счастлива, что этот кошмар наконец-то закончился. Ей больше не придется гадать, думать, взвешивать варианты и ловить ускользающий образ Дженни перед сном. Теперь все наконец-то решится. Они прилетели в Лондон утром, и тем же утром, не успела Чарли открыть дверь своей квартиры и положить вещи, она получила сообщение от Дженни, которая предлагала им встретиться сегодня вечером у нее дома. Это было простое лаконичное сообщение, без лишних вступлений или сюсюканий. Дженни никогда все это не любила. «Ну что, ты готова сегодня поговорить? Если готова, я буду ждать тебя вечером у себя. Приходи». По этому сообщению невозможно было понять, какой ответ хочет получить от нее Дженни. Надеется ли она, что Чарли согласится? Соскучилась ли она? Или, может, она сама хочет сказать, что все это было ошибкой? Но вот наступил вечер, и Чарли поехала к Дженни. Она нервничала и дымила как паровоз, выкурив по дороге половину пачки. Она так и не придумала, что сказать, она вообще сомневалась, что ей стоит ехать. В конце концов, Дженни спросила ее, готова ли Чарли дать ответ, а она не готова. Так зачем тогда она едет вообще? Но повернуть назад и отказаться от своих слов Чарли не могла. Однако когда Дженни открыла ей дверь, и когда Чарли вновь увидела ее лицо, необходимость что-то решать попросту отпала. Чарли уже знала, какой ответ она даст Дженни. - Привет, - Дженни улыбнулась, но за ее натянутой улыбкой, за блеском ее глаз и самоуверенной позой, Чарли с легкостью разглядела все ее сомнения и боль. Она сразу поняла, какой ответ надеется получить Дженни. - Привет, - тихо отозвалась Чарли и прошла в комнату. - Кофе? – предложила Дженни, кивая на кухонную дверь. - А чего-нибудь покрепче у тебя нет? – хрипло спросила Чарли. - Конечно! – обрадовалась Дженни. Она сразу поняла, что если Чарли собирается пить спиртное, то вряд ли она сегодня сядет за руль. Вряд ли вернется домой. – Что ты хочешь: вино, пиво или вермут? - Вино, пожалуй. - Красное или белое? - Красное. - Конечно, - Дженни улыбнулась. – Могла бы и не спрашивать. Знала ведь, что ты белое терпеть не можешь. - Ну, не то чтобы терпеть не могу, - смутилась Чарли. – Просто красное более готичное, знаешь ли. Дженни рассмеялась. - Садись на диван, я сейчас все принесу. Через пару минут Дженни вернулась с двумя бокалами в одной руке и с открытой бутылкой – в другой. В молчании они разлили вино и сделали по одному глотку, не чокаясь. Чарли ощутила, что Дженни нервничает. Похоже, она еще не была уверена, как вести себя с Чарли, и чего от нее ждать. Чарли решила, что пора бы уже наконец-то поговорить о том, что не дает покоя им обеим. - Я приняла решение, Дженни, - сказала она. - Правда? – Дженни подняла на нее испуганный взгляд и поставила бокал на столик, потому что рука ее чуть заметно дрогнула. – И что же ты решила? - Я… - Чарли набрала в грудь побольше воздуха и произнесла: – Я готова попробовать снова. Губы Дженни приоткрылись и тоже дрогнули. На глазах мгновенно выступили слезы. - Чарли… - прошептала она. – Господи, я даже не надеялась… Господи, мне не верится, что это на самом деле… - Но у меня есть одно условие! – серьезно сказала Чарли, прерывая ее. – Это очень важное условие. - Все что угодно, Чарли, все что угодно! - Пообещай, что не будешь давить на меня и торопить, хорошо? Я не хочу, чтобы наши отношения развивались слишком уж быстро. Прошло целых пять лет, и нам придется заново узнавать друг друга. - Конечно! Ну разумеется, - Дженни выдохнула с облегчением. Видимо, это условие не показалось ей таким уж сложным. – Ты права, Чарли. Обещаю, что не буду торопить тебя. - Ну… вот и хорошо, - Чарли сделала еще один глоток и откинулась на спинку дивана, ощутив волну облегчения. Как бы там ни было, но решение было принято, и ей больше не придется мучиться и размышлять. А потом они пили вино, и Чарли рассказывала о том, как прошел тур. Дженни принесла закуски, опустошив весь свой холодильник и извиняясь, что не смогла приготовить нормальный ужин. - Я слишком нервничала, - призналась она. – Не могла ничего делать, только ходила взад и вперед по комнате целый день. И в ответ на это признание Чарли только улыбнулась и поцеловала ее. Они целовались и болтали до поздней ночи, а около часу, когда Дженни стелила постель на диване, Чарли обнаружила у себя восемь пропущенных звонков от Ричарда. - Черт… я совсем забыла его предупредить, что не приеду домой, - растерянно пробормотала Чарли. - Пошли ему смс. Наверняка он еще не спит, - посоветовала Дженни. – Мой брат всегда был очень нервным. Чарли живо вообразила себе, как Ричард сидит у окна и взволнованно вглядывается в ночную тьму в надежде рассмотреть подъезжающую машину Чарли. А ее все нет и нет. Чарли ощутила укол вины. Еще совсем недавно она обижалась на Ричарда за то, что тот забывает про нее и уделяет все свое внимание Льюису, а теперь она и сама забыла своего друга. Как же быстро все может измениться. Чарли послала Ричарду сообщение, но ответа так и не получила. Возможно, он все-таки уже спал. Дженни постелила для нее постель на диване, но сама не торопилась уходить. Они сидели друг напротив друга и обсуждали какую-то ерунду, то и дело глупо посмеиваясь. Чарли вновь ощущала себя подростком. Как будто они снова засиделись допоздна в ее спальне, и Дженни уже давно пора идти домой, но они тянут время в надежде, что родители разрешат ей остаться на ночь. Чарли знала, что и сейчас Дженни хочет остаться на ее диване, но ничего не говорила. Она не была уверена, что вторую ночь сможет выдержать близость Дженни и не прикоснуться к ней. А если она не выдержит и прикоснется, вдруг она опять вспомнит о своем противном братце? Чарли прилегла на подушку, пожаловавшись на усталость в спине после многочасовых перелетов в самолете, и Дженни тут же вызвалась сделать ей массаж. Чарли понимала, что это всего лишь предлог, чтобы задержаться, потому что глаза Дженни блестели так, словно она задумала какую-нибудь очередную шалость. «Господи, ну почему эта девушка имеет такую огромную власть надо мной?» – с тоской подумала Чарли и разрешила Дженни помассировать ее плечи. Чарли согласилась на массаж, но уже через минуту пожалела о своем опрометчивом решении. Она уже успела забыть, какими волшебными могут быть прикосновения Дженни. До дрожи, до сладкой боли, до отчаяния. Чарли уткнулась лицом в подушку и закусила нижнюю губу. Она подумала, что Дженни прекрасно знает, что с ней происходит. Прекрасно знает и пользуется этим. Потому что у Дженни есть очередной план, черт бы ее побрал. «Ну вот, мы только начали встречаться, а она уже не держит своих обещаний», - подумала Чарли, но уже через секунду она забыла об этом, потому что Дженни наклонилась и поцеловала ее в шею. Чарли сжала подушку руками и шумно выдохнула. - Дженни… - пробормотала она. – Спасибо за массаж. И давай иди уже отсюда, я же не железная! - Но я тоже не железная, Чарли… - прошептала Дженни ей в самое ухо и запустила руку Чарли в волосы. – Твое присутствие сводит меня с ума. Я так скучала по тебе эти два месяца… - Тогда почему ты мне ничего не писала? - Потому что я хотела сдержать обещание и не давить на тебя. - Тогда может, ты хочешь еще и сдержать обещание не приставать ко мне, а? Дженни провела ладонью по спине Чарли, и девушка тут же ощутила волну щекочущих мурашек. Чарли подняла голову с подушки и посмотрела на Дженни. «Это не мираж, - подумала она. – Не сон. Это действительно Дженни. Это ее я пыталась найти во всех этих женщинах, с которыми спала. А теперь она снова здесь. Так близко». - Чарли… - губы Дженни дрогнули. – Я знаю, что обещала, но я так сильно хочу тебя, что мне сложно себя контролировать. Прости. Я знаю, ты не хочешь этого… Тебе должно быть противно. Если да, я не обижусь. - Противно?! – изумилась Чарли. – Конечно, я хочу этого… Я просто… Мне страшно, только и всего. Я столько лет потратила на то, чтобы забыть тебя. И, видимо, зря старалась. Но мне не противно. Пожалуйста, не думай так. - Я просто хочу сказать, что секс с твоим братом был огромной ошибкой. И если тебе от этого станет легче, то он просто ужасный любовник. Чарли грустно усмехнулась. - Мне ни с кем так хорошо не было, как с тобой, - продолжала Дженни. – Клянусь, Чарли. Я знаю, тебя оскорбляет, что я переспала с другим. Но все, кто были у меня потом, тебе в подметки не годились. - Так значит, ты снова хочешь быть со мной, потому что соскучилась по хорошему сексу? – подколола Чарли. - Нет… конечно же нет, - Дженни выдохнула. – Тогда я еще не понимала этого, я была слишком зеленой. Но я действительно любила тебя. И это чувство никуда не ушло. Я люблю тебя, Чарли. Я хочу быть с тобой до конца своей жизни. Мне не нужен никто другой и никогда не был нужен. Ты – единственный человек, которому я хочу принадлежать. Я уже твоя. И даже если ты отвергнешь меня, даже если ты не захочешь быть со мной, я все равно всегда буду любить только тебя. Чарли открыла рот, но так и не смогла ничего сказать. Ей больше не хотелось говорить колкости или шутить. Она подумала вдруг, что именно об этих словах так мечтала пять лет назад. Именно об этих словах именно от Дженни. И сейчас ей было и радостно, и больно слышать их. И Чарли не могла понять, чего здесь больше – боли или радости. Думать об этом было мучительно. Чувствовать было мучительно. Еще немного, и сожаления убили бы Чарли, а потому она просто поцеловала Дженни, привлекая ее ближе к себе. Они целовались, и Дженни вновь запустила руки Чарли под футболку, но на этот раз Чарли уже не думала о своем брате. Она вообще уже ни о чем не думала. Желание было таким сильным и всеобъемлющим, что Чарли с трудом могла дышать. - Ты правда простила меня? – шептала Дженни. - Правда… правда, - сбивчиво отвечала Чарли, и в тот момент она действительно в это верила. В тот момент это было правдой. Потому что она вновь обнимала девушку, в которую без памяти влюбилась семь лет назад, и которую не переставала любить ни секунды в своей жизни. Она вновь обнимала Дженни, и ей казалось, что жизнь вновь возвращается к ней. Она с горечью осознавала, что все эти пять лет были прожиты впустую. Сколько бы успешных песен она ни написала, ее жизнь не имела никакого смысла и ценности, потому что в ней не было Дженни. А сейчас, в это мгновение, все эти впустую растраченные годы словно вернулись к ней. Словно Чарли долго бродила по темным коридорам и вышла наконец на свет. И все снова было прекрасно. Жизнь была прекрасна. Секс больше не был тупым и бессмысленным. Чувства больше не были картонными. И Чарли снова могла задыхаться от любви, плакать искренне, чувствовать остро. Ее сердце билось, жизнь текла по ее венам, и огонь какой-то отчаянной, выстраданной радости горел в ее груди. И Чарли была уверена, что это то самое. То самое, о чем ей столько раз говорил Льюис. То самое, что он сам наконец нашел. И она наконец нашла. В тот момент Чарли всей душой верила в это.