Резервация "АНТИКЛОН" (Monsta X)

Мираж 1.0

Всюду клубы мерзкого, липкого тумана. Невозможно ничего разглядеть… Кажется, я совсем одна. Наедине со своей болью, со своим отчаянием. Только холодный пот и мурашки по телу от испуга и чувства невосполнимой утраты. Как вдруг, вижу в нескольких метрах от себя руку — она тянется ко мне из сумрака. Пальцы судорожно сжимаются и разжимаются, будто молят о спасении. Бегу навстречу, пытаюсь хоть как-то ухватиться! Но вместо того, чтобы помочь… отрываю кому-то конечность. Точнее, она сама отрывается… Или нет. Будто там и не было никого живого, а в воздухе извивалась одна лишь рука. Чья она? Кого я должна спасти?

111

Шесть утра — время первого рассвета. Несмотря на то, что последние пятьдесят лет солнце встает и садится два раза за сутки, именно сейчас самая благоприятная пора для полётов. Хотя бы потому, что в субботу утром не бывает пробок, так как это единственный выходной во всех резервациях: и на военных базах, и на простых территориях, отведённых для поселения остатков мирных жителей. Добираться самолетом было бы гораздо дольше, поэтому радует, что их больше не выпускают в эксплуатацию. Другое дело парж — специальная капсула в форме яйца, которая способна летать боком, стремительно падать вниз и даже плавно подниматься вверх, будто лифт. Если умеешь управлять таким чудесным аппаратом, можно хоть в космос смотаться туда и обратно! Так вот представьте, что в небесной синеве, чуть выше облаков, неуверенно движется золотистый парж, сияющий под прямыми лучами настолько ослепительно, что сошел бы за второе солнце. Он то спонтанно набирает скорость, то притормаживает и тащится не быстрее улитки. Очевидно, за пультом управления сидит пилот-новичок, который пытается совладать с собой, чтобы прибыть в место назначения, не разбившись вдребезги. В какой-то момент капсула вздрагивает, замирает на мгновение, будто раздумывает, а потом резко начинает падать вниз… — Агрх! Что случилось?! Что я сделала не так?! — от испуга говорю много и вслух, хотя это на меня совсем не похоже. Парж начинает трясти, в кабине резко становится жарко. Или это я сильно вспотела от волнения? Верчусь из стороны в сторону, заламываю руки. Тем временем, все клавиши перед моими глазами загораются красным, а штурвал уже дребезжит так, что издает противный звук, напоминающий кваканье болотной лягушки. Делаю судорожный вдох, пытаюсь успокоиться и рассуждать трезво: — Может, батарея разрядилась? Но не должна… Я же всю ночь подзаряжала капсулу! Пытаюсь включить панель автопилота, но та не реагирует. Потом просто хватаюсь за рычаг, который отвечает за «аварийный подъем вверх», и тяну его на себя до упора. — Не волнуйся, Белка! Мы не подохнем раньше времени! Во всяком случае, до военной резервации доберемся, а там нам окажут помощь, если расшибемся в лепешку, — с ухмылкой обращаюсь к своему биде́ктору, но зверушке совершенно не требуется поддержка. Моя тотемная белка сидит на мониторе ночного видения, закинув лапу на лапу, и с недовольной мордой грызет шоколадную конфету. Кажется, ей всегда всё глубоко пополам. Спросите, зачем я завела такого безразличного питомца? На самом деле, она сама приблудилась: как-то во время второго рассвета заскочила ко мне на кухню через окно, открытое на проветривание. На столе стояла коробка с праздничным тортом — подарок от незнающих гостей о том, что я не люблю сладкое. Оказалось, белка наоборот жрет сахар, как не в себя, поэтому слопала она тот торт, избавив меня от лишней вони в холодильнике. С тех пор мы и подружились. Я незатейливо назвала грызуна Белкой. Теперь она ест все конфеты, которые неправильно лежат и бесят меня своим видом — такая вот идиллия. — Неужели получилось?! — радостно воскликнула, когда парж резко остановился и начал медленно всплывать вверх как воздушный шарик. — Слава богу, теперь можно расслабиться, — выдохнула, положив руку на штурвал и плавно стала держать курс на резервацию «Антиклон». Облака, будто специально, стелились легкой дымкой, прокладывая мне дорогу вперед. Окончательно внушало спокойствие то, что где-то слева замаячила зеленая капсула. Разглядывая её в зеркале заднего вида, я всякий раз убеждалась, что не одна в этом враждебном небе. Явно лучше было вызвать такси, но с моим отцом всегда спорить бесполезно. С тех пор, как он стал генералом правящей партии, я перестала быть просто дочерью и превратилась в воина, который обязан служить своей резервации даже, когда сидит на горшке и делает «а-а». Никого не волновало, что тогда мне было всего три года. «Папино сокровище» выросло, но ничего не изменилось. До сих пор я должна была исполнять приказы, потому что старший по званию знает лучше. Стоило взбунтоваться и меня бы изгнали из «любящей» семьи. Когда речь зашла о моем будущем, никто не спрашивал моего мнения. Помню, как сейчас, мне стукнуло четырнадцать и единогласно было решено, что я стану воином, который будет истреблять клонов, очищая нашу планету от загадочной угрозы. Если повезет — выживу, и в глубокой старости смогу выйти на пенсию. Клоны… Сейчас этим словом пугают каждого ребенка с раннего детства. Для меня это явление всегда было суровой реальностью, потому что отец, построивший военную карьеру и посвятивший свою жизнь армии, поднимал тему клонирования при любом удобном случае. Хоть сегодня, разбуди меня ночью, и я как заведенная расскажу страшилку, которая избавит вас от желания путешествовать и вообще покидать свою резервацию. О том, что на «пустых» территориях можно встретить туман. Если войти в него, ваше тело начнет клонироваться. Сначала это будут лишь мутные силуэты, копии, едва напоминающие вас. Когда же вы четко узнаете в них себя — бегите без оглядки! Потому что в какой-то момент эти клоны исчезнут. И, поверьте, вы испаритесь вместе с ними. Я-то знаю, так как многие папины сослуживцы пропали без вести именно таким образом. Половину жизни меня готовили к подобной участи: исчезнуть в бою во имя будущего человечества. Понимаю, звучит глупо и безжалостно, но мой отец, наоборот, считает, что это очень доблестно и почётно. Для меня же смерть — она в любом случае смерть, под каким соусом её не подавай. Конец ощущается особенно близко в день призыва в армию. Каждый пригодный для службы мужчина ждет его с замиранием сердца. Мне повезло родиться девочкой. Западло только, что в семье военного. Стоило прийти повестке о моей мобилизации и переселении в резервацию «Антиклон», все мои вещи уже были собраны в два небольших чемодана. Мало того, папуля даже отдал мне свой драгоценный транспорт — золотистую капсулу «Тесла-46». Правда, его совсем не волновало то, что я не умею водить парж. Нет, ну летала пару раз в магазин, но это не считается. Теперь вот, справляюсь как могу: то падаю, то поднимаюсь, но до своего штаба добраться должна. В конце концов, меня воспитали таким человеком, который может выбраться из любой задницы. И вы бы стали крепким орешком, если бы всю жизнь выслушивали подобные фразы: не умеешь летать — научишься; голова болит — переболит; если ложкой есть неудобно — сделай из нее палочки и жуй на здоровье; это на потолке спать неудобно, потому что одеяло сползает, а на кровати нужно отключаться мгновенно… и тому подобное. Радует, что с завтрашнего дня начнётся новая жизнь, где я больше не буду генеральской дочкой, потому что решила скрыть эту информацию в своих документах. Не хватало еще прослыть богатенькой бабёнкой с привилегиями. Нет уж, нужно начать все с нуля, и первым делом быть независимой от своего прошлого. Надеюсь только, отец не скоро узнает, что я отказалась от своего банковского счета и решила сама подзаработать пару миллионов ви́стов**, став истоги́дом*. Сложновато было пройти тест на IQ тайно. Да и баллов с трудом набрала нужное количество. Главное — задача выполнена. Еще и недели не прошло, как мне вживили микрочип в макушку. До сих пор учусь пользоваться этой штуковиной. Точнее, стараюсь думать правильные мысли, хотя... долго изображать паиньку не получится. Так что терпите, дорогие друзья, потому что, рано или поздно, придется отбросить формальности и стать собой. Мне, правда, нужны висты — эти приятные квадратные деньжата, которыми можно расплатиться в любой точке мира, но я не собираюсь постоянно подстраиваться под систему и быть вежливой в своей голове. Я привыкла держать язык за зубами, но в черепной коробке у меня полный трындец — так и знайте. Мои размышления прервал навигатор, который подал сигнал о том, что парж практически добрался до пункта назначения. Я тут же занервничала, так как долететь — это пол дела, нужно еще аккуратно приземлиться. Белка догрызла конфету и, видимо, заскучала, потому что стала ходить взад-вперед по панели управления. Пришлось пригрозить ей пальцем, ведь она могла наступить на какую-то из кнопок. В итоге, упрямая животина невыразительно фыркнула, но все-таки послушалась, после чего в ожидании прижалась мордочкой к лобовому стеклу и замерла там как статуя, только хвост иногда подрагивал. Убедившись, что бидектор не натворит дел, я вытянула шею и, даже привстав с сидения, оглянулась по сторонам, однако в радиусе видимости никаких капсул рядом со своей не обнаружила. Радар слежения выдавал аналогичную информацию. Значит, можно снижаться. Господи, чувствую себя полной идиоткой! Бывает, купишь себе новый девайс и разбираешься в нем весь день, боишься что-то не так нажать или удалить случайно… Здесь же целый летательный аппарат в твоём распоряжении, в управлении которого нужно разобраться не то, что за пару часов, а непосредственно уже в полете. Чистейшей воды самоубийство, если честно. Поначалу у меня получалось контролировать все датчики и одновременно двигать штурвалом. Капсула-яйцо плавно опускалась вниз в дымке облаков: буквально шажок за шажком, будто падающий лист бумаги в замедленной съемке. Потом что-то пошло не так… Я увидела землю. Точнее, военную базу где-то внизу, вдалеке. В то же время, как по команде, парж снова начало трясти, и меня опять охватила паника. Скорость приземления сильно увеличилась. Еще чуть-чуть, и я просто разобьюсь! В таких безвыходных ситуациях чаще всего порешь горячку и делаешь ещё хуже. Именно это и случилось: когда подо мной уже замаячило огромное здание в форме бинокля, я каким-то чудодейственным образом вырулила на широкую дорогу, удобную для приземления, и одну за другой понажимала «экстренные клавиши». Обычно они спасают ситуацию. К примеру, раскрывается парашют над паржем, или, наоборот, у его днища надувается воздушная подушка для посадки на воду. Только меня ждал сюрприз… Кто ж знал, что отец купит летательный аппарат со скорострельными пушками?! Сначала прогремело три пулеметных очереди, а потом моя капсула рухнула с громким пердящим хлопком — это лопнула воздушная подушка, которая все-таки сработала, подняв огромное облако пыли и разрыхлив землю вдоль всего тормозного пути. Эпично вышло, но, главное, я уцелела. Правда, прикусила язык, сорвала голос от крика и заработала пару седых волос, но ничего страшного. Вот обстрелять военный штаб в первый же день пребывания в армии — это, я понимаю, нескучная жизнь! Очевидно, мне удалось нашуметь на многие километры вперед, потому что по всей округе раздалась оглушающая сирена и суровый голос рявкнул в радиорубку: «Внимание всем подразделениям, сигнал SOS! Атака с воздуха! Караульний пост, приготовиться к обороне! АТАКА С ВОЗДУХА!» — Ну все, Белка, приехали! Пожелай мне удачи, потому что придется сейчас объяснять вооруженным до зубов людям, что это было не НЛО, а просто меня призвали на службу, — прокашляла я, расстегнув ремень безопасности, но белка просто рыгнула мне в ответ. Видать, укачало моего бидектора. Когда клубы пыли развеялись, передо мной открылась не самая лучшая картина. Нет, погода была чудесной: мягкие лучи первого рассвета придавали унылой местности теплые оттенки, что делало архитектуру серых строений хоть немного приветливее. По правую сторону теперь располагалось то самое здание в форме бинокля, а вот с левой стороны тянулась череда одноэтажных домишек, от которых ко мне сейчас направлялось около десяти человек в полном обмундировании: в шлемах, бронежилетах и с увесистым оружием в руках. Эти бойцы в черной экипировке быстро и слаженно двигались по асфальтированным дорожкам, держа мою капсулу под прицелом. Что ж, веселье начинается! Пока достаю из сумки свой пластиковый пропуск, который доказывает то, что я военный призывник, мне уже настойчиво приказывают снаружи: — Пилот паржа «Тесла-46», немедленно выйти из капсулы с высоко поднятыми руками! От волнения у меня вспотели ладони, поэтому я автоматически вытираю их об рубашку, не спеша распахиваю дверь и слегка неуклюже выкарабкиваюсь на свежий воздух. Ну, почти свежий, после моего пыльного приземления. Тут же щурюсь от яркого солнца, пытаясь совладать со своими трясущимися коленями, потому что не хочу выглядеть жалко. В конце концов, нужно откопать где-то своё мужество, ведь я не на курорт приехала, а служить на благо человечества. — Лечь на землю, расставив ноги и выставив ладони вверх! — заявляет категоричным тоном здоровый парень, находящийся ближе всего ко мне. Из-за шлема не могу разглядеть его лицо, но, очевидно, это главнокомандующий караульных солдат. Приставными шагами отхожу от капсулы на пару метров и медленно опускаюсь на землю. Удивительно, но мне уже давно хотелось прилечь, вот и подвернулась возможность — это я стараюсь не падать духом и мыслить с чувством юмора. В итоге, замираю на месте, показательно выставив в правой руке свой пропуск. — Отвечайте на вопрос: по какой причине вы вторглись на территорию штаба четвертого взвода резервации «Антиклон»? — Командир подходит ближе и больно пинает мою ногу. Нормально, да? Кто его учил так сразу нарываться? Мой отец уже надавал бы ему по почкам за такое нахальство и несоблюдение этикета общения! Немного закипаю от возмущения, но держу себя в руках. Всё-таки я первая открыла огонь на закрытой территории. — Я военный призывник Фу Ынра. Прибыла на службу по приказу ведущей политической партии в Восточной жилой резервации. В пути произошла чрезвычайная ситуация — отказало управление летательного аппарата… — чеканю каждое слово и снова трясу своим пропуском. Вояка слушает какое-то время, но потом, не дав мне договорить, носком ботинка грубо выбивает из моей руки пластиковую карту и насмешливо добавляет: — С каких это пор у нас призывают таких бестолковых тёлочек, которые даже парж посадить нормально не умеют?! — хохотнув, снова пинает мою ногу, а остальные караульные, обступившие меня со всех сторон, тоже противно посмеиваются. Серьезно, я могла стерпеть и дальше продолжила бы сопеть в две дырочки, разглядывая редкие травинки на земле. Только меня по-другому воспитали: боец вооруженных сил любой резервации должен иметь честь и достоинство; если он их не имеет, значит, это не боец, поэтому ему можно и даже нужно надавать люлей. Понимаете? Все максимально просто. — Может, мозги у тебя отказали во время чрезвычайной ситуации? Хотя зачем ей думать, да, парни? У нас же во взводе баб мало, ясное дело, зачем сюда призвали эту аппетитную попку… — продолжает издеваться командир, совершенно утратив бдительность. А зря! Дело в том, что у меня уже около года есть разрешение на ношение с собой ослепляющего фри́ера — это баллончик с боевым газом. Они бывают разных цветов, и другими такими можно оглушить, обездвижить или даже умертвить за считанные секунды. Радиус поражения чаще всего до пяти метров в диаметре, а время действия оружия варьируется от количества его распыления. Под рубашкой не видно, но в данный момент фриер был прикреплен к ремню на моих джинсах, поэтому я крепко зажмурила глаза и, одним быстрым движением запустив руку под ткань, нажала на спусковой механизм. Облако кислотно-фиолетового дыма мгновенно поднялось вверх и быстро расползлось на несколько метров вокруг. Следом я достала из нагрудного кармана защитные очки с заслонками и нацепила их на нос. Они мгновенно присосались к коже, и у меня появилась возможность действовать. В это же время те идиоты, у которых не было подобных очков, судорожно схватились за лица и заскулили как щенки. Более умные солдаты надели полезные девайсы и временно отскочили в сторону. — Твою жеж… — не успел матюкнуться командир, сгибаясь в приступе слезоточащей боли. А мне было недостаточно его мучений, поэтому я врезала ему ребром ладони по коленной чашечке. Тот еще больше скрючился и запрыгал на одной ноге. Тогда я поднялась с земли и добавила удар в бок, окончательно сбив подлеца с ног. Повалившись на спину, он продолжал проклинать меня, дрыгая конечностями как жалкий таракан. — Что, уже больше нет времени на смехохулички? — небрежно бросила и занялась другими балбесами, которые надо мной издевались. Отец учил всегда бить в болевые места — я хорошо усвоила урок. Пока ослепленные караульные растерянно топтались на местах, не теряла времени и уделила внимание каждому. Первому засадила в подбородок кулаком — он у меня маленький, но крепкий. Второму сильно ткнула ногтем в кадык. Затем впилась пальцами в пах третьему и четвертому шутникам. Пятого пнула коленом в бедро, и тот зашатался будто пьяный. Шестой почему-то сам повалился на землю, поэтому я просто отдавила ему руку кроссовком. А нечего девушек оскорблять! Дальше было сложнее: как только газ моего фриера стал развеиваться на ветру, я вовремя заметила, что меня атаковали те ребята, которые выжидали в сторонке. Наконец завязалась серьезная потасовка, и не скажу, что мне было легко отбиваться. Пару раз прилетело в плечо и под лопатку. Потом я даже упала на землю, но тут же перекатилась и снова вскочила на ноги. Мда, теперь буду вся в синяках. Ну надо же было так влипнуть?! На меня нападали очень быстро и со всех сторон, поэтому совершенно не было времени снова дотянуться до фриера и вторично использовать газ. Я хорошо понимала, что не продержусь так долго, поэтому судорожно искала выход из ситуации. Только бой закончился гораздо быстрее, чем я ожидала. Совсем скоро меня ткнули в затылок… Ооо, я слишком хорошо знаю эту боль, холодное касание и последующий звон в ушах. Такие ощущения бывают только от дула увесистого оружия, приставленного к твоей голове. Но как я могла просчитаться? Караульных было десять человек. Выходит, кто-то еще прибежал на подмогу? — Быстро докладывай имя, звание и возраст, пока я добрый! — этот военнослужащий говорил совсем иначе. Очевидно, красивый мужской тембр глушил плотно надетый шлем, но в голосе явно чувствовались металл и военная выправка. Мне жутко захотелось обернуться и взглянуть парню в лицо, но учитывая оружие, приставленное к моему затылку, я рисковать не стала. — Фу Ынра, призывник, двадцать пять лет, — подчинилась без возражений. — Никудышный из тебя пилот, Ынра, — просто констатировал факт незнакомец. — Увы, но это так, — снова ответила честно. — Зато дерёшься отлично, — добавил более теплым тоном, но снова ткнул меня пистолетом в затылок. Да так, что я чуть не поперхнулась. — Спасибо, — процедила сквозь зубы и возмущаться не стала, потому что чувствовала к себе уважение. — Ты замужем? — внезапно сменил тему парень у меня за спиной. Ну, вооот! А он мне уже начинал нравиться… — Что за вопрос?! — повысила голос и все-таки повернула голову в бок, пытаясь разглядеть вопрошающего, но он сдвинулся в сторону, словно моя тень, не позволяя себя обнаружить. — Значит, нет, — хмыкнул тот с уверенностью. — Откуда такие выводы? — возмущенно округлила глаза. Со мной что, флиртуют? Это военная база или сборище придурков? — Когда-нибудь я женюсь на тебе! — шокировал воин внезапным заявлением. — Да ладно! — выдохнула со смешком. — Это не так-то просто, уже пытались… — Ничего, я не боюсь трудностей, — цокнул он языком прямо у меня над ухом. — Ты псих? — спросила с выражением. — Только, когда голодный, — брякнул невпопад парень, убрав пистолет. Я, было, немного расслабилась, но потом ощутила резкий укол между лопатками. Тут же почувствовала головокружение и, не успев даже вякнуть, самым глупым образом повалилась лицом в землю, запоздало осознавая, что оружие у этих военных заряжено не пулями, а усыпляющими дротиками. И незнакомец таки выстрелил. Вот, скотина…

111

Стук… Стук… Слышу, как пульс стучит в висках. Тело ноет так, будто я отхожу от наркоза. Шевельнула челюстью, проглотила слюну, и песок тут же противно захрустел на зубах. Неужели я до сих пор лежу на земле? И сколько времени прошло? Час, два…? Только приложила усилие, чтобы подняться, как услышала над своим ухом чьё-то частое и горячее дыхание. Тогда меня бросило в холодный пот, и я судорожно отшатнулась в сторону, очень быстро приходя в себя. Всё плывет перед глазами, но, сосредоточившись, могу рассмотреть местность: кругом те же серые здания и парж виднеется, который я так незабываемо приземлила, а буквально рядом сидит огромная белая собака — именно та, которая резко привела меня в чувство. У неё не видно глаз и, наверное, даже рта не будет, если она его закроет. Серьезно, не пес, а большущий такой шерстяной ком на ножках! — Фу, Мочалка! Не трогай девочку! — приказывает звонкий голос. — Что за?.. Кто здесь девочка? — приподнимаюсь на локте, пытаясь разобраться в происходящем. Рядом с бидектором появляется его хозяин — худощавый парень в защитном комбинезоне, одна штанина которого длинная, а вторая подкатана до колена, чтобы хоть немного было видно татуировку… крупной рыбы? В общем, этот военнослужащий наклоняется ко мне, тряхнув шевелюрой такой же лохматой, как и у его собаки, и философски изрекает: — Ну ты вроде не мальчик, хотя в наше время с первого взгляда сложно понять, — скалится во все зубы и дружелюбно протягивает руку в стальной перчатке. Не успеваю ухватиться, как мгновенно оказываюсь на ногах. Точнее, меня дернули на себя с такой легкостью, будто я тряпичная кукла. Ого-ого! А парниша-то сильным оказался! Даже заморгала от удивления. — Я не девочка, а новая рядовая отряда фриери́стов, но спасибо за помощь, — сказала, как отрезала, и чисто символически отряхнула свою рубашку от пыли. Нет смысла вычищаться, всё равно скоро переоденусь. — В данный момент ты просто новобранец и, к тому же, нарушительница, так что нечего нос задирать, — назидательно произнес военный. Для убедительности наморщив лицо, добавил: — Вообще, я сначала хотел на тебя пописать. Знаешь, как это делают крутые ребята в фильмах? Но всё-таки передумал. Без тени смущения от произнесенного, он резко переключается на свою собаку, треплет её по голове, а потом вообще нарочито весело начинает с ней играть. — Правильно сделал, иначе я бы тебе кое-что оторвала, — пробормотала с тихой угрозой, наблюдая за тем, как хозяин умилительно резвится с бидектором. — НЕВОЗМОЖНО! — неожиданно ледяным тоном выпалил парень. Внезапно перестал дразнить пса, выпрямился и, засунув руки в карманы, смерил меня высокомерным взглядом. — К чему такая самоуверенность? — Ах, да! Мы же не познакомились… — почесал в затылке он, опять расплываясь в улыбке. — Меня зовут Минхёк, но все кличут Киборгом. Знаешь, почему? Я промолчала. Только губы поджала, изображая безразличие. У этого чудака эмоции меняются с такой скоростью, как у меня заканчивается терпение — то есть быстро. — Просто все в нашем взводе знают, что я непростой парень, потому что «тюнинговал» себя. Улучшил свое тело, смекаешь? На данный момент у меня механическая рука, которая спокойно поднимает вес больше ста килограммов! Кроме того, я усовершенствовал себе левый глаз! Сейчас он видит в два раза лучше, чем обычный. Знаешь, как делают подобные операции? — Неа, — выдавила с опаской. Неужели этот парень сознательно захотел отрезать себе здоровую руку ради навороченного протеза? Вот сумасшедший! А я-то думала, что он носит стальную перчатку. — В общем, там такая классная технология… — сам же и восхищался своими возможностями Минхёк, активно жестикулируя, — когда в зрачок заливают какую-то жидкость. Внешне ничего не меняется, разве что цвет радужки становится чуть светлее. За то теперь я могу видеть в темноте и стрелять без оптического прицела не хуже снайпера! Круто же, правда?! Он лопочет так воодушевленно, будто на продажу себя выставляет, как раритетный и дорогой автомобиль какой-нибудь. Серьезно, даже слюной плюется, а бидектор, бегающий рядом, поощрительно ему подгавкивает. — Очень интересно… — повела бровью, показывая хоть какую-то эмоцию. — Но самое главное… Барабанная дробь! — завороженно вытаращил глаза Киборг, а потом расстегнул ворот комбинезона и торжественно показал на свою шею обеими руками: — Вот эта приблуда в моем кадыке — это электронные часы, которые автоматически подстраиваются под часовой пояс и ещё работают как таймер. Они просто незаменимая вещь во время опасных операций. Я-то сам там ничего не вижу, а вот ребята из моей команды всегда засекают время, глядя на мои часики! Поверь, таймер не раз спасал нас в борьбе с клонами… Короче, я крутой парень, — с важным видом заключил Минхёк. Но очень быстро завел новую тему: — Кстати, о себе можешь не рассказывать. Я уже всё знаю, потому что мы с тобой будем в одном отделении фриеристов. К сведению, я владелец оглушающего фриера с оранжевым дымом… — Я и не собиралась о себе рассказывать, — категорично оборвала словесный поток парня. — Какая-то ты неразговорчивая, — с подозрением зыркнул на меня тот, изображая обиду. — Какая есть. Повисла пауза. Честно? Даже жутковато стало. Мало ли, что в голове у этого Киборга? Может, ему и мозг тюнинговали, откуда мне знать? Но потом он пришел к совершенно «шикарному» выводу: — Ничего страшного, я буду говорить за нас обоих! — добил этой фразой Минхёк и дружелюбно похлопал меня по спине, поторапливая: — Пойдем уже в штаб. Наверное, там тебя все заждались, — ухватился за рукав моей рубашки и потянул на себя. — Может, мне сначала нужно в административный отдел, чтобы подтвердить свою личность? Я не спешу подчиняться, а стараюсь рассуждать трезво. Нормально он вообще на меня наехал, будто это я его разговорами задерживаю? — Да потом сходишь, — махнул механической рукой Киборг. — Там дело на пять минут. Тебя быстренько пробьют по компьютеру и, если не будет проблем, вколют жидкий паспорт в запястье. — Какая-то новая технология? — проявила интерес, направляясь следом за парнем и его собакой. — Совсем недавно обязали весь взвод сделать такие инъекции. Теперь не один замок в штабе не откроешь без этого. Чтобы входить в закрытые помещения, нужно подносить запястье к датчикам. Полезная штука, на самом деле, так как паспорт всегда с собой, и его легко проверить. Да и чужакам в резервацию практически нереально проникнуть. Разве что с неба свалиться, как ты сегодня. Пропустив мимо ушей очередной выпад в свою сторону, я просто шагала и осматривалась: начинает смеркаться, значит, уже около двенадцати дня и наступает первый закат. Минхёк настолько перетянул на себя внимание, что я вообще потеряла ход времени. Пока мы приближались к зеркальному зданию в форме бинокля, парень продолжал бесконечно болтать. Поскольку мой мозг не привык к такому потоку информации, в какой-то момент я перестала ее воспринимать и просто ушла в себя, лишь кивая периодически в знак вежливости. Странно, но сейчас на территории военной базы совсем не было людей. Никто не стоял на страже, не шел по делам и даже банально не слонялся туда-сюда. Думаю, с высоты птичьего полета место казалось заброшенным и нежилым. Будто я, Киборг и его белый пес пересекали совершенно мертвую зону. Куда же все подевались? Ответ на этот вопрос стал понятен, когда мы вошли в левую часть дома и сразу же направились к лифту. Само по себе строение невысокое, а это значит, что мы поедем вниз. Выходит, инфраструктура четвертого взвода находится под землей, и те серые домишки на поверхности служат только для отвода глаз. Вероятно, там везде напичканы камеры, чтобы караульные спокойно сидели в засаде и следили за обстановкой по мониторам. — Ко мне, Мочалка! — постучал стальными пальцами по бедру Минхёк, когда прибыл лифт и разъехалась массивная дверь. — У нас предпоследний уровень, — поставил меня в известность фриерист, нажимая клавишу под номером двенадцать. — Глубоко, — выразилась я одним словом и прислонилась затылком к железной стене — это хоть немного освежало. Только первый закат, а меня уже в который раз тянет прилечь из-за пережитых эмоций. — Слушай, а почему у тебя волосы длинные? Ты же должна быть лысой, так как всех новобранцев стригут. Парик что ли надела? — вдруг задал бестактный вопрос Киборг. — Я не лысая, — понизила голос, возмущенно пожав плечами. — Не стесняйся, — манерно протянул Минхёк. — Мы все лысые сначала ходили. Потом уже прически разные менять стали… — Если захочу, буду стесняться, ясно?! — бросила с вызовом. — И я не лысая! Меня не успели постричь. — Фу, какая ты серьезная, — надул губы парень, сложив руки на груди. — Боюсь, мы не сработаемся. — Придется, если будем работать в одном отделении, — заметила резонно. — Посмотрим, сколько тебе понадобится времени, чтобы освоиться и заговорить свободно. Как все нормальные люди, — задиристо произнес Минхёк скрипучим голосом. — Ты кого сейчас ненормальной назвал, а?! — обалдела от такой наглости, что даже выпрямилась и сжала кулаки, но потом сама себя осадила: — Ой, всё… Не хочу спорить с тем, кто назвал своего кобеля Мочалкой, — цокнула языком и отвела взгляд в сторону. — Посмотрите, глазастая какая! — тоже завёлся парень и стал объяснять со вскинутым подбородком: — Да, мой пёсик — мальчик! Вообще-то, изначально его звали Алекысандыр, но разве он не похож на мочалку? Вылитый же! — Разве не «Александр» будет правильно? — уточнила, злорадно улыбнувшись одними уголками губ. — Не важно. А сама-то, как свою белку назвала? — Белка. — Айгууу, ты-то имеешь право выдвигать претензии! — активно закивал головой Киборг. — Точно! Где моя белка?! — выпалила я, резко вспомнив про своего бидектора, и прервала тем самым бессмысленный спор. — Не парься, — вальяжно отмахнулся парень. — Она уже давно должна обустраиваться в твоей комнате. Я еще час назад угостил ее конфетами, и она заснула в салфетнице. Багаж, кстати, твой тоже там. — Слава богу, спасибо, — выдохнула с облечением, потом тихо добавила: — Нормально так… У моего бидектора получился более гостеприимный приём, чем у меня. — Ничего, — с доброй улыбкой подмигнул мне Минхёк. — Сейчас познакомишься со всеми и тоже будешь счастлива. У нас в отряде классные ребята, — вымолвил он утвердительно. Странно, но меня успокоили эти слова, сказанные парнем, который, очевидно, давно здесь живет. Быть может потому, что в них действительно чувствовалось теплое отношение к сослуживцам. Жутко захотелось побыстрее попасть в свою комнату и распаковать вещи, но мы спускались на лифте все ниже и ниже… Очень медленно! Мде… Кажется, штаб моего отделения находится в жопе мира. — Извини за бардак, который устроили караульные, — снова заговорил Минхёк так спокойно, будто мы с ним вообще не вздорили. — Это все идиот Джибодая — наш начальник охраны. У него крохотный мозг и слишком тяжелые яйца, чтобы быть сообразительным. Красочно представила себе эту картину и содрогнулась, затем уверенно добавила: — Все в порядке, я могу за себя постоять. — Нет, ты не понимаешь, — качнул головой Минхёк и нахмурил брови. — Теперь он тебя запомнит и будет пытаться отомстить, так что нужно быть на чеку. — Спасибо, я справлюсь, — благодарно кивнула и сразу же уставилась на дверь, потому что раздался громкий щелчок, оповещающий о том, что лифт прибыл на нужный уровень. Как только мы вышли в полутемный зал со множеством круглых столов, у Минхёка заиграл телефон. — Извини, это срочно. Мне нужно ответить, — вымолвил Киборг с легкой грустью, приложил мобильный к уху и почему-то, наоборот, не сказал ни слова. Просто топтался на месте, то и дело поджимал губы и часто вздыхал, слушая голос того, кто ему позвонил. Ненадолго наступила тишина. Только длинные цепочки, вплетенные в волосы Минхёка, продолжали позвякивать, потому что он, видимо, не умеет находиться в обездвиженном состоянии. Мда... Кажется, этот парень может быть раздражающим до корней волос. Так мы и стояли минут пять: я озиралась по сторонам, томясь в ожидании, а он громко печалился, слушая своего собеседника. Думала, что после загадочного звонка Минхёк хоть немного приутихнет, но не тут-то было! Парень мгновенно вернулся в свое обычное состояние и подробно стал описывать мне планировку здания: — Итак, прости, что отвлекся, — сосредотачиваясь, тряхнул он головой, — сейчас я быстренько обрисую, как у нас всё обустроено. Мы с тобой в техническом корпусе. Здесь на каждом уровне находятся отделы, необходимые для проживания на военной базе. К примеру, мы вышли из лифта прямиком в столовую. В этом атмосферном месте ежедневно завтракает, обедает и ужинает весь наш взвод фриеристов. По вечерам можно включать проектор и смотреть старинные фильмы на потолке. Знаешь, как это успокаивает? Жаль только, что нам не до романтики с этими проклятыми клонами… — произнес он мечтательно и тяжко вздохнул. — Не уж-то мужчинам так важна романтика? — выгнула я бровь, осматриваясь. — Само собой! Всем нужно что-то светлое. Мы же люди, а не роботы, — возмущенно фыркнул Киборг. — Тебе разве нет? — Я военнослужащая. — Проехали… — в очередной раз отмахнулся Минхёк, словно я — это совсем запущенный случай, и продолжил свой рассказ: — Под нами кухня, а выше уровнем медицинская часть. Затем отдел программирования, химическая лаборатория, оружейные склады, тренировочные залы… и на самой поверхности — администрация. Короче, потом разберешься. Теперь нам нужно пройти по туннелю, чтобы попасть во второй жилой корпус. — Там находятся личные комнаты бойцов? — вымолвила с надеждой. — Именно! Сейчас мы направляемся в наш воинский штаб. Точнее, в твой новый дом, — с важным видом профессионального экскурсовода поведал парень и поманил меня за собой, но потом резко остановился. — Мочалка! Ты чего там залипла?! Не отставай! — гаркнул он на свою собаку, которая активно нюхала что-то под одним из столиков. Пока мы деловито шествовали по подземному коридору, стук наших шагов по железному полу гулким эхом отражался от стен, из-за чего в помещении создавалось ощущение вибрации. Белоснежный пёс Алекысандыр-Мочалка легкой трусцой бежал следом за нами и шумно дышал приоткрытым ртом. Пахло выпечкой. Должно быть, на кухне уже подготавливали обед, поэтому у меня тут же проснулось чувство голода. К тому же на этом отрезке между корпусами было прохладно. Ужасно хотелось закутаться в теплый шарф или, как минимум, съежиться и обнять себя руками, но я продолжала идти с идеально ровной осанкой и вздернутым подбородком. Просто не могла себе позволить дать слабину. Понимаете, если на меня будут влиять малейшие перепады температуры, как, в таком случае, я собралась служить в армии спасения? Когда впереди показалось подобие массивных ворот, а рядом с ними силуэт часового, сидящего на крутящемся стуле, мой желудок вообще свело от легкого спазма из-за предвкушения поскорее очутиться в своей комнате. Я и на сей раз сдержалась, не подавая виду, но дыхание все-таки перехватило и в уголках глаз стали собираться предательские слезы. — Кстати, Ынра, хочу предупредить тебя, — снова не вовремя заговорил Минхёк. — Вход в наш штаб караулит боевая монахиня лидрези́йского храма. На первый взгляд она кажется щекастенькой няшечкой, которая спит на святой постели, ест святую еду и даже дышит святым воздухом. Но нужно быть на стороже, потому что на территории резервации «Антиклон» не бывает простых людей. На самом деле Кан Харам заслуженный боец в звании лейтенанта. Ходят слухи, что она прячет целый арсенал оружия под своей сутаной и владеет пятью техниками восточных единоборств. — Офигеть, монашка! — прокашляла я, приложив руку к груди. — Да, и монашкой её тоже называть не стоит! Только сестра Кан, поняла меня? — настойчиво посоветовал Киборг. — Ты же в курсе, что в лидрезийских храмах можно молиться любому богу? — Да, разберусь, — кивнула в ответ. — Чувствую, мы с ней подружимся. — Сомневаюсь. Её бидектор тоже не из приятных — лысый кот по кличке Джон Сина. С ним вообще лучше не контактировать, — вытаращил глаза и оскалился парень, изображая припадок бешенства. — Что, поцарапать может? — насмешливо вопросила. — Хуже! — провел по горлу ребром ладони Минхёк. — Он обязательно за тобой увяжется и будет орать не кошачьим голосом, чтобы его покормили! — Прямо так и будет? — хохотнула, не сдерживая эмоций. — Вот увидишь! — яростно заверил меня разговорчивый фриерист и на этот раз буквально приказал: — Всё! Мы подходим… Лучше вообще молчи в тряпочку. Поправляю причёску и одновременно думаю, что ж там за монахиня такая, если мой спутник занервничал? Да и кот этот лысый… своей надоедливостью как раз-таки Минхёка и напоминает. Чего они общий язык-то не находят? Наоборот — должны! Подхожу уверенным шагом к сестре Кан и, вопреки разговору с Киборгом накануне, сразу же заявляю: — Добрый день! Призывник Фу Ынра, прибыла на базу и готова к заселению в личную комнату! — отчеканила с уважением и отдала честь. — Добрый, — еле слышно откликнулась монахиня и элегантно закинула ногу на ногу, расправляя при этом свою сутану, которая только частично прикрывала военный комбинезон, на манер юбки, переходящей в брюки. — Паспорт уже вкололи? — спросила она совершенно мирным тоном, но просканировала меня зорким взглядом. Словно рентген, а не человек. — Нет еще, как только чемодан разберёт, сразу же пойдём в медчасть, — поспешно встрял Минхёк, докладывая ситуацию. — Я тебя спрашивала, Киборг? — недовольно зыркнула на него сестра Кан, а потом снова обратилась ко мне: — Реслинг любишь? — Вы имеете в виду спортивное шоу, сочетающее борьбу и театрализованную работу на публику? Я смотрела его в детстве, с отцом… — задумчиво поморщилась, — мне нравилось. — Значит, мы подружимся. Давай на «ты», — приняла внезапное решение Кан Харам, поднялась со стула и протянула руку для рукопожатия, на которое я также без раздумий ответила. — Договорились, — согласилась, расплываясь в улыбке, и заметила краем глаза, как Минхёк таращится на меня с таким видом, будто я засовываю голову в пасть льва. Так и хотелось сказать ему: «Нормально всё! Фу Ынра не боится кошек. Даже очень больших и грозных». …И чуть позже, когда мы уже вошли в штаб, парень продолжал вести себя немного отчужденно. Интересно, почему у него такие натянутые отношения с монахиней? Неужели только потому, что он много болтает? Сейчас же я аккуратно шагаю в темноте за Киборгом, веду рукой по вогнутой стене и бешусь из-за назойливой мысли: им настолько плевать на новобранца, что они даже свет не включили! Только крохотные лампочки в потолке спасают ситуацию своим фиолетовым мерцанием, которое очень напоминает сияние звезд на ночном небе. До меня не сразу доходит, что комната… да и всё в этом здании — круглое! К примеру, стол в центре штаба в виде бледно-светящегося нимба и даже тесно окружающие его стулья имеют форму эллипса. Я так засмотрелась на «призрачный» интерьер в потемках, что до смерти испугалась, когда за моей спиной послышался утробный, чавкающий звук: — Ееедааа… буль-буль-буль… тёп-тёп-тёп… ееедааа… — Срань господняя! Что это за звуки?! — скукожилась вся, схватившись за сердце. — А я предупреждал, — холодно отозвался Киборг и бросил через плечо: — это Джон Сина увязался. Он немного научился говорить. — Я думала, ты шутил тогда! — стала озираться и высматривать лысого кота монахини Кан в темноте. — У него такой жуткий тембр, что можно умереть на месте. — Правильно, а чего ты ожидала? — с насмешкой крякнул Минхёк. — Он же кот! Не удивительно, что говорит странно. Скажи спасибо, что Джонни хотя бы несколько слов выучил. — Нет уж, не буду! Почему бы ему не мяукать, как всем нормальным котикам? — Мяукает он еще хуже, поэтому просто терпи, — почти вплотную приблизился ко мне парень и заговорщически зашептал: — Кстати, не хотел тебя расстраивать раньше времени, но ты неудачно упала и теперь у тебя царапина прямо над верхней губой. Это выглядит как нацистские усики. — Правда?! Вот жеж… — приложила руку к губам. — Ну что за невезение?! — Я пошутил, — быстро сжалился Киборг, снисходительно похлопав меня по спине. — Прикольная шутка, да? — Больше не делай так, — для убедительности с нажимом процедила последнее слово. Вот, говнюк! А я еще за него беспокоилась. — Когда-нибудь ты поймешь, Ынра, что я никогда не перестану, — сделал философское изречение Минхёк, после чего включил свет в помещении, дважды щелкнув пальцами стальной руки. — У нас здесь всё работает на автомате, привыкай, — прокомментировал он с гордостью. От неожиданной вспышки, я часто заморгала, потому что глаза уже привыкли к постоянному полумраку. При ярком освещении штаб немного преобразился: теперь в интерьере присутствовали желтые и контрастно-фиолетовые оттенки, а также по кругу обнаружилось множество дверей, которые, скорее всего, вели в личные комнаты бойцов. Сейчас я фактически была на территории своей общаги, в самом её центре. Ещё оказалось, что в зале мы не одни. Совсем рядом, на диване у стены, в удивительно красивой позе спал длинноногий парень. Он внешне очень напоминал принца, сошедшего со страниц раритетной манги. Особенно потому, что его военный комбинезон был старого типа — с завышенной талией и вышивкой на груди, как когда-то давно одевались гусары или мореплаватели. К тому же черные волосы красавчика слегка вились и были длиннее, чем положено носить в армии. По жизни я редко обращаю внимание на мужчин — всегда находятся более важные дела, но на этого засмотрелась… Киборг проследил за моим взглядом и тут же прокомментировал: — Ты смотришь на рядового Подушку. Точнее на Че Хёнвона. Видишь, вон ту гарнитуру в виде полумесяца, которая прикреплена к его уху? Знаешь, что это такое? — Это Сомны́ль — симулятор сна, верно? — сощурилась, припоминая. — Да, так и есть. Прибор виртуально растягивает время и позволяет отоспаться максимально быстро. К примеру, в реальности ты прикрываешь глаза всего на несколько минут. Но тебе кажется, что ты дрыхнешь уже долгие годы, поэтому полностью расслабляешься и можешь впасть в нирвану. — Вот это вещь! — восхищенно протянула я. — Где взять такую же? — Она есть только у Хёнвона. Он вообще жёстко зависим от Сомныля-9. Частенько лежит тут на диване и наркоманит во сне. Я и завёл этот разговор, чтобы ты была в курсе, — деловито шмыгнул носом Минхёк. — Тебе же нужно ознакомиться с тем, как у нас обстоят дела, верно? Короче, если хочешь высыпаться, тогда дружи с рядовым Подушкой. Ну или хотя бы будь с ним повежливей. — Буду знать, — коротко кивнула, а сама подумала, что меня не нужно заставлять дружить с Хёнвоном. Наоборот, я только рада познакомиться с этим парнем поближе. Хотя… А вдруг у него премерзкий характер? Поживем — увидим. Пока я размышляла, атмосфера в штабе резко оживилась. Всё началось с лысого кота Кан Харам. Он шумно запрыгнул на один из стульев и, широко раскрывая пасть, стал орать теперь уже во весь голос: — Едааа-едаа!!! Казалось бы, собака Мочалка должна была хоть как-то отреагировать, но, видать, она уже привыкла, поэтому сидела в сторонке с безразличным видом, лишь вяло помахивая хвостом. В то же время открылась одна из дверей, откуда выскочил злющий парень со стильно выбритыми висками и, к тому же, сильно забитый татуировками. С этого момента я стала просто сторонним наблюдателем, а Минхёк саркастичным комментатором ситуации. — Сколько можно это терпеть?! — на высоких нотах сетует татуированный боец, сорвав с Хёнвона Сомныль-9. — Вставай, дрыхлу́н, нужно работать! — сначала активно жестикулирует, а затем широко расставляет ноги и упирается руками в бока. — Шля́мбур тебя побери, Кихён! — мгновенно очнулся рядовой Подушка и быстро вскочил на ноги. — Вечно ты прибегаешь и стоишь надо мной в позе сахарницы. Свали в туман, ясно? — нависает над парнем в татухах, который оказался ниже ростом. — Просто. Хватит. Спать, — с нажимом произносит тот и не отступает, а наоборот надменно вздергивает подбородок, — не то отравлю тебя за обедом! Сам знаешь, я разрабатываю формулу мятного яда! — Апчхи! — вместо ответа громко чихнул Хёнвон, тряхнув головой. — Вот говно, не успел тебя увидеть, а у меня уже глаза слезятся. — Ах ты, собака сутулая! Сколько будешь чихать на меня?! Надоело твои сопли с себя снимать! — окончательно вышел из себя парень по имени Кихён и отрывисто толкнул рядового Подушку в грудь. Тот сильно пошатнулся, но устоял на ногах и поспешно дал сдачи, пнув своего соперника длинной ногой. В общем, завязалась потасовка. Ребята спорили с пеной у рта, совершенно не обращая внимания на нас с Киборгом. Да мы вообще чувствовали себя невидимками! — У Хёнвона аллергия на кошек? — тихонечко спросила я у Минхёка, переводя взгляд на кота Джона Сину, который еще продолжал орать своё тошнотворное «едааа». Поджав губы, парень отрицательно качнул головой. — Нет, на рядового Ю Кихёна. — Так бывает? — Я прищурилась с подозрением. — У нас всё бывает, — брякнул он в ответ и в очередной раз похлопал меня механической рукой по плечу. — Всем приветики! Я дома! — послышался шум входной двери и очередной незнакомый тембр голоса за нашими спинами. Оборачиваюсь, и вижу, что ко мне навстречу идет сложённый как гладиатор парень в комбинезоне без рукавов. Вот это закалённый мужик! Глубоко под землей прохладно, а он разгуливает тут полураздетый. — О, новенькая уже здесь! Меня зовут Хосок, потом поболтаем… — обаятельно улыбнулся мне мускулистый фриерист и, не останавливаясь, потопал прямиком к своей комнате, на которой висела табличка с надписью «Позывной Сосок». — Наш святоблу́д вернулся! — не удержался от комментария Минхёк и вдогонку бросил сослуживцу: — Давай, Хосок, рассказывай, как там поживают симпатичные девчонки в пабе «Битая тарелка»? — Какого кна́хта, Киборг, я должен тебе рассказывать? Это моё дело, как они там поживают, — отказался отчитываться Сосок, ребячливо отдал честь и скрылся в своей комнате. — Фу, противный! Иди ты на пяск! — обиженно надул губы Минхёк. — Какого егна тут творится? Сколько можно нас игнорировать? — пробормотал он себе под нос, на сей раз выдвигая претензию Хёнвону и Кихёну, потому что те до сих пор о чём-то спорили. Я долго терпела, но всё-таки не выдержала и спросила напрямую: — Вот, что ты сейчас сказал? Пяск, егн, кнахт… На каком языке вы общаетесь? — раздраженно развела руками. — Не парься, это местный сленг, — удовлетворил моё любопытство Киборг. — Мы здесь уже давно говорим на «своём» языке. Скоро и ты будешь так изъясняться. — Не знаю, — свела брови к переносице, — больше похоже на жаргон… А что такое «егн»? — Сама как думаешь? Все к нему сводится… — многозначительно причмокнул губами Минхёк. — Мир во всем мире? — монотонно произнесла самую тупую фразу за сегодня. — Ты совсем глупая? — удивленно уставился на меня парень, а потом энергично выпалил: — Член это, член! Ясно?! — Ну, ты и придурок, Минхёк, — смущенно отвернулась, поморщившись, а потом осторожно зыркнула на парня и добавила: — «Святоблуд» имеет такое же значение? — Нет, конечно! — манерно закатил глаза Киборг. — Просто Шин Хосок у нас очень тонкая натура. В том смысле, что по бабам ходит, но очень красиво и временами даже целомудренно. Вот и получается, «свято-» от слова «святой». И «-блуд», потому что всё равно грешит. — Как вообще эти понятия сочетаются? — опять не поняла я. — Ну… во взводе ходят слухи, что рядовой Шин ни разу не целовался. Говорят, он сделает это только с той самой, особенной, девушкой, — пришибленно округлил глаза Минхёк. — Девственник до сих пор, что ли? — предположила недоверчиво, снова сморозив глупость. Ну, не умею я нормально разговаривать на подобные темы! Но иногда хочется. — Да ты что! Думаю, он много с кем переспал. Но, кто знает, может, и правда, ни с одной не целовался. — Мало ли какие слухи о людях ходят? Не обязательно всему верить, — пожала я плечами и вдруг пришла к выводу: — Странные вы все. Сложно мне будет. — А ты что, не странная? — озадаченно взглянул на меня Киборг. — Не настолько. — Ну ничего, скоро станешь, — постарался успокоить в своей привычной манере Минхёк, покручивая пальцем у виска. — У нас здесь все потихоньку «ту-ту»… Наконец, наступила долгожданная тишина: снова открылась одна из дверей в личные комнаты и на пороге появился здоровенный парень с цветатстым сомбреро за плечами. Серьёзно, даже Джон Сина мгновенно заткнулся и перестал просить еду, когда увидел этого сурового мужика. — Прекращайте орать! — сердито гаркнул боец и откусил знатный кусок от куриной ножки, которую угрожающе держал в руках. — Я поесть спокойно не могу. Уже голова от вас раскалывается. — Извини нас, Хёну, — удивительно покорно откликнулся Кихён и сразу бросился объяснять: — Ты же знаешь, нам нужно составить план действий на завтра, а этот дрыхлун отлынивает, как обычно! — на эмоциях он приложил руку к груди, где сквозь щель в расстегнутом комбинезоне виднелась татуха большого крылатого креста. — Ничего я не отлыниваю! — возмущенно вытянул шею Хёнвон. — Я отдыхал, а ты набросился на меня как коршун. — Отставить разговоры! — скомандовал военный со шляпой за плечами. — Рядовой Подушка, рядовой Молитва, просто сделайте чёртов план! А потом можете хоть поубивать друг друга! — поморщился, подгоняя парней куриной ножкой будто жезлом полицейского. «Есть, сержант Сон!» — синхронно ответили оба фриериста и недовольно поплелись в ту комнату, из которой выбежал Кихён. — Новенькая, иди за мной, — более мирным, но максимально деловым тоном вымолвил парень, быстро наведший порядок в штабе. — Слушаюсь! — выкрикнула и поспешила выполнить приказ. Но тут, откуда ни возьмись, выскочила моя белка и, опережая меня, ринулась в комнату сержанта Сон. Тогда его реакция на моего бидектора была просто шокирующей: — Что это за тварь?! — заверещал не своим голосом здоровый мужик, уронив куриную ножку на пол. — Это моя белка… — от удивления произношу медленно. — А что?.. — БЕЛКА?! Кто пустил на территорию штаба белку?! Забери её, забери! Фу… брысь… пошла… Она еще укусит меня! — прокричал сержант, отбегая подальше от открытой двери в комнату с табличкой «Позывной Сомбре́ро». — Так, я на время выйду в коридор, а ты разберись с этим, новенькая, — взяв себя в руки, пришел к внезапному решению сержант и очень быстро удалился из зала. Я так и осталась стоять офигевшая, со своим бидектором на руках. Тогда ко мне подошел Киборг и посоветовал в очередной раз: — Ынра, лучше не нарывайся. Это твой командир, — наморщил Минхёк нос, чтобы выглядеть более сурово. — Когда-то в детстве его покусала стая белок, и теперь он говорит, что презирает их, но на самом деле бесконтрольно боится. А Сон Хёну, знаешь ли, мало чего боится. Насколько помню, только потери близких людей, неловких ситуаций и, вот, грызунов, в том числе, — загнул три пальца фриерист. — Допустим, но разве так бывает? — обескураженно пожала я плечами. — Говорю же! У нас всё бывает, — назидательным тоном проскрипел Киборг и, подозвав свою собаку, добродушно к ней обратился: — Правда, Мочалка? Ну, скажи «папочке» хоть слово. Когда ты уже научишься разговаривать, а?.. Смотрю на то, как мой новый знакомый пытается болтать со своим бидектором и понимаю, что еще больше сегодня вляпаться было невозможно. Посудите сами: я обстреляла военную базу из пушек, подралась с караульными солдатами и «натравила» на командира отделения свою Белку — это немного перебор. Но, кажется, я быстро вольюсь в атмосферу этого места, потому что все здесь, и правда, немного «ту-ту»…

111

В следующей главе вы окунетесь в условности армейской жизни, более близко познакомитесь со всеми сослуживцами рядовой Фу и снова вляпаетесь с ней в новые проблемы — куда же без этого. А ещё вас ждет иллюстрация — профиль очередного фриериста;) ►Содержание: Глава 1: Недопонимание Глава 2: Сплошной конфуз Глава 3: Без оглядки Глава 4: Убей меня! Глава 5: ? … … Глава 19: Катарсис происходящего. Все названия глав уже придуманы, просто Интрига — моё второе имя;)