Счастье Люси

В этой главе мы немного отклонится от темы НаЛю) Дождь лил как из ведра, но мешало веселью группе людей в большом здании. Во всех окнах горел свет и оттуда доносились голоса. За барной стойкой сидела Люси. Она с сосредоточенным видом рассматривала пепельноволосую барменшу, которая нервно протирала стакан.  — Мира? Что-то случилось? — спросила наконец блондинка.  — А? Люси? — взгляд синевласки прояснился. — Ничего. Просто задумалась… — девушка склонила голову и заметно погрустнела.  — Мира, если тебя что-то тревожит, то ты можешь поделиться этим со мной. Ты ведь выслушивает моё нытье каждый раз. — Заклинательница улыбнулась.  — Ну, это моя работа. Я же барменша. — старшая Штраус ответно улыбнулась.  — И что? Это не запрещает тебе делиться проблемами с подругой. По щеке Дьяволицы потекла одинокая слеза.  — Хорошо. Все началось с того, что Лексус сделал предложение Кане. — кариглазка распахнула удивлённые глаза и вспомнила свой сон, в котором Лексус попросил руку и сердце Каны, а потом Нацу… Люси встряхнула головой пока ее щеки не покрылись румянцем, но было поздно, и это не ушло от глаз пепельноволосую. — А ты что так покраснела? — Мира резко сменила тему.  — Н-ничего. П-просто вспомнила кое-что. — девушка нервно замахал перед собой руками. — Так что там дальше с Лексусом?  — Ах, да! В общем, он… — здесь уже покраснела барменша. — Он мне давно нравится. Но выбрал Кану! Эту… Эту… — ее разжигала обида. — Пьяницу! Она, конечно, мой товарищ, но она ведь его не заслуживает!  — Ну, его решение нам не изменить, но ведь у тебя много поклонников. Тебе разве никто из них не нравится? Почему именно Лексус? — спросила Хартфилия.  — Нуууу, Фрид за мной ухаживает, Макао, но он точно отпадает! — заявила волшебница S-класса. — А Лексус… Он красивый, сильный, он может пожертвовать собой ради нас всех! За ним, как за каменной стеной…  — А чем Фрид не вариант?  — Он скучный, без… Безэмоцианальный какой-то. И ты же прекрасно знаешь его слабость перед девушками. Стоит появиться перед ним в купальнике и всё… — Миражанна снова взялась за нервное протирание стакана и внутри каждого будто щёлкнуло. Она хотела спросить что-то у собеседницы, но не успела, потому что в гильдию влетела разъярённая карточная волшебница, пуская оскорбления в адрес своего жиниха.  — Безмозглый мешок мышц! Лампочка недоделанная! Ему бы раз по его башке пиз…!  — Кана! Следи за языком! — грозно глянул на нее Макаров, появившийся на барной стойке. — Здесь дети находятся.  — Почему-то когда Эльза раскидывать ругательствами, вы ей ничего не сказали! — возмутилась Альбертовна.  — Во-первых, меня тогда не было. — произнес старик отхлебывая пенку из кружки с пивом. — Во-вторых, мне ещё жить охота. Разъяренной Эльзе возразить — это самолично могилу себе выкопать. — мастер побледнел, представив Скарлет в гневе.  — Что случилось? — спросила Леви. — Кана?  — Свадьбы не будет! Никаких вопросов! Не будет и все! — отрезала шотенка.  — Но… — попытался задать вопрос кто-то из присутствующих.  — Я сказала никаких вопросов! — девушка запустила картой молчания в говорящего. Все мгновенно затихли. «Видимо случилось что-то…» — подумала Люси и обратилась к Мире. — Мира, может тебе стоит поговорить с Лексусом и спросить что случилось?  — Нет, нет, что ты! Я не желаю вмешиваться в их отношения! — ответила барменша. — Потом будет Кана на меня обижена, а ссориться с согильдийцами я не хочу… — она опустила глаза, полные задумчивости. Девушка решила поразмыщлять о предложении Люси.  — Ну тогда я сама поговорю с ним, — сказала златовласка, поднимаясь со стула. — Или с Каноном.  — Люси, нет! Не надо! Это не очень хорошая идея! — пыталась остановить подругу Штрваус, но заклинательница духов её уже не слушала и уверенным шагом направлялась к сердитой гадалке, которая жадно попивая бренди, извергала из себя искры негодования.  — Кана, можно тебя на минутку? — спросила Хартфилия.  — Нет. — коротко и лаконично ответила девушка, сидя в позе лотоса на стуле.  — Это очень важно.  — Нет.  — Может хватит?! Если ты сама не расскажешь что случилось, я пойду выяснять это у Лексуса! — крикнула кареглазка, не выдержав, чем привлекла внимание всей аудитории, которые теперь навострили уши, что бы расслышал каждое слово.  — Ладно, — вздохнула Кана, осознав, что теперь ей не отделаться. — Мы расстались. Он вдруг почему-то передумал, сказал, что это было какое-то мимолетное влечение. — она сказала свои последние слова с поникшей головой, из её глаз заказали кристально шарики слез. Всем стало жалко девушку, не исключая и Люси с Миром.  — Не по-мужицки! — воскликнул Эльфман.  — Ну он умения получит! — взбесилась Дьяволица, чего больше всего не ожидала Хартфилия. — Так играться с чувствами девушки! Непозволительно! Старшая из Штрваус, вооружившившись внушительный сковородкой, направилась на поиски ходячей молнии, но долго искать его не пришлось. Объект её ненависти направлялся к ней навстречу.  — О, Мира, а я как раз тебя искал. — улыбнулся блондин, сверка белоснежный зубами, пытаясь произвести впечатление.  — Какое совпадение! Я тоже! — ответила Мира и не медалям, с большим замахом, отправила сковородку на встречу с лицом предводитель Громержцев.  — За что? Я ещё ничего не сделал! Я вообще хотел тебя на свидание пригласить. — запричитал Дреяр потирая место ушиба.  — За Кану! Поматросил и бросил! Мимо летней влечение! Я тебе сейчас покажу мимолетное влечение! — она снова замахнулась для удара, но остановилась в жалких пяти сантиметрах от макушке Лексуса. Опустив оружие, она вздохнула и сказала:  — Черт с тобой. Видеть тебя не хочу. — девушка развернулась, махнув пепельными волосами. — О свидании и думать забудь, казанова хренов. Блондин все стоял и стоял, осознавая, что остался с носом.