было пламя

было пламя, мой друг. было пламя, оно полыхало, разгорался костер, будто сам, безо всяких причин. поток ветра — как мысли — сухие дрова, ему мало, все пожрет, будет больше просить, обо всем закричит, занадеется, затрепетает, нужна ведь подпитка. ну, такой уж костер, ему большего всё подавай. своенравный и дикий, живой и безнравственный слишком, ну такой уж костер, жизнь ведь создана ради костра. ветер — резок, мой друг, и немного совсем помогает. подливай же экстрим, розжиг-спирт, только б лишь не уснуть. это пламя, мой друг. (не)живое желанное пламя. оно стелет тебе твой дальнейший непройденный путь. пламя тухнет немного, растратив все силы на живость, угасает, презрев все желания, просьбы, мольбы. это счастье, мой друг, всем нам головы бурно вскружило и прошло незаметно, оставив надежды и сны. и прошло незаметно, а может, заметили рано, *слишком быстро понять*, *не успеть утолить свою скорбь*. и ты можешь быть жалким, ты можешь рыдать от обмана: жар окончился, в «жизни» остались лишь угли да боль. дым рассеется, угли уснут, ты уйдешь из-под ветра, дым не щиплет глаза — его просто совсем уже нет. и нарушены горькие — пламя все помнит — обеты, и светило уже никогда не взойдет на рассвет, на углях не растопишь вновь старое яркое пламя, если угли стары, если нечем уже разжигать. этот опыт ушел, смысла нет, ты прекрасно всё знаешь. уходи от холодного старого места костра. новых веток несешь? жидкость-розжиг? старания, спички? место-пепел вполне может снова когда-то ожить, но зачем тратить силы? и шанс на успех низок слишком, но попытка не пытка, нечасто ж разводим костры. вот он новый огонь. он немного слабее, чем старый, но он все еще вроде достаточно может гореть, он нам свет разливает и пышет умеренным жаром, и он жить обещает (наверное) в этой игре. было пламя, мой друг. было пламя, оно полыхало, и мы оба счастливыми были как будто надолго, но раскидан весь пепел, затоптано пламя ногами. было пламя, мой друг. и ты понимаешь, о чем я.