Одинокие звезды

      «Дорогое дитя! Я вижу в твоих глазах — ты уже знаешь правду. Те, кого ты ждала на Джакку — никогда не вернутся».       Рей судорожно сглотнула и смахнула ладонью мешающие слезы. Пристальнее и внимательнее всмотрелась в мелкие детальки разорванного меча — тонкие порванные проводки, опутывающие сломанный кристалл, расплывались, сливаясь в одну разноцветную кляксу. Но Рей все же упорно вытирала глаза резким жестом, пыталась понять, как это работает, и починить.       Чинить сломанные вещи, казалось, стало ее вечным призванием. Она плохо владела световым мечом — никак не могла привыкнуть к дисбалансу тяжелой рукояти и совершенно невесомого смертоносного луча. Стараясь по привычке бить как палкой, чаще всего теряя равновесие и промахиваясь, Рей испытывала досаду. Понимала, что таким оружием владеть нужно учиться, да вот только что-то леса рук, чтобы её обучать, как-то не наблюдалось… И опять приходилось ждать.       Ждать — это пожалуй то, что она умела лучше всего. Даже лучше, чем чинить поломанные вещи. Ожидание чего-то — наверное, чуда какого-нибудь, — стало таким привычным, будто пропитало её сущность целиком, въелось под кожу, проросло и пустило корни. Казалось, что она теперь всегда, несмотря на обстоятельства, будет чего-то ждать. Сначала она ждала родителей, до тех пор, пока не осознала того, что они не придут. Никогда. Кайло Рен был прав, она всегда это знала. Но цеплялась за свои иллюзии, детские сны о ласковых руках и нежных покачиваниях, о своих криках и удаляющейся в небеса точке, как за не дающий сойти с ума, спасательный круг.       Сморгнув еще две слезинки, Рей открутила несколько винтиков и аккуратно раскрыла покореженный корпус. Несмотря на то, что она поняла правду о родителях, все еще не могла поверить в то, что они всего лишь продали её за пойло. Всякие мысли крутились в голове — и то, что её могли банально украсть любители выпивки, а потом таки продали, и то, что родители оставили её на время, а опекуны избавились от докуки, поняв, что настоящие родственники девочки погибли…       Ей должно быть плевать, кто ее родители. Должно быть. Той, кем она стала, сделало её не происхождение. Яма Темной стороны на Ак-То, и Кайло Рен, и Маз — все в один голос твердили, что неважно, кто она, где родилась и что было в прошлом. Важно, что она может изменить в настоящем. И Рей может изменить, она чувствовала в себе эту силу. Но вместе с этим нечто новое появилось и преследовало Рей последнее время. Она стала бояться ошибиться.       Она ждала родителей, и ради этого не покидала Джакку, хотя не раз и не два у нее была возможность улететь на заработки. Но она предпочитала сидеть и ждать, голодая и перебиваясь сбором мусора, только бы исполнилась ее мечта.       Сорвалась с места, лишь только услышала о легенде, действовала импульсивно, не думая о последствиях. Сбежала с Финном на старом корабле, попалась Кайло Рену, который невероятным способом пробудил в ней способности, наворотила дел…       Полетела на Ак-То, будучи уверенной, что именно там спасение Сопротивления, и снова ошиблась. Бросилась к Рену… и опять промашка.       Все эти неудачи подтачивали уверенность Рей в своих действиях. Но до сих пор события происходили словно бы сами собой, она действовала, подчиняясь обстоятельствам. Теперь нужно было принимать решение — остаться с Сопротивлением или искать свой путь Джедая.       Что могла Рей дать мятежникам? Она оказалась неплохим пилотом, её чувствительность к Силе помогала ей предугадывать события, давала хорошую реакцию и меткость. И еще она могла тягать большие валуны. «Отличная способность, Сопротивлению пригодится», — горько усмехнулась про себя Рей.       То, что она была связана с Кайло Реном думать не хотелось совсем. Что делать, если связь настигнет её тогда, когда она будет не одна? Что если кто-нибудь узнает об этом? Что скажет ей Кайло Рен, если Сила снова свяжет их? Что скажет она ему? Да, Рей умела ждать. Но сейчас это было пугающее, тревожное ожидание.       «Те, кого ты ждешь, никогда не вернутся».       Рей закусила губу и снова судорожно вдохнула спертый воздух комнаты. Это становится уже даже не привычкой, а плохой традицией — ждать тех, кто никогда не вернётся. Она хотела бы ждать Бена, но, по всей вероятности, он и не думает возвращаться. Кайло Рен обманул её, дал ей то, что она хочет — иллюзию, что Бен Соло все еще живет в нем, но на самом деле оказалось, что это не так. Как только Сноука не стало, он снова превратился в Кайло Рена со всеми присущими ему тараканами. От этой мысли было так тоскливо, что Рей перестала сдерживаться и всхлипнула, позволяя слезам беспрепятственно течь по щекам.       «Те, кого ты ждешь, никогда не вернутся. Но есть тот, кто еще может».       Эти слова камнем упали на сердце Рей. Она вот тоже думала, что может. Вернуться. Тот, кто позволил ей заглянуть в свою душу, показал ей совсем другую сторону себя. И даже если оказалось обманом — она видела, видела в нем частички Света. Видела его будущее, где… они все исправили! Не может быть, что все это было только для того, чтобы заманить её на имперский флагман. Слишком реальными были эти видения, слишком осязаемыми. И не такой уж Кайло Рен хороший актер, чтобы обмануть Рей так легко. Она видела своими глазами слезы, навернувшиеся ему на глаза, чувствовала прикосновение — осторожное и такое… невесомое, какое она от него совсем не ожидала, слышала его бархатный, срывающийся голос — такое не сыграешь. Возможно, что-то и было во всем этом ложью, но совершенно точно не все.       А с другой стороны… Тьма использует человеческие слабости, постоянно насылая иллюзии, которым хочется верить. Возможно, отчасти поэтому Люк Скайуокер так разочаровался в Силе и всем, что с ней связано. Посвятить жизнь борьбе — одно, а вечно противостоять своим слабостям, вести борьбу со свей сущностью и бояться совершить ошибку, доверяя собственной интуиции, — это совсем другое.       Тяжело вздохнув, Рей снова вернулась к поломанному лайтсаберу. Попыталась соединить поводки, чтобы понять, что куда ведет и за что отвечает. Когда она совсем близко наклонилась к разбитому кристаллу, по нему промелькнул слабый голубоватый отблеск. Рей даже сначала подумала, что ей показалось, но потом она совершенно четко увидела едва заметно блеснувшую искру, и поняла, что не ошиблась. Две самые крупные части кристалла словно обменивались бликами. Завороженно рассматривая части кристалла, Рей на несколько секунд словно впала в ступор.       Осознание того, что же она будет делать дальше, обрушилось на Рей как озарение. Если не получается починить то, что сломано, можно из двух разных половинок сделать что-то иное! Две части, соединенные в одно оружие!       Мысль о палке с двумя лучами пришла к ней внезапно, и она даже удивилась, почему раньше не подумала о такой очевидной вещи?       «Есть тот, кто еще может вернуться.       Маз Каната имела в виду Люка, отдавая Рей световой меч Джедая, но теперь в её словах Рей находила совсем другой смысл. Люк никогда не уходил. Его изоляция, побег был сродни выжиданию времени, когда он действительно будет нужен. А вот тот, кто еще может вернуться — это не тот, кто прячется, а тот кто действительно ушел — тяготеет к Темной стороне, казалось бы, потерян для Света.       А что если не существует этих самых сторон? Люк ни разу не сказал, что преподаст ей уроки Светлой стороны, он лишь хотел рассказать ей о Силе и Джедаях. Он почти не оперировал понятиями Света и Тьмы в том смысле, что это противоположности. Он лишь говорил, что они стороны одного целого. Жизнь и смерть, жара и холод, покой и буря — это все явления Силы. Может быть, это именно то, что имел в виду Кайло Рен, предлагая ей объединиться?       По спине у Рей прошел озноб, руки затряслись от внезапной догадки. Они не противоположности, они части целого! И никто этого так и не понял. Баланс — это не победа Света над Тьмой, это взаимодействие Света и Тьмы! Баланс — это равновесие, недопустимость перевеса одной стороны жизни над другой!       Рей порывисто вскочила, не подумав о лежащих на столе деталях меча, и неловко смахнула две частички кристалла на пол. Они покатились, прыгая по полу, она кинулась их собирать, проигнорировав странное чувство, которое уже успела позабыть. И только когда, поднимая часть кристалла, она увидела перед собой ноги в тяжелых черных ботинках, она выпрямилась, твердо глядя в глаза Кайло Рену.       — Я вижу, у тебя не получается, — серьезно сказал он, оглядывая кристаллы в её руке. — Могу помочь.       — Я тоже могу помочь, Бен, — прошептала она, чувствуя, что едва ли не впервые дождалась того, о ком мечтала. — Если ты позволишь мне…