Программный сбой или мы всё-таки люди?

      Всё-таки идея остаться на подработку в маленьком кафе, в котором ещё находятся дорожные отели, то не так уж и плачевно на первое время покажется…       Сегодняшний день вышел достаточно дождливым, неприятным и хотелось как можно скорее оказаться в тёплых комнатах, чтобы на мгновение скрыться от этого холодного ливня. Люди спешили, прикрываясь зонтами, куртками или на первое попавшиеся в руки электро-журналы из дешёвых магазинов. Смотря на всё это через окно, лишь чувствуешь столь детскую радость за то, что не оказались на месте этих бедных людей. Поправив светлые пряди за ухо, начала с неожиданно пробудившемся вдохновением, открывать небольшой, слегка потрёпанный, вишнёвого оттенка блокнот и взяв единственную рабочую ручку в руку, начала открывать первую страницу бедного ежедневника.       — Зачем ты только зря тратишь своё время? — спросила саму себя андроид, прикоснувшись припухлыми губами к концу ручки. Она нахмурила слегка темноватые брови, задумываясь и углубляясь с каждой минутой в свои мысли о том, что же написать на первой странице и нужно ли ей это вообще? Где-то внутри себя ей хотелось поделиться, словно влюбленный подросток, который скрывает скрывает свои чувства на бумаге… Что за глупость или это и вправду очаровательно?       — Хах, — тихо усмехнулась девушка, а на лице появилась наивная улыбка, которая так давно не появлялась на этом вечно юном лице. — люди, вы такие смешные и очаровательные создания…       С этими словами, мыслями и уже более сформулированным мнением, начала не спеша вписывать каждое слово на бумаге. Но, тем не менее, она одновременно задумывалась на вопросе: зачем это писать? Что тебе это может дать в итоге? Ответа на этот вопрос не было, ведь его варианты — индивидуальны, то есть, по-своему отличаются и по форме и интересу: кому-то, может, и понравится или же наоборот. Всем не угодишь. Девушка лишь тяжело выдохнула, понимая, что такими темпами из её разума точно ничего нельзя добыть, а уж написать пару строк в блокнот, ну бред сивой кобылы! Она отмахнулась от своих вариантов на счёт блокнота, следую лишь движению руки и ручки, доверяя своему желанию сделать хоть что-нибудь за этот бесполезный в своей жизни день! Первый рабочий день вышел отвратительным, да даже не отвратительным, а КАТАСТРОФИЧЕСКИМ! Сегодня, в тринадцать часов и сорок шесть минут, Эрнест разбил десять тарелок и уронил три протвени, пока убирался в кладовой инвентаря. Нас оставили в покое, говоря остальным работникам, что мы ещё учимся быть людьми… Наши коллеги — брошенные андроиды, поэтому они с пониманием относятся к нам и даже немного помогли с несчастной картошкой фри! Ну, серьёзно, с картошкой! Наши функции не были созданы для этой работы, что немного даже и огорчило, но унывать поэтому поводу пока что не думали. Нам выделили комнату в бедном отеле под названием «Нельсон-стрит», который находится чуть дальше от Детройта, поэтому это отличное место для того, чтобы укрыться на какое-то время. Диоды мы выбросили три дня назад, так что надеемся на то, что нас не найдёт Департамент полиции Детройта.       — Хээй, Эста, — над ухом прошептал знакомый голос, от которого Эста лишь тихо посмеялась и тут же закрыла незаконченную страницу ежедневника. — о чем пишет столь загадочная девушка, м?        Девушка покачала головой, медленно поворачиваясь в сторону своего товарища:       — А ты чересчур любопытен для своей старинной модели, не находишь, старичок? — слегка сощурила свои необычные тёмно-фиолетовые глаза, в которых можно было бы увидеть своё отражение или же наоборот, окунуться в них с головой и больше не возвращаться на эту землю. Эрнест лишь хмыкнул, выпрямился и с гордо поднятой головой медленно направился в сторону второй кровати, сказав обиженным тоном:       — Имейте уважение к старшему поколению, малявка! — начал ворчать шатен, поправляя мешающую обзору длинноватую чёлку. — Во поколение андроидов пошло! Совершенно не уважают своих «дедов». Я тобой очень недоволен, мадам!        Эста удивлённо ахнула, тут же встала со стула и направилась к «обиженному» другу:       — Как же я виновата перед тобой, старик!       — Нет, ты этим своим «старик», вовсе не показываешь своё сожаление! Называй меня отныне… «Дедушка». Так хотя бы не обиднее звучит, малявка. — недовольно хмыкнул парень, скрестив крепкие руки на груди.        Оба понимали, что это всего лишь игра, поэтому через пару минут резкой тишины, оба начали смеяться над этим цирком и их роли:       — Как скажите, — сквозь смех протянула Эста. — дедушка, но всё ещё старик, Эрнест!       — Малявка, — без злобы хмыкнул парень, когда наконец-то смог сесть на мягкую кровать и вздохнуть от облегчения. — Что же… Этот день вышел отвратительным, чем предполагалось на первый взгляд. Спасибо хотя бы на том, что начальник оказался опытным с такими идиотами, как мы.        Эста тихо слушала его, иногда согласно кивая и опуская стыдливый взгляд в свои ноги. Оба ощущали ноющее чувство в ногах, хоть раньше не могли и представить о том, что настолько тяжела человеческая усталость и изнурение в обычных делах, но даже такому они остались довольно спокойны и могут отнестись с неким своеобразным юмором.        Этот маленький отель постепенно сможет быть для них настоящим домом, которого не было и в помине, когда оба оказались в столь неприятной для их жизни ситуации и были брошены в цепкие лапы Судьбы. Эста молчаливо перевела взгляд на окно, по которому медленно стекаются капли прохладного дождя и оставляют за собой лишь бесконечный след на поверхности мутного из-за дешёвого материала стекла…        Становилось спокойно. Не было того самого беспокойного ощущения, что за ними в любую минуту могут постучать в дверь, с противными криками «Открывайте, полиция!». В механической конструкции теплилась слабая надежда на то, что они смогут выжить и смогут даже в какой-то степени развиваться дальше, как все обычные граждане этого города и жить счастливыми моментами.       — Эрнест, — неожиданно, но так тихо начала говорить девушка. — мы ведь сможем жить, как все обычные граждане? Не сейчас, нет… Со временем. Потихоньку, самую малость, не требуя что-то взамен от других…        Она говорила так тихо, словно боялась, что её могут услышать совершенно посторонний ей люди или машины, а ведь не зря была осторожна. Внутри отеля, а точнее коридорах, находились камеры видеонаблюдения со встроенным достаточно дорогим диктофоном. Поэтому, Эста и Эрнест решили, что лучше иногда вести себя очень тихо, чтобы лишний раз не привлекать к себе «должного внимания» со стороны полицейских и администрации в целом.        Эрнест задумчиво смотрел в пол, опираясь лишь локтями о колени и слушая девушку в таком положение до самого конца её слов:       — Всё может быть, Эста, — задумчиво проговорил мужчина, а в глазах стали мелькать незаметные тени сомнения и, возможно, даже некий страх перед будущим.        Внутри, тоненькими узелками, сжимал маленький страх за нашу свободу. Мысль того, что нас могут поймать на следующий день или через неделю-две, а может, даже через месяц, заставляет в очередной раз убеждаться в своём бессилие.        Каждая клеточка моего механического тела напрягалось, гоняло тириум по всему механизму и была готова вскипеть после каждого такого приключения на работе:       — Зато я знаю одно, — вновь заговорил Эрнест, но уже тише обычного и от этого моё не настоящее сердце стало биться быстрее, а тириум стал подбираться к моим щекам не вовремя и даже в какой-то степени неуместно, особенно в такой момент! Эста, возьми себя в руки, чёрт возьми! — Пусть у нас и трудное время, но мы справимся. Возможно, в далёком будущем, мы сможем всех наших собрать вместе, в одно целое, и сбежать далеко-далеко и жить своей жизнью…       Его хриплый голос был уверенным, таил в себе маленькую надежду на хорошее будущее от всех этих мук, что подносит нам сам Господь. Про Господа бога мне известно, но мы, то есть, машины, не можем и не особо верим в какую-либо религию, хоть и есть нелегальные, секретные организации, которые могут торговать андроидами-священниками.        Мы молча лежали в одной кровати, слушая посторонние шумы и рёв современных автомобилейю, а иногда, даже стон душераздирающих сирен скорой помощи или пожарных. Эрнест рассказывал какие-то моменты из жизни, которые были наполнены то печалью, то нечто таким хорошим и замечательным, что даже сложно поверить в его нынешнюю судьбу.       — Ну, а ты, — перевёл свой взгляд Эрнест и неловко улыбнулся мне. Его лицо на мгновение стал таким… Таким очаровательным и заразительным, что сложно не улыбаться. Взгляд задумчивый, пытаются что-то разглядеть во мне и узнать что-то интересное, но я лишь отвожу взгляд в сторону. — Расскажи о себе, Эста…        Эрнест вопросительно изогнул бровь, ожидая скорого ответа из моих уст. Но ни сейчас, ни через минут пять, он не услышал моего ответа и, наверное, не скоро сможет его получить…        Я чувствовала как механическое сердце сжималось от представления лужи крови, а взгляд моего бывшего хозяина отражал остатки непонимания и неожиданности происходящего. Он так и не смог понять того, что его убили руки собственного андроида, который хотел лишь одного — долгожданного спокойствия и окончательно убедится в том, что я самая обычная помощница хозяина, а не… Не девиант.        Я тяжело выдыхаю, потирая одной рукой висок, словно у меня головная боль, от которой хотелось поскорее бы избавиться, но ничего не помогает:       — Я работала на… — начала отвечать я, слегка прикусывая нижнюю губу. — На девушку. Она была сиротой, но имела наследство в размере миллионов от покойного дяди, который приютил после смерти её родителей… И когда та выросла, вышла удачно замуж и родила сына, то они решили, что я и так много для них сделала и отправили в отставку.

Враньё не лучший вариант. Но, что делать, если не хочешь рассказывать об этом? В таких моментах лучше лишний раз держать язык за зубами, чтобы не вызывать подозрений и, тем более, безопасность собственной и товарища жизни важнее…

      Он внимательно вслушивался в мой обман и лишь под конец истории хмурит брови, будто, таким образом, он сможет переварить всю высказанную ему информацию. А смог бы он также переварить информацию узнав он правду моих побегов?

Хочется это дело прогулять, словно непослушная школьница во время занятий…

      — Эрнест, — протянула я, отвлекая его от собственных мыслей. Он в непонимание переводит взгляд на меня, изогнув бровь. — Мне надо пройтись. Я не надолго, так что не беспокойся за мою безопасность.        Он недоверчиво сверлит своим взглядом, пытаясь прощупать малейшую деталь из всего сказанного. Я застыла, боялась даже вздохнуть или моргнуть, чтобы не выдать своего плана остаться наедине со своими мыслями. Не уж то, нельзя или он так сильно беспокоится за нашу безопасность? Оба варианта хороши. Даже слишком, что не очень меня радовало и хотелось поскорее скрыться за ветхими дверями этого здания.        — Ладно, — на выдохе произнёс он. — Но будь осторожна, чтобы нам не пришлось искать ещё одно убежище.

— Договорились!

***

      Тихая и прохладная от времени суток улица заставляло улыбаться от некого облегчения, а щекотливое ощущение свободы направил мои ноги в лёгкий бег. Несильный ветер развивал искусственные волосы, а уши начали краснеть от удовольствия:       — Надо бы так почаще, — подумала я, сворачивая за угол улицы Мариол-153А. Давно всеми забытая улица Мариол, но, тем не менее, уже украшена разноцветными огнями вывесок интересующих людей магазинов, баров, закусочных и других забегаловок бедного района. Зайдя в ближайший бар, дабы перевести дух, я быстрым шагом направилась к свободному месту у окна и наконец-то присела на пригретый диван. Облегчённо выдыхаю, я слегка откинула голову на спинку мягкой спинки и терпеливо ожидала подходящего ко мне официанта. Краем глаза всё-таки решила подглядеть на предстоящий концерт взволнованного парня:       — Хэй, Митчелл, принеси девушке меню! — ответил знакомый мне человек. Он был лучшим другом бывшего хозяина, но похоже, что он не особо меня вспомнил или решил сделать вид, что я обычный человек?        Высокий мужчина с забавными рыжими волосами и веснушками по всему лицу, что так хорошо шли худощавому лицу, а взгляд золотых глаз тут же устремились в мою сторону и в них читалось искреннее удивление. Что? Удивился моему появлению в этой дыре?